Глава 615 — Без названия

— Как по мне, так это всё же некоторое преувеличение, — спокойно отозвался Археас, и на лице его заиграла едва заметная улыбка.

— После тех дней стряслось ещё немало событий, которые раз за разом прорубали новые разломы в ткани этого мира. Это было лишь вопросом времени. В конечном счёте мы всё равно пришли бы к точно такому же исходу.

— И всё же, судя по всему, он изрядно приблизил этот незавидный финал, — с усмешкой заметил Йен.

Пожалуй, все легендарные личности были теми ещё ублюдками, каждый из которых приложил руку к гибели мира.

— Для дракона подобные временные рамки — сущая мелочь. К тому же, возможно, нам и под силу было свести на нет нанесённый ущерб. Но мы этого не сделали. Даже осознав, что нам не следовало оставаться безучастными свидетелями, мы предпочли уйти, вместо того чтобы взять на себя ответственность.

Улыбка на лице Археаса сделалась горькой.

— И ушли как можно дальше от этого континента.

— Если хочешь знать моё мнение, тебе следовало поступить точно так же, — обронил Йен.

Археас издал тихий, искренне удивлённый смешок.

— Кто-то должен был остаться. И было вполне естественно, что этим кем-то стану я — тот, кто всегда был ближе всех к роду людскому. Но даже если бы всё сложилось иначе, я бы всё равно вызвался добровольцем.

Его золотые глаза вновь переместились на Йена.

— Мне было безумно любопытно узнать, что станет с континентом, когда его покинут последние драконы.

— И ты обрёк себя на вечное одиночество лишь ради того, чтобы потешить собственное любопытство?

— Я ни о чём не жалею. Эпоха людей оказалась куда более захватывающей, чем любая из предшествующих ей эр. К тому же, разве не благодаря этому выбору мы с тобой в итоге повстречались?

В ответ на этот откровенно поддразнивающий тон Археаса Йен лишь хмыкнул.

— Избавь меня от этих излияний. Я ведь далеко не первый твой Агент.

— Но зато самый занимательный и тот, к кому я привязался сильнее всего. Ты только погляди на себя нынешнего. Ты ведь снова умудрился меня удивить, не так ли? И, возможно, всё это — вовсе не слепая случайность.

— Ты что, намекаешь, будто мне самой судьбой предначертано разгребать дерьмо за своими предками? — с издёвкой бросил в ответ Йен, но на полуслове внезапно осёкся.

В его голове промелькнула внезапная мысль — а ведь, возможно, дракон не так уж и далек от истины. В конце концов, каждый игровой персонаж здесь являлся прямым потомком так называемых героев, которые в своё время и приложили руку к тому, чтобы разорвать мир на части.

— Похоже, до тебя только что кое-что дошло, — мягко произнёс Археас, неверно истолковав перемену в лице Йена.

Пока Йен лишь молча облизывал губы, в его сознании эхом отозвался ехидный смешок.

[ — И его удивляют такие пустяки? А тебе разве не любопытно, друг мой, как он отреагирует, когда прознает о твоей самой главной тайне?]

— Нет. Вот вообще ни разу.

Йен подавил подступивший к горлу смешок. У него не было ни малейшего желания раскрывать эти карты, да и причин для этого тоже не водилось.

Существовал вполне чёткий предел той игре слов, с помощью которой он мог водить за нос Платинового Дракона. Он искренне не хотел, чтобы Археас коротал свою бесконечную жизнь в вечных сомнениях о том, что его родной мир — всего лишь чья-то глупая игра. Подобные думы способны были свести с ума кого угодно.

— В любом случае, последние годы своей жизни он определённо провёл в тех проклятых джунглях, — подытожил Йен.

Археас согласно кивнул.

— Моя память говорит о том же. Но отчего это так важно? Неужто в тебе внезапно пробудилось жгучее любопытство к кончине твоего предка?

— Похоже, мне необходимо отыскать его наследие, дабы пробудить воспоминания, дремлющие в моей крови, — отозвался Йен.

Археас изумлённо воскликнул:

— Воспоминания, дремлющие в крови… Да… Воистину, кровь и душа способны таить в себе величайшие объёмы знаний. Кто знает, быть может, все его утраченные заклятия запечатлены в твоем собственном естестве.

— Сомневаюсь. Разве кровь не должна хранить лишь те сведения, что он накопил к моменту появления на свет его преемников?

— Мы не можем утверждать сиё наверняка. Ведь речь идёт вовсе не о плотском, осязаемом явлении, не так ли? Доселе мир полнился лишь смутными слухами о том, что он оставил после себя наследника, однако ж никаких доказательств тому не было.

Жёлтые глаза Археаса многозначительно блеснули.

— Но теперь у нас, возможно, наконец-то появится шанс это проверить.

— Ну, это только в том случае, если мне удастся полностью пробудить эти воспоминания.

— Твоя правда. Однако те джунгли таят в себе великие опасности, Йен. Позаботься о хорошей подготовке, прежде чем твоя нога ступит туда.

Внимая этому неизбежному наставлению, Йен тихо усмехнулся и обронил:

— Ну, тогда ты мог бы просто подсобить мне. Снабдить лучшими сокровищами из своих закромов — точь-в-точь как в этот раз.

— Уж ты своего никогда не упустишь, верно? — качнув головой, со смешком отозвался Археас, однако в следующее мгновение внезапно замер как вкопанный.

Йен по инерции сделал ещё несколько шагов вниз по лестнице, прежде чем заметил заминку, и озадаченно обернулся.

— Даже если твоему разуму доведётся постичь заклинания, связанные с тайнами душ или иных измерений, ты ни в коем случае не должен пытаться сотворить их, Йен, — пугающе тихо произнёс Археас.

— Отчего вдруг такая тревога на этот счёт?

— Как же иначе? Какую бы великую милость ни являли тебе боги, существуют границы, кои преступать заказано. Обе эти стези пребывают под строжайшим запретом. К тому же, в конечном счёте он ведь потерпел сокрушительное поражение. В тот миг, когда плоть его рассеялась в небытии, душу его, скорее всего, разорвало в клочья. Но даже сподобься он достичь успеха…

Голос дракона, зазвучавший ещё глуше и торжественнее обычного, стал ещё холоднее.

— …ему всё равно не удалось бы избежать объятий пространственных разломов или пустоты. И растерзанная в прах душа явилась бы для него куда более милосердным роком, нежели данная участь. Посему, прошу тебя… дай мне слово, что не станешь искушать судьбу.

К немалому изумлению Йена, в речах Археаса сейчас сквозило нечто, до боли похожее на мольбу.

Йен долго всматривался в его глаза, после чего тихо, едва слышно вздохнул.

— Что-то мне подсказывает, что не дай я тебе этого обещания, ты меня и на шаг дальше не пропустишь.

Напоследок Йен криво ухмыльнулся уголком губ и добавил:

— Я обещаю. У меня нет ни малейшего желания навлекать на себя кару богов или обрекать свою душу на муки, что страшнее самой смерти.

— Вот и славно. Теперь моё сердце спокойно.

Лицо Археаса наконец разгладилось, стоило ему уловить искренность в словах Йена. Само собой, это обещание было дано вовсе не из одной лишь слепой заботы о чувствах дракона.

[ — А ведь его эксперимент, возможно, увенчался полным успехом. И тебе это прекрасно известно, не так ли, друг мой?]

Шёпот Йога настырно продолжал звучать в сознании Йена, пока Археас возобновил свой спуск по ступеням.

— Да, мне это прекрасно известно.

Йен тоже двинулся с места. Сама его жизнь служила тому живым доказательством, однако это ровным счётом ничего не меняло.

— Похоже, все эти заклинания — созданы специально для искажённых.

Некромантия, проклятия, магия бездны — всё это испокон веков считалось стезёй тёмных магов. Заклинания, оперирующие душами, разумом и границами измерений, с высокой долей вероятности относились к той же категории.

Белый Маг был вершиной мастерства среди всех магов и одновременно с этим — абсолютным пиком того, на что способны темные маги.

— И я не собираюсь поддаваться искажению лишь ради того, чтобы проверить эту догадку.

К тому же он сильно сомневался, что в код игры вообще когда-либо закладывались навыки, способные прорывать границы измерений.

Невозможно было открыть информационное окно предметов, которых изначально не существовало в игровом мире. С навыками дело наверняка обстояло точно так же. Будь заклинания Белого Мага хоть трижды совершенны, Йен не смог бы ими воспользоваться, покуда они не зарегистрированы в системном окне навыков. В конце концов, он ведь не был настоящим магом.

— Было бы славно разузнать об этом чуточку раньше, — внезапно пробормотал Археас.

Взгляд Йена слегка посуровел.

— Что ты имеешь в виду?

Археас лишь покачал головой, взирая на тускло освещённый коридор, который показался в самом низу лестничного пролёта.

— Да так, пустяки. Просто подумалось, что битва против этой твари далась бы нам куда меньшей кровью, сумей ты пробудить сокрытые в крови воспоминания предка.

— Возможно. Однако ещё не всё потеряно.

Йен согласно кивнул и выразительно мотнул подбородком в сторону пройденных ступеней.

— Вручи мне талисман призыва и забрось на приграничные болота. Я самолично явлюсь в те джунгли и отыщу наследие Белого Мага.

В конце концов, завершить этот квест до столкновения с Бросившим Вызов Небесам и было его первоначальным планом.

— Это не займёт много времени. В моём нынешнем состоянии я не сгорю заживо, даже если начну носиться по лесу, обращая всю эту чащу в бушующий океан пламени.

— Заманчивое предложение, однако ж провернуть подобное будет непросто. Нам удалось застать богов врасплох единожды, но второй раз фокус не пройдёт.

Археас сощурил глаза от его слов, но в итоге лишь отрицательно покачал головой.

Он бросил взгляд назад на Йена, и в его глазах читалось нечто похожее на извинение.

— Стоит тебе покинуть сии своды, как взгляд Небес намертво прикует тебя к земле. И это наблюдение может продлиться куда дольше, чем мы рассчитываем. Едва я попытаюсь воззвать к тебе для призыва, они предпримут яростное вмешательство. Более того, они могут попытаться выведать потаённое местонахождение моего логова.

— Это определенно всё усложнит, — пробормотал Йен, по привычке облизнув губы.

Археас тихо рассмеялся и понимающе кивнул.

— Ни убеждения, ни компромиссы не действуют на богов. Или… быть может, ты предпочтёшь уйти прямо сейчас? Я вполне могу спуститься в Гробницу Драконов в одиночку.

— Я не для того проделал весь этот путь, чтобы теперь поворачивать назад, — мгновенно отрезал Йен и уверенно зашагал вперёд, углубляясь в тускло освещённый коридор.

— Пошли. Мы уже практически у цели.

Археас тихонько вздохнул, словно именно такого ответа и ожидал, и тут же пристроился рядом с ним, идя шаг в шаг.

В конце коридора путь им преградил круглый каменный зал. Его высокие, вогнутые стены были безупречно гладкими и лишенными какого-либо декора.

— Мы должны встать вон туда? — спросил Йен, без труда заприметив на полу круглый диск, вытесанный из камня более тёмной породы.

Археас согласно кивнул.

— У тебя намётанный глаз. Да, всё верно.

Дракон плавно скользнул вперёд и занял место на диске. Затем он развернулся лицом к Йену и требовательно протянул правую руку.

— Сюда. Встань прямо предо мной. И дай мне свою левую руку.

Йен шагнул на плиту и вложил свою облачённую в латную рукавицу левую ладонь в ладонь Археаса.

Они стояли так близко, что едва не соприкасались носками сапог. Археас накрыл тыльную сторону кисти Йена своей левой рукой и мягко улыбнулся:

— Телепортация начнётся не сразу, так что не нервничай.

Его сияющий взор вспыхнул ещё ярче. В то же мгновение оттуда, де его ладони сжимали руку Йена, начало разливаться едва заметное золотое сияние.

Йен отчётливо ощутил, как плотная, тяжёлая драконья магия хлынула в его руку, заставив кожу невольно покрыться мурашками.

Лишь после этого Археас медленно разжал пальцы.

Магия осыпалось вокруг них золотой пылью, а сияние на рукавице Йена слегка потускнело, однако ж не исчезло насовсем.

Он повернул запястье, разглядывая ладонь, и довольно ухмыльнулся:

— Это пробуждает былые воспоминания…

К самому центру ладони латной рукавицы прильнула сияющая золотая чешуйка. Именно она и была тем самым источником магии, которая теперь переполняла его тело.

— Как тебе, должно быть, уже ведомо, я делюсь с тобой частью своей магии. В столкновении против драконов она изрядно подсобит, — добавил Археас, плавно разводя в стороны окутанные магией руки.

Йен крепко сжал кулак и согласно кивнул.

— По крайней мере, мне не придётся с ходу осушать Эликсир Жизни.

Пальцы сжались на удивление естественно. И сразу же вслед за этим каменный диск под их ногами озарился ярким светом.

Потоки магии сорвались с ладоней Археаса и бурным каскадом устремились вглубь камня. Скрытые контуры древней Мантры вспыхнули один за другим, и золотая магия хлынула от краёв диска, полностью окутывая их фигуры. А прямо над их головами в воздухе начали со свистом выжигаться сияющие контуры заклинаний.

— В этот раз будет далеко не так больно, как в прошлый, так что не бойся, — произнёс Археас, крепко обнимая Йена одной рукой за талию.

Он встретился с ним взглядом и мягко улыбнулся.

— Ну что ж, тогда в путь.

В следующее мгновение ослепительный золотой свет заполнил всё поле зрения Йена. Его тело вновь вытянулось и закружилось, словно его на бешеной скорости тащило сквозь сияющий туннель.

Затем его плоть резко отпрянула назад, точно натянутая резиновая лента. Однако на этот раз он не рухнул кубарем на пол, а твёрдо приземлился на ноги — Археас вовремя придержал его за талию.

Пока остатки заклинания со свистом рассеивались вокруг, Йен поморщился под своим шлемом. Всё прошло определённо лучше, чем в самый первый раз, однако побочные эффекты никуда не делись: желудок сжался в тугой узел, а в конечностях разлилась противная слабость.

[ — Превосходно. Я даже на дюйм пошевелиться не могу.]

Йог обречённо застонал, но лицо Археаса оставалось невозмутимым, как и всегда. Глаза дракона слабо мерцали, а золотой свет в них становился всё более острым по мере того, как рассеивалась магическая дымка.

[ — Надо же, ты всё ещё бодрствуешь.]

Глубокая, но в то же время мягкая мысль пронзила сознание Йена.

Он прекрасно всё понял, хотя это был вовсе не всеобщий язык. Впрочем, это сейчас едва ли имело значение.

[ — Неожиданный, но желанный гость, Блеклое Золото.]

Вне всяких сомнений, этот голос принадлежал Бросившему Вызов Небесам.

[...Йог...] — текст курсивом реплики Йога

[...Рахма...] — стандартный текст реплики Рахмы