Глава 607 — Без названия

В этот самый момент прямо перед глазами Йена всплыло окно завершения квеста. Задание, полученное им после проваленного в прошлый раз призыва, наконец-то было выполнено. Борясь с накатывающей волной тошноты, он едва успел закрыть это окно, как его снова скрутило пополам.

— Пожалуйста, отнесись с пониманием к тому, почему я перенёс тебя сюда. Это был неизбежный шаг. Спустись я в мир смертных самолично, небеса тут же обнаружили бы моё присутствие, — мягко объяснил Археас, приближаясь и устраиваясь рядом с ним.

В следующее мгновение Йен почувствовал, как чья-то ладонь заботливо похлопывает его по спине. Похоже, даже могучий дракон мало чем мог помочь при подобных побочных эффектах телепортации.

Сочувствующий голос продолжал:

— Кара последовала бы незамедлительно. Не удивлюсь, если бы на землю снизошли аватары самой Тир Эн или Кархи.

— Значит, не просто кара, а божественное возмездие.

Йена снова скрутило от судорожного кашля. Разумеется, он ожидал гнева богов, но вынесенный ими приговор, судя по всему, оказался куда суровее, чем он мог себе вообразить. С другой стороны, Платиновый Дракон во все времена был для богов как кость в горле.

— Безусловно, мне достало бы сил как-то избежать столь скорой расправы. С твоей помощью и помощью твоих друзей я бы, пожалуй, даже смог победить. Единожды, — тихо промолвил Археас, продолжая размеренно поглаживать Йена по спине.

— Но в любом случае все окрестности были бы обращены в руины, и погибли бы невинные. Я ведь не мог допустить подобного исхода, верно?

— Абсолютно… верно… — прерывисто выдохнул Йен в промежутках между короткими вдохами.

Рвотные позывы наконец утихли, хотя кашель всё ещё не отпускал.

Рука Археаса плавно скользила по его спине.

— Я знал, что ты не посреди битвы, но, судя по всему, ты и вовсе отдыхал в полном уюте. Я всерьёз опасался, что за тобой по пятам гонится Великая Церковь или карательные отряды Империи. И я искренне рад, что мои страхи не оправдались.

— Откуда ты… узнал, что я не сражаюсь? — спросил Йен, подавляя очередной приступ кашля.

Хотя он чувствовал себя совершенно опустошённым, головокружение наконец-то начало отступать.

— Разве на твоём теле не выгравированы контуры моих заклинаний? Да и талисман ты столь любезно продолжаешь носить при себе. Благодаря резонансу я способен улавливать отголоски твоего состояния.

Со слабым кивком приняв ответ Археаса, Йен сплюнул на пол густой комок слюны. Во рту и в носу стоял отвратительный привкус — следствие того, что желудок подчистую изверг всё выпитое за день вино. Лужица рвоты запятнала гладкий, похожий на мрамор каменный пол.

— Я пытался замедлить активацию заклинания, дабы подать тебе знак, но это в любом случае должно было тебя напугать. Ещё раз прошу прощения, Йен. За то, что причинил тебе столько страданий.

— Оставь эти извинения… для моих друзей, — бросил Йен, силой заставляя себя поднять корпус.

На мгновение он покачнулся — в ногах и руках всё ещё пронзительно не хватало сил.

— Они, скорее всего, перепугались куда сильнее меня.

Поймав равновесие, он выпрямился и посмотрел снизу вверх на невероятно, поистине божественной красоты лицо, обрамлённое пышной гривой платиново-белых волос.

— В таком случае ты можешь сам передать им мои слова, — с мягкой улыбкой произнёс Археас, протягивая белоснежный платок.

Дракон выглядел так, словно был готов лично вытереть Йену рот, поэтому тот поспешил слабо перехватить ткань своей ослабевшей рукой.

Археас без труда отпустил платок и негромко прошептал:

— Мне жаль, что я не сумел ответить на твой призыв сразу. В тот момент моё состояние не позволяло мне перенести тебя к себе.

— Всё в порядке. Я примерно так и думал.

Йен вытер губы и снова поднял взгляд:

— В любом случае я рад, что ты в безопасности. Судя по всему, твоё положение оказалось не таким плачевным, как я себе расписывал в худших сценариях.

— И каков же был твой худший сценарий? — спросил Археас, слегка прищурив глаза.

Йен, который как раз принялся очищать липкие ладони, ответил:

— Я думал, что тебе придётся погрузиться в сон на долгие годы, а то и на века. Или что божественная кара же обрушилось на твою голову во всей своей суровости.

— Ах, вот оно что. Вполне разумные предположения.

Археас тепло улыбнулся.

— Я, признаться, тоже переживал, что тебе придётся столкнуться с какими-нибудь непредвиденными побочными эффектами. Ведь ты так и не сумел завершить свои приготовления должным образом… из-за меня.

Археас едва заметно пожал плечами:

— Не стану отрицать, что я излишне поторопился с ритуалом. То, чего я так долго опасался, внезапно обратилось в реальность, и у меня просто не осталось иного выхода. Дело вовсе не в том, что я тебе не доверял. Увы, бремя прожитых веков неизбежно рождает в сердце избыточную тревогу и страх.

— Я вовсе не пытался вызвать у тебя чувство вины. Скорее наоборот.

Йен посмотрел на Археаса и низко склонил голову:

— Прости меня. Мне искренне жаль, что я сорвал твои планы и загнал тебя в этот тупик.

Археас в ответ лишь удивлённо моргнул, словно услышал нечто совершенно из ряда вон выходящее.

Йен добавил, всё ещё не поднимая головы:

— Я готов сделать всё, что в моих силах, дабы помочь тебе.

— Никогда бы не подумал, что дождусь подобных речей от собственного агента…

Едва слышный, тоскливый вздох сорвался с губ Археаса. Он слегка склонил голову набок.

— Что ж, значит, мои труды всё-таки не пропали даром.

— А я вот не думал, что ты сразу же примешься меня подкалывать, — смущённо проворчал Йен, возвращаясь к тщательной очистке кожи между пальцами.

Археас мягко улыбнулся:

— Я вовсе не подкалываю тебя, да и винить себя так сильно тебе не стоит. Даже если бы я завершил все свои приготовления, исход дела вряд ли бы сильно изменился. Бремя, которое мне пришлось взвалить на свои плечи, облегчилось бы лишь самую малость. Испытав всё это на собственной шкуре, я убедился в этом на все сто.

Он небрежным жестом закинул назад прядь платиново-белых волос, упавшую на его простое белое одеяние, и равнодушно пожал плечами.

— К тому же рано или поздно я всё равно навлёк бы на себя гнев небес. Это был лишь вопрос времени и масштаба последствий.

По его тону или выражению лица невозможно было определить, пытается ли он утешить Йена или же говорит чистую правду.

На лице Археаса заиграла улыбка, когда он заметил, как Йен недовольно причмокнул губами.

— Тем не менее мне отрадно слышать от тебя эти слова. Спасибо, Йен.

— И всё же… как именно тебе удалось разрушить Стену? — спросил Йен, отводя взгляд, дабы поскорее сменить тему.

У него нестерпимо зачесалась шея.

Улыбка Платинового Дракона стала загадочной.

— Пожалуй, я не стану тебе этого рассказывать. Мало того что это долгая и запутанная история, она к тому же содержит знания, о которых тебе лучше не ведать ради твоего же блага.

— Вот как…

— Значит, он всё-таки обратил свой взор к запретному плоду.

Йен мысленно кивнул сам себе. Сам процесс его не особо волновал. Неоспоримым оставался лишь тот факт, что Платиновый Дракон стёр Чёрную Стену с лица земли.

— На данный момент мне кажется, что правильнее будет сперва выслушать твою историю, — добавил Археас, понизив голос.

— Мне безумно любопытно узнать, через что тебе довелось пройти там, за Стеной.

— Это может занять приличное количество времени, — глухо проворчал Йен.

Лицо Археаса так и просияло, и он согласно закивал:

— Именно об этом я и мечтаю! Расскажи мне обо всём во всех подробностях. Если ты устал…

Он приподнял правую руку и указал в сторону:

— Не хочешь ли сначала отдохнуть? Я могу подождать.

Йен наконец огляделся по сторонам. Перед ним во всём величии предстали просторные покои, потолок и стены которых были облицованы гладкими каменными плитами. Высота потолка составляла не менее пяти метров, а вдоль одной из стен тянулся ряд огромных окон. Разумеется, они не были настоящими — скорее походили на искусные барельефы, высеченные в пышном классическом стиле.

— Поскольку я был твёрдо уверен, что ты потеряешь сознание, то перенёс тебя прямиком в гостевую спальню.

У стены высилось ложе — огромное, пышно украшенное и словно вытесанное из цельного куска мрамора. На его боковинах были выгравированы незнакомые символы, а столбики по углам уходили высоко вверх и заканчивались острыми шпилями. Если бы не гора пышных одеял, Йен вполне мог бы принять эту постель за жертвенный алтарь. Он слегка прищурился:

— Так вот оно какое — твоё гнездо, о котором я столько наслышан.

— Моё старое гнездо. Обитель, известная миру, была наполовину разрушена последствиями ритуала. К тому же она оставалась под бдительным наблюдением богов. Отчего мне пришлось спешно её покинуть, — спокойно ответил Археас, обводя комнату неторопливым взглядом.

— Это место — самое первое логово, которое я когда-либо воздвиг. Ныне о нём не знает никто, кроме меня. Само собой, взгляды богов сюда тоже не дотянутся. Ты бы сильно изумился, если бы узнал, на какой колоссальной глубине под землёй мы находимся.

— Я уже изумлен. Не знал, что ты питаешь слабость к подобной роскоши, — отозвался Йен, задрав голову к потолку.

Тот был густо испещрён контурами заклинаний, которые слабо пульсировали золотой магией. Именно этим, без сомнения, и объяснялось то, почему в комнате было светло, несмотря на полное отсутствие каких-либо светильников.

— Когда ты молод, то склонен отдавать предпочтение роскоши и величию, а не практичности, не так ли? Именно поэтому я в своё время и покинул это место. Оно было слишком огромным и вычурным, отчего жить здесь было довольно неуютно.

Йен встретился с ним взглядом. К его удивлению, Археас смущённо улыбался.

— Сейчас мои вкусы совершенно изменились, так что, пожалуйста, пойми меня правильно. Если бы я только знал, что всё так обернётся, я бы давным-давно показал тебе своё гнездо.

Один уголок губ Йена слегка приподнялся:

— Раз уж ты так настаиваешь, я расспрошу об этом Эли при первой же возможности.

— Буду тебе крайне признателен. А сейчас давай-ка в кровать. Я помогу.

— Нет, не нужно. Я не настолько сильно устал, — покачал головой Йен.

Издав тихий стон, он заставил себя подняться на ноги. В теле всё ещё ощущалась слабость, но встал он без особых усилий.

Коротко вздохнув, он произнёс:

— Давай поговорим прямо сейчас. Мне присесть за тот… излишне великолепный стол?

Йен мотнул головой в сторону противоположной части покоев.

Для спальни этот мраморный стол был чересчур роскошным, а то, каким образом его умудрились вытесать, оставалось полной загадкой. Вокруг него друг напротив друга расположились шесть стульев с высокими спинками, выполненные из того же камня.

— Всё такой же язвительный, Йен. И этот твой нетерпеливый нрав, — промолвил Археас, поднимаясь и глядя на него сверху вниз.

— Но это меня успокаивает. Я вижу, что мой агент ни капли не изменился. Что ж, пойдём. К тому же я приготовил для тебя подарок.

— Подарок?

Археас лишь улыбнулся и развернулся. Йен озадаченно пожал плечами, но без лишних возражений последовал за ним.

Его взгляд на мгновение задержался на спине Археаса. Осанка дракона оставалась безупречно прямой, двигался он с прежним врождённым изяществом, а каждый его шаг был абсолютно бесшумным. И всё же длинные волосы, каскадом спадающие на спину, казались теперь ещё белее, чем прежде.

— Вряд ли мне это кажется.

Едва Йен подозрительно прищурился, как Археас приблизился к столу и сделал лёгкий взмах пальцем. Под воздействием едва уловимой волны магии крайний справа стул плавно отъехал назад.

— Присаживайся. Я расположусь с тобой рядом, — добавил Археас, снова щелкнув пальцами.

Стул напротив сдвинулся в сторону, естественным образом оказавшись во главе стола. Но внимание Йена привлекло кое-что другое.

— Погоди… это что?..

В самом центре столешницы, окружённый искусно гравированными оловянными бокалами, красовался стеклянный сосуд до боли знакомой формы.

— Божественная Капля?

— Да. Ты помнишь, — отозвался Археас, и уголки его губ поползли вверх.

Он наклонился, дабы взять бутылку и два бокала.

— Это одна из немногих вещей, которые я прихватил с собой, когда спешно покидал прежнее логово. Мне очень хотелось снова разделить этот напиток вместе с тобой.

— Что ж, тогда я даже рад, что меня подчистую вывернуло от всего, что я выпил до этого, — тихо пробормотал Йен себе под нос.

Это, вне всяких сомнений, был лучший напиток в его жизни. К тому же он обладал приятным сопутствующим эффектом — на определённый срок ощутимо повышал «Ментальную Стойкость» и «Восстановление».

Проходя мимо Йена, Археас непринуждённо добавил:

— Боюсь только, к нему совсем нет закуски. В этом месте нет ничего, кроме спиртного и подземных вод.

— Мне не нужна еда, — просто ответил Йен.

Археас, который как раз расставлял бокалы на столе, согласно кивнул.

— В таком случае присаживайся.

Йен без лишних слов сел, потянув за тяжёлые подлокотники, чтобы придвинуть стул ближе к столешнице. Наблюдая за ним, Археас тихонько рассмеялся и откупорил бутылку. Воздух мгновенно наполнился освежающим, сладковатым ароматом, сотканным из ноток благородного дерева и полевых цветов. Всё было в точности так, как Йен и помнил.

— И вот… я откупориваю последнюю бутылку… — едва слышно промолвил Археас.

Он разлил янтарную жидкость по обоим бокалам и аккуратно пододвинул один из них Йену. В отличие от их прошлой встречи, сейчас в его неторопливых движениях не угадывалось и тени той мрачной угрозы, что витала над ними прежде.

— Мои друзья бы лопнули от зависти, узнай они об этом.

— Вот как? Что ж, тогда заберёшь остатки с собой. У тебя ведь есть карманное измерение, верно? — отозвался Археас, возвращая бутылку на стол и усаживаясь наискосок от него.

— Не уверен, что тут хоть что-то останется. Как я уже говорил, разговор предстоит долгий, — заметил Йен, поднимая свой бокал и пристально разглядывая его содержимое.

— Сказать по правде, я именно на это и уповаю. Ну а теперь давай поднимем тост, — произнёс Археас, подавшись вперёд и протягивая свой бокал.

Когда Йен двинул свой бокал навстречу, дракон тихо добавил:

— Спасибо, что вернулся живым и невредимым, Йен.

— А я рад видеть в здравии тебя.

Археас улыбнулся, их бокалы столкнулись с негромким звоном, и он поднёс напиток к губам. Йен последовал его примеру.

Вкус по-прежнему оставался неописуемо великолепным — из тех, что способны вмиг отрезвить и вернуть к жизни любого. Напиток не только мгновенно смыл отвратительное послевкусие во рту и носу, но и словно наполнил всё тело бодрящим, сладостным благоуханием.

— Этот вкус кажется ещё более особенным от осознания того, что мне больше никогда не доведётся изведать его сладости, — обронил Археас, который опустошил свой бокал раньше Йена и уже снова потянулся к бутылке.

— Ну а теперь поведай мне свою историю. С чем тебе пришлось столкнуться там, за Стеной?

Йен замер, удерживая бокал у губ и погрузившись в раздумья. В его памяти вспыхнули определённые события — из тех, о которых, возможно, стоило умолчать. К примеру, история с Йогом.

Впрочем, сомнения длились недолго.

— Как ты уже и сам знаешь, земли за Стеной, как и ожидалось, оказались бескрайним демоническим царством, — начал Йен, опуская бокал на стол.

Он посмотрел на Археаса, который как раз наклонился, чтобы обновить ему напиток, и слегка понизив голос, добавил:

— Но прежде всего мне следует рассказать тебе об иллюзии, которую я узрел в момент пересечения Стены.

— Об иллюзии? — переспросил Археас.

Йен утвердительно кивнул:

— В ней я встретил кое-кого. Имени его я не знаю, но это наверняка был один из древних богов пустоты.

Брови Археаса дрогнули. Он с тихим стуком вернул бутылку на столешницу, выпрямился и уверенно произнёс:

— Полагаю, эту историю мне тоже нужно выслушать в мельчайших подробностях.

Йен согласно кивнул, вновь взял в руку бокал и начал свой неторопливый рассказ:

— То был далеко не первый раз, когда я столкнулся с ним. Прежде он частенько навещал меня в сновидениях. Должно быть, всему виной тот хаос, что затаился во мне…