Глава 193 — Выживание Стигматы (1)

Оказание медицинской помощи требовало немалых профессиональных знаний и опыта. Разумеется, врачи Коалиции по борьбе с болезнями гордились собой куда сильнее обычных лекарей.

Дэйви выглядел вдвое моложе большинства врачей и к тому же вмешался совершенно внезапно, так что напряжение было вполне ожидаемым. Однако этот разлад мог продлиться лишь в том случае, если бы он оказался обычным дворянином, у которого за душой не было ничего, кроме горячего рвения.

— Это… подтверждающий пропуск от императорского дворца. П-простите, но кто вы?

— Первый принц королевства Роуэн, Дэйви О’Роуэн. Я очень хочу верить, что вы не скажете мне, будто не знаете, кто я.

— А?!

Если врачи не были полными идиотами, они должны были знать о Дэйви, который оказал огромное влияние на их область. Даже не зная подробностей, они наверняка слышали о гениальном принце, нашедшем лекарство от болезни, перед которой не справилась даже их коалиция. И, конечно, они знали, что Дэйви обладал единственными в своём роде стигматами.

Осознав, кто перед ними, и вспомнив, что именно он только что применил иглоукалывание — метод, ставший теперь настоящей сенсацией в медицинских кругах, — врачи потрясённо распахнули глаза.

Когда они так и остались стоять с открытыми ртами, Дэйви нахмурился ещё сильнее и резко бросил:

— Насмотрелись?

— П-простите?

— Ещё один человек умер. Сколько людей вы собираетесь угробить?

— Д… да!

Наконец придя в себя и оценив обстановку, большинство врачей вскрикнули и бросились к работе. Однако некоторые всё ещё стояли на месте, будто собирались остановить Дэйви. Они знали о его репутации, но, вероятно, всё равно видели в нём новичка вдвое моложе себя и с вдвое меньшим опытом. Впрочем, зависти в их взглядах не было.

Без гордости и страсти невозможно хорошо делать настоящее дело. Как и искусство, медицина требовала внутреннего огня, чтобы развиваться и давать плоды. И, как в большинстве профессий, здесь были необходимы ум, подготовка и профессионализм.

Стоило врачам по-настоящему понять, кто такой Дэйви, как они начали двигаться быстро и слаженно.

Дэйви достал из Карманного измерения обычный набор игл для акупунктуры, которым часто пользовался, разложил его и закрыл глаза.

Чтобы спасти двадцать тысяч человек, одного лечения всех больных в этой лечебнице было недостаточно. Но это не имело значения. Условие сделки заключалось в том, чтобы спасти тех, кто страдает от боли, а не в том, чтобы устранить весь ущерб, причинённый некромантом.

— Дэйви, из-за этого могут погибнуть десятки тысяч. Война — безумие. Одна ошибка, и счёт жертв пойдёт на тысячи.

Персерк заговорила хмуро. Ей глубоко претили война и всё, что она с собой приносила.

— Скажи мне. Я на твоей стороне и потому не могу просто закрыть на это глаза. Эта ситуация приведёт к слишком большим жертвам. Я не могу позволить тебе делать всё, что вздумается. Ты ведь понимаешь: есть много других способов выполнить сделку, не доводя до такого.

Персерк высказала вполне логичное мнение, и Дэйви кивнул.

— Да. Ты права.

Мир и правда был несправедлив. У Дэйви были сила и власть, но если он не использовал их ради других, его тут же начинали осуждать. Забавно, правда?

— Но впереди будут катастрофы куда серьёзнее.

Когда дело касалось непредвиденных ситуаций, инстинкты Дэйви почему-то почти всегда били точно в цель. Следствия без причины не бывает. Было бы глупо ожидать чего-то меньшего, когда за несколько коротких месяцев одно крупное событие сменяло другое.

— Ещё серьёзнее этого? И как такая вероятность связана с нынешней войной?

Дэйви не нравилась мысль о том, что тысячи людей бессмысленно принесут в жертву в нелепом перетягивании власти.

Подумав об этом, он сказал:

— Мне нужно с самого начала закрепить своё влияние.

— Опять эта жуткая улыбка!

Некромант, пробудившийся в древних руинах, дальше уже не продвинется. Армия истребления не сумеет прикончить врага. Критика и осуждение обрушатся на тех, кто отвечал за эту ситуацию, а Дэйви останется лишь заняться политикой и извлечь выгоду. В будущем это сильно упростит ему жизнь.

* * *

Между святой и кандидаткой в святые была разница. И Алиса, и Лена из Священной империи были лишь кандидатками в святые, поэтому они не могли быть такими же, как Дэйви. У них не было стигматов.

Кандидат в святые или кандидатка в святые считались лишь претендентами на настоящую роль. Мальчиков, с рождения благословлённых большим запасом святой силы, забирали в Священную империю и воспитывали как возможных святых. Девочек воспитывали как возможных святых.

Так выросла и Алиса — ведь с рождения обладала огромным запасом святой силы. Однако стигматов у неё не было. Поскольку всю свою жизнь она посвятила тому, чтобы получить стигматы, Алиса не могла не завидовать Дэйви, которого выбрали будто бы внезапно и ни с того ни с сего. Именно она служила Богу в святой земле Вальхасе, Священной империи. Именно она изучала и распространяла слово Божье. Именно она воплощала Божьи наставления на деле.

Алиса выдержала все трудности и с улыбкой делала даже то, что ей было неприятно и чего она вовсе не хотела. Она искренне не могла понять, почему принц из маленького королевства, шесть лет пролежавший без сознания и почти не имевший связи с Богом, получил стигматы.

Бог даровал стигматы такому мальчишке, как Дэйви, но за двадцать пять лет преданного служения ни разу не ответил Алисе. Поэтому её раздражение дошло до предела. Именно этим и объяснялось её поведение.

По положению кандидатки в святые Алиса должна была всегда сохранять объективность. Она была лишь кандидаткой, но даже этот статус давал определённую власть и признание. Однако тогда она не захотела оставаться объективной.

Алиса была уверена, что место святого, доставшееся Дэйви, должно было принадлежать ей. Она злилась, что какой-то случайный мальчишка украл её законное положение. Другая кандидатка в святые приняла это как волю Божью, но Алиса никак не могла с этим смириться.

«О богиня Фрейя, почему Ты не отвечаешь мне, хотя я всем сердцем служу Тебе и молюсь?»

Алиса, благоговейно молившаяся в тихой палатке, медленно поднялась. Снаружи послышался шорох.

С тех пор как она прибыла в горную крепость, вокруг стоял тяжёлый запах смерти. Поле боя находилось совсем рядом.

— Всё готово к совещанию, святая, — доложил Алисе святой рыцарь. Он назвал её святой, а не кандидаткой.

Не поправив служившего ей святого рыцаря, Алиса сухо произнесла:

— С теми, кто отказывается повиноваться Богу, я разберусь сама.

Суровое выражение на лице Алисы и не думало смягчаться.

* * *

Дэйви уже ступил на натянутый канат, а значит, должен был пройти по нему до конца. Если устроить шум без расчёта, долго он не продержится. Зато, тщательно вызвав переполох, можно было воспользоваться ситуацией и подставить всех остальных.

В прошлом Дэйви усвоил: если уж решил пойти вразнос, нужно заранее выстроить план. Следовало тянуть ровно столько, сколько необходимо, а врагов держать на определённом расстоянии.

**вшух!! пах!!**

Будь то заклинание варпа или телепортация, Дэйви должен был знать координаты места, где он находится, и места, куда хочет попасть. Это были базовые требования. Если честно, телепортация относилась к самым опасным видам магии. Например, если точка переноса окажется в толще утёса, Дэйви в считанные мгновения превратится в раздавленное тело между плотно сомкнутыми пластами камня.

Телепортация работала через разложение физического тела на молекулярном уровне. Варп же складывал само пространство и переносил человека в другое место. Поэтому варп был стабильнее и давал меньшую отдачу, чем телепортация, но это не означало, что можно было просто махнуть рукой на важность координат.

У варпа было одно большое преимущество. Если в выбранной точке что-то находилось, варп отталкивал препятствие, а в зависимости от силы заклинателя мог даже пробить его насквозь. Правда, если маны у заклинателя едва хватало на само заклинание, такого не происходило.

Так как же Дэйви смог перенестись в место, где прежде ни разу не был? Ответ оказался простым и неожиданным: мана-врата. Точнее, в городе, куда Дэйви сейчас направлялся, находились наглухо закрытые мана-врата.

Мана-врата использовали заранее заданные координаты, а сам транспортный портал оставался открытым долгое время. Поэтому, раз координаты уже были определены, Дэйви не нужно было лишний раз ломать голову.

**хруст… хруст…**

Если и искать минус, то он заключался в том, что место перемещения уже было выбрано. В конце концов, Дэйви пользовался координатами мана-врат, которые уже были захвачены.

— Боже… Ты безрассуден. Тебе мир вообще ни по чём, да? Думаешь, ты непобедим и ничто не сможет тебя ранить?

— Эй, о чём ты? Я могу вести себя так безрассудно именно потому, что у меня есть страховка.

Если появится противник подавляющей силы, с которым даже Дэйви не сможет справиться, например настоящее Мировое Древо… Если ему придётся сражаться с чудовищем, равным Мировому Древу по мощи, или с противником, который выложится полностью, у Дэйви не останется выбора, кроме как использовать единственный козырь в рукаве.

— Тогда почему ты так безрассудно принял бой с Мировым Древом, если оно настолько сильное?

— Потому что против Мирового Древа у меня есть чит.

Если изначальный план провалится, Дэйви сможет использовать единственное атакующее заклинание тёмной магии, которому научился у Ро Айас. Она в основном учила его применять тёмную магию как защитный инструмент, а не как оружие, поскольку терпеть не могла саму мысль о том, что он причинит кому-то вред тёмной или дьявольской магией. В конце концов, все атакующие варианты из того, что Ро Айас ему показала, Дэйви отрабатывал самостоятельно.

Кроме того, Ро Айас научила Дэйви и магии, предназначенной именно для защиты.

— Не переживай. Я ни за что не умру.

— Хмф! Думаешь, кто-то переживает за такого, как ты? Ты всегда делаешь всё, что хочешь. На тебя не действуют ни логика, ни здравый смысл, заноза.

Дэйви ощутил дежавю.

**хруст!!**

— А-а-а…

К Дэйви, единственному живому существу поблизости, начали стягиваться нежить и несколько десятков скелетов. Стоило им обнаружить его, как их тут же потянуло ближе. Нежить, до этого бесцельно бродившая по городу без приказов, даже не скрывала своей враждебности.

— Город окончательно умер.

В этом проклятом городе не осталось ни одного выжившего. Дэйви не чувствовал ни малейшего признака жизни и видел вокруг лишь разрушение.

**шинг.**

Дэйви достал из Карманного измерения Красную Ленту и Синюю Ленту, затем вдвинул их в ножны у себя на поясе. После этого он снова потянулся в Карманное измерение и вытащил посох — Погибель Трансцендентности.

— Семь раз поймать, семь раз отпустить.[1]

Сейчас Дэйви должен был сделать только одно: выманить наглого некроманта, который прятался в древних руинах. Ему хотелось как следует избить некроманта, который, скорее всего, забавлялся происходящим и наслаждался войной.

Прокрутив посох в руках, Дэйви медленно активировал дьявольскую ману. Она яростно завибрировала, словно ругала его за то, что он так долго не использовал её, и торопила. Стоило Дэйви выпустить её наружу, как тёмная, холодная энергия быстро подавила энергию смерти, окружавшую это место.

[Мёртвые всегда тянутся к свету.]

Тихо пробормотав это, Дэйви двинул Погибелью Трансцендентности и стукнул посохом по полу.

[И начинают жаждать света, которого им не достичь.]

Он не читал заклинание как обычную формулу, но его воля сама легко изливалась наружу. Заклинание звучало скорее как стихотворение, чем как магия. Вскоре его воля вспыхнула перед ним и озарила всё вокруг.

[Я — ваш командир.]

**хруст!**

— Э-э-эх…

Нежить, которая сперва собралась вокруг Дэйви с явной враждебностью… остановилась. Тогда Дэйви, ухмыльнувшись, посмотрел на ближайшего скелета и поднял правую руку.

**хруст.**

В тот же миг скелет поднял левую руку навстречу правой руке Дэйви.

**хлоп!**

После этого хлопка ладонями Дэйви игриво поднял обе руки и помахал ими. Скелет с пустыми глазницами тут же бросил оружие и сделал то же самое.

— Мерцай, мерцай, маленькая звёздочка, — напел Дэйви.

**клац-клац!!**

Скелет не мог подпевать, ведь у него не было голосовых связок. Зато его челюсть с шумом заскрипела и раскрылась.

[Красная Лента споёт лучше!]

[Синяя Лента тоже хочет петь…]

Поскольку это была детская песенка, Красная Лента и Синяя Лента начали вибрировать в ножнах. Им тоже хотелось спеть. Обычно Дэйви подыграл бы им, но сейчас, увы, не мог.

— Я не собирался, но раз уж сами предлагаете, как тут отказаться?

— Мошенник.

— Тогда заберу всё. Ну что, ребята, оружие в руки, — обратился Дэйви к нежити.

Нежить медленно взялась за оружие. Затем снова окружила его — теперь уже словно почётный эскорт.

— Главное, чтобы для некроманта это выглядело как внезапный мятеж.

Дэйви было всё равно, погибнет ли несколько сотен мертвецов или нет. Для него это был простой способ заполучить десятки тысяч рабочих рук, которые будут трудиться на него в тени.

1. Имеется в виду психологический приём Чжугэ Ляна, китайского военного стратега эпохи Троецарствия: семь раз поймать врага и семь раз отпустить, чтобы впечатлить его и заставить последовать за собой. ☜