Глава 19 — Без названия
Эксперименты Роджериса над людьми...
Стоило мне превратить безымянного алхимика в трупный меч и увидеть его имя, как в голове тут же всплыли воспоминания из прошлой жизни.
Пасхалка от разработчиков. Скрытое подземелье. Тайный элемент. Секретный трофей.
— Вы в норме, господин?
— В полной.
Впрочем, со стороны Каллиус выглядел, мягко говоря, неважно. Ранений он не получил, но яростная схватка вымотала его до предела — и физически, и морально.
Демон-человек в стеклянной колбе. Роас.
Стоило Каллиусу наставить клинок на этот плод безумных экспериментов Роджериса, как существо разнесло резервуар в щепки и впало в безумство. Тварь не ведала страха перед сталью. Даже лишившись конечностей, она продолжала пожирать монстров, спавших в соседних капсулах, ради мгновенной регенерации.
Гадать, кем же являлось это создание — человеком или чудовищем, — времени не было.
Каллиус окутал лезвие аурой Меча Волны Серебряного Цветка и одним слитным движением рассек демона-человека надвое.
[Эксперимент Роджериса — Завершено]
[Сила +2]
Трупный меч алхимика осыпался искрами света, оставив Каллиуса с двумя клинками. В одной руке покоился Жизненный меч Люсен, доставшийся от Эстер. В другой же...
[Пожирающий меч — Роас]
Ранг — Жизненный меч.
Обитающая душа — Смешанная душа.
— Подопытный объект, ставший кульминацией исследований Роджериса.
Его последний демон-человек, превращенный Каллиусом фон Зерваном в меч.
Уникальная способность — Пожирание.
Счетчик пожирания — 0.
Пожирающий меч — Роас.
Хищный клинок напоминал звериный оскал. Зазубренное лезвие казалось намеренно расколотым; оно тускло поблескивало, словно изнывая от жажды плоти и крови.
Несмотря на привычную форму и скромный ранг — всего лишь Жизненный меч, — он обладал уникальной способностью, которая обычно была прерогативой Духовных мечей и выше.
Пожирание.
Полностью оправдывая свое имя, оружие переняло способность твари поглощать чужую плоть и кровь. И пускай сейчас это был всего лишь Жизненный меч, стоило счетчику пожирания перевалить за сотню, а затем за тысячу, как клинок начнет меняться. Он мог развиться до Духовного меча. А в перспективе — и до Иллюзорного меча.
Иными словами, в его руках оказалось эволюционирующее оружие.
— Но откуда у него ножны? Насколько мне известно, Трупные мечи создаются без них.
— Обычно... да.
Трупные мечи и впрямь не знали ножен — даже для Люсена пришлось подыскать временный футляр. В конце концов, истинным пристанищем для оружия были объятия Бога, а не кожаные ножны. Но Пожирающий меч, выкованный из существа, застрявшего между человеком и монстром, изначально явился в мир защищенным. Согласно внутреннему наративу игры, Бог попросту отверг оскверненную, смешанную душу.
Пожирающий меч был демоническим клинком, лишенным небесного святилища, куда он мог бы вернуться. Вот почему тьма породила его вместе с ножнами.
— Цык, — Каллиус досадливо прищелкнул языком.
«Раз уж судьба подкинула мне трофей, лучше бы это был не Пожирающий меч».
Прогрессирующее оружие... На поздних этапах игры этот плюс превращался в жирный минус. Пускай ранг клинка рос, его уникальный навык оставался прежним. Да, Пожирание становилось эффективнее, но на фоне полноценных Духовных или Иллюзорных мечей выглядело блекло. Пожирает и растет — вот и весь функционал. До духовных клинков, способных изрыгать пламя или призывать стихийные бедствия, ему было как до луны.
Щелк.
Загнав Пожирающий меч в ножны, Каллиус зачесал волосы назад и перевел взгляд на спутника.
— Нашел выход?
— Да, господин! Нам туда!
Каллиус коротко кивнул и зашагал следом.
«Впрочем, грех жаловаться».
По всему Королевству Карпе хватало скрытых точек интереса. Роджерис был далеко не единственным безумцем, ставившим запретные эксперименты над людьми. Множество алхимиков — а некоторые из них тайно прислуживали Империи — практиковали куда более зловещие ритуалы. И если отыскать и зачистить их логова, можно раздобыть клинки в разы мощнее.
Проблема крылась в другом...
«Попробуй их отыщи».
Координаты скрытых локаций он лично не прописывал, так что Каллиус весьма смутно представлял, где они находятся. Конкретно этот схрон алхимика игровой дизайнер добавил спонтанно, прямо во время летучки, и Каллиус лишь мельком слышал о нем от коллеги из отдела дизайна. Если бы Бранс случайно не рухнул в ту яму, они бы прошагали мимо.
— Чего уставился?
— Да нет, господин, ничего, я просто так...
То, что они вообще наткнулись на эту лабораторию — чистой воды везение. Но оттого и досада брала сильнее.
«Надо же было получить именно Пожирающий меч».
Каллиусу, у которого сейчас за душой не водилось ни одного Духовного меча, этот клинок был всяко полезнее пустого кармана. Но человеческая натура ненасытна. Мысль об упущенной возможности урвать орудие получше оставляла горький привкус.
«С другой стороны, выбирать не приходится».
Пока в руки не попадется истинный меч Паломника, лишний клинок в арсенале не помешает. Высокоранговое оружие славилось прочностью, а вот железо попроще ломалось регулярно. С этой точки зрения Пожирающий меч был отличным подспорьем. Даже разлетись он на куски, достаточно напоить его свежей кровью, чтобы лезвие полностью затянулось.
— Раз уж судьба занесла нас сюда... пожалуй, займусь благотворительностью, как и подобает истинному Паломнику.
— А?
Бранс озадаченно почесал в затылке, но, перехватив леденящий душу оскал Каллиуса, благоразумно прикусил язык.
Месяц спустя. Подступы к северным землям. Заснеженный горный хребет.
Посреди вечных снегов выросло укрепленное деревянное поселение. Высокий частокол и мрачные бревенчатые избы служили логовом для печально известной шайки. Лютый мороз выбивал из груди густой белый пар, а из-за свирепых буранов путник рисковал сгинуть в заносах. Сюда не совались даже бывалые горные проводники.
Снежная гора Анавати. Дом родной для грозы здешних мест — Бандитов Двойного Топора.
Их вожак, Юрмати, с самого полудня заливал зенки, пока его не растолкал запыхавшийся прихвостень.
— Главарь! Главарь!
— Какого хера тебе надо, ублюдок? Ни свет ни заря!
— Да полдень уже, очнись, босс! Тут такое дело, труба!
— Да что стряслось, разрази тебя гром?! Башка трещит, не ори под ухом!
Стоило Юрмати потянуться к верным двойным топорам, как разбойник испуганно зашептал:
— Слыхал про парней с соседнего склона?
— Про Кровожадных бандитов, что ли? Ну и? Опять забрели на наши охотничьи угодья?
— Если бы! Их всех под ноль помножили!
— Чего? Прямо всех?
— Да!
— С какого перепугу?
— В том-то и фокус, что никто не знает! И не их одних. Кровожадные бандиты, бандиты Каллис, бандиты Хёртс — всех под нож пустили!
— ...Вообще всех?
— До единого!
Все окрестные шайки стерли с лица земли. Быстро, чисто и без лишнего шума. С Юрмати вмиг слетел весь хмель.
— Нас королевские ищейки обложили? Или святоши из Церкви? Что за чертовщина?! Почему именно сейчас? Столько лет носа сюда не сунули, и на тебе — тотальная зачистка! За какие такие грехи?! Я вообще чист перед законом!
— Ну, насчет «чист» ты загнул, главарь...
— Ладно, твоя правда.
Деревенских они грабили исправно, в кабаках не платили, воровали, вымогали последнее, девок уводили... Если начистоту, клейма на них ставить было негде.
Бум!
Пока вожак озадаченно чесал репу, со двора донесся дикий грохот.
Сквозь ревущий буран прямо посреди цитадели Бандитов Двойного Топора вырос незнакомец в алом плаще и с двумя мечами на поясе.
— Какого хера? У нас проходной двор?
— Никто не открывал, босс! Частокол в щепки разлетелся, и этот хмырь просто зашел!
— Чего?! Брешешь!
Зная нрав местных хищников, бандиты латали и укрепляли бревна на совесть — мышь не проскочит, не то что человек. Голой силой такой барьер не взять. Но тут началось шоу.
Вжих!
— А-а, сука! Это еще что?!
Незваный гость рванул оружие из ножен и принялся методично выкашивать разбойников.
— Х-хорош зябликов ловить! Валите его! Убейте ублюдка! — во всю глотку надрывался Юрмати.
Разбойники, грозно ухая, похватали топоры и скопом ринулись на наглеца. Шайка Юрмати не зря пользовалась дурной славой — под его началом ходила добрая сотня головорезов, включая беглых наемников с клеймами на лбу. Это был не сброд оборванцев, а сыгранная армия жестоких убийц.
Юрмати высокомерно хмыкнув, скрестил руки на груди. Кем бы ни был этот камикадзе, очень скоро он зальет снег кровью и приползет умолять о пощаде.
Вот только реальность нанесла сокрушительный удар.
Спустя минуту Юрмати опустил руки. Через пять минут с его лица сошли остатки загара. Через десять он, сам того не замечая, судорожно сжимал топорища за спиной.
— Твою мать...
Десять минут. Всего десять минут понадобилось, чтобы в цитадели воцарилась мертвая тишина. Буквально мертвая — в живых не осталось никого.
Горный склон украсил курган из ста с лишним трупов, на вершине которого замер одинокий воин. Его алый плащ яростно трепал ветер. Он разил плавно, изящно и до жути беспощадно. Взгляд вожака намертво приковал розарий меча на шее чужака.
Паломник. Паломник Меча, раздающий кару именем Господа.
— Да за что?! С какого хера ты на нас попер?! Бешеный, иди ищи свой Божественный меч, нас-то за что?! — в отчаянии взвыл Юрмати, но тут же прикусил язык.
Запоздалое раскаяние, впрочем, оплатили по стандартному тарифу — мгновенной смертью.
Оставшись посреди обезглавленного лагеря, Паломник равнодушно обронил:
— Маловато.
[Пожирающий меч — Роас]
Ранг — Жизненный меч.
Обитающая душа — Смешанные души.
Уникальная способность — Пожирание.
Счетчик пожирания — 494.
— Но цель уже близко... Выходит, теперь нужно скормить ему еще полтысячи демонических тварей.
Этого безумного Паломника звали Каллиус.
Сейчас он прилежно «кормил» Пожирающий меч — Роас. Механика игры требовала соблюдать строгий баланс: для эволюции клинку в равной степени нужна была кровь чудовищ и людей. Ради этого Каллиус весь последний месяц, продвигаясь к северным рубежам, методично вырезал бандитские гнезда, расплодившиеся вдали от взора короны Королевства Карпе.
На Севере, скованном вечной мерзлотой и буранами, королевская армия была редким гостем, так что отребье всех мастей чувствовало себя хозяевами жизни. Каллиус, чей маршрут как раз пролегал через эти дикие земли, просто наносил на карту самые одиозные банды и стирал их в порошок. Обычная социальная гигиена — он не испытывал ни малейших колебаний, пуская их в расход.
Тяжелое детство, деревянные игрушки? Если сопливить перед каждым взмахом меча, проще сразу уйти в монастырь и раздавать беднякам кашу.
— Ха-а... фу-ух... Господин! Да постойте же вы!
— Бранс.
Каллиус досадливо щелкнул языком и вогнал Пожирающий меч в ножны. С лезвия все еще стекала багровая жижа, но вытирать сталь не было нужды — артефакт всосет ее до последнего атома.
— Я думал, за время нашей прогулки ты подкачал дыхалку. Или ты на Севере в первый раз?
— В-впервые... Кхе-кхе! Так ведь и баул, господин, стал весить как чугунный мост!
— Хм.
За последний месяц они знатно потрошили закрома разбойников. Спасенные селяне охотно делились провиантом, а в сундуках уничтоженных банд Каллис и Двойного Топора осело приличное количество золота. Купленная в Тристе Двойная сумка Эльдоры ужимала объем, но никак не влияла на массу, поэтому бедняге Брансу приходилось переть в гору чудовищный груз.
«Центнер, не меньше».
Впрочем, суровый фитнес пошел слуге на пользу: он раздался в плечах, оброс мясным рельефом, да и ноги стали как тумбы.
«А ведь я думал, при первой же возможности сделает ноги...»
Бывший шестерка из трущоб проявил удивительный стержень.
— Ты куда навострил лыжи?
— Мародерствовать, господин! В таком лагере наверняка припрятан тайник с хабаром! Мы же не оставим его местным белкам?
— Сам же ныл, что хребет ломится.
— Да я если и сдохну, то только обнимая мешок с золотом!
Парень определенно эволюционировал с их первой встречи в Тристе.
«Правда, алчность у него в крови».
Кое-какие привычки неискоренимы. Каллиус прислушался к окружению и снова взялся за рукоять.
— Почуяли кровь.
Демонические звери. Северная экзотика — в здешних хребтах твари чувствовали себя полноправными хозяевами. Из метели беззвучно вынырнули Снежные барсы. Белоснежные, под стать сугробам, но раза в два крупнее обычных кошек, да еще и с лапами, увенчанными бритвенными когтями.
— Дорога ложка к обеду.
Каллиус кровожадно оскалился. Меч требовал звериной крови, и то, что дичь сама прибежала на ловца, только упрощало задачу.
Пожирающий меч снова заплясал в его руках, собирая жатву. Один. Второй. Десятый... Земля покрылась тушами хищников, но поток мохнатых бестий не иссякал.
«Они вообще ведают страх?»
Каллиус скользнул взглядом по лезвию меча Роаса. Клинок пульсировал потусторонней прохладой, с хлюпаньем всасывая налипшую кровь.
— Ах, вот оно что. Проклятая железка.
Зловещее оружие работало как мощнейший провоцирующий фактор для агрессии монстров. Легко уходя от выпадов, Каллиус продолжал методично крошить лесных тварей.
Наконец натиск ослаб.
— Господин! Срочно сюда, тут такое!.. Ой-ё-о...
Бранс, выскочивший из жилой пристройки, замер столбом перед свежей пирамидой из кошачьих туш и разбойничьих тел.
— Вы... вы когда-нибудь бываете сухим? Опять в кровище с ног до головы.
— Говори по делу, — Каллиус небрежно протер лицо краем Плаща Сумерек и шагнул к слуге.
— Там в бараке... В общем, гляньте сами.
— Кто там еще? Чего ты раскудахтался?
— Ну, хозяин...
В глубине барака, среди раскиданного хлама, жались друг к другу испуганные служанки, а чуть поодаль, прямо в клетке, сидел ребенок.
«Благородная?»
Платьице на девчушке, пусть и припачканное, было сшито из дорогого бархата — простолюдины такое даже во сне не носят. Каллиус уже набрал в грудь воздуха, чтобы выдать Брансу затрещину за ложную тревогу, но внезапно осекся.
Иссиня-черные волосы, будто сотканные из ночного мрака. И пепельно-серые глаза — визитная карточка, которая смотрелась пугающе неестественно на детском лице.
Женщины зашлись в беззвучной истерике, завидев забрызганного кровью Каллиуса, но девчушка даже не вздрогнула. Напротив, она смерила его оценивающим, не по-детски твердым взглядом.
— Эй, мелочь. Звать как?
Малышка гордо выпрямилась в своей клетке и, чеканя слова, ответила:
— Эмили. Эмили фон Зерван.
Юная кровь благородного дома. Родственница хозяев Севера. Великий клан мастеров клинка, державший в страхе весь регион. Семья, к которой принадлежал и сам Каллиус.