Глава 27 — Жертвоприношение - Часть 04
Сегодня из Фомикаума в Пласту тянулся нескончаемый поток карет. Дорога до столицы шла по прямой, так что плотное движение ничего странного собой не представляло. Даже наоборот - было вполне естественное зрелище. Однако вчера, когда я шагал по этому же самому тракту, было куда тише. Сегодня же мы то и дело едва не сталкивались с экипажами. В конце концов мы плюнули на попытки поймать попутку и побрели через лесок поодаль от большака.
- Братан, - окликнул меня Пушок.
Какой я тебе, к чёрту, братан? Я тебе не братец, пёсья твоя волчья морда.
Нахмурившись, я обернулся к Пушку. Выглядел он вполне сносно, несмотря на дырку в животе.
- Мне бы шерсть обратно вернуть, - сказал он. - Юная госпожа меня засмеёт. И одежда прямо по голой коже трётся - мерзко до жути. И холодно просто адски.
- Тут я тебе не помощник. Обратись к ведьме, что ли.
- К той, что в королевском замке? И как, по-твоему, мне к ней подступиться?!
- Понятия не имею. Можешь попробовать её покормить.
- Я серьёзно вообще-то! - Пушок шумно засопел носом, прямо как настоящая собака. Я, между прочим, про кормёжку тоже всерьёз говорил, но, видимо, такой расклад и впрямь не прокатит.
Я заметил очередной экипаж, пронёсшийся мимо на подозрительно большой скорости. С козел донеслись слова «казнь ведьмы». Я покосился на Пушка.
- Судя по всему, сегодня в полдень будет казнь...
Шерсть на всём моём теле встала дыбом.
«Примкни ко мне или сгори на костре». Тринадцатый предложил Альбусу выбор. Он пообещал мальчишке новые знания, если тот станет ему служить. Откажется - взойдёт на костёр.
Мозг рисовал исключительно наихудший расклад. Я сорвался с места и со всех ног помчался к столице.
Главная площадь Пласты кишела зеваками. Сегодня утром разослали срочное извещение о том, что в полдень состоится казнь ведьмы.
Мы неслись по улицам, даже не вспоминая про рану Пушка. Время подбиралось к полудню, солнце почти стояло в зените. Одно из преимуществ зверолюдов - способность бежать наравне с каретой, если выложиться на полную. Скаковую лошадь, конечно, не обгонишь, а вот тяжело гружённому экипажу мы вполне могли составить конкуренцию.
Ворвавшись на запруженную площадь, мы принялись проталкиваться сквозь плотную толпу. Посреди возвышался громадный столб, к которому как раз привязывали... Альбуса. Моё чутьё не подвело.
- Да что этот дурак себе думал?! Почему он не принял сторону Тринадцатого?!
Даже на расстоянии я видел, как тело Альбуса бьёт дрожь. Казалось, он вот-вот осядет наземь. Но он ни разу не опустил взгляд. Его золотые глаза, сверлившие толпу, на долю секунды встретились с моими.
Его губы искривились. Он заметил меня. Ну и дурак же ты. Чего ты выпендриваешься? Тебя сейчас казнят. Самым худшим способом - сожжением на костре. Ты хоть понимаешь? Тебя ждёт мучительная смерть.
- Так ты... знаешь... этого человека? - тяжело дыша, Пушок сощурился. Ему наконец-то удалось меня догнать.
- Ага. Этот мальчишка на меня нападал. Он привёл нас в «кампус», где нас и схватил Тринадцатый. Ему дали выбор: служить Тринадцатому или сгореть на костре, и этот придурок выбрал второе!
- Ого, вот это храбрость, - протянул Пушок, вглядываясь в помост вдалеке. - Эй, братан.
- Ну что?!
- Этот мальчишка... он блондин?
- И что с того?
- А глаза у него золотые?
Точно. У Альбуса золотые глаза. Но откуда ему это известно? Даже зверолюд-волк не смог бы разглядеть цвет глаз с такого расстояния.
- Юная госпожа...
Юная госпожа? Что он имеет в виду? Альбус - парень. Я уже собирался озвучить свой вопрос, как толпа внезапно смолкла. Я перевёл взгляд на помост. Там стоял Тринадцатый - с посохом и в невероятно длинной мантии, едва не волочившейся по земле. Сгорбленная осанка и мрачное выражение лица безошибочно рисовали образ злого колдуна. И тем не менее он стоял на эшафоте, выступая на стороне правосудия.
- Сегодня мы предаём огню ведьму, - начал Тринадцатый. Его низкий голос разнёсся по всей площади. Рядом с ним Альбуса накрепко привязывали к столбу.
«Сегодня мы предаём огню ведьму»? Ха, говоришь так, будто это сущий пустяк.
- Не смейте испытывать жалость лишь потому, что она выглядит как дитя. Подумайте о бессчётных жизнях, которые эта ведьма уже отняла и ещё отнимет в будущем.
Он нарочно выделил слово «ведьма». Я понимал зачем. Он хотел вбить толпе в голову, что ведьмы - не люди. Тогда люди постепенно перестанут воспринимать ведьм как человеческих существ. Будут считать их порождениями зла, заслуживающими смерти. Только после этого они смогут радостно улюлюкать, глядя, как те корчатся в муках на костре.
В любой стране, в любую эпоху, во время войны врага всегда выставляли червями и мразью. И на то была весомая причина. Людям требовалось оправдание для убийства, нужно было возвеличить смертоубийство.
- Дамы и господа. Я и сам колдун. Однако я не причиняю людям вреда колдовством и не потворствую любым деяниям, наносящим вред человеку. Я ни разу не использовал колдовство ради собственной выгоды!
Воздух, казалось, задрожал. Гулкий голос Тринадцатого проносился над площадью, проникая в самое нутро. Глаза всех зевак были прикованы к нему.
- Я тоже практикую колдовство. Но тех, кто изучает то же ремесло и сбивается с праведного пути, я, не колеблясь, уничтожу своей силой. Я прошу вас гнушаться этих нечестивых ведьм. Я хочу, чтобы вы поняли: само колдовство не есть зло. Но есть те, кто использует его для злых деяний.
Громкие слова, Тринадцатый. А не ты ли говорил мне, что колдуны видят в других лишь инструменты?
Что по-настоящему пугало - Тринадцатый не лгал. Ведьмы и колдуны и впрямь видели в окружающих всего лишь орудия, и он не кривил душой, заявляя, что уничтожит своей силой всякого, кто сойдёт с праведного пути.
Зеро упоминала, что Тринадцатый - мастер оперировать фактами. Его сила проистекала из того, что он не лгал. Это придавало ему уверенности и той подавляющей ауры, с помощью которой он затем дурачил остальных.
Звучишь как мошенник. Меня он тоже одурачил. Тринадцатому всего-то и нужно было, что разлучить меня с Зеро. Неужели ревновал? Ну, тогда я польщён.
Сцепив зубы, я сверлил Тринадцатого взглядом, в котором смешались гнев и невольная признательность.
- Дамы и господа. Я клянусь применить всю свою силу, чтобы принести этому королевству мир. Я истреблю всех нечестивых ведьм и обеспечу защиту Веньяса.
Тринадцатый вскинул руку. Все взгляды метнулись к Альбусу.
- Ради достижения этой цели я буду сжигать ведьм!
Толпа взревела. «Сжечь ведьму! Сжечь ведьму!» - скандировали они.
Казалось, их вопли сотрясали саму землю. Тринадцатый твёрдо воздел обе руки над головой, и факел на помосте вспыхнул алым пламенем. Магия. Он подогревал толпу своим представлением. Зеваки бесновались, заворожённые силой праведного колдуна. Существование могущественного защитника приносило массам невероятную радость.
Скрипя зубами, я смотрел, как солому вокруг Альбуса поливают маслом. Эй, Тринадцатый. Ты серьёзно собрался сжечь мальчишку? Зеро, и ты просто позволишь этому случиться? Мальчишка тебе больше не нужен, потому что бесполезен в поисках книги? Так, что ли? Мне что, так и стоять здесь и смотреть, как он умирает?
- Соратники мои, внемлите! - пронзительный голос разорвал площадь. - Всем тем ведьмам, что восстали на борьбу за нашу свободу!
Это кричал Альбус - привязанный к столбу посреди площади. Я невольно поразился. Его могли поджечь в любую секунду, а он не проклинал, не визжал и не молил о пощаде.
- Сегодня это тело сгорит и обратится в пепел! Точно так же, как год назад Солена. Услышьте меня, братья мои! Как было с Соленой, это пламя станет путеводным маяком!
- Я потомок великой Солены, ведьмы Лунного Зова, что возвышалась над всеми в этих землях!
Голос Альбуса - звонкий и высокий по сравнению с низким рокотом Тринадцатого - захлестнул толпу. Потомок Солены? Значит, Пушок был прав. А я и не знал, что ты девчонка. Так бабушка, о которой ты говорила, - это покойная Солена. Её уже нет в живых, как и наставницы Зеро.
- О благородные ведьмы, жаждущие мира и покоя, собирайтесь! Чтобы достичь истинного мира, вы должны сразить Тринадцатого! За Солену!
Пламя охватило пропитанную маслом солому. Огонь взметнулся ввысь почти мгновенно. Медленно, но неумолимо языки пламени подбирались всё ближе к маленькой фигурке Альбуса.
- Наёмник! - Альбус посмотрела прямо на меня сквозь бушующее пламя. Её губы шевельнулись.
«Спаси Зеро».
Ты совсем дура? Тебя окружает огонь. Я ещё удивился, с чего она вообще решила, что я смогу прочитать по губам с такого расстояния. Хотя нет, стоп. Забудь. Я должен думать, что делать дальше. Что предпринять? Да можно просто свалить.
Подумаешь, ведьму сжигают на костре? Я их и так терпеть не мог. У неё был шанс выжить, но она выбрала смерть. Вот дура. Спасти Зеро? Каким образом? Такая выдающаяся ведьма, как она, в моей помощи не нуждается. С ней к тому же Тринадцатый.
С чего ты вообще призываешь ведьм сразить Тринадцатого? Ты же уже должна была понять, что Ковен Зеро - дрянная организация. Наверное, поэтому ты и крикнула «За Солену», а не «За Него». Тогда тебе тем более стоило объединиться с Тринадцатым.
Так почему же ты выбрала костёр? Чему ты научилась, пока сидела в темнице?
- Юная госпожа!
Пушок рванул с места. От его беспечного настроя не осталось и следа, лицо исказилось от страха и отчаяния.
А, чёрт бы тебя побрал. Ты не оставляешь мне выбора, мужик. Не успел я осознать, что делаю, как сам уже бежал, расталкивая людей на своём пути. Два зверолюда на всех парах неслись к эшафоту. Наверняка со стороны, с человеческой точки зрения, это выглядело жутковато.
Люди расступались в стороны, словно сами прокладывали нам дорогу. Никогда за всю свою недолгую жизнь я не привлекал к себе столько внимания. Ненавижу тебя, Альбус. И тебя, Тринадцатый. И тебя, Пушок. И тебя тоже, Зеро.
Я выхватил из сумки взрывчатку, зубами отгрыз фитиль почти под самый корень, схватил факел и взмахнул им.
- Защищай ребёнка, Пушок! Всем, кто хочет жить, - лечь на землю!
Я швырнул взрывчатку в сторону эшафота. Все до единого - включая, как ни странно, самого Тринадцатого - пригнулись, зажимая уши от оглушительного грохота. Прорезая взрывную волну, я схватил Пушка за загривок. Даже потеряв сознание, он прижимал к груди Альбуса.
А ты не так уж плох. Я в тебе ошибался, волк.
Взрыв разметал солому и обломки столба по всей площади вместе с языками пламени. Начался сущий хаос. Всё вокруг напоминало растревоженный пчелиный улей. Рёв стражников и истошные вопли зевак создали идеальное прикрытие для нашего побега.
- Ведьма сбегает!
- Лучники! Готовьте стрелы!
- Отставить! Попадёте в Зеро!
Опрокинув пару десятков стражников, я угнал карету, усмирил взбесившуюся лошадь и на всех парах погнал к городским стенам.