Глава 19 — Без названия

Рейна достала прелестное темно-синее платье, купленное во время прошлой прогулки, и нарядила в него Бониту. Подкладка была в вертикальную полоску, а пышные кружева внутри делали его похожим на распустившийся кремовый пион.

Из-за темного цвета наряд мог бы показаться тяжеловатым, но искусственный жемчуг, рассыпанный тут и там, придавал ему яркости и легкости.

Напоследок она надела на девочку капор с большими лентами по бокам.

— Вау!

Бонита, увидев свое отражение в зеркале, пришла в восторг и запрыгала на месте.

Хотя в тот день Бонита и говорила, что не нужно покупать одежду, похоже, новая вещь ей все-таки пришлась по душе.

— Смотри, Бони. Красивые туфельки, правда?

Рейна с гордостью смотрела на сияющую девочку и показала ей новые, еще ни разу не надеванные туфли «Мэри Джейн».

Когда она обула ребенка в туфельки, идеально подошедшие по размеру, та показалась Рейне невероятно милой — словно маленькая принцесса, вышедшая на прогулку.

Ей очень хотелось крепко обнять и расцеловать дочку, но Рейна сдержалась и закончила свои приготовления.

Она выбрала наряд, который можно было назвать скромным, если выражаться мягко, или же простоватым — если грубо.

Рейна собрала волосы в пучок, украсила его белой лентой, проверила время и взяла Бониту за левую руку.

— Бони, сегодня на улице будет очень много людей.

— Угу.

— Помнишь, что мама всегда говорит?

— Да! Когда много людей, не глазеть по сторонам. Крепко держать маму за руку. Если потеряюсь — никуда не уходить и ждать на месте!

— Умница.

Рейна тихонько усмехнулась и вышла наружу.

Стоило выйти из особняка, как она почувствовала прохладу. Стало действительно холоднее, чем раньше.

С Дня рождения звезд погода всегда начинала портиться.

Еще в прошлом году ей приходилось беспокоиться о дровах для отопления, а теперь в этом не было нужды — эта мысль заставила Рейну искренне улыбнуться.

— Рейна!

Эстель, закутанная в розовую накидку с пушистым мехом, радостно окликнула ее.

Казалось, накидка составляла комплект с клетчатым платьем, которое было на девочке.

Видимо, чтобы скрыть свои приметные белые волосы, девочка собрала их в прическу и надела капор с узкими полями.

— Леди, вы уже вышли?

— Да, мы же договорились сегодня пойти вместе!

Эстель лучезарно улыбнулась, взяла Рейну за руку и потянула туда, где стоял герцог.

Герцог с бесстрастным лицом смотрел на зимний пейзаж.

Хотя пейзаж и называли зимним, сад герцогского замка был полон цветов благодаря магическим камням, так что на зиму он совсем не походил.

— Ваша светлость, вы нас ждали?

— ...М-м.

Поскольку Эстель и герцог сегодня скрывали свое дворянское происхождение, чтобы выйти в город, они были одеты проще, чем обычно.

Конечно, это не означало, что их врожденная элегантность куда-то исчезла.

От них приятно пахло, а волосы выглядели особенно ухоженными.

«Кто угодно скажет, что это аристократы, переодетые простолюдинами».

Но раз уж они старались выглядеть как обычные люди, Рейна лишь улыбнулась, чтобы не портить им настроение.

Решив доехать до окраины города на карете, они открыли дверцу экипажа, который — неизвестно, когда его приготовили, — выглядел на удивление заурядно и совсем не соответствовал статусу герцогского дома.

Внешне она была самой обычной, но внутри оказалась невероятно роскошной, так что Рейна не смогла скрыть изумления.

Сначала они помогли забраться в карету детям.

Герцог не садился до последнего, вглядываясь внутрь. Рейна, уже сидевшая в карете, посмотрела на него.

Он долго стоял, а потом спросил:

— ...В городе ты тоже будешь называть меня «ваша светлость»?

— ...Э-э.

И правда, обращение «ваша светлость» могло привлечь лишнее внимание.

Честно говоря, в герцоге Винтернайте и Эстель было нечто такое, что притягивало взгляды, даже без всяких титулов.

Герцог, помимо своей аристократической стати, был еще и очень высокого роста, так что где бы он ни появился, он всегда оказывался в центре внимания.

Рейна задумалась, не стоит ли указать на это, но решила промолчать и просто кивнула.

— Вы правы, это обращение будет звучать неуместно. Как мне лучше вас называть?

— ...Демиан.

Рейна не поверила своим ушам.

— ...Что?

— Зови меня Демиан.

Даже если она попытается внушить себе, что это вымышленное имя для сегодняшнего дня, она не могла не знать правды.

Главу герцогского дома, которому она служит, зовут Демиан Винтернайт, и этот самый герцог сейчас просит ее называть его по имени.

Рейна растерянно забегала глазами, не зная, как реагировать на столь неловкую ситуацию.

— Это мой приказ, так что всё в порядке.

Сказав это, герцог сел в карету.

Он постучал по стенке, и карета тронулась.

Дети прильнули к окнам, наблюдая за быстро сменяющимися пейзажами.

Внутри кареты Рейна присматривала за детьми, а герцог скрестил руки на груди, закрыл глаза и не проронил ни слова.

Рейну эта ситуация очень беспокоила, но, к ее удивлению, она не чувствовала себя так неловко, как ожидала.

«Может, потому что мы уже не раз оказывались в подобных обстоятельствах?»

Так уж вышло, что они оставались наедине, заключали сделки, ели за одним столом и даже плели венки.

Рейна подумала, что герцог вовсе не такой сложный человек, просто он не умеет общаться, и снова перевела взгляд на детей.

Вскоре карета добралась до окраины деревни и остановилась в безлюдном месте.

Герцог наконец приоткрыл глаза и посмотрел в окно.

— Дальше пойдем пешком.

Он первым легко спрыгнул с кареты, а затем подхватил и опустил на землю Эстель.

Рейна тоже собиралась выйти, чтобы помочь Боните, но не успела.

Большие руки обхватили ее за талию и легко подняли.

На мгновение ей показалось, что всё вокруг замедлилось: и развевающиеся волосы, и то, как моргнул мужчина, поднявший ее.

— ...Ох...

Эстель и Бонита ошарашенно наблюдали за этой сценой, да и сама Рейна не сразу поняла, что произошло.

Герцог бережно опустил ее на землю.

— Эта карета высокая, если оступишься — повредишь ногу.

— С-спасибо, ваша светлость.

— Демиан.

— ...Демиан... господин.

— ...

— ...мистер?

— Да, так сойдет.

Затем он так же легко подхватил и опустил на землю Бониту, которая застыла в карете от неожиданности.

— Ты стала тяжелее, чем в прошлый раз.

— П-простите.

— Это не упрек, извиняться не за что.

Рейна на дрожащих ногах подошла к Боните и прижала ее к себе. Она сама была в шоке, и даже боялась представить, как сильно испугался ребенок.

— Д-демиан, вы знаете, где будет представление?

— Мне передали примерное место.

Он ответил небрежно, наблюдая за тем, как Рейна и Бонита держатся за руки. Маленькие пальчики девочки крепко сжимали безымянный палец и мизинец Рейны.

Герцог исподтишка протянул Эстель руку, чтобы она могла ухватиться за его мизинец и безымянный палец. Эстель с испугом подумала: «Чего это он опять?» — и, поозиравшись, взяла его за руку.

Похоже, это его удовлетворило — уголки губ герцога едва заметно приподнялись.

Яркое солнце осветило отца и дочь. Рейна смотрела на них, покраснев от холода.

«Они и правда как герои романа...»

Разве они не выглядят безупречно даже со стороны?

Рейна понимала, что даже их простая на вид одежда на самом деле была тщательно подобрана для сегодняшнего дня и стоила целое состояние.

Откуда это чувство ничтожности, которое настигает ее даже в моменты счастья?

Никто не пытается ее унизить, но что это за комплекс неполноценности, который заставляет ее саму себя загонять в угол?

— ...Мам?

Бонита потянула за руку Рейну, которая стояла, погрузившись в свои мысли.

Очнувшись, Рейна, как всегда, ласково улыбнулась и сказала:

— Я уже была здесь раньше, так что я вас провожу.

— Хорошо, полагаюсь на тебя.

— Не стоит благодарности.

День рождения звезд был праздником, который отмечал весь народ империи.

Как только начались гулянья, все лавки украсили себя звездами. Всюду продавали вещи, которые могли понравиться детям, и подарки для влюбленных.

— Весь город полон народу...

— Вы ведь нечасто бываете в таких многолюдных местах, верно?

— Честно говоря, нет.

Дети, растерявшись в толпе, крепко прижались к своим опекунам.

Герцог, Демиан, посмотрел на них сверху вниз, наклонился и разом подхватил обеих девочек на руки.

Когда он взял Эстель на одну руку, а Бониту на другую, вздрогнули не только дети, но и сама Рейна.

— В-ваша светлость...

— Демиан.

— Демиан! Это тяжело! Отдайте мне Бониту, я сама ее понесу.

Руки Рейны, протянутые к нему, выглядели совсем тонкими.

Она уверяла, что легко может нести два ведра воды, но в такой толпе ей явно пришлось бы нелегко.

— Я донесу их до театра сам.

— А, но...

— Всё в порядке. Они обе такие легкие, что я даже беспокоюсь.

Девочкам не за что было держаться, поэтому они крепко обхватили Демиана за плечи.

Со стороны это выглядело так, будто он несет два больших бумажных пакета.

Рейна, переминаясь с ноги на ногу, наблюдала за ними, но, видя, что он ни за что не опустит детей, решила, что лучше будет поскорее дойти до театра.

Осторожно ухватившись за край одежды Демиана, Рейна принялась прокладывать путь сквозь толпу.

Людей было так много, что лишь спустя долгое время они наконец увидели край шатра.

— Ого, сколько людей...

— И правда... Неужели все они пришли посмотреть спектакль?

— М-м...

Людей действительно было очень много.

Очередь тянулась так далеко, что конца ей не было видно — казалось, театр даже не сможет вместить всех этих людей.

Даже если представлений будет несколько, чтобы попасть на них вчетвером, пришлось бы ждать до самого заката.

— Придется долго ждать... Что же делать? Я-то ладно, но дети проголодаются.

Услышав слова Рейны о том, что ждать придется долго, Демиан нахмурился.

Он огляделся, заметил торговую палатку со свободными местами и, забрав детей, уверенно зашагал туда.

— Ждите здесь.

— Что?

Демиан бросил эти слова Рейне, которая изо всех сил спешила за ним, сунул ей в руки деньги, велев купить что-нибудь перекусить в лавке, и широким шагом направился к шатру.