Глава 6 — Кто разбудил, тот и отвечает — 1

[Руин, ур. 35]

[Профессия: студент академии]

[Расположение: -70]

[Любимая тема: Юрия]

[Нелюбимая тема: комплекс из-за магии]

Я прижал голову Руина к полу — мягко, почти бережно, исключительно ради его же смирения. Он тут же заверещал так, будто ему наступили на игрушку с пищалкой.

— А-а-а! Сука!... Отпусти, блядь!

Звук вышел до того пронзительный, что даже понравился. Руин дёргался под моей ладонью и явно не ценил воспитательную работу.

— Не крутись. Пол испачкаешь.

Мрамор под его лицом уже треснул. Я всего-то хотел заткнуть ему рот, но, похоже, немного переборщил. Впрочем, сам виноват. Нечего было являться в мой дом с этой слащавой рожей и делать вид, будто мы старые приятели.

— Руин.

— Ты, ублюдок...

Он скрипнул зубами. Я надавил сильнее.

— Когда к тебе обращаются, отвечай вежливо. И ещё одно: в нашем доме ругаться запрещено.

Здесь материться разрешалось только Оливии. Мне и гостям это было запрещено. Госпожа установила это правило ещё в три года: дом её, значит, и ругаться в нём будет она одна. У дворецкого на такие вещи права голоса нет.

— Я ведь ещё в академии объяснял: человек должен понимать, где и как можно разговаривать.

— Не учи меня, гнида!

— Не ори. Госпожу разбудишь.

Руин опять забыл о скромности, и я снова напомнил ему о ней ладонью. Он извернулся и сотворил в руке алый огненный шар. Не успел подняться, а уже швырнул заклинание мне в лицо.

Вот же бездарь. Волосы зелёные, а магия огненная. Никакого чувства прекрасного.

Я не стал уклоняться. Шар был слеплен наспех и выглядел не опаснее праздничной свечки.

*Бабах!*

[«Сопротивление огню» нейтрализует магию Руина.]

Пламя с тихим шипением погасло у самого моего лица. Когда вспышка рассеялась, Руин смотрел на меня с таким потрясением, словно только сейчас понял, в чью дверь постучал.

Я перехватил его за запястье и приложил руку об пол.

*Хруст.*

— А-а-а-а-а!

— Тише.

Следом к полу вернулась и его голова.

— Думаешь, тебе это сойдёт с рук?!

— А ты думал, тебе сойдёт?

Руин дрожал от ярости, как дешёвый злодей перед последней сценой. На второго главного героя он сейчас не тянул. Судя по имени Юрии в окне статуса, он всё ещё был в неё влюблён. Бедолага. В романе ему предстояло услышать: «Давай останемся друзьями» — и сдохнуть внутри, сохранив преданную улыбку.

— Возьмись за ум. Хватит каждый раз получать по морде, а потом жаловаться Юрии. Лучше булочки ей носи, хоть какая-то польза будет.

— Не смей смотреть на меня свысока!

— Я бы рад, но ты слишком жалко выглядишь.

Сам по себе Руин был силён. В романе он окончательно раскрывался после того, как спасал Юрию, но и до пробуждения считался одним из лучших студентов. Беда была в другом: он совершенно не умел выбирать противников. То лез к Михаилу, то к третьей принцессе. Однажды полез к Оливии и был избит так, что потом неделю не смотрел людям в глаза.

— Если уж тебе нравится проигрывать, хотя бы выбирай кого-нибудь попроще.

Я намеренно давил на больное. После всего, что эта компания устроила мне в академии, мои нынешние действия можно было считать образцом милосердия. К тому же я служил злодейке. По должности полагалось возвращать обиды с процентами.

Руин отчаянно бился в моей хватке. На спине то и дело лопались маленькие огненные вспышки: он продолжал палить магией, как напуганная рыба, выброшенная на берег. Жаль, рук у меня было всего две.

— За год ты совсем не изменился.

Его заклинания кусали слабее комара. Я мысленно вызвал собственный статус.

[Рикардо, ур. 59]

[Профессии]

Мечник — мастер меча

Дворецкий — профессионал

[Характеристики]

Сила: 59

Выносливость: 119

Ловкость: 58

Магия: 31

[Особенности]

◈ Атака

[Фехтование, ур. 5], [Рукопашный бой, ур. 5], [Кинжалы, ур. 5], [Двуручный меч, ур. 5], [Копьё, ур. 5]

▣ Защита

[Сопротивление яду, ур. 5], [Сопротивление огню, ур. 3], [Сопротивление магии, ур. 3], [Сопротивление молнии, ур. 1], [Сопротивление холоду, ур. 3], [Сопротивление чёрной магии, ур. 3], [Сопротивление проклятиям, ур. 3], [Ментальное сопротивление, ур. 5]

◉ Навыки

[Аура (A)]

[Гений оружия (S)]

[Регенерация (A)]

[Преодоление предела (L)]

Выглядело солидно. Тринадцать лет тяжёлого труда, глупых решений и очень сомнительной профилактики.

По моему глубокому убеждению, герой истории о перерождении обязан хотя бы не травиться с первой ложки супа. Это не роскошь, а техника безопасности. Стоит кому-то выбиться в люди — и обязательно найдётся завистливый мерзавец с ядом, наёмником или проклятой иглой. А человек, знающий будущее, всё равно рано или поздно привлекает внимание. Как ни притворяйся идиотом, однажды скажешь лишнее.

Поэтому мы с Оливией годами укрепляли здоровье.

— Рикардо, у меня живот болит.

— Это полезная боль, госпожа.

— Кажется, из-за твоего грибного супа.

— А грибы были какие?

— Яркие. Очень красивые.

— Значит, отборные.

Подготовленный человек живёт дольше. Я выискивал в сюжете способы получить устойчивость к ядам, холоду, магии и всему остальному, что могло однажды убить нас во сне. Забирал полезные находки так, чтобы не сломать ход романа, а сверху выжимал всё возможное из заданий привязанности. Если после тринадцати лет в этом мире меня способен растоптать какой-то второй герой, пора сдавать звание попаданца.

Я как раз любовался результатом, когда рядом раздалось:

*Ик!...*

Ханна, пришедшая вместе с Руином, застыла у стены и смотрела на меня круглыми глазами.

*Ик... ик!*

Она беспомощно перебирала пальцами, не понимая, то ли вмешаться, то ли немедленно бежать. Мне стало немного неловко: всё-таки гостья не обязана была видеть такое без предупреждения.

— Простите. Давно не видел приятеля и слегка расчувствовался.

— Приятеля?..

— Разумеется.

По лицу Ханны было видно: ей срочно понадобилось домой. Я сделал вид, что не заметил.

— Руин.

— Чудовище ебаное...

Я снова сжал пальцы. Смирения в нём не прибавилось.

«Может, вырубить?»

По моей руке потекла красная аура.

* * *

Ханна не понимала, что видит.

Аура считалась доказательством исключительного таланта. Среди рыцарей о даровании судили прежде всего по тому, в каком возрасте человек сумел её пробудить. Самый молодой воин в истории империи сделал это в двадцать пять. Даже Михаил, которого в академии называли гением своего поколения, ещё не добрался до этой ступени.

А красноволосый дворецкий пользовался аурой так просто, будто шевелил пальцами.

*Хруст.*

Он вертел Руином, одним из сильнейших студентов, словно тряпичной куклой.

«Кто он вообще такой?»

Ханне оставалось молча смотреть.

* * *

— А-а-а! Я тебя убью, сука!

— Слишком громко.

*Хруст.*

По комнате прокатился нехороший звук.

— Я ведь предупредил, что госпожа спит.

— Да мне плевать, проснётся эта тварь или нет!

— А вот это уже зря.

Я наклонился ближе.

— Ещё раз назовёшь её так — и больше ничего не скажешь. Никогда.

Личной ненависти к Руину я не испытывал. Даже обрадовался встрече. Просто за годы накопилось кое-что, что стоило спокойно обсудить, когда собеседник перестанет орать и попробует слушать.

— Заклинаний, которые говорят вместо человека, пока не придумали. Хочешь заняться разработкой — продолжай.

Руин наконец заткнулся, и я решил объяснить ему разницу между академией и чужим домом.

— В академии можешь ругать меня. Можешь даже ругать Оливию. Там все формально равны, и студенту никто не запрещает нахамить хоть принцессе. Правда, последствия потом тоже его личное дело.

Пальцы сами сжались сильнее. Я говорил спокойно, но внутри уже щёлкнул тот самый выключатель.

— Здесь не академия. Здесь её дом.

Если Руин скажет ещё хоть слово, роман лишится второго героя раньше срока. Я постарался продолжить мягче.

— Я не о твоём добром имени пекусь. Ты ведь не собираешься всю жизнь просидеть за стенами академии. Выйдешь в свет, ляпнешь какому-нибудь герцогу: «Эй, давно не виделись», — и останешься без головы.

Я говорил как человек, уже успевший познакомиться с обществом за пределами теплицы.

— Поэтому запомни: не выёбывайся. Убьют.

* * *

Когда Руин наконец потерял сознание, я подошёл к Ханне. Она вздрогнула всем телом. Я протянул ей руку.

— Прошу прощения.

— Н-ничего страшного.

— Нет, правда. Мне стыдно, что вам пришлось это увидеть.

— Всё хорошо. У меня как раз следующая встреча...

Ханна схватилась за сумку с такой скоростью, будто за дверью начался пожар. Я ненавязчиво закрыл ей путь.

— Ваш спутник очнётся не скоро. Поднимитесь пока на второй этаж и отдохните.

— Не стоит, честно!

— Стоит.

Сверху донёсся знакомый вопль:

— Кто там шумит, бляяяядь?!

Я посмотрел на бесчувственного Руина и впервые за вечер действительно захотел его убить.

— Госпожа проснулась. Побудьте с ней немного, пожалуйста.

Разбудили — теперь отвечайте. Пока Ханна не уложит Оливию обратно, я её никуда не отпущу.