Глава 17 — Без названия
Я еле её узнал. Гвак Ханмук, видно, тоже.
– Ох, бля, чуть не сшиб...
Гвак Ханмук принял её за зомби и едва успел затормозить, чуть не протаранив, и первым делом выругался.
Мо Хэин медленно опустила поднятый было большой палец.
Укусили её недавно, так что человеческого в ней оставалось ещё немало.
Но вся облитая кровью, в темноте, выхваченная светом фар, она и впрямь смахивала на зомби.
Мы с Гвак Ханмуком торопливо отстегнули ремни и выбрались из машины. Гвак Ханмук, скривившись, уставился на Мо Хэин.
– Капитан Мо...
Он сказал это с дрожью, и глаза Мо Хэин чуть округлились. Гвак Ханмук серьёзно прошептал:
– У меня впервые знакомый в зомби обратился.
И у меня тоже!..
Я и сам про себя втихую с ним согласился.
– Думаешь, у меня были?
Мо Хэин фыркнула, будто говоря, что за глупость, и Гвак Ханмук тут же шмыгнул мне за спину.
А потом, хихикая, принялся изображать пальцами, будто строчит по Мо Хэин из пулемёта.
Я смирно поднял обе руки, показывая, что не при делах.
На это Мо Хэин невольно усмехнулась, хотя по ощущениям больше вздохнула. И горько пробормотала:
– И всё же хорошо, что мы встретились, пока я не обратилась полностью.
Гвак Ханмук прекратил поливать её воображаемым огнём и спросил:
– Как состояние?
– Укус на левом предплечье. Жар начался сразу после заражения, боли нет. Агрессию пока терпеть можно.
Глаза Мо Хэин даже в темноте отливали кровью.
Налитые кровью глаза и кожа, побледневшая так, что сквозь неё проступали синие вены. Всё это – верные приметы обращения.
Через три дня она полностью станет зомби.
По-хорошему, её следовало пристрелить. Но ни я, ни Гвак Ханмук оружия на неё не навели.
«Главное – пройти на истинную концовку».
Тогда все выберемся целыми.
Гвак Ханмук вкратце пересказал, через что мы прошли. Услышав о бесчинствах Че Хёно, Мо Хэин содрогнулась и выругалась.
– Этот вменяемый псих...
– А тебя как угораздило обратиться, капитан Мо? Подполковник Че постарался?
– Наполовину из-за подполковника Че, наполовину нет.
Гвак Ханмук, твёрдо веривший, что всему виной Че Хёно, медленно вскинул брови.
Мо Хэин замялась. Совсем на неё не похоже – держалась как-то неуверенно.
– Учёных... четверо.
Так быть не могло.
Ведь в DZD вакцину разрабатывает единственный, последний уцелевший учёный.
Мо Хэин рассказала нам всё в подробностях.
– Я очнулась на границе Жёлтой Зоны, у самой Красной.
Пока она пробиралась к нам с Гвак Ханмуком, в Жёлтой Зоне ей попался выживший, удиравший от зомби.
Мо Хэин не поверила своим глазам.
– На нём был халат учёного.
А на шее ещё и болтался ID-пропуск учёного.
Мо Хэин отбила учёного у зомби. И услышала кое-что поразительное.
В лаборатории уцелели и другие учёные.
Мо Хэин назубок знала прохождение, а потому помнила: учёный должен остаться только один.
Отложив необъяснимое на потом, она первым делом решила привести учёного к нам.
– Только вот учёный давай умолять, что ему нужно немедленно вернуться в лабораторию.
В лаборатории, мол, лежит другой раненый учёный, да в таком тяжёлом состоянии, что за лекарствами этот, рискуя жизнью, и добрался до самой Жёлтой Зоны.
Мо Хэин поневоле задумалась.
А что, если раненый в лаборатории – тот самый учёный, которому предстоит создать вакцину?
Спасённый ею учёный по приметам не сходился с тем разработчиком вакцины, что описан в руководстве по DZD.
Неизвестно, сколько уйдёт на то, чтобы добраться до нас, а умри за это время разработчик вакцины – беда.
Случись это, какая там истинная концовка – само Испытание не пройти.
Делать нечего – Мо Хэин, толком и не пофармив, с одной только Чёрной Глефой в руках двинулась к лаборатории.
До Красной Зоны она дошла без происшествий, но в Мёртвой Зоне ей преградил путь босс-зомби лаборатории.
Отвлечь босса и провести учёного внутрь ей удалось, да только силы на этом иссякли, и на обратном пути её всё-таки укусил зомби.
– Вот потому и выгляжу как выгляжу.
Мо Хэин язвительно подвела итог собственному состоянию.
Но принижать себя ей было не за что. Скорее наоборот.
«С ума сойти».
Зная сложность игры, я мог думать одно – это нечто невероятное.
В одиночку, без единого стоящего предмета, прикрывая выжившего, пробиться в лабораторию да ещё схлестнуться с боссом-зомби.
Пусть даже она достала Чёрную Глефу – всё равно уму непостижимо. Такое под силу только Мо Хэин.
– Капитан Мо. Вы просто поразительны.
Переполнявшие меня чувства вырвались сами собой.
От моих искренних слов Мо Хэин чуть отстранилась. А потом покосилась на Гвак Ханмука.
– А Гоё вроде не кусали.
Даже услышав от Гвак Ханмука, что с мозгами у меня порядок, недоверчивого взгляда она не отвела.
Когда она смотрела на меня налитыми кровью глазами, делалось и впрямь жутковато.
– И как же учёные уцелели?
К счастью, вопрос Гвак Ханмука избавил меня от взгляда зомби-Мо Хэин.
– Всё из-за подполковника Че.
Че Хёно вошёл в DZD на десять дней раньше нас.
По-хорошему он просто шёл бы по маршруту прохождения, но на этот раз почему-то с самого входа принялся вырезать зомби.
Красную и Мёртвую Зоны само собой, а заодно и саму лабораторию – всех зомби там он перебил.
Из-за этого вместо одного-единственного выжившего, как было задумано, уцелело сразу четверо учёных.
И один из них, пока зомби не возродились, выбрался из лаборатории, дошёл до Жёлтой Зоны и наткнулся на Мо Хэин.
«Я и так подозревал, что Че Хёно творит что-то неладное...»
Но что он устроит такой грандиозный погром – не ожидал.
Уж если буянить, так буянил бы дальше да избавил мир от зомби; а вот зачем было бросать на полдороге и оставлять всё враскоряку – ума не приложу.
Хуже всего, что он, чего доброго, угробил условия истинной концовки.
Мо Хэин с едва заметной тревогой посмотрела на меня. Гвак Ханмук тоже молча уставился.
Под взглядами обоих я медленно заговорил.
– Думаю, нужно проверить лабораторию. И как можно скорее.
Следовало немедля войти в лабораторию и убедиться, что учёный-разработчик вакцины цел, а заодно проверить, соблюдены ли прочие условия истинной концовки.
Вот только как туда попасть?
С нынешним запасом сил у команды и тем, что было в инвентаре, даже Жёлтую Зону одолеем ли – большой вопрос.
Даже посчастливься нам пройти Жёлтую и Красную Зоны, в Мёртвой нас всё равно остановят.
Все думали об одном и том же, и настрой слегка помрачнел.
И тем не менее способ разом всё решить имелся.
В теории – безупречный.
– Есть у меня один хороший... кхм, плохой план.
Я изложил, что придумал. И Мо Хэин выдала от всей души:
– Курсант, ты рехнулся?
Похоже, как и я недавно, она не сдержала нахлынувших чувств и брякнула от чистого сердца.
Безумцем она обзывала меня уже во второй раз.
Я постарался звучать как можно менее безумно – ровно, спокойно – и принялся убеждать её и Гвак Ханмука.
– Других вариантов нет. Хочу попробовать.
Гвак Ханмук глубокомысленно закивал, будто всем сердцем соглашаясь, и ляпнул совсем не по теме:
– Капитан Мо. Давай теперь звать его Бешеным Каштаном.
– Ха-а...
Мо Хэин тяжело, протяжно вздохнула. Но и она понимала.
Ничего лучше сейчас не придумать, а промедли мы ещё – и того гляди все разом обратимся в заражённых зомби.
– Ладно, попробуем.
В итоге моё предложение приняли.
* * *
Я и сам шёл на это не без козыря в рукаве.
Правда, всего Мо Хэин и Гвак Ханмуку я выложить не мог, так что со стороны затея и впрямь казалась чистым безумием...
«Да ладно, был бы результат».
Я стоял посреди перекрёстка восьмиполосной дороги, где ветер носил клочья газет и мусор.
Меж обрушенных зданий гулял ветер.
Ночной ветер изрядно холодил, и меня невольно пробирала дрожь. Сказывалось то, что силы шли на убыль.
Потеряй я ещё немного сил – и в ушах застучит сердце, а в глазах потемнеет.
Но раз оповещение о предсмертном состоянии пока не выскочило, продержаться ещё можно.
«Надо бы ещё следить за голодом и жаждой».
В DZD, если слишком долго не есть и не пить, умираешь, так что за этим приходилось приглядывать.
Разберусь с этим – и надо будет хоть что-нибудь закинуть в рот.
Я набрал полную грудь воздуха.
И заорал что есть мочи:
– Подполковник Че Хёно!!!
Тихая улица загудела от моего крика.
Пара уцелевших зомби кинулась было ко мне, но, не успев приблизиться, лишилась голов – сверкнувшее лезвие глефы разом отделило их от тел.
Вскоре по мне пробежал холодок. Это была убийственная аура – такая, что кожу не покалывало, а саднило.
Я вцепился в чётки, что плотно опоясывали меня, как в спасительную нить.
В тишине ночной улицы вдруг раздаётся лязг металла.
Лёгкое позвякивание металла друг о друга отдаёт холодом.
Я весь обратился в слух.
Неспешный, тянущийся звук всё ближе.
Ещё ближе, и ещё чуть ближе.
Стоило звуку разом оборваться, как в лицо хлестнул порыв ветра.
Привязанные к поясу чётки дёрнулись.
Я машинально зажмурился, а открыв глаза, вздрогнул.
Прямо перед носом у меня торчала чёрная маска-очки.
o O
Эмотикон с одним широко раскрытым глазом заполнил всё поле зрения.
Я невольно ощупал свою шею.
К счастью, цела...
Раз чётки Гвак Ханмука не оттащили меня прочь, убивать меня он, судя по всему, не собирался.
Я чуть скосил зрачки и глянул вбок от маски-очков.
Острые концы металлических перьев все до единого были направлены на меня.
Махни он хоть одним из шести крыльев – и играючи снесёт мне руки-ноги.
– Я позвал, потому что хотел поговорить.
«Послание».
– Для начала представлюсь. Хан Гоё, поступил курсантом в Управление по Противодействию Испытаниям.
Неся вслух что попало, про себя я лихорадочно набирал Послание.
Перед Че Хёно всплыло окно системы.
Квест Особого События: защитить «Хан Гоё».
На самом-то деле – Послание, которое я хотел выдать за окошко квеста.
В целях собственной безопасности я первым делом отправил название квеста, а следом торопливо вбил содержание.
Вы продемонстрировали поразительную боевую мощь.Возможно, именно вам под силу покончить с этим кошмарным миром зомби.«Хан Гоё» – единственная надежда создать с вами истинную концовку.Защитите его и достигните истинной концовки.
– Подполковник Че, кажется, в чём-то неверно меня понял. Если что-то не так – скажите, я сразу исправлю.
Награда: прохождение < Dead Zone Delivery > на истинную концовку.Но в случае гибели «Хан Гоё» – плохая концовка.
Я состряпал Послание примерно в той же манере, в какой бубнит окно системы, и отправил его.
Я, вообще-то, система – по идее, должен бы и правда уметь раздавать квесты, но...
«Силёнок, видать, пока маловато».
А потому я смастерил фальшивое окно квеста.
Да и, честно, кто там разберёт – настоящее оно или липа.
Когда прямо перед носом с блямканьем выскакивает окно системы, ни один адаптант не заподозрит подделку.
Я украдкой присмотрелся к Че Хёно.
Маска-очки погасла. Точно он крепко о чём-то задумался.
После недолгого молчания на маске-очках появляются вопросительные знаки.
? ?
Я замер в недоумении, не понимая, к чему это.
Послышался жутко низкий звук.
– Это ты?
Грубый бас, такой глубокий и низкий, что и не примешь за человеческий.
Чтобы понять, что этот рёв, больше похожий на вой чудовища, и есть голос, мне понадобилось несколько секунд.
Я застыл от жути, бьющей по барабанным перепонкам, и Че Хёно добавил:
– Это же ты велел мне не двигаться.