Глава 41 — Алхимия — это наука точности

Руны телепортации сработали безупречно. Пространство выплюнуло нас на мощёную площадь внутреннего двора Академии Рушин с лёгким хлопком, оставив после себя лёгкую тошноту.

Я пошатнулся, пытаясь восстановить равновесие, но не успел даже выставить ногу, как меня заботливо, но крепко подхватили под локоть.

— Осторожнее, Шираори, — бархатным, почти воркующим басом произнёс Фенрир. Он смотрел на меня с такой нежной тревогой, что мне захотелось немедленно телепортироваться обратно к теневым волкам. — Переход через лей-линии изматывает. Обопрись на меня.

{Господи за что...} — мысленно взвыл я, аккуратно, но настойчиво высвобождая свой локоть из его стальной хватки. — {Ещё вчера ты смотрел на меня как на грязь под ногтями, а теперь строишь из себя рыцаря на белом коне! Я мужик, Фенрир! У меня щетина в прошлой жизни росла быстрее, чем ты мечом машешь!}

— Я в порядке, старшой, — я натянул свою лучшую «вежливую, но отвалите» улыбку. — Просто голова закружилась.

— Разумеется. Ты потратила столько маны на исцеление Лоренса и зачистку храма. Это подвиг, который истощил бы даже магистра, — не унимался Фенрир, перекидывая мой походный мешок себе на другое плечо, словно это была пушинка. — Я донесу твои вещи до комнаты.

Агнес, стоявшая чуть поодаль, громко и выразительно фыркнула, а Тео спрятал смешок за кашлем. Лоренс просто стоял молча, но в его глазах читалась явная насмешка над внезапно проснувшимся инстинктом опекуна у нашего сурового лидера.

[Ой, ну какой кавалер! Пилик!] — захихикала Сири. — [Ты посмотри на эти плечи! На этот героический профиль! Широчка, может, дашь парню шанс? Будете гулять за ручку под луной, обсуждать цитаты про волков...]

{Ещё одно слово, Сири, и я клянусь, я найду способ отключить твой модуль сарказма,} — пригрозил я, массируя виски.

Мы направились прямиком в кабинет директора Альбериха. Доклад был кратким и по существу. Фенрир выложил на стол добытые из ящиков заражённые кристаллы и лицо старика потемнело, когда он выслушал рассказ о мутировавших волках и клейме «Серебряного Полоза».

— «Серебряный Полоз», значит... — пробормотал директор, вертя в руках тёмный кристалл. — Крупнейший торговый синдикат на юге. У них есть контракты на поставку магической руды прямо в Академию. Если они замешаны в контрабанде некротической маны, это политический скандал королевского масштаба.

Я стоял тихо, сложив руки за спиной, и внимательно слушал. Я не стал упоминать о найденной в катакомбах накладной с именем магистра Орвила. Пока у меня нет всей картины, светить козырями глупо. Орвил — влиятельная шишка. Если я обвиню его сейчас, он просто сделает меня крайней, а заодно и Эмилию подставит.

{Сначала нужно понять, как глубоко укоренилась эта гниль. И научиться делать фаерболы, которые не сносят половину континента,} — решил я.

Получив благодарность от директора и освобождение от занятий на остаток дня, мы наконец разошлись. Фенрир, к моему ужасу, действительно дотащил мой мешок до самой двери в синее крыло и долго не хотел уходить, пытаясь завязать разговор о «сути теневой магии и одиночестве сильных духом». Я сослался на жуткую мигрень и захлопнул дверь перед его идеальным носом.

Сползая по стенке, я тяжело выдохнул.

— Наконец-то дома.

Мой отдых продлился ровно десять секунд.

— Шираори! — дверь распахнулась (я забыл её запереть), и в комнату ураганом влетела Лира.

Она изменилась. Если раньше это была забитая мышка, то теперь от неё буквально веяло жизнью. Каштановые волосы блестели. — {Они разве не зелёными стали?} — глаза сияли изумрудным светом, а там, где её ботинки касались каменного пола, на долю секунды распускались призрачные зелёные листочки.

— Лира! — я поднялся, искренне улыбнувшись. — Газонокосилка моя, как ты?

Она бросилась мне на шею.

— Снова вы на непонятном! А ведь я так волновалась! Вы ушли так рано, а потом по академии поползли слухи, что Круг Старших отправили на верную смерть! А я... я столько всего поняла! Шираори, мана — она везде! В стенах, в земле, в цветах на подоконнике магистра! Я вчера случайно заставила фикус профессора Харроу зацвести... плотоядными бутонами! Он чуть не откусил ему яйца!

Я расхохотался, представляя лицо чопорного профессора, отбивающегося от агрессивного цветка.

— Надеюсь, ты сделала вид, что это просто редкая аномалия?

— Конечно! Как вы и учили! — она гордо кивнула. — Но завтра... завтра у нас Практическая Алхимия с магистром Орвилом! Говорят, он специально валит новичков на первом занятии. А если он объединит нас в пару, как «отстающих»?

Я прищурился. Орвил. Тот самый усатый контрабандист, который придирался ко мне на вступительных.

— Пусть только попробует, — я хрустнул костяшками пальцев. Мой 30-летний внутренний фармацевт уже предвкушал, как будет разносить местную средневековую химию в пух и прах. — Мы покажем этому усатому сомелье, как варить настоящие зелья.

На следующее утро лаборатория Практической Алхимии встретила нас запахами серы и жжёного сахара. Столы были уставлены перегонными кубами, ступками, горелками и рядами стеклянных флаконов.

Магистр Орвил стоял за главной кафедрой. Его роскошные усы топорщились, а взгляд маленьких глаз безошибочно выхватил меня в толпе студентов. На его лице, прямо на щеке, всё ещё виднелся свежий след от царапины — напоминание о моём «выстреле» в оценочный кристалл.

— Приветствую, студенты, — начал он, и в его поставленном голосе явно слышался яд. — Алхимия — это наука точности. Это не примитивные взрывы на плацу или бой с монстром. Здесь грубая сила не поможет. Здесь нужен интеллект и дисциплина. Вещи, которых некоторым из вас... явно не хватает.

Он сверлил меня взглядом, а я в ответ лишь мило улыбнулся и помахал ему пальчиками. Орвил дёрнул щекой и отвернулся.

— Сегодняшнее задание — Эликсир Абсолютной Ясности. Это зелье С-ранга. Я понимаю, что для первого курса это сложно, но те, кто не справятся... будут наказаны штрафными баллами. Рецепт на доске. Ингредиенты в кладовой. Разбейтесь на пары.

Как я и ожидал, толпа аристократов сбилась в кучу, а мы с Лирой остались стоять вдвоём у крайнего котла.

Я взглянул на доску.

{Корень лунного папоротника, желчь огненной саламандры, пыльца звёздного лотоса... Довести до кипения, помешивать против часовой стрелки, остудить...} — я начал анализировать рецепт, и мой глаз дёрнулся.

[Что такое, Широчка? Не любишь варить супчики? Пилик!]

{Сири, этот рецепт — бред собачий,} — мысленно возмутился я. — {Они пытаются соединить щелочную основу саламандры с кислотностью папоротника при высокой температуре без стабилизатора! Это не Эликсир Ясности, это, блять, хлопушка с эффектом слабительного! Если они будут мешать против часовой, реакция просто свернётся в осадок!}

[Ну так это же магия! Тут свои законы! Наверное...]

{Химия есть химия, даже если она приправлена маной,} — я решительно закатал рукава своего защитного фартука. — Лира! Слушай мою команду.

Полуэльфийка вытянулась по струнке.

— Да, Шираори!

— Иди в кладовую. Возьми всё по списку, но вместо лунного папоротника найди мне... — я на секунду задумался, вспоминая местную флору, — Пепельный Лишайник. Да, он подойдёт. Тащи его сюда!

Лира не задавала вопросов. Её инстинкты дриады работали безупречно. Она вернулась через минуту с охапкой идеальных, свежайших ингредиентов. Этот ребёнок не просто выбрал нужные травы — она чувствовала, в каком корешке больше маны, а какой уже начал увядать.

Тем временем в лаборатории уже начали раздаваться первые хлопки и ругательства. Казан на столе у Кайдена и его дружка Доминика начал плеваться зелёной пеной, угрожая испортить им идеальные причёски.

Орвил, тем временем, медленно расхаживал между рядами, раздавая ехидные комментарии. Наконец, он подошёл к нашему столу.

— Что это? — он брезгливо ткнул указкой в Пепельный Лишайник, который Лира аккуратно нарезала кубиками. — Вы слепы, мисс Шираори? В рецепте ясно указан лунный папоротник. Вы пытаетесь отравить себя или просто демонстрируете свою некомпетентность?

— Я демонстрирую оптимизацию процесса, магистр, — спокойно ответил я, закидывая лишайник в котёл и запуская горелку. — Папоротник даст осадок, потому что вступит в конфликт с желчью саламандры. Лишайник выполнит роль буфера, сохранив активные свойства пыльцы лотоса.

В лаборатории повисла тишина. Студенты оторвались от своих булькающих катастроф и уставились на нас. Кайден, вытирая зелёную пену со лба, приоткрыл рот.

Орвил побагровел.

— Вы... вы смеете спорить со мной?! С Магистром Гильдии Алхимиков?! Пепельный Лишайник — это сорняк! Он уничтожит магическую структуру эликсира! Я ставлю вам ноль баллов! И вам, и вашей бездарной подруге!

— А давайте проверим, магистр? — мой голос стал обманчиво ласковым.

Я не стал мешать варево половником. Я просто опустил руку над котлом и выпустил в него микроскопическую, идеально выверенную дозу Первозданной маны.

Жидкость в котле закрутилась, но не против часовой стрелки, а по сложной восьмёрке. Реакция произошла мгновенно. Варево из мутно-зелёного стало абсолютно прозрачным, словно жидкий хрусталь. От него начало исходить мягкое, пульсирующее серебристое свечение, а по лаборатории разнёсся запах свежести, от которого у всех присутствующих мгновенно прояснилось в головах.

Я зачерпнул жидкость стеклянным флаконом и с изящным стуком поставил его перед носом ошеломлённого Орвила.

Жидкость во флаконе не просто светилась. Она была настолько чистой, что казалась невесомой. Это был Эликсир Абсолютной Ясности не С-ранга. Это был шедевр, который перепрыгнул сразу в А-ранг.

— Выпьете, магистр? — я мило склонил голову набок. — Или боитесь отравиться... «сорняком»?

Орвил смотрел на флакон так, словно это была ядовитая змея. Кажется, что даже его усы дрожали. Он понимал: если он откажется признать это зелье идеальным, он выставит себя идиотом перед всем курсом. Если признает — распишется в своём поражении перед «выскочкой-ассистенткой».

— Э-это... — он сглотнул, аккуратно беря флакон в руки. Его глаза забегали. — Нестандартный подход. Опасный. Но... формально... результат достигнут.

Он буквально выплюнул эти слова, резко развернулся и пошёл прочь, сжимая флакон так, что побелели костяшки.

Лаборатория взорвалась аплодисментами. Студенты, забыв про свои взорвавшиеся котлы, смотрели на нас с Лирой с неприкрытым восхищением. Кайден стоял нахмурившись, явно переоценивая свою шкалу ценностей.

Лира прыгала на месте от счастья, обнимая меня за руку.

— Мы сделали его, Шираори! Мы просто разнесли его!

Я улыбнулся, глядя вслед удаляющемуся магистру Орвилу. В его кармане лежал мой идеальный эликсир. А в моём кармане — та самая накладная с его именем.

{Алхимия — это наука точности, Орвил. А мы с тобой только начали этот увлекательный химический опыт.}