Глава 75 — Хан Хари, святая Моря и Волн (1)

После того как появление врат Восточного моря подтвердили, флот получил приказ на выход.

Флагман корейского Первого флота, эсминец «Квангэтхо Великий», должен был идти вместе с американским кораблём типа «Арли Бёрк», оснащённым системой «Иджис». Его прислал Седьмой флот США.

— Хм... Внушительное судно.

Леон стоял на корме «Квангэтхо Великого» и смотрел на море. До выхода оставались считаные минуты.

Небо было ясным, вода — спокойной. Трудно было поверить, что навстречу шёл тайфун. Настоящее затишье перед бурей.

Леон наслаждался видом, пока вокруг не поднялась суета.

— Грузите все пайки! Запасного оружия берите сколько влезет! Что там американцы?

— Готовятся сами. Перевести связь на общий канал?

— Зачем? Внутри врат рации всё равно не помогут.

Ли Ёнван и охотники гильдии «Жар-птица» работали без остановки. В отличие от вчерашних выпускников и младших охотников, они были профессионалами. Не зря «Жар-птица» входила в Десять Великих Гильдий.

Сравнивать их с Леоном или Яппи было бы нечестно. Святые рыцари вообще не укладывались в привычные мерки.

— Я свяжусь с директором Паком. Остальное решайте сами.

Закончив раздавать приказы, Ёнван вышел на корму и столкнулся с Леоном.

— Командуешь уверенно, — заметил король.

— Уже больше десяти лет в этом дерьме варюсь.

На вид Ёнван оставался молод, но опыта у него хватало. Леон вспомнил их первую встречу.

— С грязными проделками покончено?

— С грязными?.. Это законная деловая практика. Человеку из Средневековья не понять.

Леон и правда не понимал.

Он умер в одном мире и родился в другом — в семье великого вельможи, в стране, где превыше всего ставили честь, служили справедливости и жили под покровительством богов.

В том мире Леон всегда знал, где правда. Он вершил правосудие, хранил веру и исполнял долг.

Иногда приходилось громить погрязших в пороке соседей, истреблять мерзких тварей или закапывать варваров. Но всё это делалось во имя Света и Справедливости.

— Вы гонитесь за деньгами. Думаете только о богатстве и влиянии.

— А сильные мира сего разве делают иначе? Ваше Величество от нас не так уж отличается.

Ёнван видел, как король Лайонхарт пользуется чудесами и силой, чтобы расширять своё влияние.

Благословенный урожай уже перевернул продовольственный рынок, а Ассоциация охотников плясала под его дудку.

Чем тогда гильдия Храма Десяти Тысяч Богов лучше остальных? Разве что действует тоньше.

Леон отвернулся к морю.

— Нет. Между нами пропасть. Такая же, как между людьми и зверьём.

Ёнван промолчал.

— Еда и богатство нужны, чтобы люди жили в достатке. Зачем одному человеку бесконечные сокровища?

Леон говорил спокойно, без тени сомнения.

— Что толку в лекарстве от любой болезни, если его не дают больным? Зачем копить золото и драгоценности в мире, где нет любви?

Ёнван смотрел на него и невольно вспомнил другого человека.

Словно прочитав его мысли, Леон тут же произнёс это имя:

— Что ты увидел в сэре Геобрике?

— С чего вдруг такой вопрос?

— Не только в нём. В его рыцарях, в солдатах королевства. Что ты почувствовал, глядя на них?

Ёнван снова вспомнил врата острова Чеджу.

Он видел их отвагу и остался жив благодаря их жертве. А ведь они сражались не потому, что были непобедимы.

Перед ними стояли чудовищно сильные зверобоги и бесконечная орда. Но рыцари не отступили.

— Справедливость превыше всего, — сказал Леон. — Такова первая заповедь богини Арианны.

— Справедливость... Звучит по-детски.

— По-детски. Для тех, кто привык смотреть на мир с презрением и во всём искать выгоду, иначе и быть не может.

Справедливость наивна.

Добрые дела убыточны.

Чистая жизнь — удел дураков.

Так говорили и в его королевстве. Имперские гуманисты рассуждали именно так. Мудрые маги насмехались над теми, кто верил в добро.

— Послушай, юноша. Усмехаться умеет каждый.

Леон посмотрел ему прямо в глаза.

— Можно назвать справедливость детской забавой, доброту — плохой сделкой, а честную жизнь — глупостью. Но неправедный человек ничего не обретёт.

Голос короля стал жёстче.

— Злодей может быть умён, но храбрости у него не будет. Тот, кто утратил чистоту, не способен любить.

Леон редко тратил столько слов на человека, которого презирал. Но Геобрик и его рыцари отдали жизни за свои убеждения. Спасённые ими люди были обязаны понять цену этой жертвы.

Их мужество и справедливость нельзя было растратить впустую.

— Докажи, что ты достоин жизни, которую сохранили славные рыцари и верные солдаты.

Леон сделал паузу.

— Иначе я сам тебя покараю.

Ёнван сглотнул. По спине прошёл холодок.

И всё же где-то глубоко внутри...

У-у-у-у-у!

По палубе прокатился гудок.

Матросы убрали швартовы. Трап оттащили от борта, над кормой поднялся корейский флаг. Буксиры медленно развернули эсминец к выходу из гавани.

«Квангэтхо Великий» рассёк воду. Следом двинулся американский корабль.

— Наконец-то вышли, — сказал Ёнван.

— Минута в минуту.

Разговор закончился сам собой. И всё же Ёнван не считал это время потерянным.

Слова о справедливости и добре засели в нём глубже, чем хотелось признавать.

— Ваше Величество, можно мне отплатить за прошлое и...

Он осёкся.

С палубы донёсся странный ритмичный крик.

Айша! Айша!

— Это люди Храма?..

К корме двигалась колонна учеников и солдат. Они несли на плечах длинную перекладину, к которой был привязан человек.

— Эй! Так не договаривались! Вы сказали, что я святая! Со святой нельзя так обращаться!

— Хан Хари?..

Ёнван уставился на процессию. Леон, напротив, выглядел совершенно довольным.

— Женщина на корабле оскверняет плавание и навлекает беду. Но скверну можно искупить.

Они что, привяжут её к мачте и принесут богам в жертву?

Леон заметил его взгляд.

— Чего смотришь? Святая, избранная богом Моря и Волн, согласилась стать жертвой. Пома разрешил оставить её в одежде, а благодаря обряду на корабль пустили остальных женщин.

Он говорил с гордостью.

И ни капли стыда.

И это он называет справедливостью?..

* * *

Хан Хари до сих пор не решила, радоваться ей или плакать.

Пома, бог Моря и Волн, выбрал её своей святой. Благодаря этому она всё-таки попала в рейд.

С другой стороны...

— Хан Хари, ты должна выполнить одно поручение, — сказал Леон перед отплытием.

— Какое?

— Женщина на борту приносит скверну. Поднимается шторм, налетают ливни, из глубины выходят морские чудовища.

Ну и предрассудки.

Спорить Хари не стала.

— Но есть способ обратить беду в благословение. Тогда корабль пойдёт легко, море успокоится, а путь будет безопасным. Справишься?

— Конечно! Только скажите, что делать!

Вот тут и следовало задать хотя бы один уточняющий вопрос.

Кто мог предположить, что её свяжут и вздёрнут на мачту в качестве жертвы?

— Эй! Это какая-то хрень! Я святая! Вы вообще понимаете, что творите?!

Хари была туго примотана к перекладине. Ученики и солдаты тащили её через палубу, и каждый по-своему понимал происходящее.

— Старшая... Простите. Если вы одна потерпите, всем будет легче.

— Джэхёк, мелкий гад! Сухо! Братишка Сухо!

— Сестра... Прости. Моё мнение тут ничего не решает.

— Предатели! Ученики! Охотники! Здесь есть хоть один нормальный человек? Остановите их!

Айша! Айша!

— Вы меня вообще слышите?!

«Квангэтхо Великий» тем временем набирал ход.

Вскоре впереди показался тайфун.

— Шторм прямо по курсу! Это тайфун «Наби»! Скорость ветра — шестьдесят четыре с половиной метра в секунду!

Матросам было не до Хари.

Врата лежали точно на пути бури. Кораблю предстояло войти в тайфун, и команда готовилась к удару.

Хари так и осталась одна, привязанная к носовой мачте.

— А-а-а! Снимите меня! Спасите!

В чёрных тучах вспыхивали молнии. Гром перекатывался над водой.

Они действительно собирались лезть прямо в эту пасть? И она будет торчать снаружи?!

— Спасите-е-е!

— Замолчи!

— Ваше Величество?!

Леон невозмутимо сидел в рыбацком кресле. Перед ним стояла удочка.

— Не ори. Всю рыбу распугаешь.

— Рыбу?! Вы сейчас серьёзно ловите рыбу?!

Король спокойно рыбачил, пока связанная Хари изображала жертвенное украшение корабля.

— Из-за тебя уже перестало клевать.

— Перед огромным военным кораблём и так рыбы нет!

— Поймать можно где угодно. Когда я охранял портовый город Рангкуль, то рыбачил верхом на ките.

Это звучало как полная чушь. Но Леон говорил, поэтому Хари поверила.

Она с ужасом посмотрела на приближающуюся стену туч.

— Вы правда повезёте меня туда в таком виде? Ещё не поздно снять! У вас ведь есть какой-нибудь способ? Магия, чудо, что угодно! Ваше Величество, я вам верю! Правда верю!

Будто в ответ на её отчаянную молитву удилище дёрнулось.

— Хм. Сильная попалась!

Леон резко потянул леску. Даже сейчас он действовал как заправский рыбак. Из воды вылетела крупная рыба.

— Командир Чхве, готовьте всё.

— Так точно, Ваше Величество!

Матросы подбежали и быстро собрали небольшой жертвенник.

Рыбу тут же прикончили и уложили на жертвенник. Так в Лайонхарте приносили дары перед долгим морским походом.

Леон встал.

— Милостивый владыка моря. Явись к дерзким смертным, ступившим в твои владения.

И море откликнулось.

Корабль, который уже швыряло из стороны в сторону, внезапно замер. Вода возле борта поднялась и сложилась в исполинскую фигуру.

Она напоминала акулу, но природа не могла создать такую форму. Каждый на палубе понял одно.

Перед ними бог.

[О-о-о, Лайонхарт. Мой верный маяк. Защитник моего храма в Рангкуле.]

Леон опустился на одно колено.

— Пома, бог Моря и Волн.

Водяная акула посмотрела на тайфун и тяжело вздохнула.

[Какое убогое море. Ни капли достоинства. Петос был прав: в этой земле почти не осталось божественности.]

Существо нависло над эсминцем. Оно могло проглотить корабль целиком.

[Почему на судне нет парусов? И что за люди здесь собрались? Ни один не чтит милость моря!]

— Они ещё не знают твоего учения. Прошу, прояви терпение и оберегай их.

[Нет! С какой стати мне оберегать тех, кто даже не верит в меня? Пусть сначала познают страх и почтение. Тогда, быть может, заслужат милость!]

Гнев Пома заставил матросов задрожать.

Они не понимали, чем провинились. Но рядом с разгневанным богом любой чувствовал себя песчинкой, которую смоет первой же волной.

Леон пользовался благосклонностью многих богов, однако далеко не со всеми было легко.

Пома отличался редкостным своеволием. На Леона он никогда не сердился, зато от остальных требовал порой совершенно невозможного.

— Почему ты выбрал эту девчонку своей святой? — спросил Леон.

[Ха-ха-ха...]

Пома посмотрел на Хари, дрожащую на мачте.

[Мне с трудом удалось уговорить Петоса, но оно того стоило. Девочка от рождения способна вместить божественную силу.]

— Вот как?

[Разумеется, с тобой ей не сравниться. Ты — исключение. В тебе найдётся место для силы любого бога.]

— Я и раньше чувствовал, что её везение обернётся бедой. Значит, не ошибся.

[Почему бедой? Это великое благословение.]

— Для человека без веры внимание богов может оказаться ядом.

[Мой маяк поможет ей обрести веру.]

Леон вздохнул и снова откинулся в кресле.

[Хан Хари, моя новая святая.]

— Я?

[Я дарую тебе благословение воды и власть над волнами. Прими их с радостью. Неси людям мою волю и моё учение.]

— Д-да, конечно! Только снимите меня отсюда!

Пома провозгласил:

[Пока моя святая отдаёт себя в жертву, ни одна волна не коснётся этого корабля!]

— ...Что?

Хари замотала головой. Пома лишь довольно рассмеялся.

[Твоя жертва сохранит пламя жизни!]

Огромная фигура лопнула, как мыльный пузырь, и осыпалась в море.

— И всё?..

Хари растерянно моргнула.

С палубы закричали:

— Тайфун прямо по курсу! Высота волн — десять метров!

Матросы и охотники разом скрылись внутри надстройки.

Хари осталась одна.

Они правда меня бросили? Так и оставят?

Из-за укрытия выглянули ученики Академии.

— Держитесь!

— Сестра, удачи!

— Старшая, вперёд!

— Покажите, на что способна лучшая выпускница Академии охотников!

Под бодрые крики Хари встретила надвигающуюся стену воды.

ГРОХОТ!