Глава 6 — Божественность (2)

— Всем привет. Давно не выходил в эфир. С вами фермер Пак из провинции Чолла.

— Чего это вы в такую рань?

— Когда уже будет обычный деревенский выпуск?

Господин Пак выращивал рис, а в свободное время вёл канал на YouTube. Таких местных блогеров хватало по всей стране: днём они работали в поле, а вечером показывали подписчикам сельскую жизнь. Пак снимал посевную, готовил лягушек и ходил на кабанов.

Сегодня он пришёл к рисовому полю соседа Кима. Недавно рядом открылись врата, и хозяйству досталось по полной.

— Я же писал в сообществе, что поле господина Кима пострадало из-за врат?

— Писали.

— Права на врата получила «Жар-птица».

— Ким ещё стол для их охотников накрывал. Кормил, поил, лишь бы всё закончилось без беды.

— А потом, говорят, подземелье прорвалось наружу.

— Господин Пак, вы сами-то в это верите?

— В «Жар-птице» есть Ли Ёнван S-ранга и куча бойцов A-ранга. Они не справились с одними Багровыми вратами?

— Да ну нахрен.

От этих слов у Пака заныло в груди. Он своими глазами видел, как сосед плакал над полем, которое пожирали миазмы.

В охотниках Пак разбирался плохо, но про «Жар-птицу» знал каждый. Знаменитая гильдия, сильные бойцы, огромные деньги. И всё же они допустили прорыв, а зараза продолжала расползаться по земле Кима.

Для земледельца со времён Катаклизма, случившегося тридцать лет назад, не было ничего страшнее.

— Честное слово, здесь даже люди из Ассоциации мечутся как угорелые. Рис сгнил подчистую. Всё поле отравлено миазмами.

Пак увеличил изображение. В кадр попали почерневшая земля и сотрудники Ассоциации, которые спорили с охотниками «Жар-птицы».

Гнили не только стебли. Между почерневшими стеблями валялись кости скелетов, выбравшихся из подземелья.

— Это правда?.. Если зараза пошла по Хонаму, урожай в этом году можно хоронить. Почему в новостях тишина?

— Всё совсем хреново. Не зря субсидии фермерам подняли: страна сама себя уже не прокормит.

— А толку мне от субсидий, если пахать будет негде?

— Будущее за умными фермами. Покупайте акции «Дуджон Фьючер Фуд».

— Рекламщика — вон из чата!

Пак продолжил снимать окрестности врат. Место оцепили, но он хорошо знал межи и сумел пробраться между полями. Чем дальше он шёл, тем серьёзнее становились комментарии.

— О... там иностранец.

В объектив попал высокий светловолосый мужчина.

— Это кто? Охотник «Жар-птицы»?

— Без снаряжения? На нём вообще ничего защитного нет.

— Тогда сотрудник Ассоциации?

— В Ассоциации вроде нет европейцев. Красавчик, конечно.

— Посмотрите направо. Там женщины что-то несут. Приблизьте, господин Пак.

Пак навёл камеру и увидел алтарь, а рядом — целую груду соломенных кукол.

Обряд, что ли?

На заражённых землях подобное случалось часто. Люди молились, проводили ритуалы и надеялись на чудо. Но землю от миазмов очищал только специальный состав, да и тот следовало внести как можно быстрее.

Может, этот блондин маг? Не похож.

Незнакомец почему-то тревожил Пака. Дело было не в росте и не в красивом лице. Даже через экран чувствовалось достоинство, которое не сыграешь перед камерой.

Богачи, политики и знаменитости любили изображать высшее общество. Но заученные манеры не заменяли настоящей породы. В светловолосом мужчине не было ни тени притворства. Он выглядел так, будто право повелевать принадлежало ему от рождения.

А через мгновение фермер Пак увидел событие, которое навсегда изменило его жизнь.

* * *

Леон был первым рыцарем Арианны, богини Света и Справедливости.

Каждый король Лайонхарт служил её главным поборником. Но Королевство Лайонхарт чтило весь Пантеон, поэтому его монархи служили и другим богам, без которых немыслима жизнь народа.

[Лайонхарт. Дитя моё.]

— Приветствую тебя, Демера, богиня Жизни и Изобилия.

Леон опустился на одно колено перед ожившей куклой и почтительно склонил голову.

Демера занимала в Пантеоне особое место. Она воплощала саму жизнь и дарила миру изобилие.

Люди ещё пытались понять, откуда исходит ласковый голос, когда соломенная фигурка снова заговорила.

[И эта новая земля страдает от нашествия зла. Почва осквернена.]

— Да. Здесь обитают порождения скверны. Но куда сильнее меня тревожит иное: мир лишён божественной благодати, и я не желаю оскорблять твой взор зрелищем здешних свиней.

Вернувшись на Землю, Леон прежде всего испытал разочарование.

Не имело значения, как здесь называли людей со сверхъестественной силой — пробуждёнными или выжившими. О первых двадцати годах своей жизни Леон помнил лишь обрывки. Теперь же родной мир встретил его властью алчных гильдий и беспомощным государством.

Зрелище было и жалким, и печальным.

[Невежество и жадность не всегда грех. Такова природа смертных. Что ты намерен делать?]

— Мне отвратительны здешние порядки, но я не стану свергать законную власть. Жители этой страны выбирают правителя нелепым голосованием. И всё же таков их закон, а значит, его следует чтить.

Только поэтому Леон признавал полномочия президента.

Правитель, неспособный укротить шайку людей с клинками, вызывал у него презрение. Однако право управлять страной было священно. Леон не собирался нарушать установленный порядок.

— Я уравновешу права обязанностями. Невежд научу, заблудших наставлю и укажу им верный путь.

На Земле деньги и сила стали мерой справедливости. Но хуже всего было отсутствие богов.

Леон решил возродить Пантеон. Он вернёт в этот мир богов погибшего мира и создаст новый орден святых рыцарей.

Для этого понадобятся вера, храмы, жрецы и множество людей, готовых молиться богам в Великом Чертоге.

[Неужели тебе нечего попросить у матери?]

Демера прочла его намерение и улыбнулась.

Леон давно перестал быть лишь поборником Света и Справедливости.

Когда пал прежний мир, боги Пантеона избрали Хранителя Грааля своим сосудом. Они вложили в его сердце свою божественность и поставили на него всё. Леон должен был истребить полчища зла и выстоять до самого конца.

Двести лет он исполнял возложенный долг. Теперь перед ним лежал новый мир, а боги Великого Чертога доверяли величайшему рыцарю своей эпохи. Они верили, что он сохранит их честь и святость, и были готовы исполнить его просьбу.

— Да, Демера. Свободный народ этой земли страдает от скверны, которую здесь называют миазмами. Прошу тебя исцелить и очистить почву, хотя она не принадлежит твоему миру.

В крошечной соломенной кукле сосредоточилась сила богини.

По меркам Пантеона это благословение было невелико. Но на земле, давно не знавшей истинной веры, даже крупица божественности становилась чудом.

[Ты мой жрец и наш поборник. Земля этого мира — не моя плоть. Но наполни её моей силой, сделай частью меня — и всё, что пустит здесь корни, станет твоим союзником.]

Божественная сила пропитала землю.

Живой святой, полубог и король Лайонхарт призвал Мать всего живого, а она благословила землю через его руки.

Земля — начало жизни и источник изобилия.

По полям хлынула благодать Демеры.

От миазмов почва почернела, посевы сгнили, но благословение богини заставило мёртвую землю ожить. Из грязи пробились свежие ростки. Они поднимались один за другим, не замечая ни миазмов, ни гнили.

Жизнь вернулась туда, где ещё недавно не могло расти ничего.

Леон обвёл взглядом людей, застывших вдали.

— Смотрите и запоминайте, невежественные дикари! Вот каким бывает мир, в котором живут боги!

По чёрному полю покатилась золотая волна. Рис вытягивался на глазах, наливался и клонился под тяжестью зёрен. Люди дрожащими руками закрывали рты; кто-то складывал ладони в молитве.

— Плодитесь и размножайтесь. Таков долг всего живого. Пусть изобилие этой земли навеки станет свидетельством нашего завета.

* * *

Хан Хари, Ким Джинсу и остальные сотрудники Ассоциации смотрели на поле как заворожённые.

Они знали, на что способны миазмы. Эта чуждая сила не просто отравляла растения — она ломала естественные законы. На заражённой земле жизнь не приживалась.

Почву можно было очистить, но для этого требовались огромные деньги, редкие реагенты и драгоценная мана охотников. Поэтому человечество строило закрытые агрокомплексы и умные фермы, отчаянно пытаясь сохранить производство еды.

С каждым новым прорывом подземелья пахотных земель становилось меньше. Человечеству всё труднее было обеспечивать себя продовольствием.

— Какого... — выдохнула Хари.

Золотые колосья мягко качались на ветру. Поле сияло так ярко, будто ещё несколько минут назад здесь не было ни миазмов, ни гнили.

— Начальник... Это настоящий рис.

— Сам вижу.

Урожай созрел за несколько мгновений. Не верили своим глазам не только сотрудники Ассоциации. Побледнел и Ли Ёнван, который собирался взять страну за горло отравленной равниной.

— Ха! Вы хоть понимаете, что выращенная магией пища ядовита?

В этом он был прав.

После Катаклизма учёные много раз пытались ускорить рост растений магией. Такие плоды выглядели съедобными, но для обычного человека становились отравой.

— Что за невежественная чушь, — холодно произнёс Леон. — Этот урожай благословили сами боги. По какому праву ты называешь его ядом?

— Да это всего лишь соломенная кукла...

— Первый раз я прощаю тебе невежество. Ещё раз осквернишь богиню поганым языком — пожалеешь.

В голосе Леона звучала такая власть, что спорить расхотелось даже Ёнвану. К тому же он не знал истинной силы выжившего и не хотел лезть напролом.

Дерьмо. Всё пошло не так.

Равнина Хонам должна была стать заложницей. Как и подозревала Ассоциация, «Жар-птица» нарочно допустила прорыв подземелья.

Десять Великих Гильдий и без того получали неисчислимые льготы, но требовали всё больше. Теперь они хотели ежегодно экономить на налогах около триллиона вон. Потом запросили бы полное освобождение.

Расчёт был прост: напугать правительство новым прорывом. Ради спасения страны и людей оно уступило бы.

Но один выживший разрушил весь план.

Ёнвану требовалось срочно вернуть себе преимущество.

— Урожай надо проверить, — сказал он. — Люди будут есть этот рис. Мы обязаны убедиться, что он безопасен.

Какими бы ни были его намерения, возражение звучало разумно. Магически выращенные культуры действительно считались несъедобными.

— Я предоставлю оценщика своей гильдии. Самому интересно, что можно вырастить за одну секунду.

Ёнван снова ухмыльнулся. Он уже представлял, как разоблачит наглого чужака. Пусть в рисе обнаружится хотя бы след магии — и Леона можно будет назвать мошенником.

— Проверьте урожай!

— Быстрее.

— Наши оценщики не ошибаются.

Специалист «Жар-птицы» сорвал несколько колосьев и применил навык. Ёнван ждал слов о смертельном яде.

Но по лбу оценщика покатился холодный пот.

— Оценка показала... редкий ранг!

— Что?

— Каждое зёрнышко! Весь рис без исключения — редкого ранга!