Глава 71 — Битва под Игридом. Часть 3.

Маркус стремительно мчался сквозь лесную чащу, с каждым своим шагом словно предугадывая неистовые выпады Лауры и уклоняясь от каждого смертоносного удара. Он должен попасть в подготовленную им рощу как можно скорее, ведь только там у него есть возможность победить этого монструозного врага. Однако чем дольше продолжалась эта неудержимая битва, тем мрачнее он становился.

В этот момент ярость все сильнее овладевала сердцем Лауры, ведь даже с превосходящей скоростью она до сих пор не могла сразить своего врага. Спустя очередной промах из ее рта раздался безумный визг, больше похожий то ли на утробное рычание, то ли на какофонию ужасающих звуков, а скорость, с которой та двигалась, стала еще быстрее.

— “Что за бред...?” — Вместе с этой мыслью Маркус резко сместился в сторону, предугадывая стремительный удар Лауры и едва успевая уклониться. Однако даже так несколько прядей черных волос уже опали с его головы...

Он просто-напросто не успевал уклониться полностью, даже с учетом того, что просчитывал каждое движение своего неутомимого врага. Не говоря уже о том, что та умудрилась стать еще быстрее прямо во время их сражения, полностью ошеломляя его подобной, казалось, невозможной ситуацией.

— Умри! Просто сдохни!! Сдохни, сдохни, сдохни!!! — Лаура безумно визжала, стремительно направляясь вслед за Маркусом, в то время как необъяснимая ярость кипела в ее душе, словно бы придавая ей еще больше сил.

Каждый ее удар либо разрывал дерево на куски, либо разрезал его на части, словно раскаленный нож, проходящий сквозь масло. Ничто не могло остановить ее... лишь ненадолго замедлить или отклонить атаку. Если бы не подготовка и знание способностей своего врага, молодой рыцарь уже давно бы пал бесславной смертью.

Маркус мрачнел все сильнее с каждой секундой, быстро приближаясь к нужному ему месту. Сейчас он был еще менее уверен в своей победе, но никак не мог отступить. Он не переставал с каждой секундой рассчитывать сражение, начав делать это еще в лесу, когда ступал по следам, и продолжая делать это даже сейчас. По его подсчетам, шансы на его победу редели с каждым мгновением, но не единый мускул не дрогнул на его спокойном лице.

— “Мирейн... Литесса...” — Лица погибших вдруг мимолетно промелькнули перед глазами Маркуса, однако они не были искажены в агонии... нет... они лишь ярко улыбались ему, словно одаривая своей бесконечной поддержкой. — “Надеюсь вы сможете увидеть, как я убиваю очередное чудовище...”

Маркус рассмеялся, в то время как спустя миг его нога наконец переступила невидимую черту. Его движения вмиг изменились, превращаясь в хаотическую поступь, ступающую лишь по определенным, ранее отмеченным им траекториям.

— Долго ты еще собираешься бежать?! — Лаура неистово закричала, безумно мчась вслед за Маркусом.

Она видела, как движения молодого рыцаря изменились, однако не придала этому никакого значения, лишь продолжая свою безумную тираду гневных слов и яростных ударов.

— Мы уже пришли... — Рассмеявшись, Маркус тут же оскалился, в то время как до его ушей уже донесся звук срабатываемых ловушек и гневного вскрика. — Это место станет твой могилой, чудовище!

В следующее мгновение нога Лауры уже угодила в особый капкан, установленный Маркусом. Это заставило её прервать cвою стремительную поступь и взглянуть вниз, на лодыжку, где по надетому доспеху уже расползалась сеть тонких трещин.

— Ловушка? — Видя произошедшее, Лаура дико рассмеялась, бросая презрительный взгляд в спину молодого рыцаря. — Ты даже не имеешь права называть себя рыцарем, ничтожество!

Маркус пропустил слова Лауры мимо ушей и резко развернулся. В его руках уже была новая пара мечей, которыми он в то же мгновение начал неистовый танец, обрушиваясь на обездвиженного врага шквалом безжалостных атак.

Удары посыпались с невероятной скоростью и изменчивостью, однако Лаура, даже не обращая внимания на капкан, продолжала яростно напирать. Произошедшее лишь доставило ей небольшой дискомфорт, напитав еще большей яростью и злобой.

— Ты сдохнешь здесь... в одиночестве, окутанный землей и страданиями, прямо как твой младший брат! — Лаура смеялась, продолжая наступать, однако Маркус не обращал внимания на ее слова.

Ему никак нельзя было отвлекаться и тем более поддаться наитию эмоций, как Лауре. Если последняя могла сражаться бездумно, то он должен сохранять холодный рассудок, ведь только так у него появится шанс победить. Победа — без единой ошибки!

Очередной звук срабатывающего капкана... как уже другая нога Лауры, оказалась с силой зажата, а ее движения приостановились еще сильнее. Она лишь усмехнулась, делая очередной шаг, однако ее лицо не могло не наполниться удивлением и шоком, когда ведущая нога вдруг провалилась под землю до самого бедра.

— Попалась! — Уголки губ Маркуса слегка приподнялись, а сам он не смел медлить даже мгновения, стремительно напирая на обескураженную Лауру.

Его мечи словно танцевали, тогда как нынешнее положение противника позволяло ему атаковать, используя всю свою силу и навыки. Шквал ударов летел непрерывно, в то время как все большее количество рваных ран появлялось на открытом лице Лауры, и даже ее доспехи покрывались множественными царапинами из-за отклоненных клинков.

Даже со своей тиранической скоростью, она едва успевала блокировать такой шквал атак, пытаясь безуспешно выбраться из ловушки. Она чувствовала, как стальные стержни намертво вцепились в ее ногу, которая с легкостью проскользнула внутрь, но уже не желала выходить обратно. Это заставляло ее кровь кипеть от ярости и негодования...

— ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! — Неистово закричав после очередной раны, Лаура внезапно метнула свой меч прямиком в сторону молодого рыцаря, который с трудом уклонился от столь пусть и безрассудной, но опасной атаки. Ему пришлось буквально упасть назад, чтобы не быть безжалостно пронзенным в грудь...

Впрочем, глядя на пролетающий над ним меч епископа, глаза Маркуса не могли не заискриться, отчего уже спустя миг он стремительно бросился в сторону выброшенного клинка. Он даже не обращал внимания на Лауру, которая в этот момент, уперевшись руками в землю, с резким рывком и криком вылетела из земли.

— Да как посмел... такой как ты...? — Посмотрев на свою левую изрезанную ногу, на которой уже не осталось никакой защиты, Лаура могла лишь зверски оскалиться.

Лоскуты мяса и кожи свисали с нее, а кровь обильно лилась, однако она словно не чувствовала боли — лишь еще большую ярость и злобу за то, что ее посмело ранить какое-то ничтожество...

— Значит ты все-таки можешь истекать кровью, как самое обычное чудовище! — Усмехнувшись, Маркус вновь бросился вперед, а в его правой руке уже было то, что поможет ему еще сильнее перевернуть исход боя.

Он с самого начала планировал как-то отобрать меч епископа, но кто бы мог подумать, что эта безумная сука сама выбросит его, тем самым преподнося свое оружие ему на блюдечке. И пусть из-за погони за мечом он упустил возможность атаковать, это всё равно стоило того.

Лаура безумно посмотрела на Маркуса, стремительно хватая воткнутый неподалеку меч и неистова бросаясь на последнего, даже не обращая внимания на свою изувеченную ногу. Она словно совсем ничего не чувствовала и даже ее движения едва замедлились из-за раны, отчего молодой рыцарь в очередной раз не мог не поразиться её стойкости.

— “Теперь яд просто не может не подействовать.” — Маркус продолжал отступать, но от его внимательного взгляда не ускользнула нарастающая вялость движений епископа.

Он чувствовал, как она начинает слабеть с каждым мгновением и с каждой пролитой каплей крови, тогда как множество ловушек, расставленных здесь, напоминали паутину, которую сплел паук, чтобы не дать вырваться своей жертве.

Лаура неслась вперед, продолжая напирать, но на этот раз была осторожнее, ступая аккуратнее и готовая в любой момент уклониться. Однако даже так на её теле всё чаще появлялись новые раны. Новый меч Маркуса атаковал безжалостно и дико, с трудом, но тем не менее разрезая ужасно прочные доспехи епископа. И конечно... яд наконец принес свои плоды.

— Непр...ости...тельно... — Лаура тяжело дышала, на миг останавливаясь и изрыгая поток черной крови из своего рта.

Она чувствовала, как яд все сильнее проникает в ее кровь, заставляя ту скручиваться и гнить, парализуя как конечности, так и органы. С каждым мгновением она чувствовала, как стоящий перед ней рыцарь загоняет ее в смертельную ловушку, однако она не чувствовала страха... лишь еще большую злобу и ненависть, что будто бы без конца продолжала подпитывать ее!