Глава 74 — Время, что продолжает свой ход.

Дирк сейчас то и дело скрытно передвигался по глубинам церкви, коридоры которой в этот момент были, к его удивлению, слишком уж безмолвными. Если в главном зале наверху еще находились священники и прихожане, то едва ему стоило проникнуть вглубь, как до сих пор им не было встречено ни единой живой души.

Он думал, это будет невероятно тяжелая задача, граничащая со смертью. Мало того что ему пришлось бы мелькать среди множества рыцарей церкви, вдобавок к этому здесь должны были находиться еще и двое епископов, чувства которых, без сомнения, превосходили человеческие возможности. Однако вместо непосильной задачи это оказалось не более чем легкой прогулкой по опустевшему подземелью церкви.

— “Почему здесь никого нет?” — Чем дальше Дирк пробирался, тем сильнее искреннее непонимание обволакивало его сердце.

Церковь была своего рода городской крепостью, в глубинах которой на постоянной основе должно быть расквартировано несколько епископов и множество рыцарей. Однако если в главном зале все было как обычно, без каких-либо изменений, то в подземелье церкви не было ни епископов, ни даже рыцарей. Это более чем странно...

— “Неужели они все куда-то ушли?” — Чем дольше Дирк размышлял, тем мрачнее он становился, в конце концов приходя, казалось, к самому логичному варианту развития событий. — “Неужели два других епископа решили все же помочь Лауре?!”

Осознав всю дерьмовость ситуации, Дирк не мог не стиснуть зубы от ярости. Если его догадка верна, то они уже проиграли эту битву. Демиан не успел собрать всех рыцарей под свои знамена, не говоря уже о союзниках. Он выступил спешно, чтобы вызволить Ахерона как можно скорее, поэтому с сотней рыцарей победить целую церковную крепость попросту невозможно. Разница в числе слишком велика...

— “Ладно... у меня здесь своя цель”. — Дирк продолжил осматривать глубины церкви, однако, чем больше времени проходило, тем сильнее мрачнело его лицо.

По прошествии некоторого времени, когда практически вся церковь уже была им осмотрена, он не нашел ни одного рыцаря или епископа, не говоря уже о Ахероне, ради которого он сюда и прибыл. Только несколько задумчивых священников то и дело спускались вниз, спустя минуту лишь озадаченно возвращаясь обратно.

— “Пора выбираться отсюда”. — Дирк не собирался больше находиться в этом ужасном месте, скрытно направляясь наружу.

Ахерона, скорее всего, не было здесь с самого начала, потому что он не нашел ни единого следа его пребывания в этом месте. Конечно, возможно, Лаура все подчистила, но он сомневался в таком маловероятном исходе. Вероятнее всего, обезумевшая епископ просто убила мальчика еще на подступах к церкви, либо где-то в этом промежутке запрятала его куда-то. Однако если брать в расчет безумие Лауры, то первый вариант буквально напрашивался сам собой.

— “Мне жаль, Ахерон...” — Спустя несколько минут, Дирк уже спешно выбрался из церкви, направляясь прямиком к полю боя. Сейчас ему нужно хотя бы доложить о возможной западне со стороны двух оставшихся епископов... если, конечно, уже не стало слишком поздно...

_________________________________________________________________________________________________

Калден и Бертрам к этому моменту уже спешно бежали к точке отхода, намеченной на случай тактического отступления, не смея даже оглядываться назад. Они, как и оставшиеся рыцари, хорошо понимали, кто именно оказался их последним врагом, поэтому не особо рассчитывали на победу. Они видели, на что способна Лаура в бою, поэтому одолеть сразу двух подобных противников, прикрывающих друг другу спины, было бы непосильной задачей для двух десятков рыцарей, вымотавшихся после тяжелой битвы.

— Проклятые церковники... — Бертрам шипел от ярости и негодования, в то время как в его душе творился самый настоящий хаос. — Еще и Маркуса нет... твою мать... он что, тоже умер? Демиан... ну как же так...

Бертрам даже не знал, что ему теперь делать. Мало того, что Демиана убили, так еще и Маркус, похоже, тоже погиб. Они потеряли всех своих друзей и товарищей в этой битве, так еще и проиграли. Если бы не слова друга, то скорее всего, он и сам бы сложил голову рядом с остальными.

Калден в этот момент ничего не говорил, однако его лицо было не менее мрачным. Никто из них двоих не хотел сбегать с поле боя, спасая свою жизнь, ведь им проще было бы биться до самого конца и принять смерть. Однако у них еще остались дела, которые нужно закончить.

Спустя несколько минут Калден и Бертрам наконец добрались до лошадей, спешно забираясь в седла и галопом направляясь в сторону поместья Алетеев.

_________________________________________________________________________________________________

Множество ученых в белых халатах в этот момент стояло вокруг истыканного трубками и иглами тела мальчика, чьи распахнутые желтые глаза будто бы светились. Однако, пусть в них, казалось, все еще и тлела жизнь, они были пусты как никогда ранее, словно полностью лишенные сознания.

Тело было изрезано в бесчисленных местах, в то время как зашитые шрамы занимали еще большую площадь тела. Ученые не просто ввели в него звериную кровь... нет, они должны были провести все возможные предварительные тесты, лишь бы добиться результата и подвести конечный итог.

— Поразительно... его тело каким-то чудом выдержало! — Раймонд без устали восхищался, то и дело слушая своих помощников, которые в этот момент непрерывно проговаривали жизненные показатели лежащего тела мальчика.

Ученые то и дело суетливо бегали вокруг тела, проверяя его и беря различные анализы. В их глазах горело самое настоящее воодушевление, которое с каждым проведенным ими тестом разгоралось лишь сильнее. Безоговорочный успех...

— Звериная кровь уже начала действовать... впервые так быстро. Его тело уже сейчас начало медленную перестройку организма! — Раймонд сверялся с тестами, удивленно раскрывая глаза и шокировано смеясь.

Они не думали, что мальчик сможет выжить даже после минимального количества звериной крови, однако чудо все же случилось. Раймонд в этот момент уже раздумывал над будущими планами, то и дело выдавая один приказ за другим.

— Придерживайтесь стандартной процедуры. Нужно перевезти его в другое место, где мы и продолжим эксперимент. Подготовьте дополнительную колбу со звериной кровью.

_________________________________________________________________________________________________

Ахерон сейчас словно тонул в бесконечном кошмаре. Ему казалось, что он умирает, однако его сознание так и не затухало, словно продолжая держаться из последних, неведомых даже ему сил. Лишь иногда он будто на миг выныривал из кромешной темноты, слыша далекие отголоски неизвестных ему голосов и звуков. Ощущал невероятную боль, после которой лишь снова возвращался в темноту...

— “Сколько прошло времени...” — Ахерон тихо пробормотал, даже сейчас мучаясь от невероятной и нескончаемой боли.

Ему казалось, что прошло уже очень много времени... казалось, что он начал забывать даже свое собственное имя. Воспоминания мутнели, мутнело сознание... оставались лишь боль, страх и отчаяние.

— “Как там мама без меня...?” — Короткая мысль пролетела в сознании Ахерона, спустя миг вновь смываемая очередной волной боли и ужасных кошмаров.

Тем не менее даже так красивое женское лицо вдруг пролетело перед его глазами, словно нарисованная великим художником картина. Художником, которым являются его собственные воспоминания.

— “Папа... брат... у вас все хорошо?” — Очередная мысль, и очередная волна боли и кошмаров.

Ахерону казалось, что между его мыслями проходит лишь миг, а в следующее мгновение — целая вечность. Тем не менее яркие картины одна за другой уже все равно всплывали в его голове, не позволяя ему забыть, кто он есть.

— “Амелия... Камелия...” — Воспоминания, как сестры издевались над ним пролетали в мыслях Ахерона долгим ворохом картин, сменяясь снова и снова.

Даже сейчас он, казалось, слышал их язвительный голос и издевки, напоминающие ему обо всем. Он помнил, какую боль они причиняли ему когда-то давно, — боль, которая сейчас была бы для него лишь наслаждением.

— “Кто же еще был...? Я... забыл...?" — Ахерон слегка нахмурился, лежа в холодной и окутывающей его темноте.

Имена и воспоминания, казалось, крутились у него на языке, однако ожидаемые им картины так и не появлялись. Он мог лишь продолжать пытаться вспомнить — снова и снова, вновь и вновь, пока отголоски далеких голосов продолжали изредка доноситься до его ушей.

_________________________________________________________________________________________________

— Господин Раймонд, его тело продолжает медленно умирать... — Далекое эхо вдруг прозвучало в темноте, слегка колыша затухающее сознание Ахерона и не позволяя ему окончательно погрузиться в блаженное безмолвие.

— Готовьте звериную кровь! Мы не можем его потерять! — Очередной неизвестный голос мужчины раздался в ушах Ахерона, заставляя его на краткий миг приоткрыть свои налитые свинцом веки.

Он знал, что вокруг никого нет, но бесконечно далекий голос все равно звучал в его голове, на мгновение раздувая тлеющий уголек сознания. Однако уже спустя миг он вдруг почувствовал, будто внутрь него залили раскаленный металл. Он хотел неистово завопить, но не мог издать ни звука. Боль была невообразимой, а кошмары уже вновь стояли за его спиной, ожидая, когда сознание в очередной раз погрузится в темноту.