Глава 26 — Это гость, Мэйбел!

— …Это привычка, так всё комкать?

— А? Ой, н-нет. То есть… нет.

Лишь после того, как я поймала на себе его пронзительный взгляд, я осознала, что вцепилась в рубашку Ракиэля. Я в испуге хотела было отпустить её, но мне показалось, что лицо Ракиэля нахмурилось ещё сильнее.

— Я не говорил отпускать.

А… Я послушно кивнула и снова сжала ткань в кулачке; на удивление, морщинка между бровями Ракиэля немного разгладилась. Рядом послышался тихий смешок. Беллерофонт, глядя только на меня, одними губами прошептал:

«Вы молодец».

Я была в замешательстве. Молодец? В чём именно? У меня было столько вопросов, но, поскольку я всё ещё была на руках у Ракиэля, задать их я не могла. От того, что он меня нёс, шея всё ещё казалась одеревеневшей. Хотя мне уже не было так страшно, как раньше… но всё же это было немного непривычно.

Спустя некоторое время голубоватая завеса исчезла, и голос Каили зазвучал вновь:

— Ого. По-моему, это уже чересчур. Неужели можно так пренебрегать другом, которого сто лет не видел? А?

Ракиэль посмотрел на Каили ледяным взором. Казалось, одним этим взглядом он мог бы заморозить его до смерти.

— Можешь изложить цель визита.

— О! Ну вот, другое дело.

— Или всё же предпочитаешь быть вышвырнутым?

— Ой-ой, только не это! Отдай мне свою дочь!

При этих словах Ракиэль замер.

— Твоя дочка мне по душе, не хочешь познакомить её с моим сыном? А? Ну так что?

Я чувствовала, как напряглись руки Ракиэля, в которых я сидела. В следующий миг от него начала исходить мощная и тяжёлая аура, не сравнимая ни с чем прежним.

— …Значит, ты пришёл нести чушь.

Волосы Ракиэля, цедившего слова сквозь зубы, слегка колыхнулись. Движение волос в отсутствие ветра было верным признаком того, что мана пришла в движение. Хоть я и не сильна в магии, я знала это, так как это была часть базовой теории.

— Кан.

— Слушаю, господин.

Лёгкий ветерок в мгновение ока превратился в яростный шторм. Лишь Ракиэль, Беллерофонт и Кан стояли в этом бушующем потоке совершенно невозмутимо. Из-за сильных порывов я даже не могла открыть глаза.

— Запри дверь, когда незваный гость уйдёт.

— Слушаюсь.

— И запрети ему вход навсегда.

— Эй, подожди, подожди! Я ещё даже к делу не перешёл!

К моему удивлению, Каили выдерживал напор шторма. Он сбросил огромную сумку со спины и встряхнул своей массивной кистью. На мгновение на тыльной стороне его ладони вспыхнул синий свет, и в руке материализовался серебряный двуручный меч. Его клинок казался гораздо выше меня и выглядел очень грозно.

Однако Каили не стал замахиваться мечом, а вонзил его в пол. Словно пытаясь удержаться против ветра.

— Дружище! Друг мой! Великий маг! Просто выслушай меня!

Грохот.

Несмотря на отчаянные мольбы, мощный поток ветра, направленный на Каили, распахнул парадные двери. Было видно, как потоки воздуха начали скручиваться воедино. И как раз в тот миг, когда огромный смерч был готов сорваться в сторону Каили…

— Императорский дом прислал мне приглашение!

В ту же секунду яростный ветер стих, словно его и не было.

Гудение.

Увидев, как замерли в воздухе затихающие потоки, Каили широко ухмыльнулся. Впрочем, радость была недолгой: как только он встретился с ледяным взглядом Ракиэля, он тут же постарался принять серьёзный вид. Причём сделал это настолько явно, что заметила даже я.

— …И что?

— Ты ещё спрашиваешь?

На красивом лице Каили отразилось крайнее недоумение.

— Всё это из-за тебя. Стал бы Его Величество беспокоить меня, мирно занимающегося фермерством? Судя по всему, ты своё ещё не получил, но неужели ты думаешь, что он ограничится только мной?

Поспешно сменив позу, Каили убрал огромный меч. Клинок с гравировкой дракона с первого взгляда казался необычным.

— Скоро приглашение доставят и тебе.

Каили, небрежно опираясь на длинный меч, прищурился в улыбке.

— Ты ведь в этот раз наделал немало шума.

Атмосфера переменилась. Теперь Каили выглядел непринуждённо, а лицо Ракиэля всё больше мрачнело. В этот момент Ракиэль, собиравшийся что-то сказать, вдруг замер.

Он резко повернул голову в сторону. Удивившись, я тоже перевела взгляд туда, куда он смотрел.

«Как ярко».

Ослепительный белый свет вспыхнул прямо посреди прихожей. Он был несравненно ярче того сияния, что исходило от меча Каили. Больно резануло по глазам, и я сощурилась; в воздухе начал проступать огромный магический круг.

Я не могла понять, что это, но над затейливым узором магического круга что-то парило.

…Письмо?

Ракиэль, всё ещё державший меня, протянул руку. Послание, словно по волшебству, послушно опустилось ему в ладонь. Всё это произошло за считаные секунды, и я только и могла, что хлопать глазами.

— Ну вот, видишь, я же говорил?

Подпись на конверте я смогла разобрать совершенно чётко.

«Азатос Пан Драгон».

Рядом с размашистым почерком красовался красный сургуч с императорской печатью. Ракиэль посмотрел на письмо, а затем перевёл взгляд на меня. В прихожей, где только что было шумно, воцарилась тишина.

В просторной гостиной собрались уже знакомые лица. Кан, Скилла, Лора и Риза. Беллерофонт, Ракиэль и сегодняшний гость Каили. Вместо того чтобы рассматривать привычные лица, я принялась изучать комнату.

И на то была причина: мы находились вовсе не в той гостиной, куда я попала в свой первый день в этом особняке.

Надо же, здесь есть ещё одна гостиная. Я слышала, что в доме очень-очень много комнат, но увидеть это своими глазами было удивительно. В отличие от гостиной Ракиэля, где преобладали чёрные и красные тона, или моей комнаты с её акварельными красками, это помещение было полностью выдержано в синем цвете. От этого глазам становилось удивительно легко.

Осматривая стены, которые идеально сочетались с синевой неба за окном, я вдруг замерла.

Рамка? Из множества картин лишь одна была плотно занавешена синим бархатом. Я наклонила голову, пытаясь рассмотреть её получше, но тут в уши вонзился громкий голос.

— Ведь это приглашение на Праздник основания империи, верно? — Голос принадлежал Каили. — Видишь, дружище. Я никогда не ошибаюсь!

Его и без того зычный голос теперь буквально покалывал уши. Я невольно попыталась прикрыть их руками, и в этот момент мой взгляд встретился со взглядом Ракиэля. Ой. Я поспешно опустила руки.

— Юная мисс?

Но из-за суеты я нечаянно задела стоявшего рядом Кана.

— Ой, п-прости.

Я замерла, не зная, опустить ли руки или всё же закрыть уши, и лишь часто моргала. Тут я заметила, как Ракиэль, посмотрев на меня, нахмурился.

Он сердится? Я поспешно опустила руки под его пристальным взглядом. И, не зная, куда их деть, спрятала за спину.

Однако Ракиэль не стал меня ругать или отчитывать. Впрочем, он и раньше этого не делал… Вместо этого он с силой ударил ладонью по столу.

Бум.

Стол даже содрогнулся.

— Помолчи. От тебя уши болят.

Голос Ракиэля был ледяным. Весь этот холод был направлен на Каили. Каили удивлённо захлопал глазами и указал на себя пальцем.

— Я? Ты это мне?

Его вопрос, полный недоумения, остался без ответа.

— Да, полагаю, речь шла о господине Каили, — вежливо отозвался стоявший поодаль Кан.

Я же тем временем с любопытством разглядывала стол, который только что качался. Он ведь такой массивный, а только что буквально ходил ходуном. Говорили, что Ракиэль маг, но неужели он ещё и так силён?

Среди знаний, почерпнутых из книг в поместье Сикламен, я помнила одно: за редким исключением, маги обычно физически слабы. Но в то же время говорилось, что если маны очень-очень много и она велика, то и физические способности могут возрасти. Судя по недавнему случаю, Ракиэль явно относился ко второму типу.

— Кхм-кхм. Прошу прощения за шум. Но как ни крути, это приглашение на Праздник основания империи.

Ракиэль, небрежно подпирая щёку рукой, перевёл на него взгляд. Его брови едва заметно приподнялись. Казалось, он спрашивает: «И что с того?».

Надо же, как удивительно. Я живу в этом особняке совсем недолго, но уже научилась понимать мысли Ракиэля по одному лишь выражению лица.

— Ох, этот взгляд… мол, «и что мне с этим делать?»… А что тут сделаешь? Надо ехать.

Он небрежно взъерошил свои золотистые кудри. Его волосы, в которых запутались солнечные лучи, сияли, словно отлитые из чистого золота.

— И на всякий случай, даже не думай упрямиться и отказываться.

Почесав затылок, Каили вздохнул.

— Ослушаться воли императора, значит совершить государственную измену.

При этих словах Ракиэль даже не шелохнулся. Зато я невольно испугалась и начала бегать глазами. И не только я: Лора и Риза тоже начали переглядываться. Словно ища поддержки. Совершенно спокойными оставались лишь Кан, Скилла и Беллерофонт… ну и сам Ракиэль.

Ракиэль медленно скрестил ноги. Мой фальшивый отец в поместье Сикламен часто так делал, но здесь ощущение было совсем иным. Воздух вокруг Ракиэля в мгновение ока стал холодным и гнетущим.

Неужели Каили, на которого был направлен этот взгляд, совсем ничего не чувствует?

— С каких это пор герой войны Тефтол стал цепным псом императорского дома?

Лицо Каили оставалось невозмутимым. Он не произнёс ни слова, спокойно выдерживая этот ледяной взор.

— А что прикажешь делать? Единственное, что такие «герои», как я, получили от императора, это та проклятая клятва. Думаю, у тебя та же история?

Каили широко и открыто улыбнулся.