Глава 30 — Тебе весело, Мэйбел?

Кан, собиравшийся что-то сказать, запнулся. Он бросил взгляд на развернувшегося Ракиэля и поспешно, со всей почтительностью, улыбнулся:

— …вы правы. Это истинно так. Я распорядился подготовить комнату, позволите проводить вас прямо сейчас?

От этого вежливого вопроса плечи Ракиэля, казалось, слегка расслабились. Поскольку он стоял ко мне спиной, я не могла видеть его лица, но его обычная грозная аура, похоже, немного утихла.

Получив разрешение Ракиэля, Кан повернулся ко мне, чтобы проводить.

«Э-э?.. Меня, а не Ракиэля?»

Услышав об отдыхе, я, разумеется, подумала об усталости Ракиэля и удивленно захлопала глазами, но эти раздумья длились недолго. На самом деле я и сама немного утомилась. Хоть мы и ехали в карете всего несколько часов, для меня, почти никогда не покидавшей стен поместья, это было всё равно что первое путешествие в жизни.

Может быть, поэтому ощущение, будто на плечи положили огромный камень, никак не проходило. Когда мы только прибыли, мне казалось, что стоит только слегка нажать на меня, и вся усталость выльется наружу.

То, что на мгновение мне стало легче, произошло лишь из-за восхищения видами Праздника основания. Наверное, поэтому сейчас я снова то и дело протирала глаза.

— Вы сильно устали?

— М-м, не сильно, а… чуть-чуть?

Конец фразы у меня невольно затянулся. К счастью, Кану не пришлось долго вести меня. Он поднялся на второй этаж и открыл дверь комнаты, расположенной в самом центре.

Стоило дверям распахнуться, как первым делом в глаза бросилось окно. Из него открывался самый лучший вид на усыпанное цветами дерево в лучах заходящего солнца. Лепестки, тихо осыпающиеся от легкого дуновения ветра, кружились в воздухе; это было настолько прекрасно, что у меня даже сон на миг как рукой сняло. Мои сонные глаза широко раскрылись.

— Это самая светлая комната в особняке, в нее попадает больше всего солнца.

— Ах… Но почему тогда папа сам не занял её?..

— Господин не любит светлые комнаты, — отозвался Кан с улыбкой в голосе. — И даже если бы он любил солнце, он всё равно уступил бы эту комнату вам, юная мисс.

— Правда?

— Конечно.

Треугольные ушки Кана слегка качнулись из стороны в сторону. Из-под полы его одежды показался пушистый, роскошный хвост, который покачивался по изящной дуге. Кан добавил, что в этом особняке установлены точно такие же защитные барьеры, как и в главном поместье, так что я могу чувствовать себя в полной безопасности.

Вслед за этим пришли Лора и Риза. Они отвели меня в соседнюю комнату и помогли переодеться в пижаму. Возможно, для крепкого сна было ещё рановато, но пока меня переодевали, я уже вовсю клевала носом.

Едва я опустилась на мягкую постель, как Кан, словно только этого и ждал, задернул шторы, погрузив комнату в уютный полумрак. Сон тут же навалился на меня с головой. Сквозь полусонные веки я увидела, как нечеткий силуэт Кана мягко поклонился.

— В таком случае, юная мисс, приятного вам отдыха.

На следующий день.

Когда утром я открыла глаза, то прямо-таки обомлела. А всё потому, что небо за окном было ясным и чистым, как в самом начале нового дня. Но ведь я точно помню, что засыпала на закате?

Если я снова вижу утреннее небо… значит, я проспала целые сутки? Я никогда в жизни не спала так долго, поэтому была просто поражена.

В то же время тревога о том, можно ли мне так много спать, больше не возвращалась. «Здесь меня никто не упрекнет. И не накажет». Стоило мне подумать об этом, как в груди снова приятно защекотало.

Я прижала руку к груди и тихонько выдохнула. Почему-то в волосах на макушке возник зуд. В отличие от трепета в груди, это было самое настоящее, ощутимое почесывание. Находя это странным, я коснулась головы.

Из моих длинных волос что-то резко высунулось.

Пик-пик!

— Ой?

Это была птичка, которую подарил Беллерофонт. И когда только она успела забраться мне в волосы? Я с удивлением посмотрела на неё, а затем подставила ладонь. Малышка перебралась на неё своими тоненькими крошечными лапками и захлопала крылышками, это было так мило!

— Привет. Доброе утро.

Я мягко улыбнулась и поприветствовала её, а птичка в ответ зачирикала, будто понимая меня.

Если подумать, глубокой ночью я сквозь сон будто бы слышала чей-то голос, пытавшийся меня разбудить. Наверное, меня звали ужинать… Но я смутно помнила, как, не открывая глаз, пробормотала, что не буду есть.

Должно быть, поэтому, стоило мне только подняться на ноги, как в животе заурчало.

Ур-р-р.

Желудок заявлял о себе так громко и требовательно, что я, хоть в комнате никого и не было, поспешно обхватила живот руками. Ой, что же делать?

Для начала я мелкими шажками подошла к окну и раздвинула шторы. И тут я поняла, что вопреки моим первоначальным мыслям, на дворе было вовсе не раннее утро, солнце уже высоко поднялось, и первая половина дня близилась к концу.

«Ого, неужели уже так поздно?»

Пока я снова предавалась изумлению, раздался тихий щелчок.

Щёлк.

Дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель кто-то робко просунул голову.

— Юная мисс, вы уже проснулись?

— Риза!

Это была Риза со своими красивыми каштановыми волосами. Она со своим привычным, слегка рассеянным видом оглядела комнату и легкой походкой вошла внутрь. Но не одна, Лора шла вместе с ней.

— Юная мисс! Доброе утро! — радостно поздоровалась Лора.

Вскоре Лора и Риза принесли мне легкий завтрак. Лора мимоходом упомянула, что Ракиэль уже давно позавтракал.

Жуя кусочек булки, я окончательно уяснила, как же сильно я соня. Мне стало немного совестно, и я невольно почесала щеку. Завтрак, который приготовили Лора и Риза, был невероятно вкусным, ничуть не хуже, чем в главном особняке.

Когда с едой было покончено и Лора унесла чистый поднос, она повернулась ко мне и лучезарно улыбнулась:

— Юная мисс, давайте я помогу вам приготовиться!

— Приготовиться? К чему?

Я наклонила голову, и Лора с Ризой переглянулись. В следующий миг на лице Ризы расцвела точно такая же улыбка, как и у сестры.

— Как к чему? К прогулке на Празднике основания!

Сборы, о которых говорили Лора и Риза, не заняли много времени. Ну, точнее, они всё-таки немного затянулись. А всё потому, что Лора вытащила зеленое платье, а Риза, белое, и они принялись спорить, какое из них красивее.

В конце концов появилась Скилла и приняла сторону Лоры, так что на меня надели удобное платье нежно-салатового цвета. Скилла к тому же ловко завязала мне на волосах ленту. Посмотрев в зеркало, я увидела салатовую ленточку, которая идеально подходила к наряду.

— Вы такая красавица, юная мисс!

— Наша юная мисс, красивее всех!

— Вы такая миленькая, а вдруг вас кто-нибудь украдёт?

На это последнее нелепое замечание Ризы Скилла слегка нахмурилась и отрезала, что если кто-то посмеет так сделать, господин этого просто так не оставит. Лора в испуге сглотнула, а Риза закивала, соглашаясь: «Точно, точно».

Под предводительством сестер Флоренс я спускалась на первый этаж, как вдруг вспомнила кое-что и спросила:

— Э-э, скажите, а где Абель?

Если подумать, вчера, когда мы вышли из кареты, я видела Кана, сестер Флоренс и Беллерофонта, но Абеля среди них не было. Тогда я слишком сильно устала, чтобы заметить это, но теперь, хорошенько выспавшись, вспомнила о нем.

— Абель? Он, скорее всего, остался охранять дом!

— Да-да. В этот раз его назначили ответственным за охрану особняка. Бедняжка.

— Ничего не бедняжка, так ему и надо! Господин, наверное, так и сказал! — Лора звонко хлопнула в ладоши. — Это ему наказание за то, что терся щекой о руки юной мисс!

— За то, что терся щекой! — весело повторила за ней Риза.

Я немного растерялась. Наказан за то, что прижался щекой к моей руке?

— Юная мисс, посмотрите, там впереди столько всего интересного!

Прежде чем я успела расспросить подробнее, Лора потянула меня за руку. В итоге мне пришлось буквально побежать вслед за ней. С каждым шагом вокруг взлетали мыльные пузыри, в воздухе кружились лепестки цветов, а под бодрую, прыгучую музыку в вышине рассыпались конфетти из цветных лент.

Как я когда-то и слышала, это место было наполнено чистым счастьем.

Спустившись по лестнице на первый этаж, я увидела Ракиэля, который ждал меня. Я уже собиралась окликнуть его, но осеклась.

Я впервые видела Ракиэля без мантии. Нет, конечно, бывали моменты, когда он оставался без неё, но обычно мантия всегда была где-то рядом или хотя бы небрежно наброшена на плечи. Я едва заставила себя вернуть на место свои широко раскрытые от удивления глаза.

— Доброе утро, папа.

Я поприветствовала Ракиэля точно так же, как всегда приветствовала сестер Флоренс и Кана. Ракиэль, посмотрев на меня, едва заметно кивнул. Это было крошечное движение, но на душе у меня стало очень радостно.

На Ракиэле была простая рубашка и черные брюки, но несколько верхних пуговиц были расстегнуты, и я даже запереживала, не распахнется ли она сильнее. Не обращая внимания на мои безмолвные опасения, Ракиэль уверенно подошел и легко поднял меня на руки.

— Хорошо отдохнула?

— А? Ой, да! Всё было просто замечательно.

Я тихонько улыбнулась и прошептала: «Правда, я проспала до самого утра». Это было немного неловко, поэтому я говорила совсем тихо, так, чтобы слышал только Ракиэль. Его ладонь опустилась мне на голову, коротко погладила по волосам и отстранилась.

— Молодец, — его ровный, монотонный голос почему-то согрел мне сердце.

— Идём.

— Слушаюсь, господин, — Кан склонил голову.

Посмотрев на идущего рядом Кана, я заметила, что и его одежда отличалась от обычной. Как и Ракиэль, он был одет в простую рубашку и брюки, а на поясе у него висел длинный меч, которого я раньше никогда не видела.

Я слегка перевела взгляд и встретилась глазами с шедшим по другую сторону Беллерофонтом. Тот был в своей привычной мантии. Разве что на ней не было никаких узоров, она была совершенно простой. Заметив мой взгляд, Беллерофонт ласково прищурился.

— Беллерофонт, ты тоже идешь с нами?

— Да, — негромко ответил он. — В этой столице мне никак нельзя разлучаться с учителем.

Нельзя разлучаться? Заметив мое любопытство, Беллерофонт, кажется, хотел было добавить что-то еще, но почему-то осекся и замолчал. Я оглянулась и увидела, что Ракиэль пристально смотрит на своего ученика.

— Довольно.

— Слушаюсь, учитель.