Глава 11 — Сяо У, Оказывается, Ты И Вправду Кролик

Глава 11. Сяо У, Оказывается, Ты И Вправду Кролик

Сяо У бросила на Тан Саня сердитый взгляд. Воспоминание о том, как её обстреляли камнями в прошлый раз, вызвало в ней прилив гнева.

— Чего ждать? Кто знал, когда ты вернёшься! Они сами пришли над нами издеваться! Этот так называемый старший Сяо, черепаший сын¹, предложил мне стать его ручным кроликом. Если бы я стерпела такое, то не была бы Сяо У!

¹ букв. «яйцо мягкотелой черепахи» (кит. «王八蛋») — грубое китайское ругательство, которое означает «ублюдок», «сукин сын». В китайской культуре черепаха («王八») символизирует предательство и бесчестие. Считалось, что самцы черепах не способны защитить своих самок, поэтому термин стал символом мужчин, чьи жены изменяют им (аналог «рогоносца»). Также, согласно народной этимологии, это искажение фразы «忘八端» — «забывший восемь [конфуцианских] добродетелей», что подразумевает аморального человека. Выражение несёт двойное оскорбление: упрёк в аморальности и намёк на «незаконнорождённость». Используется для унижения оппонента, подчёркивая его моральное падение и «нечистоту» происхождения.

Тан Сань нахмурился и подумал про себя: «Ещё совсем дети, а у них уже такие грязные мысли. Похоже, действительно надо их проучить, чтобы они знали, что работающих учеников не стоит обижать».

С этими мыслями он провёл пальцем по поясу и перевёл взгляд на поле боя.

К этому моменту тело Ван Шэна уже покрылось синяками и ссадинами. Его тигриный рёв становился всё слабее по мере угасания духовной силы, тогда как противник даже не получил ни единой царапины, явно наслаждаясь положением кошки, играющей с мышью.

Способ атаки Ван Шэна был всё ещё слишком однообразен. Пока духовная сила ещё не иссякла полностью, он предпринял последнюю попытку — разбежавшись на два шага, снова бросился на Лю Луна. На этот раз он твёрдо решил оставить на противнике следы, даже если его изобьют до полусмерти.

Лю Лун тоже знал Ван Шэна не день и не два, поэтому, естественно, сразу понял его замысел. Увидев, что Ван Шэн бросается на него, он мгновенно собрался. Его длинный посох взметнулся и обрушился на голову и плечи Ван Шэна тремя быстрыми ударами. Если отбить эту стрелу в конце полёта², и Ван Шэн уже не смог бы нанести ещё один приличный удар.

² букв. «стрела мощного арбалета на излёте» (кит. «强弩之末») — выражение, означающее, что изначально мощная сила исчерпала себя и ослабла до такой степени, что больше не может причинить вреда или оказать значительного воздействия.

Но в этот самый момент Лю Лун почувствовал, будто его держащие посох руки укусили комары. Его атака мгновенно замедлилась.

Его атака была тщательно рассчитана, и теперь эта заминка сразу же создала брешь. Первый удар хоть и пришёлся по голове Ван Шэна, но тот, стиснув зубы, прорвался вперёд, в результате чего два последующих удара прошли впустую.

Для мастера предметного духа, использующего длинное оружие, сближение с боевым духовным мастером, обладающим животным боевым духом, — катастрофа. Даже если Лю Лун был сильнее Ван Шэна, исход оставался неизменным.

Бам! Лапа тигра врезалась в голову Лю Луна, отшвырнув его в воздух. Затем Ван Шэн развернулся и нанёс удар ногой, словно тигриным хвостом, прямо по спине, вколотив противника в землю.

Лю Лун не обладал устойчивостью к ударам Ван Шэна. Вся его духовная сила была сосредоточена в посохе, а собственная защита оставляла желать лучшего. Два удара Ван Шэна, вложившего в них все силы, сделали своё дело. Когда Лю Лун с грохотом ударился о землю, он тут же потерял сознание.

Ван Шэн ликующе зарычал, подняв голову к небу, словно выплёскивая годы накопленной обиды.

Старший Сяо, до этого спокойно наблюдавший за издевательствами Лю Луна над Ван Шэном, остолбенел при виде внезапного разворота событий.

Следует отметить, что Лю Лун входил в тройку сильнейших среди его подчинённых. Если бы не наличие у него первого духовного кольца, он и сам не был бы уверен в победе над Лю Луном.

Сяо У насмешливо заметила:

— «Увядший цветок и поникшая ива» действительно оказались «увядшим цветком и поникшей ивой». Совершенно не выдерживает удара. Что скажешь, старший Сяо?

Старший Сяо махнул рукой, приказав другим подчинённым унести Лю Луна и оказать ему помощь. Они были всего лишь учениками начальной академии, и их духовной силы не хватало, чтобы убить человека.

— Первый бой за вами. Лин Фэн³, выходи.

³ Лин Фэн (кит. «凌风», букв. «превосходящий ветер») — «凌» [лин] — превосходить, парить, «风» [фэн] — ветер.

Вторым, кого выставил старший Сяо, был старшекурсник небольшого роста, с маленькими носом и глазами, настолько тщедушный, что и не скажешь, что ему двенадцать лет. Скорее он выглядел ровесником Сяо У и Тан Саня.

— Отзови Ван Шэна. Я выйду, — прошептал Тан Сань на ухо Сяо У.

Сяо У обладала отличной наблюдательностью. Она сразу поняла, что второй противник был Духовным Учеником ловкости, который как раз хорошо противостоит Ван Шэну. А учитывая, что Ван Шэн уже израсходовал слишком много духовной силы, его поражение было неизбежно.

— Ван Шэн, возвращайся. Пусть Сяо Сань сразится в этом бою. Ты можешь отдохнуть.

Ван Шэн всё ещё находился под впечатлением от победы над Лю Луном и только сейчас, услышав голос Сяо У, заметил, что Тан Сань уже какое-то время назад вернулся. Он прекрасно понимал своё состояние: хоть он и одолел Лю Луна, на новый бой сил у него действительно не оставалось. Ван Шэн и не подозревал, что без трёх камешков, незаметно брошенных Тан Санем и сдержавших атаки Лю Луна, ему бы и близко не удалось одержать ту победу.

— Ты… работающий ученик? — Лин Фэн с сомнением разглядывал Тан Саня.

Тан Сань лишь кивнул в ответ:

— Прошу, атакуй первым.

Хотя Лин Фэн был тщедушен, он всё же был немного выше первокурсника Тан Саня. Это был поединок, от которого зависело, кто станет главным среди учеников, и он больше не раздумывал. Взглянув ещё раз на пояс Тан Саня, он резко подпрыгнул, ловко перевернулся в воздухе и, расправив руки, словно планируя, преодолел два метра, направляясь к голове Тан Саня.

Животный боевой дух. Тан Сань с первого взгляда определил боевой дух противника. Не зря же Великий мастер учил его эти дни. Этот Лин Фэн был боевым духовным мастером ловкости. Его животный боевой дух, вероятно, был летающим зверем. Судя по неброской внешности и манере атаки, вряд ли орёл. Скорее всего, что-то вроде ласточки или ворона.

Противник пикировал на него, но Тан Сань оставался недвижим, словно того и вовсе не существовало.

Скорость Лин Фэна была огромной — среди шестикурсников его считали самым быстрым. Он был близким другом старшего Сяо, а его фигура отличалась невероятной ловкостью. Уже почти достигнув Тан Саня, он внезапно снова перевернулся в воздухе и, взмахнув руками, резко сменил траекторию, оказавшись за спиной Тан Саня. Одновременно он взмахнул обеими руками, нанося удары по двум сторонам шеи Тан Саня.

Пока Лин Фэн перелетал над его головой, Тан Сань не двигался. Столкнувшись с противником, способности которого неизвестны, лучшим выбором было отвечать на все перемены неизменностью⁴.

⁴ букв. «неизменностью отвечать на бесчисленные перемены» (кит. «以不变应万变») — выражение, означающее стратегию сохранения неизменной, устойчивой позиции (принципа, метода, плана) для противодействия любым внешним изменениям и неожиданностям. Подразумевает хладнокровие, стойкость, заблаговременную подготовку и отказ от импульсивной реакции на меняющиеся обстоятельства.

До получения первого духовного кольца он, возможно, не стал бы так рисковать. Но с тех пор, как он получил первое духовное кольцо, его скорость, сила и реакция совершили качественный скачок. Ученики Школы Тан славились остротой восприятия и молниеносными реакциями, а скорость была одним из их преимуществ. Кого мог бояться Тан Сань в состязании скорости?

Лин Фэн изменил траекторию в воздухе, рассчитывая на эффект неожиданности. Видя, что Тан Сань всего лишь ученик первого или второго курса, он слегка недооценивал противника, планируя закончить бой одним ударом и вынудить Сяо У вступить в схватку.

Но в тот момент, когда его сведённые ладони уже почти коснулись шеи Тан Саня, тот наконец двинулся.

Одним движением «феникс склоняет голову⁵» Тан Сань ускользнул от рук Лин Фэна. Вместе с наклоном верхней части тела вперёд его правая нога, будто сломанная, резко взметнулась назад. За весь процесс он даже не взглянул через плечо.

⁵ букв. «один раз феникс кивает головой» (кит. «一记凤点头») — приём, имитирующий движение мифического феникса, склоняющего голову. Техника сочетает уклон от атаки (наклон головы или корпуса) с мгновенным ответным ударом, подчёркивая принцип «мягкость побеждает жёсткость».

«В покое как девица, в движении как убегающий заяц⁶». Тан Сань довёл этот принцип до совершенства. Вспышка его скорости была такова, что лишь немногие из наблюдателей смогли её разглядеть.

⁶ букв. «спокойный, словно незамужняя девушка; подвижный, будто убегающий заяц» (кит. «静如处子，动若脱兔») — выражение, восходящее к военной стратегии и философии инь-ян. Описывает армию, которая в бездействии сохраняет спокойствие и сдержанность, подобно незамужней девушке, а в действии проявляет проворство и быстроту, подобно убегающему зайцу. В трактате «Искусство войны» Сунь-цзы, глава «Девять местностей», сказано: «Поначалу будь подобен деве — и враг распахнёт свои ворота; затем действуй как спугнутый заяц — и враг не успеет оказать сопротивления». Это иллюстрирует принцип сочетания статичности и динамичности.

Пятка Тан Саня тесно соприкоснулась с подбородком Лин Фэна. Тот в воздухе выполнил третье сальто — на этот раз серию задних переворотов — прежде чем с глухим стуком рухнуть на землю в нескольких метрах, повторив судьбу Лю Луна, и сразу же потерял сознание. Его челюсть уже была выбита ударом Тан Саня. И это при том, что Тан Сань не использовал внутреннюю силу, иначе этот удар как минимум раздробил бы ему челюсть.

«Одинокая нога, ломающая преграды⁷» — один из базовых ударов ногой в ушу. В сочетании с обострёнными чувствами Тан Саня он позволил мгновенно победить противника.

⁷ букв. «идеальный переворот с ломающим одиночным летящим ударом ногой» (кит. «如意倒折单飞腿») — техника боевых искусств, где боец резко меняет положение корпуса, имитируя падение, чтобы выполнить высокий удар ногой. Техника характерна для стилей Шаолинь и Удан.

Глаза старшекурсников со стороны старшего Сяо округлились. Они просто не могли поверить, что происходящее на их глазах — реальность.

Среди их компании сила Лин Фэна уступала лишь силе старшего Сяо, но против этого, казалось бы, обычного первокурсника. он был сбит с ног одним ударом, даже не успев использовать свою самую сильную атаку.

Старший Сяо пробормотал:

— Чёрт побери, Небеса перевернулись⁸? Почему эта мелюзга такая сильная?

⁸ букв. «перемена неба» (кит. «变天») — выражение, имеющее два значения: 1) внезапное изменение погоды; 2) метафора радикальных политических перемен, восходящая к концепции «Мандата Неба» («天命»), где легитимность власти зависит от воли Небес. В современном языке может употребляться иронично для обозначения неожиданных событий.

Только услышав звук падения Лин Фэна, Тан Сань медленно опустил всё ещё поднятую ногу и спокойно произнёс:

— Следующий.

Старший Сяо был потрясён, но не меньший испытывала удивление и Сяо У со стороны работающих учеников. Она не раз сражалась с Тан Санем, и теперь, наблюдая за его движениями, явно заметила, что он значительно продвинулся. Более того, она обратила внимание, что Тан Сань в бою и в обычной жизни — словно два разных человека. В обычное время Тан Сань казался всего лишь мягким и скромным мальчиком, но стоило ему вступить в бой, как его удары становились невероятно стремительными и безжалостными.

Ван Шэн, забыв о боли от собственных ушибов, увидел, как Лин Фэна вышибли ногой Тан Саня, тут же злорадно расхохотался:

— Ну что, старший Сяо, сдаёшься? Наш Тан Сань даже не использовал духовную силу! По-моему, вам лучше сдаться. Избавитесь от лишних побоев.

Старший Сяо мрачно вышел вперёд. После двух поражений подряд он больше не мог оставаться в стороне. Он прекрасно понимал, что, кроме него самого, никто в его команде не мог сравниться с Лин Фэном. Если сейчас не восстановить боевой настрой, продолжать поединки будет бессмысленно. Только разгромив этого мальчишку, а затем победив Сяо У, он мог вернуть утраченное лицо.

Старший Сяо холодно смотрел на Тан Саня. На его лице уже не было прежнего презрения и пренебрежения, им на смену пришла серьёзность. Он представился:

— Сяо Чэньюй⁹, ученик шестого курса, боевой дух — Волк. Духовный Мастер одиннадцатого уровня, одно духовное кольцо, боевой духовный мастер.

⁹ Сяо Чэньюй (кит. «萧尘宇», букв. «печальная пыль вселенной») — «萧» [сяо] — унылый, печальный, «尘» [чэнь] — пыль, прах, «宇» [юй] — вселенная, мир.

Объявление своего боевого духа и уровня было знаком уважения к противнику.

Едва он произнёс эти слова, как его тело окуталось синеватым сиянием. Под его мерцающим светом мускулы Сяо Чэньюя начали увеличиваться, глаза приобрели бледно-зелёный оттенок, а когти на руках выдвинулись вперёд и заострились. У его ног вспыхнуло белое духовное кольцо — признак высвобождения боевого духа.

Будучи лидером учеников, Сяо Чэньюй в этот момент проявил сообразительность. О его боевом духе в Академии Нодин знали практически все, однако с Тан Санем, с которым он столкнулся, дело обстояло иначе. Боевой дух противника оставался для него полной загадкой. Назвав свой боевой дух первым, Сяо Чэньюй рассчитывал перед началом схватки узнать, каков боевой дух Тан Саня — так можно было хоть как-то подготовиться.

О таком правиле представления боевого духа Тан Сань слышал от Великого мастера. Если только не презирать противника и не бояться нажить в его лице смертельного врага навеки, то, когда он провозглашает свой боевой дух, следует назвать и свой. Это знак взаимного уважения и дани мастерству.

— Тан Сань, работающий ученик первого курса, боевой дух — Сине-Серебряная Трава. Духовный Мастер одиннадцатого уровня, одно духовное кольцо, предметный духовный мастер.

Едва он произнёс слова «Сине-Серебряная Трава», как старшекурсники за спиной Сяо Чэньюя дружно расхохотались. Вся их напряжённость мгновенно испарилась. Они даже не расслышали, какой уровень назвал Тан Сань.

Сине-Серебряная Трава — бесполезный боевой дух, это уже давно общепризнанно на всём континенте. Даже если Тан Сань и был силён, разница в боевых духах заставила их вообще перестать беспокоиться, что старший Сяо, стоящий на уровень выше, проиграет.

— Ты сказал, какой у тебя уровень? — Сяо Чэньюй был не так беспечен, как его подчинённые, ведь шум позади не позволил ему чётко расслышать уровень, названный Тан Санем.

— Одиннадцатый уровень, предметный духовный мастер с одним кольцом, — произнёс Тан Сань, и в тот же миг его тело окутало мягкое белое сияние. Подняв правую руку, он выпустил из ладони вьющиеся стебли Сине-Серебряной Травы, которые рассыпались у его ног. Яркое жёлтое духовное кольцо поднялось из-под ног, закружившись вокруг тела.

Появление жёлтого духовного кольца подействовало на старшекурсников, словно пощёчина. Смех тут же застыл, несколько человек даже разинули рты, глядя на Тан Саня, как на монстра.

— Столетнее духовное кольцо… — с удивлением выдохнул Сяо Чэньюй.

Белый цвет означал десятилетнее духовное кольцо, а жёлтый — столетнее. Разница в один уровень духовных колец при равной духовной силе у обеих сторон будет играть решающую роль.

Как… как это возможно? Появление духовного кольца у Тан Саня перевернуло представления этих учеников о боевых духах. Первый курс означал возраст от шести до семи лет, достичь ранга Духовного Мастера в таком возрасте не удавалось ещё никому за всю историю Начальной Академии Духовных Мастеров Нодина. И уж тем более с таким бесполезным боевым духом, как Сине-Серебряная Трава.

— Старший, раздави его! Это же всего лишь Сине-Серебряная Трава, что с того, что духовное кольцо посильнее? — не выдержал один из старшекурсников.

— Идиот, заткнись! — рявкнул Сяо Чэньюй, обрывая подчинённого.

Всего лишь Сине-Серебряная Трава? В голове Сяо Чэньюя мелькали куда более сложные мысли. Да, Сине-Серебряная Трава считалась бесполезным боевым духом, но Сине-Серебряная Трава на ранге Духовного Мастера — уже совсем другое дело. К тому же на нём столетнее духовное кольцо. Очевидно, что такое не могло быть плодом его собственных усилий. Если кто-то мог помочь ему получить столетнее духовное кольцо и достичь ранга Духовного Мастера, то насколько могущественны силы, стоящие за этим первокурсником?

Отец Сяо Чэньюя был градоначальником Города Нодин, именно поэтому сам он вёл себя в академии так нагло, и даже учителя редко осмеливались его одёргивать. С детства наблюдая за отцом, вращавшимся в чиновничьих кругах, он впитал в себя некоторую чиновничью проницательность, поэтому первым делом подумал о происхождении Тан Саня. Отец не раз повторял ему, что в этом мире есть великие кланы, которые ни в коем случае нельзя провоцировать. Они страшнее даже императорской семьи! Императорский дом ещё дорожит репутацией и лицом, а кланам это ни к чему. Разгневаешь такой клан — и тебя ждёт полное уничтожение.

— Ты… действительно работающий ученик? — не удержался Сяо Чэньюй.

Тан Сань спокойно кивнул. После призыва духовного кольца ощущение всеобъемлющей силы в теле заставило его кровь вскипеть. Теперь он сам хотел найти противника для хорошей схватки и проверить, насколько возросла его мощь после качественного скачка.

— Начинай.

Положение стало безвыходным, стрела уже на тетиве¹⁰. Сяо Чэньюй мысленно отметил: даже если он победит этого работающего ученика, ни в коем случае нельзя причинять ему вред.

¹⁰ букв. «стрела на тетиве» (кит. «箭在弦上») — выражение, описывающее ситуацию, когда обстоятельства вынуждают совершить действие, даже против собственной воли. Часто употребляется с последующим «и не выстрелить невозможно» (кит. «不得不发»). Восходит к эпизоду эпохи Троецарствия: советник Чэнь Линь («陈琳»), оправдываясь перед Цао Цао («曹操») за составление оскорбительного манифеста, сказал: «Стрела на тетиве — нельзя не выпустить!», подчёркивая, что был лишь исполнителем воли своего правителя Юань Шао («袁绍»). Употребляется для обозначения вынужденных действий, не оставляющих иного выбора.

Если стремительный бросок Лин Фэна был ловким, то атака Сяо Чэньюя была взрывной и властной. С одним духовным кольцом его мощь не шла ни в какое сравнение с Ван Шэном. Даже если боевой дух Ван Шэна был Царём Зверей, разница в уровне боевого духа делала его слабее Сяо Чэньюя.

Перед этой яростной атакой Тан Сань уже не мог оставаться таким же безмятежным, как против Лин Фэна. Наличие одного духовного кольца и его отсутствие — это две абсолютно иной уровень. Едва Сяо Чэньюй ринулся вперёд, как исходящая от него духовная сила уже окутала пространство в трёх квадратных метрах вокруг Тан Саня. Это была атака чистой силы, без намёка на технику. Только лобовое столкновение.

«Лобовое столкновение? Что ж, пусть будет так». Хотя сила никогда не была сильной стороной учеников Школы Тан, сейчас Тан Саню самому не терпелось проверить, каких высот достигло его Искусство Таинственных Небес. Собрав внутреннюю силу в ладонях, он плавно выдвинул их вперёд, навстречу волчьим когтям Сяо Чэньюя.

Подчинённые Сяо Чэньюя уже заулыбались в предвкушении победы. Что с того, что столетнее духовное кольцо? Этот дурак бросается руками на волчьи когти старшего Сяо — чистое самоубийство. Они ведь своими глазами видели, как тот после слияния с боевым духом дробил камни.

Лапы Сяо Чэньюя были намного больше рук Тан Саня, и в сердце закралось сомнение: стоит ли пускать в ход когти на полную силу? Он был уверен, что раскрошит ему ладони, и поединок закончится. Но если он так поступит, не вызовет ли это гнев тех, кто стоит за Тан Санем?..

Однако атака была стремительной. Прежде чем Сяо Чэньюй успел принять решение, его когти уже столкнулись с ладонями Тан Саня.

Глухой удар. Вспышки синего и белого света. Волна энергии, порождённая столкновением, создала воздушный поток, от которого наблюдавшие вокруг едва устояли на ногах.

Тан Сань стоял, расставив ноги в стойке «ни Дин, ни Ба¹¹», неподвижно как скала, тогда как верхняя часть тела Сяо Чэньюя качнулась, и его отбросило назад. Почти рефлекторно его волчьи когти вцепились в руки Тан Саня. Поражённый и разъярённый тем, что уступил в духовной силе, он забыл обо всех предосторожностях.

¹¹ букв. «ни Дин, ни Ба» (кит. «不丁不八») — базовая стойка в китайских боевых искусствах, прежде всего в тайцзицюань и некоторых стилях ушу. Название указывает на промежуточное положение стоп между стойкой «Дин» (носки внутрь, пятки врозь, образуя иероглиф «丁») и стойкой «Ба» (носки врозь, образуя иероглиф «八»). В правильном исполнении стопы находятся в естественном, слегка развёрнутом внутрь положении, обеспечивая устойчивость, подвижность и защиту коленных суставов. Стойка подчёркивает принцип естественности («не принуждать») и является не столько фиксированной позой, сколько результатом корректной структуры тела, достигаемой через базовую подготовку.

Но случилось то, что удивило Сяо Чэньюя ещё больше.

Когда его волчьи когти сомкнулись на руках Тан Саня, он ясно ощутил, что руки Тан Саня тверды, как железо. Сколько бы он ни сжимал, не мог сдвинуть их ни на волос. Затем Тан Сань резко развёл руки, высвободился из захвата, сам схватил Сяо Чэньюя за запястья, не давая тому отлететь, рывком притянул к себе и, шагнув вперёд, ударил плечом в живот Сяо Чэньюя.

Огромное тело Сяо Чэньюя взмыло в воздух и рухнуло на землю в трёх метрах от места схватки.

Подчинённые Сяо Чэньюя уже готовились ликовать, как вдруг увидели, как их предводитель врезается в землю. В этот момент их взгляды, устремлённые на Тан Саня, изменились окончательно. Этот парень вообще человек?

Нежный нефритовый оттенок медленно исчез с его ладоней. Убедившись, что его внутренняя сила Искусства Таинственных Небес превосходит одиннадцатый уровень духовной силы противника, Тан Сань равнодушно произнёс:

— У меня есть дела, мне некогда с тобой играть. Давай закончим. Сине-Серебряная Трава, Опутывание.

Сяо Чэньюй только что поднялся с земли — удар Тан Саня был нанесён в полную силу, да и слияние с животным боевым духом усилило его защиту, так что серьёзных травм он не получил. Как раз в этот момент он и услышал слова Тан Саня.

Десять с лишним толстых стеблей Сине-Серебряной Травы внезапно вырвались из-под его ног, стремясь вверх. Не успел Сяо Чэньюй отреагировать, как они уже мёртвой хваткой опутали его ноги.

— Что это?! — Сяо Чэньюй побледнел от испуга. Он изо всех сил пытался вырваться, но Сине-Серебряная Трава после усиления стала невероятно прочной. Сколько бы он ни напрягал силы, освободиться не удавалось.

Тан Сань шаг за шагом подошёл к Сяо Чэньюю:

— Не трать силы. Тебе не вырваться. Моё первое духовное кольцо от Дурманного Змея, поэтому моя Сине-Серебряная Трава обрела его прочность. Ну и, конечно, немного его яда. Если ты считаешь, что ещё можешь сражаться, я не против дать тебе попробовать вкус яда Дурманного Змея. О, кстати, я не умею его нейтрализовать.

Ещё более десятка стеблей Сине-Серебряной Травы поднялись за спиной Тан Саня, их листья замерли в воздухе, словно десяток Дурманных Змеев, готовых наброситься на жертву.

Среди старшекурсников начал распространяться страх. Подчинённые старшего Сяо неосознанно попятились назад.

Даже если они никогда не видели Дурманного Змея, то уж точно слышали о нём. Кто захочет столкнуться с его ужасным змеиным ядом?

— Не выпускай змеиный яд! Я сдаюсь! — Хотя Сяо Чэньюй и был главой среди учеников, ему всё же было всего двенадцать, и детский страх был ему тоже не чужд. В одно мгновение он совершенно потерял самообладание.

На самом деле, яд Сине-Серебряной Травы Тан Саня, хоть и существовал, был лишь эффектом первого духовного кольца, да и поглощённый им Дурманный Змей не был особенно силён. Поэтому яд вызывал лишь временный паралич, но не был смертельным. Однако разве Сяо Чэньюй мог рискнуть и проверить это на себе?

Сине-Серебряная Трава бесшумно исчезла с ног Сяо Чэньюя, а на лице Тан Саня появилась добрая улыбка, знакомая всем работающим ученикам.

— Раз ты сдался, тогда давай действовать по договорённости между тобой и Сяо У.

Сяо Чэньюй растерянно уставился на Тан Саня:

— Так мне тебя считать старшим или её? — Он никак не мог поверить, что Сяо У сильнее Тан Саня. Духовный Мастер в шесть лет — это уже выходило за рамки его понимания.

Тан Сань улыбнулся:

— Конечно, Сяо У — твоя старшая. Я не могу победить её. Иначе старшим седьмой комнаты был бы я, а не она.

— А?! — Рот Сяо Чэньюя округлился буквой «O». «Если ты уже такой мощный, а она ещё сильнее… Вы точно работающие ученики? Вам правда по шесть лет?».

Сяо У неспешно подошла к Тан Саню, похлопала его по плечу и приняла вид старшей сестры:

— Молодец, Сяо Сань, хорошо постарался.

Тан Сань рассмеялся:

— Учитель поручил мне кое-что сделать. С остальным разбирайся сама. Отныне ты — старшая сестра академии.

Сяо У, смеясь, стукнула Тан Саня по плечу:

— Ладно, иди. С остальным я разберусь. — Она перевела взгляд на Сяо Чэньюя: — Что? Всё ещё не веришь? Хорошо. Представлюсь. Я Сяо У, работающая ученица первого курса. Боевой дух — Кролик. Духовный Мастер двенадцатого уровня с одним кольцом, боевой духовный мастер.

Изумился не только Сяо Чэньюй, но и ещё не ушедший Тан Сань. Он только сейчас узнал, что Сяо У тоже Духовный Мастер, да ещё на уровень выше него. Но ведь они ровесники… Неужели у неё тоже врождённая полная духовная сила?

Тело Сяо У озарилось алым светом. В мягком багровом сиянии её глаза покраснели, уши вытянулись, покрытые нежным белым мехом. Фигура будто бы стала выше, а вокруг тела заструилась волнами духовная сила. Под ногами вспыхнуло духовное кольцо — такое же жёлтое столетнее, как у Тан Саня.

Сяо Чэньюй с силой хлопнул себя по лбу:

— Старшая сестра Сяо У, я сдаюсь. Отныне ты — старшая сестра Начальной Академии Духовных Мастеров Нодина. Все сюда, поприветствуйте старшую сестру Сяо У!

Один предметный духовный мастер одиннадцатого уровня с Сине-Серебряной Травой был так силён, то что уж говорить о боевом духовном мастере двенадцатого уровня со столетним кольцом. Сяо Чэньюю и без боя было ясно, что ему с Сяо У не справиться.

Сяо У самодовольно наблюдала, как старшекурсники кланяются ей, и, покосившись на застывшего на месте Тан Саня, сказала:

— Разве у тебя нет дел? Чего не идёшь? Только тебе можно быть с врождённой полной духовной силой, а мне нельзя?

Тан Сань очнулся от раздумий, внимательно посмотрел на Сяо У, поднял руку, погладил её мягкие длинные уши и кивнул:

— Сяо У, оказывается, ты и вправду кролик.

— Ты!.. — Уши кролика — самое чувствительное место. Превратившись в часть боевого духа, они сохранили эту особенность. Лицо девочки залилось румянцем, она замахнулась для удара, но Тан Сань уже стремительно убежал.

Оставив Сяо У разбираться с последствиями, Тан Сань, выбежав за пределы академии, почувствовал необычайную лёгкость на душе. За исключением беспокойства об отравлении учителя, всё складывалось даже лучше, чем он ожидал. Проблемы с практикой Искусства Таинственных Небес наконец разрешились, и он обрёл ещё и навык Опутывания Сине-Серебряной Травы, значительно усилив свои возможности. Тан Сань был уверен: если продолжать усердно тренироваться, Искусство Таинственных Небес непременно сделает гигантский скачок вперёд. Максимум через десять лет, достигнув пятого уровня, он добьётся первых серьёзных успехов, и тогда сможет использовать большую часть скрытого оружия, описанного в «Записях Сокровищ Таинственных Небес».

Разве учитель не говорил, что в этом мире существует множество кланов боевых духов? Почему бы ему не возродить Школу Тан в этом мире?

На Континенте Доуло, будь то в Империи Небесной Битвы или Империи Звёздной Россыпи, Храм Боевого Духа в любом городе неизменно являлся знаковым сооружением. Тан Саню достаточно было спросить первого встречного прохожего, чтобы без труда найти местоположение Храма Боевого Духа.

Помощь работающим ученикам в поединке уже отняла некоторое время, к тому же нужно было успеть вернуться с обедом для учителя. Поэтому Тан Сань бежал к Храму Боевого Духа что было сил, не желая терять ни минуты.

— Стой! Малыш, здесь Храм Боевого Духа, сюда нельзя просто так врываться. — Едва Тан Сань приблизился к Храму Боевого Духа, как его остановил стражник у входа.

Храм Боевого Духа в Нодине представлял собой грандиозное куполообразное сооружение. Только фасад здания простирался более чем на сто метров в ширину, достигая двадцати метров в высоту и насчитывая три этажа.

Всё здание было выдержано в коричневых тонах, а на эмблеме Храма Боевого Духа над главным входом красовалось лишь одно изображение — меч. Как объяснял ранее Великий мастер, наличие всего одного символа указывало на то, что Храм Боевого Духа в Нодине относился к низшему рангу.