Глава 8 — Без названия

**Фьюух!** Когда по телу разошлась едва заметная дрожь, Дэйви начал распускать вращающуюся ману и вести её по кругу вокруг тела.

Сложнее всего было с областями возле Четырёх Врат[1] и мозга. Пространство вокруг головы становилось опасным при малейшем касании маны или акупунктурных точек. Если говорить языком боевых искусств, одна ошибка — и Дэйви в мгновение ока превратился бы в безумца.

В этом смысле знания Гипокрии оказались огромным подспорьем. Весь тот багаж сведений о меридианах, который она вбивала ему в голову, попутно отчитывая за каждую ошибку, теперь действительно помогал.

Когда Дэйви начал медленно и осторожно проводить ману по всему телу, наглухо закупоренные меридианы задрожали, отзываясь слабой вибрацией. По лицу Дэйви стекал холодный пот. Работа была тончайшая, будто нужно было сотни раз подряд попасть иглой в крошечное ушко, поэтому он сосредоточился полностью. На случай неудачи у него был запасной план, но лучше было добиться успеха с первого раза.

**Тресь!** Раздался звук, будто что-то надломилось. Мана начала пробивать в плотно закупоренных меридианах тонкие ходы и просачиваться внутрь. Дэйви должен был действовать не спеша, с предельной осторожностью: если продавить силой, всё могло закончиться кровоизлиянием в мозг.

«Нужно прорваться всего один раз. Один-единственный».

Создать 1-й круг было труднее всего, и потому требовалась предельная концентрация. Холодный пот продолжал стекать по лицу Дэйви, от изнеможения на него уже накатывала сонливость, но он не позволил вниманию рассыпаться. Наоборот — собрался, тонко, с ювелирной точностью управляя маной, и одновременно внимательно наблюдал за состоянием собственного тела.

**Тресь! Кра-а-ак!** По мере того как он прокладывал путь через меридианы, открывая сосуды Зачатия и Управления, Дэйви почувствовал: мана пытается ускориться. Он не стал давить силой. Вместо этого закрепил ману вдоль выбранного пути, чтобы она не сорвалась в сторону, и продолжил продвигаться крайне медленно — как таран, раз за разом бьющий в дворцовые ворота.

**Тресь!**

— Ай!

Внезапная боль оказалась такой чудовищной, что её почти невозможно было осмыслить. Перед глазами у Дэйви поплыло; ощущение было такое, будто его со всей силы ударили кувалдой по голове, и от боли заныло само сознание. Здесь, по сравнению с Залом, он был куда слабее, а значит, и задача стала намного тяжелее. Но если бы Дэйви собирался отступать из-за страха, он бы никогда не вернулся к жизни.

«Провал — не вариант».

Повторяя это про себя сотни раз, Дэйви всё же пробил преграду, и мана хлынула вперёд, словно вода из прорванной плотины. Под огромным давлением она стала прорываться через меридианы у мозга. И тогда…

**Бум!** Вместе со взрывным грохотом сознание Дэйви прояснилось. Прохладный ветерок и мягкое тепло одновременно окутали его голову.

— Фух…

Дэйви облегчённо выдохнул. Со стороны это могло показаться чрезмерной реакцией на небольшое достижение — в конце концов, он всего лишь создал 1-й круг. Но стоило попробовать самому, и сразу становилось ясно: ничего пустякового здесь не было.

Если честно, создать 1-й круг таким странным способом было куда сложнее, чем когда-то создать восьмой или девятый. Тогда всё далось легче, ведь четыре женщины помогали Дэйви, желая собственными глазами увидеть свой шедевр. А на этот раз он провернул это безумие в одиночку.

Хотя его мана, святая сила и дьявольская мана никуда не исчезли, равновесие внутри тела Дэйви поддерживалось странным образом. Всё потому, что его тело вернулось почти к самому раннему состоянию.

Проверив ману, которая обращалась по всему телу, Дэйви медленно открыл глаза и увидел тёмное небо. Он был уверен, что пришёл в сад около полудня, но теперь уже стояла ночь.

Снаружи Дэйви заметил Эми. Она беспокойно ждала его, не находя себе места. Похоже, всё это время она оставалась рядом. Ноги у неё наверняка ныли после семи или восьми часов стояния, но упорства ей было не занимать. Почувствовав укол вины, Дэйви щёлкнул пальцем так, чтобы Эми не увидела.

Круг, проходивший по меридианам Дэйви, позволял силам разной природы двигаться, не сталкиваясь друг с другом. А поскольку путь был создан из маны, ему оставалось лишь пустить по нему святую силу и дьявольскую ману. У такого странного способа создания кругов было много преимуществ — например, способность разным силам сосуществовать в одном теле, — но лучшим было вот что.

«Безмолвное сотворение заклинаний».

**Шух…**

Помимо этого преимущества, почти как из кино, был и другой плюс: произнесённое вслух заклинание получало повышенную эффективность. Иными словами, одним щелчком пальцев Дэйви мог запускать простые способности и воплощать желаемое.

Когда Дэйви наложил «Восстановление», Эми почувствовала, как её окутывает тепло, и в её глазах мелькнуло изумление.

«Вот что значит настоящий маг».

«Есть вещи куда удивительнее, а тебя поражает уже это?»

Дэйви по-своему наслаждался выражением лица Эми. В нём проснулось озорство, и ему захотелось сделать что-нибудь такое, что по-настоящему её удивит.

* * *

Прошло пять месяцев. Всё это время Дэйви вёл себя тихо и втайне развивал ману. Разумеется, самым трудным было именно начало, а резкий рост скорости восстановления, вероятнее всего, объяснялся тем, что его мана и святая сила наконец пришли в движение. Теперь он достиг четвёртого круга.

Если учесть, что большинство обычных человеческих магов не могли подняться выше третьего круга, скорость восстановления Дэйви была поистине поразительной.

За это время Дэйви при нехватке еды ещё и тайком выбирался наружу, чтобы охотиться на диких животных. Он научился разумно распоряжаться ежемесячными средствами и тратил бюджет только тогда, когда это действительно требовалось. Теперь у него постепенно появился небольшой финансовый простор, хотя, конечно, роскошь, доступная прочим членам королевской семьи, всё ещё оставалась ему недоступна.

— Ваша трапеза готова, Ваше Высочество.

— Входи.

Дэйви жестом разрешил Эми войти, продолжая прошивать иглой небольшой лоскут ткани. Эми медленно вошла и сказала:

— Кто-то снова оставил здесь дичь. И овощи тоже.

— Вот как?

Примерно четыре месяца назад кто-то начал оставлять мясо и овощи во внутреннем дворе этого тихого дворца. Сначала Дэйви решил, что это могла подстроить королева Линесс, пытаясь отравить его, и тщательно проверил еду. Но, убедившись, что с ней всё в полном порядке, начал спокойно пускать припасы в дело. Он чувствовал, что кто-то ему помогает, но понять, кто именно, не мог: ни разу не удалось увидеть этого человека.

«Вчера кто-то точно приходил».

Дэйви знал, что это был всего один человек: разлитая вокруг дворца мана позволяла ему определить, сколько людей находится внутри. Побочным эффектом такая сеть давала возможность вторгаться и в личное пространство Эми, но Дэйви этим не пользовался. Моральные границы он всё-таки соблюдал.

— Думаю, на этот раз о еде тоже можно не беспокоиться.

— Хорошо. Ты молодец.

— Эм… Ваше Высочество?

— М?

— Вам, наверное, стоит подумать о ремонте дворца… и сорняки тоже убрать.

— Оставь как есть.

— Но, Ваше Высочество, дворец снаружи выглядит…

— Ради моей жизни лучше, чтобы он и дальше выглядел именно так.

Услышав ответ Дэйви, Эми опустила голову, скрывая, как болезненно дрогнуло её лицо. Добрая до глупости и ответственная, она, похоже, помрачнела, поняв, что именно он имел в виду.

— Да, Ваше Высочество.

— Ты хорошо поработала. Можешь идти.

— Да, Ваше Высочество.

Проводив взглядом Эми, которая уходила, низко опустив голову, Дэйви закрыл глаза и медленно пришёл в движение. Хотя все считали его по-прежнему слабым, он тренировался при каждой возможности — разумеется, только там, где за ним не наблюдали.

В руке у Дэйви был железный меч — один из немногих, оставшихся во дворце. До досады старый и тупой, но выбирать оружие он не мог себе позволить. Каким бы хорошим ни был мечник, стоит забросить практику — и мастерство неизбежно начинает ржаветь. Тренировка была необходима, пусть даже лёгкая.

**Фьюух!** Мана Дэйви изменилась и двинулась в такт его движениям. Его нынешнее фехтование не было похоже на стиль Владыки Меча Ареса, который первым научил Дэйви держать меч. Этот стиль назывался «Дьявольский меч». В названии, по-видимому, был какой-то смысл, но происхождение Дэйви не особенно занимало. И всё же это фехтование не уступало тому, чему его учил Арес.

«Что-то там про Дьявольский меч. Движения быстрые, текучие, словно вода».

Этот стиль признал и принял даже Владыка Меча Арес, известный своей крайней придирчивостью. Если фехтование Ареса было неистовым и разрушительным, то Дьявольский меч — настойчивым и текучим.

[Небесный Разрушитель Токко Джун.]

Небесный Разрушитель Токко Джун был выдающимся человеком: он в одиночку разгромил прогнившую фракцию и стал сильнейшим в мире боевых искусств. В Зале героев он тоже был одним из тех, кто глубоко понимал меч, поэтому Геракл, первый учитель Дэйви, заставил его учиться фехтованию именно у Токко Джуна. Поначалу Токко Джун заявил, что не собирается брать ученика и не видит причин обучать Дэйви. Однако стоило ему получить от ленивца Ареса редкую бутылку рисового вина, как он тут же передумал. Странный был тип.

Когда Токко Джун поклонился бутылке рисового вина так, будто молился божеству, Дэйви не смог удержаться от смеха. Он знал, что в Зале Токко Джун славился умением пить как не в себя. Даже святая Дафна, обожавшая алкоголь, лишь качала на него головой.

Обычно, освоив одно искусство меча, крайне трудно выучить другое. Ведь если к доведённому до предела фехтованию добавить что-то новое, это станет лишь примесью, портящей стиль.

Именно поэтому Дэйви пользовался этим составным стилем. В нём соединялись настойчивость и текучесть Дьявольского меча Небесного Разрушителя Токко Джуна с разрушительной природой фехтования Владыки Меча Ареса. Даже сейчас Дэйви считал, что искусство меча, созданное двумя мужчинами, помешанными на клинках, близко к совершенству.

Другие герои тоже помогали Дэйви преодолевать любые физические ограничения. Проще говоря, его вполне можно было назвать предельным оружием, которое создали герои. Дэйви знал, что силён, и знал также, что даже герои поражались его силе.

Он двигался без остановки, будто сражался с невидимым противником. Почти восстановившееся тело не болело даже после долгого напряжения.

— Ха… ха… Похоже, сейчас мой предел — тридцатая форма.

Из полного набора в восемьдесят восемь форм Дэйви мог выполнить только до тридцатой, но то, что он восстановился настолько всего за пять месяцев, уже было невероятным. Даже командир Королевской гвардии, известный как Мастер, сейчас знал бы о фехтовании меньше, чем Дэйви.

— Хах… хах…

Когда Дэйви опустил измождённое тело на пол, перед глазами открылся обветшавший, но чистый потолок зала. Он выглядел так, будто мог рухнуть в любую минуту, однако благодаря минимальному уходу всё ещё держался.

— М? Кто-то пришёл?

— Жрецы прибыли, Ваше Высочество.

— А… Наконец-то. Сейчас буду.

«Вот и пылесосы, которые вычистят вокруг меня всё лишнее».

Применив к пропитанному потом телу «Очистку», Дэйви полностью высох. С освежённым лицом, совсем не похожим на лицо человека, который ещё секунду назад изнурял себя тренировкой, он взял трость и медленно направился к своей комнате.

«В конце концов, Дэйви, которого знают все, всё ещё с трудом ходит без посторонней помощи».

1. Четыре Врата образованы двумя точками, на которые воздействуют иглами с обеих сторон: Хэ-гу и Тай-чун. Они расположены соответственно на каналах толстого кишечника и печени. ☜ 2. Круги — система магической силы в корейских новеллах. Чем больше у мага кругов, тем выше его магическая сила. ☜