Глава 154 — Без названия

— Мастер, папа сильно пострадал?

— С ним всё будет хорошо.

У Соджуна дома Эржебет, как обычно, занималась с Соль-а. Разница была лишь в том, что сегодня она находилась в своём настоящем теле, а не в облике кошки: так было проще показывать магию напрямую. Однако Соль-а никак не могла сосредоточиться. Резкая перемена в отце не давала ей покоя.

— Мне показалось, будто папа стал совсем другим человеком.

— Но он всё ещё тот же самый. Поэтому не переживай и веди себя с ним как обычно, хорошо?

— Хорошо.

Потеряв человечность, Соджун стал для дочери пугающе чужим. Человек, который всегда обожал её и окружал заботой, вдруг изменился до неузнаваемости. Для маленькой Соль-а это было тяжёлым испытанием. Другой ребёнок на её месте давно бы расплакался.

— Мастер?

— Да? Что такое?

— Если бы я была сильнее, папа бы не пострадал?

Благодаря урокам Эржебет Соль-а уже осознавала собственную силу и старалась держать её под контролем. Иногда, когда эмоции брали верх, магия всё ещё вырывалась сама, но девочка изо всех сил следила за утечкой маны и научилась хотя бы приблизительно регулировать мощность заклинаний, которые применяла сознательно.

— Ты и так сильная, Соль-а. Помни: если плохо контролировать силу, можно случайно навредить маме и папе.

— Да.

Именно поэтому Эржебет в первую очередь учила её контролю, а не сложным заклинаниям. В отличие от обычных магов, Соль-а подсознательно обращалась с огромным объёмом маны.

— Сначала научись владеть своей силой.

— Хорошо.

Девочка заметно приуныла. Терапия Соль-а не подействовала на Соджуна, и хотя она старалась этого не показывать, её огорчало, что она ничем не может помочь.

Эржебет решила сменить тему.

— Помнишь, чему я учила тебя в прошлый раз?

Соль-а кивнула. Иногда она тренировалась, когда родителей не было рядом или когда играла одна.

Эржебет достала из холодильника большую пластиковую бутылку, до краёв наполненную водой, и протянула её девочке. В маленьких руках Соль-а бутылка выглядела особенно огромной.

— Покажешь?

— Очень аккуратно, — пробормотала Соль-а, протягивая руку. Она постаралась полностью расслабиться. — Аккуратно, аккуратно, совсем-совсем аккуратно.

Повторяя эти слова, девочка сосредоточилась на том, чтобы высвободить лишь крошечную часть силы. Именно это давалось ей труднее всего: Соль-а была слишком могущественной и плохо умела сдерживать собственную ману.

Для неё это всё равно что выпустить один стакан воды из переполненной плотины.

Неудивительно, что упражнение оказалось сложным. Большинство детей давно бы расстроились или сдались, но Соль-а отчаянно хотела научиться магии. Она понимала, как сильно родители за неё переживают, и мечтала стать им опорой.

Вскоре вода в бутылке полностью замёрзла.

Тресь!

Соль-а облегчённо выдохнула. Эржебет велела ей заморозить только воду внутри. При недостаточном контроле холод прихватил бы ещё и всю влагу в воздухе вокруг.

Не идеально, но уже близко.

Эржебет осмотрела бутылку. Капельки на её поверхности тоже покрылись тонкой коркой льда. Формально задание было выполнено не до конца, но результат оказался вполне достойным.

После обновления личной системы ей станет легче управлять маной.

Кроме того, нынешняя Соль-а почти не проявляла агрессии. Помимо охоты на Горного голема и остановки Демонов, она ни разу не использовала атакующую магию. Да, однажды девочка случайно разрушила дом, но тогда она не пыталась колдовать — заклинание сработало без её ведома и воли.

Если всё продолжится в таком духе...

Соджун пока сумел усмирить бурю, однако бабочка уже взмахнула крыльями, и последствия будут лишь нарастать. В мире, где беда могла нагрянуть в любой момент, умеющая колдовать Соль-а однажды наверняка окажется для него огромной поддержкой.

Он не всегда сможет справляться в одиночку.

Соль-а должна была научиться магии хотя бы ради собственной безопасности. Соджун, вероятно, пока бы не согласился, но Эржебет приняла решение двигаться дальше. Разумеется, она собиралась подробно объяснить девочке, насколько опасной может быть магия.

— Хорошо. Соль-а?

— Да?

— Возможно, ещё рановато, но пора перейти к следующему этапу.

— К следующему? А что это?

— Магия призыва.

***

Сейчас из-за побочного эффекта Кольца Короля Соджун лишился человечности. У него не было причин лгать или притворяться. Он действительно боялся, что Ынхе погибнет, и ради её спасения добровольно пожертвовал собственными эмоциями.

Ынхе невольно восхищалась им. Она несколько раз легко похлопала ладонями по разгорячённым щекам, пытаясь успокоиться. Невероятно. Ситуация была серьёзней некуда, а у неё внутри всё равно порхали бабочки.

«И как я могу думать о таком сейчас...»

Она закрыла глаза и глубоко вдохнула. Когда смущение немного отступило, на смену ему пришла тоска.

Дом с привидениями и прыжок с тарзанки не помогли.

Раз уж они оказались в парке развлечений, Ынхе заставила Соджуна прыгнуть с одиннадцатиметровой высоты, способной напугать почти любого. Но он даже не моргнул. Инструктор признался, что впервые видел настолько невозмутимого человека, а на автоматически сделанной фотографии лицо Соджуна осталось совершенно бесстрастным.

Точно. Он ведь однажды выпрыгнул из вертолёта.

Высоты Соджун явно не боялся. Похоже, страх вообще был бесполезен, но инсценировать собственную смерть Ынхе не собиралась. Он пожертвовал человечностью, чтобы спасти её, и отвечать на это подобной жестокостью было бы бесчеловечно.

— Поехали домой.

Смирившись с неудачей, Ынхе села вместе с Соджуном в такси. Метро всё ещё не работало, поэтому другого выбора не оставалось. По дороге она долго колебалась. Сейчас Соджун, скорее всего, честно ответил бы на любой вопрос.

Но нельзя спрашивать обо всём подряд.

Наверняка существовали вещи, которые он не хотел раскрывать. Если он о чём-то молчал, значит, у него были причины. Ынхе решила не задавать вопросов, если ответ никак не поможет вернуть ему человечность.

— Уф...

Приходилось терпеть. Он скрывал от неё слишком многое: Кольцо Короля, связь с Эржебет и ещё бог знает что. Но в итоге Ынхе заставила себя промолчать.

— Хм?

Едва выйдя из такси, она увидела человека, которого совершенно не ожидала здесь встретить. Перед входом в дом стоял Сон Сухён — тот самый, кто во время охоты на Азануса толкнул её навстречу смерти, точно так же, как и в прошлой жизни Соджуна.

— А, вот и вы.

Сухён отошёл от подъезда и направился к ним. Вспомнив, как он толкнул её к Азанусу, Ынхе инстинктивно отступила на шаг.

— Не думал, что вы оба выберетесь живыми.

— Что вам нужно?

Её голос стал ледяным. Обычно Ынхе относилась к людям доброжелательно, но рядом с Сухёном испытывала лишь отвращение. Раньше она не понимала, почему Соджун так его ненавидит. Теперь понимала прекрасно.

— Я пришёл по делу. Не слишком ли враждебная встреча?

— Мне нечего вам сказать. Уходите.

— Лучше выслушай.

Даже после твёрдого отказа Сухён сохранял спокойствие. Ынхе с тревогой потянула Соджуна за руку и попыталась пройти мимо, но мужчина схватил её за плечо.

— Я сказал, что нам нужно поговорить.

— А я сказала, что не хочу. Не отпустите — вызову полицию.

— Тогда и я могу поднять ставки.

— О чём вы?

— Ынхе, Азанус охотился именно за тобой.

Отрицать было бессмысленно. Она не знала почему, но это была правда.

— Ты ведь понимаешь, что Сеул оказался в таком состоянии из-за тебя?

— Что за бред?!

— Это ты призвала Азануса сюда.

Ынхе не могла понять, о чём он говорит. Никакого Азануса она не призывала.

— Я собираюсь рассказать об этом публично.

— Я не приводила его сюда.

— Посмотрим, поверит ли тебе хоть кто-нибудь.

Сухён сунул телефон ей почти в лицо. На экране была открыта статья о погибших из-за Азануса и Демонов, появившихся из необнаруженных разломов. Благодаря Соджуну жертв удалось свести к минимуму, но совсем без них не обошлось. Погибли охотники, а мирных жителей — ещё больше.

— Людям нужен виноватый. В итоге на тебя могут повесить весь астрономический ущерб от Азануса.

Несмотря на скандальную репутацию, Сухён оставался известной и влиятельной фигурой. Если он развернёт кампанию в СМИ, направить общественную ненависть на Ынхе будет нетрудно. Он явно собирался сделать из неё козла отпущения.

— Это ложь. У вас есть хоть какие-то доказательства?

— Костюм первоклассного охотника вроде моего умеет вести запись. В хаосе боя это помогает подтверждать право на добытых монстров.

Сухён переключил видео. Запись шла с низкой точки.

Грохот!

Азанус проломил здание и вышел на широкую дорогу. Даже на экране его размеры внушали ужас. Охотники попятились, а Сухён толкнул стоявшую впереди Ынхе прямо к чудовищу.

«Что?»

Она споткнулась и растерянно оглянулась. Сухён уже обнажил меч, но направил остриё не на Азануса, а на неё.

— Это она.

— Что?

— О чём ты говоришь?

— Чудовище всё это время шло за ней.

Сухён посмотрел на Азануса, будто проверяя догадку. Тот действительно сосредоточился на Ынхе, оказавшейся отдельно от остальных. Увидев это, другие охотники тоже подняли оружие и направили на неё.

Если это видео попадёт в сеть...

Ынхе прикусила нижнюю губу. Неважно, правдивы слова Сухёна или нет, скандала не избежать. А вместе с ней могли пострадать Соль-а и Соджун.

— Что вы хотите получить?

Как бы ей ни хотелось не попадаться в ловушку, выбора не оставалось. Сухён перевёл взгляд на Соджуна, за руку которого Ынхе всё ещё держалась.

— Примете два моих условия — и я промолчу. Во-первых, Соджун должен признаться, что именно он устроил налёт на Сеульский аукцион охотников.

— Налёт на аукцион?

Ынхе нахмурилась. Некоторое время назад она слышала об этом деле в новостях. Преступника связывали с Пэк Санмёном из «Вулкана».

Почему тогда признаться должен Соджун?

— Во-вторых, отдайте добычу за убийство Азануса. Точнее — награду.

— Я не понимаю, о чём вы.

— О первом ты можешь и не знать. Но о втором знаешь наверняка.

Соджуна называли одним из возможных охотников, уничтоживших Азануса. Его выдающиеся способности привлекали внимание, но из-за статуса новичка всерьёз эту версию рассматривали немногие. Однако связь со «Спектром», где состояла Ирам, и владение копьём вызывали подозрения. А главным доказательством Сухён считал участие Ынхе.

— Я знаю, что Азануса убил Соджун.

Он повернулся к нему и насмешливо усмехнулся.

— Что, задел за живое? Вид у тебя довольно злой.

Соджун всё ещё почти не испытывал эмоций. Ынхе подумала, что Сухён принял его пустое выражение лица за гнев, но, взглянув на него, не поверила собственным глазам.

В глазах Соджуна действительно полыхала глубокая ярость.