Глава 20 — Тревожный вопрос

— Ты в порядке?

— Да.

— Точно?

Джин Му Вон усмехнулся.

— А с чего мне быть не в порядке?

Ын Хан Соль остановилась и некоторое время молча изучала его лицо.

— Что?

— Проверяю.

— И как результат?

— Вроде живой.

Ответ прозвучал равнодушно, но надутые щёки выдавали её с головой: чем-то она была крепко недовольна.

— Я пошла.

Не дожидаясь ответа, Ын Хан Соль оттолкнулась от земли и исчезла в темноте. В последнее время она уже не скрывала от Джин Му Вона, что владеет боевыми искусствами.

Он проводил её взглядом и покачал головой. Всё-таки она удивительно напоминала дикую кошку: никогда не угадаешь, куда метнётся в следующую секунду, и приручать бесполезно.

Оставшись один, Джин Му Вон свернул в безлюдный проход между павильонами. Сделал ещё несколько шагов, согнулся пополам и его вырвало.

*Буэ-э!*

Его выворачивало до тех пор, пока в желудке не осталось ничего, кроме горькой желчи. Только тогда он выпрямился.

— Вот теперь легче.

Рот он вытер рукавом.

Несмотря на ночной холод, тело горело. Неподалёку находился колодец, и вокруг, к счастью, никого не было. Джин Му Вон снял верхнюю одежду, опустил ведро в колодец, поднял его полным и вылил воду на себя.

*Плеск!*

Дыхание перехватило. Остатки хмеля исчезли мгновенно.

— Похоже, дальше будет тяжело.

За столом Сим Вони почти не отводил от него глаз. Слишком внимательный взгляд, слишком явная попытка понять, что скрывается за внешней простотой. Весь ужин Джин Му Вону приходилось следить за собой.

Сим Вони подозревал, что хозяин Врат владеет боевыми искусствами. Простые внешние техники ещё можно было объяснить. Но если он узнает о Каноне Десяти Тысяч Теней, разговор закончится иначе: молодой владыка пустит в ход всё, что имеет, лишь бы устранить Джин Му Вона.

Ещё одно ведро холодной воды обрушилось на голову.

— Терпи, Джин Му Вон. Терпи, сколько понадобится.

Он повторил это несколько раз и посмотрел вверх.

Небо затянуло тяжёлыми облаками. Ни одной звезды.

«Значит, Дам Су Чхон действительно придёт сюда».

Дам Су Чхон уже прославился своим Походом Ста Поединков. Его считали одним из ярчайших мастеров нового поколения. Сим Вони и Сомун Хэ Рён прибыли на север именно ради встречи с ним.

Для Джин Му Вона это было плохой новостью.

Его приезд почти наверняка привлечёт внимание всего мира боевых искусств. А Джин Му Вону сейчас меньше всего хотелось, чтобы кто-нибудь вспоминал о Вратах Северного Неба.

* * *

Сим Вони стоял на вершине невысокого холма и смотрел на север.

Перед ним до самого горизонта лежала пустая равнина. Далеко за ней угадывались тёмные силуэты гор.

Он улыбнулся.

— Красиво.

Красоты в обычном смысле здесь почти не было. Голая земля, ветер, холод. Но Сим Вони чувствовал в этом краю силу.

На севере слабому не давали времени привыкнуть к собственной слабости. Не сумел подчинить — подчинили тебя. Не умеешь отнимать — погибнешь. Жизнь здесь держалась на жёстком отборе, поэтому всё, что выживало, оказывалось цепким и крепким.

Сим Вони это нравилось. Он сам вырос в Небе Зловещей Смерти, где уважали прежде всего силу, и чувствовал с севером странное родство.

Позади послышались шаги. Мок Ун Пхён приблизился бесшумно и остановился на почтительном расстоянии.

— Молодой владыка, я вас повсюду ищу.

— Вышел подышать. Не поднимай шум из-за пустяка.

— Вам всё равно следует быть осторожнее. Однажды вы возглавите Небо Зловещей Смерти.

Сим Вони тихо хмыкнул.

— И кто, по-твоему, посмеет меня тронуть?

Мок Ун Пхён опустил голову. Спорить не стал.

Сим Вони снова повернулся к равнине.

— Видишь это, командир Мок?

— Что именно?

— Я давно хотел сюда приехать. Хотел увидеть землю вековой войны, следы настоящих сражений. Не прочитать о них в хронике, а встать там, где всё происходило.

— И увидели то, что искали?

— Скорее почувствовал. Здесь ещё осталась память о тех годах. На её фоне Центральные Равнины кажутся слишком тихими.

— Молодой владыка...

— Этот мир слепили старые чудовища Облачного Небосвода. Удобный, ровный, безопасный. И совершенно ненастоящий.

Губы Сим Вони искривились.

После падения Врат Северного Неба на Центральных Равнинах действительно установился долгий мир. Облачный Небосвод поднялся над остальными силами и постепенно подавил междоусобные войны.

Частные распри больше не считались частным делом. Любой серьёзный конфликт следовало отдавать на разбирательство Облачному Небосводу. Тех, кто отказывался признавать его посредничество, ждало суровое наказание.

Особенно сильно новая система ударила по странствующим воинам. Именно их Облачный Небосвод объявлял источником большей части мелких столкновений и беспорядков.

Они сопротивлялись, но были разобщены. У каждого свои дороги, свои интересы, никакой общей организации. Против Облачного Небосвода этого оказалось недостаточно.

Непокорных ломали методично и без жалости. Многие странствующие воины бросили оружие; другие ушли под покровительство крупных школ и кланов.

Говорить с Облачным Небосводом почти на равных могли лишь Девять Великих Школ, Пять Великих Кланов и столь же влиятельные силы, как Четыре Столпа Северного Неба. Остальные предпочитали не привлекать к себе внимания.

Крупные организации тем временем вмешивались в торговлю, охрану путей и другие прибыльные дела. Деньги укрепляли их военную мощь, а новая сила открывала доступ к ещё большим деньгам.

Свобода постепенно перестала быть главной ценностью для мастера. Куда выгоднее оказалось примкнуть к сильному покровителю и получить свою долю.

Война с Тайной Ночью была страшнее. Но мир после неё в чём-то сделался ещё холоднее.

Именно такого порядка добивался Облачный Небосвод. Точнее, Девять Небес, стоявшие над ним.

— Они никогда добровольно не откажутся от того, что построили, — сказал Сим Вони. — Дай им возможность — будут жить вечно и вечно делить между собой власть и богатство.

Система и правда была почти безупречной. Несколько организаций и несколько людей наверху; все остальные — внизу. Один человек, каким бы сильным он ни был, едва ли мог её расшатать.

Сам Сим Вони пользовался всеми преимуществами этого порядка.

Он родился наследником Неба Зловещей Смерти. С детства получал редкие лекарства, проходил очищение тела, занимался с лучшими наставниками. В итоге без особых препятствий достиг уровня, к которому большинство мастеров не приблизились бы и за всю жизнь.

Если ничего не изменится, однажды власть перейдёт к нему.

Вот только ждать придётся долго.

Его отец, Сим Му Вэ, был ещё достаточно молод и с каждым годом становился сильнее. Со стороны он казался человеком, которому власть давно наскучила. Сим Вони знал лучше. Добровольно уступать своё место отец не станет — даже родному сыну.

Сим Вони усмехнулся.

— Если идти по правилам, мне ещё десятки лет сидеть в наследниках. Я столько ждать не собираюсь.

Ветер тронул край его плаща.

— Здесь я сделаю первый шаг. Отсюда начнётся мой путь наверх.

В глазах молодого владыки блеснул холод.

Он был слишком молод, слишком уверен в собственной силе и слишком честолюбив, чтобы несколько десятилетий покорно ждать чужого разрешения на власть.

— Поэтому мне понадобится твоя помощь, командир Мок.

Мок Ун Пхён ответил без колебаний.

— Я меч, приготовленный для вас. Выковал меня нынешний владыка, но держать этот меч будете вы.

Сим Вони посмотрел ему прямо в глаза. Взгляд молодого владыки был настолько острым, что Мок Ун Пхёну будто резануло по глазам, но он не отвернулся. Сим Вони удовлетворённо улыбнулся.

— Распоряжайтесь мной, молодой владыка.

— Тогда, может быть, пора и обращаться ко мне иначе?

Мок Ун Пхён не колебался.

— Господин.

— Вот так лучше.

Сим Вони и прежде не сомневался в его верности. Но одно дело знать, другое — услышать клятву в нужный момент.

В кустах зашуршало. На вершину холма поднялся мужчина в чёрном плаще. Это был Ёп Воль из Боевого Эскорта.

— Командир.

— Что случилось?

— Один человек настойчиво просит встречи с молодым господином.

Ёп Воль указал вниз. В стороне, не решаясь приблизиться, топтался Чан Пэ Сан.

Лицо Мок Ун Пхёна сразу ожесточилось.

— С господином?

Чан Пэ Сан служил даже не во внутреннем, а во внешнем дворе Облачного Небосвода. Причём командовал третьим отрядом — далеко не первым по значению. В борьбе за влияние у себя же во внешнем дворе он давно проиграл. Для Мок Ун Пхёна такой человек был ничтожеством, которое не имело права просить личной аудиенции у Сим Вони.

Сим Вони отнёсся к новости иначе.

— Приведи.

— Господин?

— Даже дрянь иногда оказывается полезной. Приведи его.

— Слушаюсь.

Ёп Воль спустился и вскоре вернулся вместе с Чан Пэ Саном.

Сим Вони посмотрел на него сверху вниз.

— Ты хотел меня видеть?

— Да, молодой господин.

Чан Пэ Сан тут же рухнул на колени и прижался лбом к земле.

— Ну? Говори.

— Я давно восхищаюсь вами. Прошу дать мне возможность служить. Буду служить верой и правдой. Любое поручение выполню.

— Вот как.

— Всего один шанс, господин.

Чан Пэ Сан несколько раз ударился лбом о землю. На коже выступила кровь.

Сим Вони смотрел без жалости.

— Значит, восхищаешься мной?

— Да! Я всегда считал, что именно вы однажды поведёте за собой весь мир боевых искусств. Я человек маленький, но если вы примете меня, я отдам вам всё, что имею.

— И чем же ты полезен?

— Чем прикажете. Когда вернусь в Облачный Небосвод, стану вашими глазами и ушами.

Сим Вони усмехнулся.

— Ты всерьёз думаешь, что мне не хватает глаз и ушей? Почему я должен поставить тебя рядом с людьми, которые уже работают на меня?

— Потому что среди них едва ли найдётся тот, кто столько лет прожил на самом дне. Я знаю, чем дышат люди внизу. Знаю, как меняются их настроения. И знаю, как этим пользоваться.

Чан Пэ Сан ставил на кон всё.

Он слишком хорошо представлял своё будущее, если ничего не предпримет. Ещё несколько лет в северной дыре, потом возвращение без заслуг и всё тот же третий отряд, если повезёт. Никакой карьеры. Никакой силы. Никакого выхода.

«Либо выберусь сейчас, либо так и сгнию в этой ебучей дыре».

Если же Сим Вони примет его в число своих людей, путь наверх в Облачном Небосводе откроется сразу.

Чан Пэ Сан распластался ещё ниже.

Мок Ун Пхён наклонился к молодому господину.

— Он не стоит вашего внимания.

В его голосе звучало чистое презрение.

Мок Ун Пхён был воином до костей. По хитрому блеску в глазах Чан Пэ Сана он сразу понял его расчёт и уже держал ладонь на рукояти. Одного слова Сим Вони хватило бы, чтобы проситель лишился головы.

Чан Пэ Сан это чувствовал. Его трясло, но поднять лицо он не решался.

«Ну всё, Пэ Сан. Назад дороги нет».

На мгновение стало страшно до тошноты. Отступать всё равно было поздно. Теперь оставалось либо выиграть, либо умереть.

Сим Вони не спешил с ответом. Чужая жизнь зависела от одного его слова, и эта власть явно доставляла ему удовольствие.

Наконец он сказал:

— Подними голову.

— Да!

Чан Пэ Сан поднял голову и встретил взгляд Сим Вони — холодный, неподвижный, острый. Во рту мгновенно пересохло.

— Хорошо. Я тебя принимаю. Когда вернусь на Центральные Равнины, поедешь со мной.

— Благодарю! Благодарю, молодой господин... Нет, господин!

— Только запомни. Предательства я не прощаю. И не люблю, когда мой человек начинает играть в свою игру.

— Я буду верен до смерти. Прикажете войти в огонь — войду.

— Иди.

Сим Вони лениво махнул рукой.

Чан Пэ Сан попятился на коленях. Лишь отойдя достаточно далеко, он позволил Ёп Волю увести себя с холма.

Мок Ун Пхён дождался, пока они исчезнут.

— Вы действительно собираетесь держать такого человека рядом?

Сим Вони рассмеялся.

— Почему нет? В мутной воде рыбку ловить легче. Такой человек ещё пригодится.

На лице молодого владыки появилась довольная усмешка.