Глава 73 — Металлические слёзы
Мана золотистого цвета вырвалась из рук Спирита и потекла к груди Уайта. Достигнув её, она начала незамедлительно впитываться внутрь.
-Сейчас ему будет боль…
Не успел он договорить, как тело старика содрогнулось. Из его рта вырвался поток крови, на пути которого был лишь золотистый конь.
-Боги! Что это? – вырвался испуганный крик Спирита. Продолжая исцелять, он повернул голову и взмолился: - Пожалуйста, скажите мне, что его просто вырвало и на мне сейчас остатки его ужина, а не… алая жидкость… - ему было страшно даже произносить слово кровь!
Шока бросил взгляд на Релакса. Мгновение – они переглянулись и синхронно сказали:
-Конечно, это лишь рвота.
После чего капибарин весело добавил:
-Более того, мы поможем тебе вытереть её после того, как ты закончишь.
-Хорошо… - брови Спирита под маской нахмурились в явном недоверии. Однако, похоже, понимая, что иначе потеряет сознание, он смирился и стал вливать ещё больше маны.
Под гнётом яркого света грудь старика Уайта продолжала стремительно изменяться. Под ожогами в порванных венах забурлила кровь, а сами они начали криво срастаться и перемещаться, возвращаясь на прежние места. Следом за ними осколки костей задвигались, слабо срастаясь и формируя подобие рёбер, полных трещин и пустот.
«Да уж… Сразу видно, что он довольно слабый целитель…» - в идеале каждая частичка кости должна была встать на своё место, а если какой-то маленький фрагмент и оказался потерян, он был бы воссоздан, тем самым сформировав крепкую кость. – «Похоже, Спирит может только перемещать сосуды и кости, заставляя их срастаться. Залатать дыры или полностью восстановить потерянный сосуд ему явно не под силу»
Шока в который раз вспомнил свою тётю Талию и то, как она изящно пытала его.
«Будь она здесь, то уже через два дня Уайт смог бы ходить. Нам же остаётся надеяться, что его кости срастутся, хотя бы через месяца два…»
Представив, сколько его тетя, должно быть, берёт за такое лечение, он сразу же понял, откуда у неё были деньги на то, чтобы выращивать дома разнообразные странные растения.
Тем временем, худо-бедно залечив грудь, золотистая мана потекла в сторону правого плеча. Хоть все сосуды в этой области и прижгло пламенем, но это не означало, что под чёрной кожей всё было в порядке.
Внезапно пепел с раны начал падать вниз, а ярко-красный ожог под ним стал немного бледнее.
***
Примерно через десять минут Спирит, наконец, перестал высвобождать ману. Почувствовав накатившую усталость, он уже собирался упасть на койку, как Релакс и Шока остановили его.
-На вас всё ещё много… рвоты, - сказал Шока.
Золотоволосый конь лишь кивнул, словно предлагая им выполнить обещанное.
-Ну, с богом, - усмехнулся Релакс и взял тряпочку.
Шока в свою очередь лишь безразлично кивнул и принялся за дело.
***
Быстро справившись, Шока и Релакс поспешили вернуться на палубу. Крики матросов всё ещё разносились наверху, так что битва, видимо, ещё не закончилась!
Однако, поднявшись по лестнице, они облегчённо выдохнули. Недалеко от них пятеро матросов навалились на тощего мужчину, и пока трое держали, остальные два обвязывали его руки, ноги, да и не только, толстой верёвкой.
Немного поодаль валялись ещё трое таких же. Их глаза всё ещё были лишены эмоций, оставаясь пустыми, а тела неугомонно двигались в сторону океана.
«Что-то здесь не так…» - пока Релакс отправился помогать матросам, Шока неожиданно ощутил, что нечто не сходится. Но только его мозг заработал в правильном русле, как услышал грохот.
Поняв, что тот исходит из каюты, где жили Зенир и её брат, Шока сразу побежал в ту сторону.
«Нет… неужели те её слова о смерти…», - промелькнуло в его голове.
Плюх!
Что-то словно упало в воду.
Оказавшись у двери, он, не останавливаясь, выбил её ногой.
Внутри царила тишина. Мебель была перевёрнута, а возле поломанного стола валялась лампа, масло из которой пролилось и подожгло пол. Языки пламени начинали медленно охватывать комнату, и огоньками отражаться в застывшем глазе Шоки.
-Что здесь произошло? – разнёсся по комнате его монотонный голос.
Вухх!
Подул сильный ветер, чёрные шторы всколыхнулись и, сорвавшись, упали на пол, обнажив сцену.
Черноволосый мужчина, одетый в изысканную белую шёлковую рубашку и чёрные штаны, стоял напротив окна и взирал на бушующий океан. В его застывшей фигуре, что будто даже не дышала, ощущалась странная аура.
-Где Зенир! – не выдержав, закричал Шока.
Наконец, заметив потустороннего, мужчина медленно развернулся и криво повернул голову: его левое ухо коснулось плеча. Их взгляды встретились, а за окном вспыхнула ослепительная молния!
Правый висок человека озаряла безобразная рана, настолько глубокая, что можно было увидеть белоснежную кость. Горячая кровь, пульсируя, вырывалась наружу и стекала на белый воротник, окрашивая тот в красный. Правый глаз был сужен, а на месте зрачка была лишь дыра, из которой словно слёзы лились кровавые ручейки. Левый же, наоборот, был широко раскрыт и бешено двигался, будто норовя вылететь из орбиты.
Шока замер. Мужчина напротив тем временем перевёл взгляд вниз, резко закрыл лицо руками и упал на колени. По комнате распространилось низкое рычание, а после раздался тихий шёпот – одно слово:
-Сестра. – всё стихло, однако тут же раздалось вновь, - Сестра… - а после ещё быстрее и быстрее, - сестра – сестра, сестра сестрасестрасестрасестра…
Кроткий ропот быстро превратился в безумную тираду и заполнил всё пространство вокруг.
Шока сделал шаг. Мгновение – мужчина стих и неожиданно сжал средний палец правой руки, обнажив пустой зрачок и алые слёзы. Он громко засмеялся и заплакал, а секундой позже затих и безразлично сказал:
-Она спрыгнула за борт и умерла.
Мышцы на Шокином горле двинулись, он хотел что-то сказать, но слов так и не последовало. Послышался звук того, как что-то рвётся, а после один из его карманов упал на пол.
Хруст!
Треск стекла прокатился по комнате. Флакон внутри разбился на бесчисленные мелкие осколки, и жидкость, налитая в него, начала выливаться наружу. В воздухе сразу распространился запах свежей после дождя травы и земли, а также чёрной лилии и пахучих слив. Аромат, что так и заставлял вспомнить прошедшее лето…
Нос мужчины дёрнулся, и сразу с его языка слетели слова.
-Отвратительно… какой отвратительный запах…
***
Ещё раз взглянув на безумца, что раньше был братом Зенир, Мэйсоном, Шока укусил нижнюю губу. Кровь полилась в рот, на языке заиграл вкус металла, но он не почувствовал боли, лишь отвратительную горечь. Неожиданно из самых глубин горла раздался смех, и он почувствовал странную боль в груди и заплакал.
Слёзы целую минуту текли по его лицу. Падая вниз, они, будто заострённые, оставляли на деревянных досках глубокие царапины. Внезапно на одном из его пальцев начало формироваться чёрное кольцо. Однако, обвив тот полностью, оно не остановилось и продолжило расти. Медленно возникающий предмет становился всё тяжелее, а после в лунном свете сверкнул абсолютно чёрный убийственно-острый кунаи.
Шока закрутил его на пальце и уже был готов выпустить в голову Мэйсона, как неожиданно схватил лезвие и перестал смеяться. После этого он развернулся и вышел из комнаты.
Возвращаясь к месту, где они оставили Уайта, Шока разжал руку и посмотрел на огромную рану, что осталась от лезвия. Та оказалась настолько глубокой, что он увидел свою кость, а крови текло так много, что хватило бы для целого ритуала жертвоприношения.
-Неплохо, - на его лице не дрогнула ни одна мышца.
Зенир была мертва, а её брат, похоже, в ближайшее время вряд ли придёт в себя. В противовес, они смогли спасти Уайта: один из его товарищей-матросов всё-таки выжил, хоть и получив отвратительные раны.
Он аккуратно закрутил кунаи, боясь отрезать один из пальцев.
***
Тело старика Уайта было обвязано бинтами и лежало на куче гамаков, снятых и положенных друг на друга. Его ноги были привязаны между собой, а левая рука – прикреплена к корпусу. Они боялись, что, проснувшись, он, как и другие пострадавшие, так и останется загипнотизированным.
«По крайней мере, после ситуации с Жаком, мы учли возросшую из-за гипноза силу и взяли верёвки подлиннее и потолще. Сейчас нам остаётся лишь ждать…»
Прильнув к стенке, Шока медленно закрыл глаза и решил поспать. После того, как создал чёрный кунаи, он неожиданно почувствовал себя выжатым, словно лимон. Его запас маны оказался критически истощён!
«Одно использование этого навыка сожрало всю мою магическую силу… Это просто будоражит воображение! Но сейчас мне нужно отдохнуть…»
Релакс должен был прийти с минуты на минуту, да и проснись Уайт, он точно это услышит…
Бесчисленные мысли и моменты дня, заполнившие его голову, начали постепенно отступать. Когда же сон одолел его, он напоследок услышал голос.
-Понятно, так вот о каком запахе говорил Жак…
Релакс, наконец, пришёл, а сознание Шоки, не успевшего осмыслить услышанные слова, покинуло его.
***
-Апчхи, апчхи, апчхи!
Непрерывающийся чих заставил Шоку распахнуть глаза. На его деревянном лице отразился намёк на непонимание, а после облегчение:
«Уайт проснулся»
Обмотанный старик бесперебойно чихал, сопя носом. Кровавые сопли летели во все стороны.
-Нос… дайте воды… - раздался глухой голос Уайта.
Релакс, уже осознавший ситуацию, набрал стакан воды и, запрокинув голову старика, залил всё содержимое ему в ноздри. Тот немедленно начал чихать ещё сильнее и закашлял, но, когда вся вода вышла, облегчённо вздохнул.
-Спасибо…
В этот момент, осознав, что всё в порядке, Шока поднялся на ноги и встал над ним. Уголок его рта слегка приподнялся.
-Добро пожаловать в мир живых. Теперь вы сможете сами выпить в таверне кружку хорошего пива и рассказать шутку: «Как называется суицид облысевшего человека? Уход за волосами!»
Услышав собственную шутку, Уайт замер, а после громко рассмеялся. Почувствовав из-за этого жгучую боль во всём теле, он перевел дыхание и ответил:
-Да уж… мир живых, как всегда, жесток и неприветлив.
Релакс развёл руками и покачал хвостом:
-К сожалению, мир таков, как всегда…
После Уайт закидал их множеством вопросов о том, что случилось, и как он оказался здесь.
Услышав, что попал под гипноз и сражался с ними, он сжал зубы и ещё раз поблагодарил их. Немного порасспросив о ситуации на корабле, он, наконец, заметил отсутствующую правую руку, но, вспомнив, что остальные загипнотизированные и вовсе не пришли в себя, решил, что ему уже достаточно повезло.
Когда расспросы закончились, Шока внезапно задал терзавший его вопрос:
-Что с вами произошло, когда вы проснулись?
Будучи часовым, он довольно часто видел, как вели и чувствовали себя рионцы после прихода в сознание после тяжёлой травмы. Кто-то из них кричал от боли, другой же терпел, сжав зубы. Но чтобы тот чихал, такое он видел впервые!
Старик Уайт попытался приподняться, но, потерпев поражение, снова прильнул к гамакам. Помолчав ещё немного, он заговорил:
-Вчера вечером у меня внезапно запершило в носу, и я начал чихать и чувствовать странный запах. Тогда я оправдал это стрессом и, возможно, тем, что приболел. Однако менее чем через полчаса мне неожиданно захотелось спать, прикрыв глаза, я мгновенно погрузился в сон. Что было дальше вы знаете лучше меня, а после этого я очнулся и почувствовал сильнейшее жжение в носу, словно его что-то разъедало изнутри.
-Жжение? – шестерёнки в его голове закружились, как никогда прежде. Шока внезапно вспомнил то, как перед тем, как попасть под контроль, Жак попытался разодрать себе лицо. Если учитывать, что у него было повышенное обоняние, то это объясняло, почему реакция была столь бурной, по сравнению с реакцией Уайта.
«А нос у нас отвечает за… запахи. Как я раньше не додумался!»
Теперь было ясно, почему смена повара не оказала никакого влияния и то, как именно распространялась эта зараза. В запахе наверняка находился яд или какое-то средство, что и погружало рионцев в гипноз.
На вопрос, кто же мог это провернуть, Шоке даже не пришлось искать ответ. На корабле как раз находился род аристократов, главным делом жизни которых было производство духов!
-Во всём виноват Мэйсон Гюрлен! – внезапно закричал Шока. Уайт и Релакс с непониманием посмотрели на него.
Он сразу же пояснил:
-Перед тем, как попасть под гипноз, Жак неожиданно попытался расцарапать себе нос, словно озверев. Это очень похоже на то, что описывали вы, Уайт, только в куда более экстремальной форме, из-за его повышенного обоняния. Также это объясняет, почему не помогли меры, связанные с едой. На самом деле яд находился в запахе!
Здесь до старика Уайта и Релакса пришло осознание, второй резко сказал:
-Сегодня я тоже начал чувствовать странный запах, из-за чего у меня першит в носу…
Шока сразу вспомнил слова, услышанные перед тем, как погрузиться в сон. Если учесть первые два инцидента, то получалось, что…
-Похоже, этой ночью ты попадёшь под гипноз…
На обычно спокойно-философском лице Релакса появился страх. В его руке за мгновение появилась большая мандарина, он закричал:
-Нам немедленно нужно сообщить об этом капитану!
После чего быстрыми шагами направился в сторону кают.
Догнав его, Шока начал дальше расширять свою теорию. В мыслях неожиданно всплыли разговоры с Зенир о мечте и страхе смерти… До него, наконец, дошло…
-Так она узнала то, что не следовало и пыталась позвать на помощь…
Настолько позднее осознание, словно молотом, ударило по его гордости. Шока сжал чёрный кунаи и прошептал:
-Мы отомстим за тебя…
Море бушевало всё сильнее, дождь не прекращался, а тучи становились только гуще, так что утренние лучи не достигали их. Наступили вечные сумерки. Однако, какая бы ни была погода, корабль продирался вперёд. Его поломанный, но от этого не менее грозный силуэт мелькал, освещаемый лишь вспышками молний.