Глава 84 — Город Мраморной чаши
Ночная атака разбойников была последним и, наверное, самым крупным событием, произошедшим с караваном. Четвёртый же день прошёл без особых проблем. Да, монстры время от времени нападали на растянутые ряды повозок, но их атаки были единичны и быстро подавлялись часовыми, что явно разгорячились после ночной засады.
Более того, сердца храбрых воинов пылали по ещё одной причине. Уменьшение количества монстров означало, что их популяция в этом районе сдерживается, а это в свою очередь говорило о том, что они всё ближе и ближе к человеческим территориям. Город Мраморной чаши был уже не за горами.
Наконец, на закате пятого дня вдали в ярко-алых лучах солнца засияли огромные стены города Мраморной чаши. Они были величественными и вздымались высоко над землёй, достигая десятков метров. Их бескрайние широты окружали весь город, а с высоты они напоминали ореол солнца или же края огромной чаши.
Однако даже их величие не шло ни в какое сравнение с тем, что они защищали. Там посреди громадного города, среди сотен домов, чьи стены состояли из известняка, а крыши – из нежной голубой черепицы, стояла величественная белая гора, тянувшаяся высоко в небеса.
С южной стороны горы была сооружена исполинская лестница, ведущая на самый вверх. Там на почти полностью сглаженной вершине стоял прекрасный мраморный дворцовый комплекс, на чьих стенках были изображены бесчисленные фрески. На северном же краю всё ещё возвышалась часть горного пика, одна из сторон которого была настолько ровной, словно другую её часть давным-давно отрезали огромным ножом. Белый мрамор был отполирован, и в лучах солнца сиял, словно прекрасное зеркало.
У её же подножья вырезанный в мраморе прекрасный амфитеатр лежал под безоблачным небом. Его несметные ряды могли вместить десятки тысяч существ.
От его же дна тянулись ноги грандиозной статуи, высеченной из зеркальной поверхности пика и немного выступавшей из-под его тени. Статуя была одета в прекрасные доспехи, а на её голове сияла величественная корона. Она, как и сама статуя, принадлежала первому и величайшему королю Ульванде Адрихакари Раджу.
Его левая рука была прижата к телу и смотрела вниз, правая же - поднята высоко в небо. Её пять изящных пальцев сжимали огромную мраморную чашу, испещрённую бесчисленными орнаментами, что описывали то, как было создано королевство. Именно такую чашу первый правитель королевства нашёл в глубинах врат Великой горы, и именно поэтому она заслуженно является символом не только целого города, но и всего королевства Ульванде, а также его королевской семьи.
«Это ещё более величественно, чем я представлял…», - подумал Шока и сжал кулак.
Караван находился на расстоянии более сотни метров от города. Однако несмотря на это, белая гора, дворцовый комплекс на ней, а также грациозная статуя, чьи ноги прятались в углублении амфитеатра, были прекрасно видны. Размах сего действа и правда поражал.
-Величественно, не правда ли? – послышался спереди голос торговца, сжимающего поводья лошадей.
-Довольно-таки да, - сонным голосом ответил Релакс. – А вы сами думаете по-другому?
-Ха… хотите знать, что думаю я? - мистер Джеффри ещё раз тяжело выдохнул. – Я не спорю с тем, что город прекрасен. Как вы уже, наверное, заметили по стенам, хоть город и называется городом Мраморной чаши, однако состоит он в основном из известняка. Бесчисленные дома и дороги – почти всё сделано из него. Из мрамора же состоит лишь сама гора, а также резиденция короля на её вершине.
Он усмехнулся.
-Однако печальнее всего то, что в конечном итоге и город Мраморной чаши постигла судьба всех великих городов. Количество желающих жить в нём всегда будет превосходить количество домов, которые смогут укрыться за его стенами.
Его голос стал намного темнее.
-А если вам нет места внутри стен, то придётся найти его за их пределами. Бедняки, а также часовые, что только начали свой путь и те, кто его так и не закончат, все они живут в бедных лачугах под стенами во внешнем городе и каждый день смотрят на их холодное великолепие. Некоторые из них всё ещё полны надежды оказаться по ту сторону, другие же давно погрязли в отчаянии. Однако всех их по итогу связывает одно: каждый день выходя из никудышного дома, они видят белую гору, что величавее и старше великих стен. На её же вершине, давно потерявшей свой первобытный вид, стоит самодержавная фигура первого короля, что держит мраморную чашу и безучастно взирает на них.
Дослушав мистера Джеффри до конца, Шока не нашёл в его рассказе чего-то необычного. У всего в нашем мире была светлая и тёмная сторона. Было неудивительно, что она есть и у города Мраморной чаши.
-Думаю, это в порядке вещей, - наконец, сказал он. – Там, где сияет свет, всегда будет и тьма. И чем ярче солнечные лучи освещают мир, тем отчетливее и глубже становятся тени.
-Я знаю… - лошади замедлили ход, - однако это не значит, что от этого я перестану это ненавидеть.
Релакс, сидевший до этого момента тихо, незатейливо сделал вердикт.
-Все говорят, что наш мир равно приближён как к раю, так и к аду, однако священные земли находятся вверху, и поэтому их достигнуть намного сложнее, чем проклятых глубин. Однако, - он усмехнулся, - они все одновременно и правы и неправы, ведь как бы тяжело ни было достичь далёких небес, ещё сложнее остаться на них. Именно в этот момент каждый понимает, что как бы небеса и ад ни были далеко друг от друга, лишь одного шага достаточно, чтобы свалиться с вершины вниз. И в отличие от земного царства, где ты ещё можешь ухватиться за что-то и подняться, когда твой дух будет падать с прекрасных облаков ничто, ничто, даже сама земля, не сможет остановить тебя от погружения в проклятые недра.
Спустя время послышался задумчивый голос торговца.
-Возможно, всё так и есть.
Шока же не стал погружаться в философию или пытаться встать на светлую или тёмную сторону. Он хотел сделать лишь шаг, один очень быстрый и длинный шаг, что позволит ему оказаться на вершине белой вершины, над самим королём, внутри мраморной чаши, что заключена в его руке.
В этот момент деревья расступились, дав оценить весь размах величественной стены.
Однако в этот же момент стало видно и всё, что было под ней. У её подножья развернулся ещё один город. Он не был так прекрасен и чист, в нём не было ни огромной мраморной горы, ни огромного комплекса, что был на её вершине.
Но вопреки этому этот город был намного шире, намного длиннее, он тянулся во все стороны, лишь упираясь в огромные стены. Его улицы были лишены известняковых дорог, а дома, стоящие на их просторах, состояли не из известняка или камня, а из старых потрескавшихся досок. Однако даже они были не таким уж и плохим материалом, ведь у границ, где город встречался с лесом, и вовсе стояли бесчисленные землянки.
Более того, эти неказистые сооружения словно постоянно двигались, нет, с каждым днём их просто становилось всё больше и больше. Неисчислимые часовые, жившие в них, были слабы, у них не было ни еды, ни места, куда бы они могли вернуться. Их единственным спутником по жизни было лишь всепоглощающее и бесповоротное отчаяние.
Однако даже тогда они не сдавались. Здесь сдаться – означало умереть. Взяв топоры, они срубали деревья и строили себе дома. Когда же из лесных пучин вырывались монстры, теми же топорами они отсекали их головы, а после разделывали их тела.
Их мясо они жарили на неисчислимых кострах, а другие останки продавали. Ядра маны в свою очередь оказывались мгновенно поглощены и, только достигнув своего предела, они позволяли себе обменивать их на монеты, которые копили или же тратили на прелести цивилизации.
Наконец, ряды повозок покатились по неказистым улицам, бесчисленные землянки исчезли, скрывшись за рядами домов, словно были лишь ужасным сном. Наконец, из повозки стали видны фигуры здешних рионцев. Дряхлый человеческий старик, одетый в лохмотья, хромал, опираясь на свою палочку. В его глазах не было ничего. Когда-то он и сам был жителем окраин, но так и не посетил великие врата, так что остался доживать свои последние дни в глубинах внешнего города.
Рядом же с ним прошла огромная обезьяна. Её доспехи сияли в лучах солнца, а в глазах горел огонь. Она остановилась и с гордостью посмотрела на деревянный дом, что сама построила. После чего, переведя взгляд на силуэт белой горы, на мраморную чашу в руках короля, она ухмыльнулась и, сжав кулак, прошептала что-то себе под нос.
В конечном итоге караван остановился у огромных железных ворот, которые охраняли десятки стражников. Все они были одеты в белые доспехи с символом мраморной чаши, а на их лицах сияли высокомерие и тщеславие.
Заметив караван, пятеро из них двинулись с места, после чего начали методично обходить и осматривать повозки. Подойдя к той, в которой сидели Шока и Релакс, один из них обратился к мистеру Джеффри.
-Кто же это? Разве это не торговец Джеффри? Сколько лет, сколько зим.
Торговец спокойно ответил.
-Около 9 месяцев.
-Отлично, в таком случае вы должны помнить о купеческом сборе. Так как в этом году ожидается огромный наплыв часовых, то он составит 50 голубых рио.
-50 голубых? – переспросил недовольным голосом Джеффри. - В прошлом же году было всего 35.
Стражник развёл руками.
-Так решили городские власти, я ничего не могу с этим поделать, - однако по его ухмылке было ясно, что похоже часть из этих денег останется и у него в кармане.
Торговец Джеффри тихо цыкнул.
-Хорошо.
В воздухе зазвенел мешочек голубых монет, что мгновением позже оказался в руках стражника.
Тот посмотрел на него довольным взглядом, однако не отстал.
-Также за каждый вход в город теперь полагается плата в 2 голубых монеты. Вам, как купцу, не нужно его платить, однако вашим товарищам придётся это сделать, - его глаза сверкнули, будто он видел повозку насквозь.
-Вот как, казне явно не хватает средств, - тон мистера Джеффри был полон недовольства, но в итоге он постучал по стенке повозки. – Шока, Релакс, вы хотите посетить внутренний город? Если да, то вам придётся заплатить 4 голубых в качестве платы за вход.
«Две голубых с рионца? Они совсем сошли с ума?»
Шока собирался посетить внутренний город Мраморной чаши, более того, ему с Релаксом в любом случае пришлось бы сделать это. Они собирались отправиться во врата Великой горы, а те как раз открывались на белой вершине.
Однако платить целых две голубых каждый раз, когда они просто заходят в город. Шока не осуждал людей, что хотели заработать побольше денег, однако это уже было за пределами того, что он мог терпеть.
«У меня всего около 20 голубых, даже если учесть то, что мне заплатят, то выйдет 30. Я не собираюсь тратить две голубых монет впустую.»
Он перевёл взгляд на Релакса. Тот хоть и не так давно отдал около 15 голубых, оплатив счёт за них двоих в таверне, однако всё равно покачал головой. Даже он понимал, что это чистое вымогательство!
-Нет, мы сойдём здесь.
Они схватили свои вещи и выпрыгнули из кареты, после чего подошли к лошадям.
-Ваша работа на этом закончена, - сухо сказал им Мистер Джеффри, пребывая явно в плохом настроении, после чего добавил, - вы поработали хорошо, так что я дам каждому из вас 11 голубых, вместо 10.
Узнав, что получит на монетку больше, Шока почувствовал капельку счастья.
«Не перевелись ещё на земле хорошие люди»
Взяв два небольших мешочка, они бегло заглянули внутрь, после чего направились в направлении внешнего города.
Однако не успели они отойти, как к ним внезапно обратился стражник.
-Добрый день, с какой целью вы прибыли в город Мраморной чаши?
Шока молча обернулся, удивившись, почему к ним пристали.
«Неужели это из-за того, что мы не захотели платить плату за вход?»
Поняв намерения молодого стражника, он спокойно ответил:
-Мы собираемся принять участие в предстоящем открытии врат Великой горы.
Тот, услышав это, усмехнулся.
-Часовые значит.
Оба кивнули.
Молодой юноша в белых доспехах посмотрел в сторону огромной статуи первого короля.
-Наша страна издревле была родиной часовых, более того, король Адрихакари Радж тоже был одним из них, так что можно сказать, что часовые являются нашим фундаментом. – после чего он расплылся в улыбке. - Надеюсь, вы не умрёте там внутри. Желаю вам огромной удачи.
-Спасибо.
Поблагодарив, Шока и Релакс как можно быстрее ушли прочь от огромных врат и от огромных величественных стен, что нависали над их головами.
Оказавшись на перепутье дорог – если их можно было назвать таковыми – они подошли к одному из торговцев и купили карту города, заплатив 40 белых рио.
«Мне кажется или нас обманули?»
Вглядываясь в хаотичные линии улиц, они огляделись. Вокруг них царила странная атмосфера глубокого отчаяния и отчаянной надежды. Одни были давно мертвы внутри, другие же собирались встретиться со смертью.
Однако Шоке и Релаксу было плевать, даже если они и принадлежали к какой-то из групп, то в любом случае у них была своя собственная цель. А пока что…
«А пока что нам нужно найти таверну, где мы сможем переночевать…»
Идя по незнакомым улицам, видя незнакомых рионцев, они в итоге оказались в незнакомом месте, где заснули в незнакомых кроватях таким знакомым и желанным сном.