Глава 26 — Тёмные дары
— Вы должны были рассказать
мне всё с самого начала! — кричал я, чувствуя, как внутри с новой силой
закипает гнев, и не собирался успокаиваться. — Почему вы умолчали об этом?
— Я думал, что ты знал, —
спокойно заявил Фауст, даже бровью не поведя. — На твоей родине постоянно твердят
об этом.
— В Эшире этим пугают
непослушных детей, но все знают, что это лишь слухи, распускаемые слишком
впечатлительными людьми!
— Ну, теперь ты знаешь, что
это правда.
— О, драконы!
Я расхаживал по комнате,
пытаясь успокоить бушующий внутри ураган, но всё было тщетно. Перед глазами всё
ещё стояла картина заснеженной поляны и Мэвиана на ней, с белыми глазами и
сгустком тьмы в руках.
— Теперь понятно, почему
империя закрыла границы. Тут действительно практикуют запретную
магию! — бормотал я себе под нос, нарезая круги по комнате. Даже Архи
напряжённо молчала. — Вы действительно не сочли это важным пунктом, чтобы
упомянуть?
Повернувшись к Фаусту,
вразвалочку сидящему на кресле, я уставился на него, сдерживая кипящую внутри
злость.
— Это магия не так проста в
исполнении, как ты думаешь.
— Десятилетний мальчик
владеет ею! — крикнул я так громко, что мой голос эхом прошёлся по всему дому
и отозвался звоном стеклянных колбочек на полках. Глубоко вздохнув, я попытался
взять себя в руки.
Так, успокойся. Это на тебя
не похоже, приди в себя.
— Чёрт… — я опустился на хлипкий
стул и зарылся в волосы руками. — Простите.
Несколько долгих минут,
которые показались мне вечностью, стояла тишина. Потом я услышал, как Фауст
поднялся с кресла и поднял голову.
Целитель пересёк комнату,
подошёл к стеллажу с немногочисленными книгами, и достал оттуда «Историю
империи Асмант». Бросил на пол передо мной. Нахмурившись, я поднял книгу и
отряхнул.
— Не на ваши деньги куплено
вообще-то. Попрошу относиться с ней немного бережнее.
— Открой на последней
закладке, — проигнорировав мои слова, сказал Фауст. Дождавшись, когда я это
сделаю, он продолжил: — Ты уже читал про императорскую семью, и в общих чертах
знаешь что случилось.
Страница, на которой я
открыл, была посвящена императору и последующему нападению на его семью,
последняя закладка, что я вложил в книгу, перед тем как уйти за покупками
вместе с Мэвианом. Короткий смешок слетел с моих губ — похоже, Фауст всё же
открывал книгу.
— Вот именно, «в общих чертах», — с громким хлопком я закрыл книгу. — Всё слишком непонятно. Просто
император, просто покушение на императорскую семью, просто резня во дворце. А
потом пара месяцев суматохи и формирование верховного совета.
И я даже не преувеличивал, всё
именно так и описывалось, вскользь, будто незначительное событие. Ни имени
императора, ни имён злоумышленников, ни, хотя бы, их национальности.
— Ты наверняка заметил, что
там говориться об «особой силе», которой владели члены
императорской семьи, — продолжил
Фауст, скользя по мне взглядом. Я хмуро уставился на него в ответ.
— Только не говорите, что
этой особой силой была запретная магия…
— Магия теней, — кивнул
Фауст. — Я не так много знаю об этом. Когда случился переворот и убили
императорскую семью, мне было чуть больше двадцати. Я жил так далеко отсюда,
что когда эта новость дошла до тех земель всё уже утихло.
Фауст вздохнул, сел на
кресло и забрал у меня книгу. Начал листать её с печальным видом.
— Тогда я отправился в
Амелан, где и встретил Руделиуса. Он рассказал мне обо всём что случилось. Об
этой трагедии…
— Подождите, — резко оборвал
его я. — Вы встретили Руделиуса в Амелане? Я думал он приехал учиться лично к
вам…
— Ох, это произошло позже, —
отмахнулся Фуст. — Сначала Руделиус, был учеником целителя при императорском
дворце. А потом, когда тот погиб в жестокой расправе, попросил меня обучить его
нескольким заклинаниям.
— Дедушка Руделиус был
учеником при императорском дворце… — неверяще прошептал я, уставившись в одну
точку, куда-то сквозь Фауста.
Он ничего не рассказывал об
этом… Упомянул только, что жил какое-то время в Асманте, что учился у Фауста,
но умолчал про императорскую семью… Почему?.. И мой отец, знал ли он об этом?
— Ты побледнел. Нормально
себя чувствуешь? — как бы невзначай поинтересовался Фауст бесцветным голосом.
Повернувшись к нему, я устало ответил:
— Знаете, я не каждый день узнаю такие подробности...
— А я думал, ты привык к
похожим историям, — пожал плечами Фауст. — Ну, с твоим перерождением и всё
такое…
Судя по его беззаботности, Фауст наверняка думал, что я щёлкаю подобные истории как орешки, но это было далеко не так. Я ещё от легенды про Золотого Дракона не отошёл...
— Но что меня действительно
потрясло, — задумчиво проговорил Фауст, привлекая моё внимание. — Как тот
мальчик овладел запретной магией. Последние обладатели этой силы умерли почти
сорок лет назад…
— Он сказал, что его обучил
дедушка.
— Дедушка?
— Ага. Он умер полгода
назад.
— Хм, дедушка значит, —
Фауст задумчиво почесал подбородок и внимательно посмотрел на меня. — Рикс, ты
сможешь поподробнее расспросить его о дедушке?
— А? — удивлённый, я вскочил
со стула. — Я и так надавил на больную рану, заставив его вспомнить о нём. И
показать эту магию…
— Просто я думаю, — перебил
Фауст и жестом приказал мне сесть на место. — Что его дедушка может оказаться
одним из учеников императорской семьи.
— Учеников?
— Да. Ты же помнишь, что в
попытке овладеть магией теней в Асмант съезжались маги со всего континента.
Однако не зря эта сила зовётся «запретной» магией.
Обучиться ей не так просто, почти невозможно.
— Поэтому императорская
семья выбирала самых способных и брала их в ученики? — предположил я.
Фауст кивнул.
— И если дедушка этого
мальца действительно был учеником императорской семьи и смог овладеть запретной
магией, то…
— Мэвиан… — тихо прошептал я
и осёкся.
— Вероятно, этот малец
достаточно необычный, раз смог овладеть такой силой в столь юном возрасте.
«Кого-то мне это напоминает,» — усмехнулась Архи и я вдруг понял, как сильно
обрадовался, наконец услышав её голос.
«А я-то думал, почему так долго не слышал твой прекрасный голосок!»
Она рассмеялась.
«Я знала, что ты соскучишься».
Фауст хлопнул в ладоши, и с
шумным вздохом поднялся, оставляя книгу на кресле.
— Ладно, думаю, на сегодня
хватит разговоров. Давай готовиться ко сну, завтра рано вставать.
— Может, вы всё же выделите
лишние полчаса своего времени, чтобы рассказать мне все действительно важные
аспекты жизни в этой стране? — спросил я, выходя из комнаты вслед за целителем.
— Я думал ты приехал сюда —
а если точнее незаконно вторгся — чтобы решить проблему со своим даром и
дестабилизацией, а не заниматься посторонними делами.
— Ну, как видите, у меня это
плохо выходит, — пожал плечами я, а Фауст хмыкнул.
— Да уж, ты просто магнит
для неприятностей.
«Говорит старик с манией величия…» — тихо процедила Архи.
— Доброй ночи, наставник, —
я натянуто улыбнулся и быстро взбежал по лестнице на второй этаж, игнорируя
пронзительный взгляд Фауста за спиной.
* * *
Едва меня отпустило от
конвульсий сопровождающих процедуру по привязке маны, как в дверь хижины
несдержанно застучали.
Фауст, отошедший на кухню за
какими-то лекарственными травами, крикнул, чтобы я открыл. Еле передвигая ноги
и чувствуя такую усталость, что меня буквально придавливало к полу, я поплёлся
в прихожую.
Ни я, ни Фауст гостей не
ждали, поэтому я недоумевал, кто и по какому вопросу мог прийти к нам домой.
Фауст, не смотря на раздутое самомнение, особой популярностью не пользовался,
да и друзей, которые могли навестить просто так, у него не было.
Зато друзья были у меня.
Поэтому открыв дверь, я
замер, напрочь забывая про смертельную усталость и боль в мышцах.
— Привет, — неловко
улыбнулся стоящий на ступеньках Мэвиан; его щёки покрывал морозный румянец.
— Привет… — глухо отозвался
я, во все глаза рассматривая закутанного в тёплую мантию асмантца. Вот
кого-кого, а его я точно не ожидал увидеть.
— Кто там? — раздался
приглушённый крик Фауста из недр дома.
— Никто!
Быстро схватив с вешалки
меховую накидку и натянув сапоги, я выскользнул на улицу. Холодный ветер, нырнул прямо под кожу, прошёлся по костям и венам, отчего моё тело
тут же покрылось мурашками. Плотнее запахнув накидку, я уставился на Мэвиана:
— Что ты тут делаешь?
— А, я… — пробубнил он,
упорно избегая моего взгляда. — Просто… Вчера ты так внезапно ушёл, и я
подумал… Подумал, что напугал тебя своей, ну… ты понял…
Сердце больно кольнуло,
когда я вспомнил как накануне, увидев это невероятное представление с участием
запретной магии, я что-то неразборчиво пролепетал и убежал домой, расспрашивать Фауста, и напрочь забыл о Мэвиане. Сейчас, смотря на него, такого
несчастного и грустного я чувствовал себя просто отвратительно.
Этому мальчику всего
десять лет, о чём ты думал, хранитель?..
— Н-нет, что ты! —
воскликнул я и схватил его за плечи, призывая посмотреть мне в глаза. — Я вовсе
не испугался, просто малость… удивился.
— Правда? — Мэвиан с
надеждой взглянул на меня, и я во второй раз ощутил груз вины, камнем упавший
на плечи.
— Конечно правда! Неужели ты
думал, что я стану избегать тебя после этого?
— Ну…
Посмотрев на поникшего
Мэвиана я понял — именно так он и думал.
— Ничего подобного! — рьяно
замотав головой, я сильнее сжал его плечи, удерживая, если он вдруг решит
сбежать. — Прости, я не должен был так резко убегать вчера. Просто я никогда не
видел ничего подобного и…
— Тогда всё нормально, —
Мэвиан вдруг хлопнул меня по руке и улыбнулся. — Хорошо, что всё прояснилось, а
то я уж было подумал, что ты больше не хочешь со мной дружить.
— Конечно хочу! — выпалил я,
чем заслужил очередную едкую шуточку от Архи, которую проигнорировал. Холодный
ветер снова пробрал меня с ног до головы, вызывая неприятную дрожь в теле. —
С-слушай, давай зайдём внутрь, а то я сейчас в ледышку превращусь.
— В гости приглашаешь? —
удивился Мэвиан, пока я пытался открыть дверь заледеневшими пальцами. — А твой
наставник не будет против?
— А, он-то? Неа.
Хотя возможно. Но лишний
повод побесить Фауста лишь поднимет Архи настроение.
— Если не боишься
вездесущего бардака и странно пахнущих растений, то добро пожаловать.
Я демонстративно отворил
перед ним дверь, пропуская вперёд. Мэвиан усмехнулся.
— Брось, ты видел, на что я
способен, вездесущие бардаки и странно пахнущие растения меня ничуть не
страшат.
Обменявшись улыбками, мы
вошли в тёплую прихожую, скрываясь от леденящего кровь ветра за крепкой дубовой
дверью.