Глава 40 — Перемены
{Рикс}
*
Я долго думал, как
представить обновлённую Архи Мэвиану и Лейси, ибо скрывать её как раньше, теперь
не представлялось возможным, и решил, что лучше всего рассказать правду. За
моей спиной и так был ком лжи в размерах таких масштабных, что запросто мог
накрыть собой весь Амелан. К тому же мне больше не хотелось и дальше пудрить им
мозги.
А потом Фауст сказал, что
это, мягко выражаясь, очень плохая идея — «Право! Не рассказывать же им про
девочку, некогда живущую в твоей голове!». И мне снова пришлось врать своим
друзьям.
— Знакомьтесь, это Архи
племянница Фауста… —
Всё как обычно. Мы НЕМНОГО
приукрасили нашу историю, сделав Архи ещё одной бедной сбежавшей сиротой,
которая обратилась за помощью к «своему самому лучшему, доброму и великодушному
дядюшке» (дословная цитата Фауста, на что Архи насмешливо фыркнула). И теперь
великий и благородный целитель, аки многодетный отец заботился о двух жалких
сиротках, и по этому поводу возносил себя чуть ли не до небес. Ведь теперь он и
спаситель, и учитель, и заботливый родитель, одним словом — ангел в
человеческом обличии. Хоть на деле и оставался ворчливым заносчивым стариком.
Не сказать что я был
особенно доволен его планом, да и Архи тоже, но у нас не то чтобы был выбор.
Пришлось слушаться. И я в наглую улыбаясь своим друзьям, лгал прямо им в лицо.
— Магия изменила её
внешность, так что не удивляйтесь… —
Хотя это было правдой. Хоть
ЧТО-ТО в этой истории было правдой.
Естественно с такой
необычной, по меркам Асманта, внешностью, Архи было особо не разгуляться. А так
как она наотрез отказывалась сидеть дома и не высовываться, ибо «не наглей,
хранитель, я и так больше восьми лет сидела запертой в твоей голове», было
принято единогласное решение изменить её внешность, как когда-то мне.
Для Фауста это раз плюнуть,
он в таких делах мастер, рука как говорится, набита, так что мы заведомо
обрадовались, что разобрались хотя бы с одной проблемой и спокойно выдохнули.
Ну да..
Рано мы понадеялись, что
судьба сжалится над нами и в кои-то веки пойдёт навстречу.
Магия Фауста просто не
подействовала на Архи и мы в недоумении переглянулись, когда её золотые волосы
не потемнели как должны были, а наоборот, кажется лишь ещё больше засияли. Золото
на солнце. Ослепляюще красивое зрелище на самом деле, но сейчас нам только во
вред.
— Ничего не понимаю, —
бормотал Фауст, поворачивая лицо Архи из одной стороны в другую. Глаза тоже не
изменили цвет. — С тобой сработало сразу же, — продолжил он, обращаясь ко мне.
Я пожал плечами, он вздохнул и засучил рукава. Хрустнул костяшками. — Ну ладно,
попробуем ещё раз.
Ожидаемо, ни во второй, ни в
третий, ни в десятый раз ничего не вышло и Архи продолжала сиять, как
драгоценный камень в короне Эриана Фернеста.
— Смотрю, наши дела не
очень, — со вздохом подытожил я.
— О, ты так думаешь? —
ехидно протянула Архи, вздёрнув тонкую бесцветную бровь.
Фауст, казавшись
раздражённее обычного, всплеснул руками:
— Моя магия действует
беспрекословно, однако похоже только на род человеческий, а как мы уже выяснили,
твоя подружка что-то совсем непонятное, так что здесь мы заходим в тупик.
Архи громко фыркнула и
скрестила руки на груди.
— Или кто-то слишком
высокого о себе мнения, а на деле и гроша ломаного не стоит.
До сих пор удивляюсь, как
этот прекрасный обмен любезностями не перерос в драку между «дядей» и «племянницей».
Архи с Фаустом способны на это, уж я-то знаю, довелось испытать на своей шкуре.
Но к счастью в тот вечер всё
обошлось без кровопролития. Только Архи расстроилась что не сможет выходить на
улицу когда захочет. Хотя как будто это её когда-нибудь останавливало…
Заинтересовавшись сменой
внешности, Мэвиан с Лейси стали расспрашивать нас насчёт магии Архи.
— Что у неё за магия? А, ну,
знаешь, она довольно странная на самом деле… —
Весь фокус был в том, что
сейчас своей магии у Архи как бы не было. Как разъяснил Фауст, сейчас она представляла из себя
своеобразное вместилище силы оракула, примерно как я хранил дар «ядра дракона»,
единственная разница была в том, что мой дар оставался со мной до рождения
нового хранителя, а Архи должна была в скором времени вернуть силу оракулу, лишь
дождавшись его пробуждения.
— Что со мной будет? — спросила
она одним тёмным зимним вечером, когда за окном гудел ветер, а мы сидели в
гостиной и перебирали шкаф с целебными книгами Фауста.
Этот вопрос прозвучал
столь внезапно, поэтому я даже не сразу сообразил, ЧТО именно она имеет ввиду.
— О чём ты?
Архи отложила толстый
фолиант, с которого до этого стирала пыль и посмотрела на нас своими большими золотыми
глазами.
— Что случиться со мной,
когда сила оракула уйдёт обладателю?
И я тогда мог поклясться,
что впервые видел её такой встревоженной.
— Мне не дано знать всего
девочка, — тут же ответил Фауст, и его тон был удивительно спокойным, мягким,
будто рассказывал сказку на ночь. — Но думаю, ты будешь первой, кто сможет почувствовать,
когда сила вернётся к своему истинному владельцу. И ты единственная будешь знать,
как найти его.
Архи моргнула. Раз, другой,
потом посмотрела на меня, будто я знал обо всем, что творилось у Фауста в
голове.
— Найти?
— Его?
Мы с Архи спросили
одновременно и в недоумении покосились друг на друга. Фауст тихо хмыкнул в
рукав мантии.
— Разве встреча хранителя и
оракула не кажется вам верным решением?
Вот тут уже я напрягся. И
нет, эта затея мне не казалась верным решением. По крайней мере, пока. Пока я
нахожусь здесь, вдалеке от родных, на незнакомой мне территории, где любой
неосторожный шаг может оказаться роковым.
Архи, судя по её виду,
думала так же.
— В легенде дары двух
драконов сосуществовали вместе, — продолжил Фауст, будто не замечая наших
кислых лиц. — Дар Великого Дракона обладал огромной мощью и мог разрушить всё вокруг, дар Золотого Дракона мог обратить время вспять и вернуть утраченное.
Так достигался баланс. Противоположные друг другу силы, но в то же время
имеющие под собой одну основу…
— Но оракулы сознательно
решили скрыть свои силы, — перебил я. — Вы сами рассказывали нам об этом.
Сколько лет этот континент не слышал о даре оракула? И вообще не знал о его
существовании?
Фауст повернулся к нам, его
губы тронула лёгкая, едва заметная улыбка.
— Может, сейчас самое время
выйти на свет?
Я опешил.
— О чём вы говорите?
— Наш мир стремительно
меняется, только обернись вокруг, — Фауст сделал неопределённый жест рукой. —
Приходит новое поколение могущественных магов, и вы с Архи самый явный тому
пример.
Я скептически посмотрел на
Архи, которая кашляла от пыли, потом перевёл взгляд на зеркало, где уже давно
отражался не я, а кто-то другой.
— Не думаю, что разделяю
ваши взгляды.
— Вот она разница поколей во
всей красе, — Фауст театрально вздохнул, и водрузил толстый справочник на самую
верхнюю полку. — Если не хочешь брать в пример себя, вспомни про своего дружка, тёмного мага.
Архи тут же оторвалась от
чистки книг и заинтересованно взглянула на меня. Я давно стал замечать её
интерес к Мэвиану и его магии в целом, и если поначалу мне было неловко слышать
её комментарии в своей голове, то теперь мне становилось неловко от её
пристального взгляда.
— Мэвиан не использует запретную
магию, и вы это знаете.
Фауст безразлично пожал плечами:
— Вопрос как долго это будет
продолжаться.
Мне не нравилось говорить с
Фаустом о Мэвиане и его силе. Не нравилось слышать в его голове самодовольство,
будто он точно знает, что именно так и случиться. Я всматривался в потрёпанную
страницу какого-то травника, и буквы плясали перед глазами. Фауст продолжал
энергично расставлять книги, напевая себе под нос тихую мелодию, а Архи молча смотрела
на меня, долгим начинаемым взглядом, пока я не посмотрел на неё в ответ.
* * *
Зима пролетела быстро и, на
моё счастье, без приключений. Мы с Архи иногда совершали вылазки в город,
обычно по вечерам, когда на улицы ложился приятный полумрак; реже ранними
утрами — когда она будила меня до восхода солнца, со всего размаха прыгая ко
мне в кровать. Остальное свободное время я проводил с Мэвианом и Лейси. Мы ходили
в каменный дворец, и за прошедшие годы натаскали туда достаточно подушек, одеял
и прочих маленьких приятностей, так что теперь эта покосившаяся груда камней
превратилась во вполне приятное для времяпровождения место. Иногда жаркими
летними ночами мы ночевали там, лёжа на потрёпанных одеялах и глядя на
бездонное звёздное небо. Я подумал, что этим летом мне больше не доведётся
заниматься подобным.
Весна настигла нас так же стремительно,
как и закончилась зима. Пусть на улице было холодно, и кое-где грязными комками
лежал снег, но солнце светило заметно теплее, что не могло не радовать моё скучавшее
по умеренному климату Эшира тело. Мы с Лейси прогуливались по тканевым лавкам,
и пока мои руки были полностью заняты покупками, Лейси перебегала от прилавка к
прилавку, успевая при этом тянуть меня за собой.
— Давай Рикс, ещё в тот
магазин и всё!
Ага, конечно, так я и
поверил. То же самое она говорила мне двадцать минут назад. Не обращая внимания
на мои протесты, Лейси побежала вперёд, а я, еле перебирая ногами, двинулся
следом за ней.
На центральной улице мы решили,
наконец, немного передохнуть. Я свалил всю нашу поклажу на лавочку и так же
бесформенно плюхнулся рядом. В Лейси энергии ничуть не убавилось, хотя мы
бродили по магазинам с самого утра. Оставив меня, она снова куда-то убежала, и
вернулась через несколько минут, когда я уже успел задремать. Она несла две
аппетитные на вид булочки, от чего мой рот тут же наполнился слюной.
— Слышал новости, что уже
известна дата подписания Договора? — спросила Лейси, вгрызаясь в свою булку,
пока я делал то же самое со своей.
Я просто пожал плечами, хотя
на деле был прекрасно осведомлён. Мы с Фаустом очень щепетильно отнеслись к
данному вопросу, ибо было не в моих интересах попадаться на глаза королю Эриану
в облике мальчишки из Асманта, а потом преклонять колени перед королевской семьёй
и принимать титул хранителя. В своём последнем письме отец подробно описал всё,
что ему было известно об акте благожелательности между тремя государствам,
известном как Договор Сотрудничества. Фауст отнесся к этой новости с лёгким пренебрежением,
и я, признаться честно, был склонен согласиться с ним. Мне как-то слабо
верилось, что после стольких лет затворничества империи, Эшир и Роккен смогут
так легко принять Асмант с распростёртыми объятиями и наоборот. На то чтобы восстановить
былые приятельские отношения потребуются годы, может даже века.
А они решили подписывать
этот Договор через три дня!
— К нам приедут делегации из
Эшира и Роккена, — продолжила Лейси, болтая в воздухе ногами. — На главной
площади устроят парад в их честь. Мэвиан хочет сходить и посмотреть.
«Идея дрянь,» — подумал я,
но вслух ничего не сказал.
Как бы мне не хотелось
отказывать Мэвиану и Лейси, но так рисковать я не мог. Мало того меня мог
случайно заметить король, так была вероятность встретить кого-то из знакомых.
При королевском дворце их было не мало… Но больше всего я опасался, что
ненароком встречусь с Маркусом Фернестом. Первый принц, наследник трона и будущий
король, он точно будет присутствовать на этом мероприятии. А я не был уверен в том,
как отреагирую на появление когда-то близкого мне друга. Пусть этот самый друг
и не помнил меня.
Нужно было дождаться, когда
этот фарс с Договором подойдёт к концу и незаметно покинуть Асмант до
наступления осени. А потом попытаться притвориться, что этих сумасшедших шести
лет не было вовсе, и безропотно принять свой долг. Сменить отца, и вместо него
носить гордое звание хранителя.
Звучало это всё конечно прекрасно,
но меня не покидало неприятное чувство, тёмное, склизкое, давящее изнутри. Готовность
к чёму-то неизбежному.
Лейси толкнула меня в плечо,
и я вздрогнул, подняв голову.
— Не засыпай, когда я говорю
с тобой! — пожурила она и я виновато улыбнулся.
— Прости… Так что ты говорила?
Она недовольно цокнула и
покачала головой, а я чуть не уронил свою булочку.
— Парад! Я говорила о параде
в честь делегации! Мы же пойдём вместе?
Сжав тёплу булочку, я
покачал головой:
— Извини, но не думаю что
смогу… Фаусту нужна помощь по дому, а Архи одна не справится.
Плечи Лейси понуро опустились,
и я заметил, как она старается не выдавать своего огорчения.
— Ну, — выдохнула она после
короткой паузы. — Тогда ничего не поделаешь, да?
Я усмехнулся; не заметить надежды
в её голосе было трудно.
— Да, придётся ждать
следующего Договора.
Лейси тихо рассмеялась и
спрыгнула с лавки. Потом указала мне на лежащие рядом вещи.
— Вставай, чего расселся!
Нам ещё много чего надо купить. Раз уж ты не пойдёшь с нами смотреть на делегацию,
то сегодня я украду всё твоё время.
И правда, ей невозможно было
оказать.
— Всегда к вашим услугам, —
пробурчал я, и мы двинулись к очередному магазинчику, пока весеннее солнце
согревало землю и готовило нас к встрече с королями.
Лейси звонко щебетала весь остаток
пути и, слушая её, я позволил себе немного расслабиться. Всего-то три дня. Что
может пойти не так?
*