Глава 28 — Подготовка к балу. Часть 2.

Даже после слов Сильвы, Ахерон все равно не отошел от сестры, продолжая прикрывать ее и твердо смотреть в глаза матери. Он понимал ее гнев, так же, как и понимал, что позже она сама пожалеет о содеянном, ведь по натуре была слишком добрым человеком.

— “Разве можно изменить хоть что-нибудь, отвечая злом на зло? Я простил сестру и не злюсь на нее, чтобы она смогла понять... чтобы ее сердце смогло понять.” — Ахерон про себя мог лишь печально вздохнуть.

Сильва то и дело смотрела на сына, как и все не прекращающую умолять простить сестру Камелию, отчего могла лишь покачать головой и выйти из комнаты, что-то бубня себе под нос.

Увидев, что мать наконец ушла, Камелия тут же подбежала к сестре, тут же начав ее успокаивать и подбадривать. Ахерон же в свою очередь тоже повернулся, лишь неловко смотря на сестру, тело которой было покрыто синяками и ссадинами. Даже ее красивое лицо, было немного искривлено опухшей и покрасневшей щекой.

— Спасибо, что заступился за меня... в очередной раз. — Вытирая слезы Амелия могла только тихо проговорить, искренне благодаря брата.

Ахерон же в этот момент лишь неловко кивнул на слова сестры. Ему хотелось сказать больше, как-то подбодрить ее, однако слова словно застряли в горле, не способные увидеть света. Ему было крайне неловко из-за слишком сильных перемен. Только недавно сестры не давали ему спокойно жить, то и дело провоцируя и пугая, тогда как уже сейчас он должен был успокаивать и защищать от разъяренной матери одну из них.

— Не за что... Н-ну я пойду... пока... — Едва спешные слова сорвались с уст Ахерона, как он следом незамедлительно вышел из комнаты, закрывая распахнутую дверь и оставляя девушек одних, наедине друг с другом.

Он чувствовал, что Амелии так или иначе нужно было прийти в себя, а они не были так близки, чтобы он утешал ее, зато Камелия была всегда рядом с ней. Так она по крайней мере не будет чувствовать неловкость... впрочем, как и он сам.

— “По крайней мере она не одна...” — Покачав головой, Ахерон тут же последовал за матерью, однако только спустя минуту понял, что даже не знает куда та пошла. Он мог лишь вновь негодующе спрашивать слуг, пока один из них вновь ему не помог, показав куда направилась баронесса.

Неспешно ступая по коридорам поместья, Ахерон то и дело подмечал небольшие изменения. Слуги, которые раньше свободно ходили по поместью, сейчас всегда передвигались небольшими группками. И даже в комнатах, ранее населенных лишь парой человек, ныне обосновалось намного больше.

— Странно... — Тихо прошептав, Ахерон направился дальше по коридорам, не желая слишком много размышлять на эту тему. У него и так хватало своих забот, а с этим пусть разбирается Августо.

— Что именно странно? — Не прошло и мига, как грубый мужской голос вдруг неожиданно раздался прямиком со спины Ахерона, заставляя его вздрогнуть и резко обернуться назад.

К его удивлению, всего в паре метрах от него, именно там, где он прошел буквально несколько мгновений назад, облокотившись на стену стоял никто иной, как рыцарь Дирк.

— Сэр Дирк... — Неловко улыбнувшись, Ахерон тут же кивнул мужчине, в душе негодуя о его действиях, ведь он изрядно испугался неожиданным голосом со спины. — Что вы тут делаете?

— Гуляю. — Усмехнувшись, Дирк следом внимательно посмотрел на Ахерона, незаметно присматриваясь к его левой руке и продолжая спрашивать, словно бы невзначай. — Ты так и не ответил на вопрос. Что именно показалось тебе странным?

Услышав слова Дирка, Ахерон мог только с интересом посмотреть на рыцаря. Для него этот мужчина всегда производил какое-то особое, скрытое впечатление. Не менее впечатляло и количество оружия, навешанное на нем. Два меча и дюжина кинжалов, рассортированных тут и там, казались, чересчур броскими.

— Просто действия слуг показались мне слегка необычными, но думаю Августо и сам разберется с этим. — Ахерон лишь пожал плечами, не особо размышляя и отвечая на вопрос как есть.

Хотя подобные вопросы в сторону дворянина считались грубостью, он не возражал. Дирк всегда вел себя подобным образом, да и в любом случае он не возражал об отсутствии учтивости к нему, считая это тратой времени. На самом деле почти все рыцари так или иначе называли его лишь по имени.

— Вот оно как... ясно. — Дирк лишь кивнул, уже переводя взгляд на небольшую трещину в потолке, в которую спустя пару секунд забралась небольшая сороконожка.

— Да... эм... я пойду, Сэр Дирк, мне еще нужно увидеться с мамой. — Неловко пробормотав, Ахерон мог только попрощаться с рыцарем, продолжая идти дальше по коридору.

Дирк же в свою очередь даже не стал что-либо говорить, продолжая смотреть в потолок, тогда как лишь легкий кивок головы был его ответом. Он уже узнал что хотел, поэтому вести диалог дальше не имело большего смысла.

Спустя несколько минут неспешной ходьбы Ахерон наконец смог найти Сильву, которая оказалась в своей комнате вместе со служанками, которые то и дело показывали ей различные платья. Неспешно войдя внутрь, он не медлил, тут же начиная говорить:

— Мам... хочу с тобой поговорить.

— Ахерон если это на счет Амелии, то давай не будем. Я больше не собираюсь трогать ее, не переживай. — Улыбнувшись вошедшему сыну, Сильва тут же перевела взгляд обратно к показанным платьям, тогда как слуги уже продолжили свою работу, лишь на миг отвлекаясь на поклон.

Ахерон был рад услышать второе предложение матери, однако он пришел сюда совсем по другому вопросу. То, что она не собиралась больше трогать Амелию он понимал и сам, ведь это было своего рода единоразовое вымещение злости, да и его мама была очень добрым человеком. Он уверен, что уже сейчас она скорее всего жалеет, что ударила дочь.

— “Хорошо, что папа видимо решил не видеться с Амелией первое время... не знаю сдержал бы он гнев увидев ее.” — Ахерон недолго размышлял, но спустя несколько мгновений тут же отбросил ненужные мысли прочь, вновь переводя взгляд на мать. — Я хотел поговорить не об Амелии, а о предстоящем бале. Возможно, ты уже знаешь, но я согласился с папой о том, чтобы сходить с вами.

Едва Сильва услышала сына, как тут же будто просияла, однако посмотрев на его руку не могла ни нахмуриться. Хотя она была рада, что он решил пойти и немного развеяться, проблема с его почерневшей ладонью и знаком беспокоила ее, так же, как и Демиана, хотя тот и не показывал, насколько именно.

— Конечно, Ахерон, давай поговорим. Бал будет уже через три дня, так что ты хотел обсудить?

Ахерон тут же немного застеснялся, не зная, как правильно преподнести маме новые известия. Он даже не был уверен, как она отреагирует. Может будет недовольна? А может и вовсе откажет...

— Н-ну тут такое дело... я как бы... ну...

Видя, что сын то и дело колеблется, одновременно с этим поглядывая на служанок, Сильва могла только слегка усмехнуться, прося при этом последних выйти за дверь и ждать снаружи.

— Ахерон не волнуйся, просто скажи мне. — Договорив, Сильва тут же тепло улыбнулась сыну, давай понять, что он может говорить свободно.

Видя улыбку на лице матери, Ахерон собрался с мыслями, решая говорить, как есть, ничего от нее не утаивая. Все же без ее помощи он никак не сможет обойтись, а чтобы она помогла, не было другого выбора кроме как посветить ее во все детали.

— Просто... я обещал Лисе, что она пойдет со мной на бал, но не как служанка... Ты можешь помочь с этим? Пожалуйста... — Ахерон немедленно перешел к делу, то и дело слегка запинаясь, а его глаза, полные ожидания следом уже взглянули на слегка удивленную мать.

Сильва же в этот момент смотря на слишком серьезное и смущенное лицо сына не могла не рассмеяться, отчего тот почувствовал себя еще более смущенным, однако даже прежде, чем он успел сказать хоть слово она уже дала свой ответ.

— Конечно, если ты так хочешь, то я помогу, ведь тут нет особых проблем. — Слова Сильвы тут же вызвали радость у Ахерона, однако после ее следующих слов он тут же захотел провалиться сквозь землю, сгорая со стыда. — Ахерон только скажи мне честно... ты влюбился в эту служанку?

— Ч-что...? Т-ты, о чем мам... — Испуганно пробормотав, Ахерон мог только ошеломленно взглянуть на мать, тогда как его глаза сейчас так и вовсе напоминали блюдца, словно он услышал какой-то невиданный доселе секрет. — Я ч-что сделал...? В-влюбился...? Нет... к-конечно нет!

Язык Ахерона сейчас заплетался как сумасшедший, тогда как каждое слово, вылетевшее из его рта, было произнесено с заиканием. Даже его лицо покраснело как переспелый помидор, отчего Сильва не могла не рассмеяться пуще прежнего тут же подходя к сыну и ласково обнимая его.

— Я же просто спросила, дурачок. Чего ты так переживаешь? — Усмехнувшись, и едва сдерживая еще больший смех из-за реакции сына, Сильва могла только попытаться его успокоить.

Ахерон же сейчас так и вовсе не находил себе места после всех слов матери, но спустя пару мгновений осознав, что ведет себя слишком уж странно тут же успокоился, приводя мысли в порядок.

— Да не переживаю я... — Пробурчав под нос, Ахерон мог только взглянуть на мать исподлобья, следом уже слегка отстраняясь от ее бесчисленных поглаживаний и объятий. — Ну в общем если ты согласилась помочь...

— У нее будет собственное приглашение, и на время бала она будет не служанкой, а дворянкой. Своеобразный маскарад, который вы оба должны будете поддерживать, согласен?

Услышав слова матери, Ахерон тут же закивал, словно курица, клюющая зерно. Он был рад, что мама сможет ему помочь, ведь сам он бы точно не смог раздобыть приглашение на чужое, тем более дворянское имя.

— Тогда ей наверно нужна одежда... ну там платье... — С каждым словом Ахерону становилось еще более неловко, чем уже есть, однако раз он дал слово, то просто не мог остановиться на пол пути, как бы стыдно ему ни было.

— Я сама завтра со всем разберусь, можешь идти отдыхать. — Видя неловкость сына, и как он не может найти себе место во всем этом деле, Сильва могла только улыбнуться и потрепав его по голове спровадить наружу.

Как только Сильва выпроводила Ахерона из комнаты, служанки, стоящие там сразу же зашли обратно, тогда как сам Ахерон простояв пару минут и обдумав прошедший с мамой диалог мог только прикусить губу от неловкости и направиться обратно в свою комнату. Он действительно сильно устал, а тело ломило от боли, ведь сегодняшний день оказался слишком уж насыщенным.