Глава 37 — Опора дома(1)
Хон Ёнхва, высунувшись из-за двери, неловко улыбнулась. Она помахивала пакетом в руке, пока её взгляд не остановился на моём лице.
В то же мгновение она застыла. Её зрачки задрожали, словно при землетрясении, лихорадочно изучая каждую черту моего облика. Уголки губ мелко затрепетали.
— Что с тобой?.. Почему ты так выглядишь?
«?»
Пакет безвольно выскользнул из её рук и шлёпнулся на пол. Хон Ёнхва подскочила ко мне и крепко сжала мои щеки ладонями. Мои губы выпятились, придав лицу глупое выражение.
На неё саму было больно смотреть — казалось, её сердце вот-вот разорвется от жалости. Голос девушки дрожал:
— Ну как же так... Что с твоим лицом? От тебя же в пол-лица осталось...
Жмяк... Жмяк...
Скорчив плаксивую мину, будто случилось нечто непоправимое, Хон Ёнхва принялась методично тискать мои щеки. Через её ладони передавалось мягкое тепло.
Прежде чем я успел хоть как-то отреагировать, она охнула и резко вскочила. Схватив упавший пакет, она принялась в нём рыться и один за другим совать мне какие-то пузырьки.
— Вот, возьми. Здесь средства от усталости и общеукрепляющие... Самые простые, их легко принимать. Я принесла это как гостинец больному, так что обязательно выпей.
Мир, где существуют мана и магия. Мир, где питательные добавки, которые в моём прежнем мире были лишь маркетинговым ходом, обладают реальной силой.
Выпьешь — и концентрация растёт. Усталость испаряется, а жизненные силы восстанавливаются... Благодаря алхимии такие препараты производятся массово.
Пусть это и не легендарные эликсиры, но среди лекарств, созданных путём смешивания различных ингредиентов, есть немало по-настоящему действенных. Скорее всего, в программу Свободного семестра даже включены несколько часов основ алхимии.
Вещи, которые протянула мне Хон Ёнхва, относились именно к этой категории. Я отрешённо слушал её объяснения, принимая очередной флакон.
Проверяя этикетку с помощью «Пространственного восприятия», я невольно вздрогнул, заметив знакомый логотип.
«Анимо Вигор» (Ánĭmovĭgor).
Продукт, который первоклассные алхимики создают с величайшим усердием, из-за чего его поставки крайне ограничены. И одно я знал точно: цена за одну такую штучку была заоблачной.
На данном этапе игры рядовой игрок вряд ли мог себе такое позволить. Дрожащими пальцами я набрал текст на смарт-часах:
[Это ведь очень дорогие вещи?]
— А? Нет-нет. Я специально выбирала что попроще, чтобы ты не чувствовал себя обязанным. Всё в порядке, пей на здоровье.
...Правда? Но бренд ведь точно тот самый.
Может, в этой реальности всё иначе? Я озадаченно наклонил голову. Хон Ёнхва сложила добавки обратно в пакет, поставила его на тумбочку у кровати и снова посмотрела на меня.
— Ох...
Она опять бросила взгляд на моё лицо. Тяжело вздохнув, она снова протянула руку и обхватила мою щеку.
— Да что же с тобой стряслось, что ты так осунулся... А?
Я искренне не понимал, почему она так реагирует на мой вид. «Пространственное восприятие» не фиксировало никаких критических проблем. Конечно, в последнее время я чувствовал себя неважно и немного похудел, но явно не до такой степени, чтобы вызывать подобную панику.
Выслушав мои краткие объяснения, Хон Ёнхва с ещё более печальным видом принялась разминать мои щеки.
«Хм...»
Какое-то время она продолжала меня тискать.
Ощущение было странным, трудноописуемым. Но одно я знал точно — мне это не не нравилось.
По канону у Хон Ёнхвы высокая температура тела. Всё из-за её уникальной способности «Адское Пламя». Её мана, которую можно назвать «энергией огня», сформировала её тело соответствующим образом.
Поэтому тепло, исходящее от её ладоней, было очень приятным. Ощущение мягкой кожи, нежно поглаживающей и сжимающей мои щеки, убаюкивало.
Пока она меня так тискала, я словно парил в облаках. Честно говоря, хотелось, чтобы это продолжалось вечно.
— ...Ой!
Прикосновение исчезло. Хон Ёнхва, которая в какой-то момент уже обеими руками самозабвенно мяла моё лицо с отсутствующим видом, внезапно вскрикнула и резко отдернула руки.
Тепло ушло. На смену нежным ладоням пришёл прохладный воздух.
Я невольно приоткрыл рот от разочарования. Только я начал наслаждаться процессом, как она прекратила. Чувство было такое, будто у меня отобрали долгожданный подарок.
Однако мне не хватило наглости попросить её продолжить, поэтому я просто молча закрыл рот.
— Кхм-кхм.
Смущенно откашлявшись, Хон Ёнхва мельком глянула на время. Час обеда давно миновал. Немного поколебавшись, она спросила:
— ...Может, мне побыть с тобой ещё немного?
[Всё в порядке. Мне уже лучше, я и сам собирался уходить.]
Это не было ложью. После её «терапии» моё состояние действительно стабилизировалось.
Хон Ёнхва внимательно всмотрелась в моё лицо. Словно пытаясь понять, не обманываю ли я её, она в конце концов кивнула.
***
Выписавшись, я вместе с Хон Ёнхвой направился к библиотеке.
[Я же сказал, что прекрасно вижу дорогу. Мне не нужен провожатый.]
— Да я и сама хотела немного прогуляться, так что всё нормально.
Если бы она настаивала на помощи, я бы отказался, чтобы не обременять её, но против прогулки возразить было нечего.
До заката было ещё далеко, и солнце щедро заливало всё вокруг своим светом.
Приближалось время, когда у других групп заканчивалась практика в подземельях. С помощью «Пространственного восприятия» я чувствовал, как уставшие курсанты медленно возвращаются в корпус.
— ...Я пробовала, там неплохо. Да и другие блюда в меню достойные, как-нибудь сходим вместе.
[Хорошо. Буду ждать.]
— Арин заказала какой-то «Шоко-Делюкс», но он оказался приторно сладким, мне не зашло. И как она только ест такую сладость?
— ......
По пути мы болтали о всякой чепухе. Хон Ёнхва рассказывала, как они с Пэк Арин и другими подругами бездельничали в кафе. Я поддакивал её описаниям десертов, но внутри невольно напрягся, услышав знакомое имя.
«Пэк Арин».
Наследница клана Чангэ и лучшая подруга Хон Ёнхвы.
Они познакомились ещё в детстве благодаря связям между их семьями. Несмотря на почти противоположные характеры, они каким-то образом поладили и стали не разлей вода.
Кроме того, Пэк Арин была живым воплощением идеала — «совершенством в науках и воинском искусстве».
Лучшая ученица 122-го потока Сиёлам.
Максимальный балл по всем теоретическим дисциплинам.
В боевых искусствах — вторая, сразу после Хон Ёнхвы.
В отличие от Хон Ёнхвы, за которой закрепилась слава «Бешеной Псины», репутация Пэк Арин была безупречной. Вечная улыбка на лице, живая, но при этом мягкая манера речи — она всегда приковывала к себе взгляды.
Благодаря своему пониманию и эмпатии она выстраивала идеальные отношения с окружающими, становясь душой любой компании. Если прямолинейный и дерзкий характер Хон Ёнхвы кому-то нравился, а кого-то отталкивал, то Пэк Арин вызывала симпатию практически у каждого.
«......»
По крайней мере, так говорили слухи. И так её оценивали окружающие. В первом прохождении я и сам так думал.
Первая итерация была временем, когда я пробивал лбом стены, пытаясь разобраться в игре. У меня не было опыта, и я не умел эффективно развиваться. В итоге на следующей неделе в Башне Роста я не смог справиться с трудностями и вылетел оттуда в рекордно короткие сроки. После этого я постоянно сталкивался с неудачами, и то прохождение стало самым слабым из всех.
Тогда Пэк Арин полностью соответствовала своей репутации. Да, порой она бывала неожиданно суровой, но в целом оставалась персонажем, совершающим добрые дела в гибнущем мире.
Однако к восьмому прохождению моё мнение о ней несколько изменилось.
— Ой.
Хон Ёнхва негромко вскрикнула. За разговорами время пролетело незаметно, и мы уже дошли до библиотеки. Я заранее сказал ей, что иду заниматься магией.
[Спасибо, что проводила.]
— ......
Когда я вежливо поклонился, Хон Ёнхва погрузилась в раздумья. Казалось, она хочет что-то сказать. Я озадаченно наклонил голову.
Поколебавшись, она открыла рот:
— Слушай... Если хочешь, я тоже мо—
Динь!
Хон Ёнхва осеклась. Раздался чистый звук уведомления. Источником были смарт-часы на её запястье.
— Да чтоб тебя..! И-и-ик... Погоди секунду.
Скривившись, она начала было ругаться, но тут же спохватилась и мельком взглянула на меня. Затем она поспешно отвернулась.
...Хотя для меня это не имело смысла — я и так всё видел. Серьёзно, почему никто не понимает, как работает «Пространственное восприятие»? Даже если ты отвернёшься, я всё равно всё вижу...
Хон Ёнхва нахмурилась, глядя на экран часов. Из уважения к частной жизни я не стал считывать информацию с её голограммы.
Посверлив взглядом экран, девушка обернулась. За то короткое мгновение, что она стояла спиной, её мягкое выражение лица успело смениться на деловое.
— ...Ничего особенного. Мне тоже пора. Увидимся завтра утром.
[Да, спасибо ещё раз.]
Я решил промолчать о том, что всё видел. Чутьё подсказывало, что лишние вопросы сейчас ни к чему.
Хон Ёнхва полным тоски взглядом провожала Ли Ха Юля.
Словно почувствовав её взор, Ха Юль озадаченно наклонил голову, почесал затылок и решительно скрылся в дверях библиотеки.
— Ха-а...
Вздох вырвался сам собой. От досады хотелось выть. Если бы не это уведомление, она бы точно напросилась посидеть с ним...
Хон Ёнхва сердито уставилась на ни в чём не повинные часы. Срывая злость на гаджете, она с силой застучала по голографической клавиатуре.
[Установка связи с контактом «Госпожа Чхве Джиён»...]
Ту-у... Ту-у... Щёлк.
Гудки прекратились. Вскоре в ушах Хон Ёнхвы зазвучал женский голос.
— Надо же, дочка, от которой обычно и весточки не дождешься, сама звонит?
Голос был похож на голос самой Ёнхвы, но звучал более зрело и властно.
Чхве Джиён. Мать Хон Ёнхвы не скрывала радости от звонка.
— А я-то думала, ты о матери только к третьему курсу вспомнишь.
— Да ладно тебе, не так уж редко я звоню.
— Неужели? А ты подумала о чувствах матери, которая узнаёт новости о собственной дочери от посторонних людей?
— Ой, всё, забудь. Я по делу звоню.
— Неблагодарная девчонка.
После короткой перепалки Хон Ёнхва перешла к сути:
— Помнишь тот эликсир, что я принимала? У нас ведь остался ещё один такой же? Пришли мне его.
Эликсиры делятся на два основных типа. Природные — те, что созрели в естественных условиях, и искусственные — созданные путём переработки и смешивания различных ингредиентов.
Эликсир, о котором говорила Хон Ёнхва, был природным. Точнее, очищенным природным эликсиром.
Найти природный эликсир крайне сложно, но его эффективность оправдывает любые поиски. Говорят, что увидеть настоящий природный эликсир не дано даже тем, чьи предки три поколения копили добродетель.
Однако была одна проблема: их сила настолько велика, что неподготовленный человек, рискнувший принять такой эликсир, может запросто отправиться на тот свет. Поэтому их подвергают обработке, чтобы сделать употребление «безопасным».
Это ювелирная работа. В мире найдётся лишь горстка мастеров, способных изменить то, что создано самой природой.
Алхимик, с которым сотрудничал клан Адского Пламени, был как раз из таких редких умельцев. Благодаря этому Хон Ёнхва часто имела дело с очищенными природными эликсирами.
Но даже для неё принимать их постоянно было нагрузкой на организм, да и для развития навыков это не всегда полезно, поэтому на складах скопилось приличное количество запасов. В любом случае, это были её доли, предназначенные ей по праву. И только она могла решать: выпить их самой или продать.
Когда она озвучила свою просьбу, на том конце провода повисла тишина.
«А?»
Озадаченная Ёнхва проверила связь. Соединение было стабильным. Она уже собиралась повторить вопрос, решив, что мать её не расслышала, как вдруг из динамика донёсся голос. На этот раз в нём не было привычной властности — лишь явственная дрожь.
— Послушай... Неужели ваши отношения зашли так далеко, что ты готова вынести из дома всё, вплоть до опорных балок, ради своего ухажёра?..
— Да какой, к чёрту, ухажёр, мама?! — в ужасе завопила Хон Ёнхва.