Глава 33 — Тот, кто справится

Макияж оказался совсем лёгким. Когда я был Им Хёнсоном, мне несколько раз делали нечто подобное.

Для мужчины средних лет, замученного переработками и недосыпом, кожа у меня была неплохая. По крайней мере, так говорили: исправлять почти нечего.

Поэтому я сел в кресло с беспечной мыслью: «Ну что ещё можно сделать с Чхон Исе? Он и так молод и красив».

— Исе, я сначала слегка протру вам лицо, а потом нанесу базу. Закройте глаза, пожалуйста.

К лицу на мгновение приложили тёплое влажное полотенце, затем провели холодным.

И всё? Я только успел об этом подумать, как визажистка принялась тереть мне лицо так, будто чистила рыбу.

— Ай.

От неожиданной боли я издал странный звук, и она рассмеялась.

— Господин Исе-е, нельзя же так обращаться с лицом только потому, что оно у вас красивое. Вы ведь дома за кожей совсем не ухаживаете? Пока молодые — ещё ничего, а потом всё шелушиться начнёт.

— Что?

Я растерянно переспросил, и Еджун тут же объяснил за меня:

— Ага. Хён даже кремом не пользуется.

— Ой, так нельзя! Увлажнение важно даже летом.

В итоге весь макияж я слушал лекцию о необходимости ухода за собой. Казалось, ещё немного — и кровь пойдёт из ушей.

Когда я поднялся из кресла с блестящим лицом, первым делом увидел Еджуна.

— Ах ты ж… зараза.

Наверняка именно он всё это время жаловался на меня.

Брат, который постоянно указывает, что делать, раздражает сильнее родителя, который просто ругает.

Я двинулся к Еджуну, сверля его взглядом. Тот взвизгнул и спрятался за Кёнхвой.

— Возьми себя в руки. У нас первая за долгое время групповая активность. Стой спокойно.

Вопреки ожиданиям, Кёнхва его не защитил, и Еджун обиженно заныл:

— Ну вот, хён! И это вся твоя забота о соседе по комнате?

— Какая ещё забота? Я тебя заткнуть пытаюсь, пока ты опять что-нибудь не устроил.

Кёнхва прищепкой с собственной одежды слегка зажал Еджуну губы.

Она была слабая и вряд ли могла причинить боль, но выглядел он до смешного нелепо.

— М-м! Что это вообще?!

Еджун вырвал прищепку и убежал к кондиционеру. Сонвон, всё это время наблюдавший за ними, вздохнул с таким видом, будто устал от чужой глупости.

— Предварительная встреча начинается в половине второго, да?

После макияжа мы собирались пообедать в машине и сразу ехать в офис телестанции.

Заранее приготовленные салаты я сложил в холодильный контейнер в багажнике, чтобы они не испортились.

Я думал, раз за нами прислали минивэн, значит, у группы есть собственная машина. Но даже она оказалась общей…

«Не ешьте ничего пахучего: вечером машину забирают на другое расписание».

Какими бы плохими ни были дела у агентства, Floss приносила огромные деньги. Можно же было хоть немного вложить… Дойдя до этой мысли, я покачал головой.

Наверняка они уже вложили миллиарды. И если не вернули даже половины, неудивительно, что на нас экономили.

С неприятным привкусом во рту я ждал, пока закончат с Сону.

— Эм… Мы давно так не собирались… Разве не странно? Мне ещё и тейпы наклеили…

Сону вышел из гримёрной с неловкой улыбкой. Волосы ему слегка приподняли, добавив объёма.

Умелый макияж скрыл даже остатки детской округлости лица, и теперь он походил на ожившую куклу.

Парик ему был не нужен: с первого взгляда его легко можно было принять за участницу женской группы. Настолько он был красив.

— Ух ты. Это уже безумие какое-то.

Еджун, до этого не перестававший нас дразнить и получать в ответ злые взгляды, тихо присвистнул.

Остальные не выражались так прямо, но, похоже, были с ним согласны.

Даже дома, ничего не делая, Сону невольно привлекал внимание. После полноценной подготовки его красота и вовсе казалась почти нечеловеческой.

«Пожалуй, пора проверить характеристики».

Стоило подумать об этом, как появилось окно статуса.

╭─ Профиль персонажа│ Имя: На Сону│ Возраст: 21 год├─ Навыки│ Усиление: после активации калорийность одного приёма пищи становится нулевой│ Стоимость использования: 10 очков├─ Параметры│ Внешность: A (SS)│ Вокал: A│ Танец: B│ Сценическое мастерство: B│ Обаяние: B (A)│ Речь: D├─ Примечание│ В скобках указана характеристика до коррекции.╰─

Я думал, у него будет как минимум S.

Если это всего лишь A, то как тогда выглядит SS? Я даже представить не мог.

Хотя у меня и Сонвона некоторые показатели тоже превышали A. Критерии выставления рангов оставались загадкой.

Если моё состояние когда-нибудь восстановится до прежнего SS, неужели я смогу одной внешностью заставлять людей влюбляться?

— Хорошо, что это радио с видеотрансляцией.

Сам эфир шёл только в аудио, но происходящее в студии одновременно показывали на YouTube.

Сону следовало посадить туда, где его лучше всего видно.

После прошлого прямого эфира его уже запомнили как красивого участника, который умеет разговаривать. Наверняка к нему начали присматриваться.

— Только не перехваливайте меня.

Даже смущённый, он не выглядел жалко. Напротив, в этом проявлялось его особое обаяние.

С таким лицом он наверняка знал, что красив.

Тем удивительнее было, почему он каждый раз так стесняется.

Впрочем, на предварительной встрече нам предстояло обсудить будущие реплики. Оставалось только дождаться выезда.

«Лишь бы Кан Югон не выкинул ничего странного».

Работа на телевидении и радио казалась короткой только со стороны. На деле она занимала полдня.

Я ещё раз просмотрел сведения о Кан Югоне, пытаясь найти что-нибудь, что могло пригодиться в разговоре.

До самого выезда я спокойно листал телефон.

***

Около половины первого мы решили отправиться заранее.

Поели в машине очень осторожно, боясь просыпать крошки, и вскоре впереди показалась высокая башня.

«Главное здание телестанции NBS».

Когда я был Им Хёнсоном, несколько раз заходил лишь в старый корпус. Здесь оказался впервые.

— Так, поднимаемся в офис на седьмом этаже и ждём там. Все быстрее.

Нас и без того воспринимали как чужаков. Портить впечатление ещё и опозданием было ни к чему.

Мы быстро вышли из машины и вошли в здание.

Наверное, из-за дневного времени вокруг почти не было знаменитостей — только продюсеры и сотрудники, занятые работой.

Чем ближе лифт поднимался к седьмому этажу, тем сильнее ощущалось напряжение среди участников.

Совсем без работы мы не сидели, но всей группой почти полгода нигде не появлялись.

Разряжать обстановку дурацкими шутками я не умел.

Я бесстрастно смотрел в окно лифта, пока взгляд не упал на Сонвона.

«Ну и тип».

Я мысленно выругался и отвернулся. Будь он тоже напряжён, это выглядело бы даже мило. Но Сонвон сохранял спокойное, непроницаемое лицо.

Вскоре лифт остановился на седьмом этаже. Кажется, нам нужна была комната 703.

Но внутри никого не оказалось.

— Что?

Менеджер растерянно достал телефон и кому-то позвонил.

— Да, да, Сынчхоль-хён. Ты знаешь, где Югон? Что? Нет, мы сейчас в переговорной «Юну-ра».

«Юну-ра» было сокращением от «Радио Югона, которое слушают глазами» — программы, куда нас пригласили.

— Здесь никого. Может, Югон ненадолго вышел, но его вещей и материалов тоже нет.

В комнате стояли только стол на восемь человек, достаточно длинный диван, чтобы на нём мог растянуться человек выше ста восьмидесяти, и белая доска.

— Наверное, что-то случилось.

Еджун беззаботно откинулся на диване.

— Мы всё равно приехали раньше. К началу встречи он наверняка появится.

Оставалось ждать.

Прошло полчаса, потом час, потом полтора. Югон так и не пришёл.

— Чёрт. Опять трубку не берёт.

Менеджер почесал голову и тяжело вздохнул. Волосы у него и без того заметно редели.

— Уже два часа. Это нормально? — спросил Кёнхва, тревожно поглядывая на телефон.

— С половины третьего начнётся подготовка, так что нет, ненормально. Встречу, похоже, провести уже не успеем. Хотя бы сами обсудите, о чём будете говорить.

Но как обсуждать, если нам даже не объяснили, по какой схеме пойдёт программа?

Пока мы беспомощно переглядывались, в комнату, запыхавшись, вбежал ответственный продюсер.

— Простите. Югон только вышел из дома и уже едет. К эфиру, скорее всего, успеет, но встречу провести не получится.

Не «скорее всего не получится». Она уже сорвалась.

— С Югоном что-то случилось? — осторожно спросил Кёнхва.

Продюсер ответил с крайне неловким выражением:

— Нет. Он просто… перепутал расписание.

Менеджер ещё мог соврать, прикрывая артиста. Но продюсеру защищать его было незачем.

Мы все помрачнели. Следовало догадаться ещё тогда, когда Югон исчез и сорвал график нашего камбэка. Нормальным его не назовёшь.

— Понятно. Тогда дайте хотя бы материалы к сегодняшнему эфиру. Или кью-лист.

Я успокоился и попросил документы. Продюсер передал мне папку, которую держал под мышкой.

— Не знаю, как Югон решит вести эфир, но обычно мы работаем так. В два пятнадцать вы садитесь в студии и сразу проводим проверку камер.

— Хорошо. Тогда идём вместе.

Я взглянул на Кёнхву. Тот буквально кипел от злости.

Но злость не освобождала нас от работы.

Нельзя отвечать безответственностью на безответственность Югона.

— Пойдём, Кёнхва.

На ходу просматривая кью-лист, я вместе со всеми вошёл в студию. Повсюду стояли камеры и микрофоны.

На радио я никогда не появлялся, тем более на прямой видеотрансляции.

— Где хотите сесть? — спросил сотрудник, подводя нас к гостевым местам.

— Какое место лучше всего попадает в кадр?

— Вот это. Третье.

— Тогда туда сядет Сону.

— Хорошо!

Сону послушно кивнул. Кёнхва, ничего не говоря, занял место как можно дальше от ведущего.

— А вы где хотите? — спросил я Еджуна и Сонвона.

Еджун опередил его:

— Я сяду рядом с ведущим!

— А я — куда угодно, только не рядом с ним.

Так моё место естественным образом оказалось между Сону и Еджуном. Оба были разговорчивыми, и я заранее почувствовал, как устанут уши.

Мы закончили короткую проверку камер. До выхода в эфир оставалось меньше десяти минут, когда дверь студии распахнулась.

— А-а, простите. Выключил будильник и снова уснул.

Он извинялся, но раскаяния в голосе не было. Всё звучало легко и непринуждённо.

Наконец явился главный герой сегодняшнего дня.