Глава 45 — Ты моя дочь, которую я очень люблю.

К счастью, никто не знал, что это я уничтожила ту атаку. Оскар, не раздумывая, сжал меч и встал передо мной, когда мы вышли из кареты.

— Мейбл, всегда будь рядом со мной. Я обязательно тебя защищу.

— Холосё.

Я ответила честно и постаралась не терять бдительность.

Я должна защитить Оскара.

Я понимала, что он хочет защитить меня, но Оскар был ещё маленьким мальчиком. Поскольку у няни и Ларимы не было сил, мне предстояло защитить всех троих.

— Хах…

Истратив столько энергии на призыв дождя, я уже задыхалась после того, как уничтожила всего одну стрелу. Поскольку я всё ещё не могла оценить остаток своей божественной силы, мне нужно было использовать способности экономно. Кем бы ни были эти нападающие, они хорошо подготовились. Наши рыцари могли справиться с обычными противниками, но гигантские огненные шары были не тем, с чем они были готовы иметь дело.

— Нам нужно сначала добраться до Его Величества. Мы прикроем вас.

К первому рыцарю присоединились другие, и они выстроились в боевой порядок вокруг нас.

— Вы в порядке, Ваше Величество?

Цицеро появился, разрубив летящую в нас стрелу надвое. Он присоединился к строю, и я воздержалась от ответа, просто кивнув.

Оскар сказал мне не приближаться к нему, поэтому…

Цицеро выдавил улыбку и поправил хватку на мече. Оглянувшись, я увидела бесконечные волны нападающих, идущих на нас.

Откуда они вообще берутся?

Когда я сделала первый шаг, в нас полетел кинжал.

— И‑и‑и!

Оскар успел заблокировать лезвие, прежде чем оно поразило Лариму.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Д‑да…

Между нами и императором‑регентом была мешанина из повозок и людей. Из‑за значительных размеров процессии добраться до него быстро было невозможно.

Где он, чёрт возьми?

Меня беспокоило, что он не прилетел к нам в мгновение ока, учитывая сложившуюся ситуацию.

Любой человек беспокоился бы о другом человеке, верно? Я не то чтобы особенно переживаю за этого парня.

Когда мы медленно продвигались вперёд и я держала Оскара за руку, Цицеро резко обернулся с широко раскрытыми глазами.

— Ваше Величество! Берегитесь!

Я тоже обернулась и увидела человека в чёрном балахоне, бормочущего заклинание. Его глаза были устремлены на меня. Изо всех сил я толкнула Оскара в сторону. Он отшатнулся от неожиданного толчка, и сразу после этого…

— Мейбл!

Раздался мощный взрыв. Облако пыли поднялось вокруг меня, но боли я не почувствовала. Что‑то окутало меня прямо перед ударом. Открыв зажмуренные глаза, я увидела перед собой лицо Цицеро.

— Ваше Величество! Вы в порядке?

Кровь свободно стекала по его спине, а одежда была обожжена.

— Я в полядке.

— Какое облегчение.

Я посмотрела поверх Цицеро туда, где был маг, но никого не было — значит, он сбежал. Нас могли атаковать снова в любую секунду. Подумав, что нам нужно двигаться дальше, я заметила кое‑что краем глаза: меч Цицеро.

Я… я уже видела его где‑то.

Вспыхнуло воспоминание. Меч, пронзивший карету, имел на себе символ — тот же символ, что был и на мече Цицеро.

Не может быть.

Я стряхнула с себя пыль и встала, стараясь сохранить спокойное выражение лица.

— Спасиба.

Я попыталась уйти от Цицеро, пока он не заподозрил неладное, но…

— Неужели вы надеялись меня провести, Ваше Величество?

— Уф!

Цицеро схватил меня за шею, прежде чем я успела сопротивляться. Оскар, только что ставший свидетелем этой невероятной череды событий, издал изумлённый крик.

— Мейбл! Ты… ты…!

— Вам не стоит приближаться, принц, — предупредил Цицеро.

— Ты…

Цицеро приставил острый кинжал к моей шее; его угрожающий голос, обращённый к Оскару, полностью отличался от его обычного тона.

Он как будто другой человек.

Возможно, точнее будет сказать, что это и был настоящий Цицеро. Будучи шпионом, он умудрился вступить в Орден год назад, ни разу не вызвав подозрений. Это был поступок, достойный похвалы. Даже блестящий — я попалась на удочку и поверила, что я ему нравлюсь. И только что он превзошёл себя, приняв удар вместо меня.

Оскар, наверное, чутьём чувствовал его? Что ж, я не собираюсь оставаться в таком положении.

— П-помогите…

Притворяясь испуганной, я взглянула вниз и увидела, что большая часть травы под ногами сгорела от огненной магии.

Это немного проблематично.

Тем не менее лучше попробовать что‑то, чем ничего не делать. Я затаила дыхание и сосредоточилась.

Расти. Расти.

Тем временем Оскар и Цицеро стояли друг против друга. Даже окружённый другими рыцарями, Цицеро оставался спокоен. Оскар заговорил сквозь стиснутые зубы:

— Отпусти Мейбл.

— Нет, спасибо. У меня свои планы на императрицу.

— Ты… ты связпн с Девлином? — спросил Оскар.

— Девлин? Что такое Девлин? Я никогда о таком не слышал.

Цицеро усмехнулся, как будто дразнил его. Оскар стиснул зубы, но сумел сдержать гнев. Няня и Ларима стояли позади него, тревожно наблюдая. Не видя возможности для атаки, Оскар продолжал допрашивать Цицеро:

— О каких ещё планах ты говоришь?

— Я не обязан отвечать на твой вопрос.

— Ты уже окружён. Ты не сможешь сбежать, если придёт отец.

— Ха.

Изо рта Цицеро вырвался короткий смешок, эхом разнёсшийся по округе.

— Ах, прошу прощения, Ваше Высочество. Я не мог не рассмеяться над вашей жалкой угрозой. Слушайте внимательно, принц. Ваш отец не придёт. Более того, он не сможет ступить и шагу благодаря новому парализующему заклинанию, которое разработал мой хозяин.

Император‑регент парализован?

Я не могла в это поверить. В моём сознании император‑регент был практически неуязвимой силой. Он был мастером меча, как и Лисандро, так что его не должны были так легко вывести из строя.

Это ложь. Должно быть.

С другой стороны, что, если Цицеро говорит правду? Если бы он был в порядке, император‑регент непременно примчался бы сюда.

С каких пор… С каких пор я так поверила и доверилась императору‑регенту?

Я стиснула зубы, понимая, что сомневаться в себе во время кризиса не поможет.

Враг проник в наши ряды так глубоко.

Было бы ложью сказать, что я не была потрясена. Сначала нападение в самом дворце, а теперь шпион, внедрённый в наши самые доверенные войска. Кто бы ни стоял за всем этим, у них точно хватало смелости. В обоих случаях был один общий знаменатель: я. Почему я всегда должна быть мишенью?

— Цицеро.

— Да, Ваше Величество.

Хотя Цицеро был груб с Оскаром, со мной он говорил уважительно. Такое загадочное поведение раздражало меня, но я отбросила эмоции в сторону.

— Цицело… ты ужасен…

Сейчас был идеальный шанс выиграть время, притворившись невинным младенцем.

— Ужасен… Ну, я считаю себя хорошим человеком, но да. С точки зрения Вашего Величества, я могу показаться злодеем.

Ладно, он не помнит, сколько мне лет.

Настоящий младенец не понял бы ни слова из того, что он только что сказал. Если я хотела, чтобы Цицеро не замечал, что происходит у него под ногами, мне нужно было отвлекать его ещё немного.

— Что такое злодей?

— Это значит плохой человек.

— Значит, Цицело — плохой человек?

— Возможно. А возможно и нет.

— Тогда ты не мозесь стать холосим теловеком?

— Может быть.

Цицеро добросовестно отвечал на все вопросы, которыми я его засыпала. В конце концов Оскар открыл рот, нервно наблюдая за нашей перепалкой:

— Цицело, чего ти хотесь?

— Пока что я хочу похитить императрицу.

Неудивительно, что он пытался приблизиться ко мне. Всё это было притворством, чтобы усыпить мою бдительность. Спокойного, счастливого ребёнка легче похитить.

Кулаки Оскара побелели от напряжения.

— Значет, у тебя есть и длюгие пляни? (Значит у тебя есть и другие планы?)

— Хм. Они могут быть слишком жестокими для твоих юных ушей, Ваше Высочество. Вы уверены, что хотите услышать?

— Говоли.

— Изначальный план состоял в том, чтобы убить императрицу‑младенца здесь, а затем разобраться с твоим отцом. Я не ожидал, что меня так быстро раскроют. Должен сказать, вы довольно проницательны.

Спокойный тон Цицеро заставил мою кожу покрыться мурашками.

Убить меня?

Я подозревала, что у организатора всего этого были личные счёты с императором‑регентом. То, что сказал Цицеро, подтверждало это, поскольку меня должны были убить раньше отца, чтобы он знал о судьбе своей дочери. Шанс, что Абелардо хотел моей смерти, был равен нулю, что оставляло только одного подозреваемого.

Девлин.

В этот момент мои догадки превратились в уверенность. Я не могла больше тратить время на этого парня, который болтал о моём убийстве.

Гад. Ты покойник.

— Хах…

Как только я нервно выдохнула, в лесу вокруг нас началось нечто необычное.

Листья громко зашелестели, и из деревьев появилось ужасающее зрелище. Всевозможные насекомые: ползающие, летящие, прыгающие — все они двигались в одном направлении.

— А‑а‑а!

— Н‑насекомые!

От муравьёв, сороконожек и пауков до мух, комаров и жуков — все насекомые в округе откликнулись на мой зов. Я пыталась призвать и крупных зверей, но никто не пришёл; вероятно, животные поблизости разбежались от взрывов. Значит, у меня были только насекомые.

Насекомые! Прячьтесь!

Полчища жуков по моей команде набросились на Цицеро.

— Какого чёрта! Уф!

Даже если кто‑то не боится насекомых, любой испугается, увидев сотни жуков, бегущих на него. К сожалению, хотя я призвала только насекомых, энергия всё равно уходила. Это означало, что я израсходовала почти всю божественную силу, оставшуюся в моём теле.

Ещё один удар.

Я сжала кулаки и крепко зажмурилась. В тот же миг из земли вырвались корни и обвили ноги Цицеро.

— Какого чёрта! Что это такое!

Несмотря на лицо, покрытое маской из насекомых, Цицеро не отпустил меня.

Но он ослаб.

Я изо всех сил тряхнула руку Цицеро, и кинжал разрезал подол моей одежды.

— Куда, чёрт возьми, ты собралась!

Когда он уронил меня, его рука потянулась, чтобы схватить меня снова. Он промахнулся, и насекомые под нами расступились, открывая путь для моего бегства. Тяжело дыша, я побежала так быстро, как могла, но его рука всё же схватила меня за запястье в последний момент.

— Поймал!

Я обернулась и увидела улыбающееся лицо Цицеро. Насекомые не могли скрыть безумный блеск в его глазах. Хотя он и был скован насекомыми и корнями, этого было недостаточно, чтобы компенсировать разницу в силе между взрослым мужчиной и ребёнком.

— Мейбл!!

Я повернулась на крик и увидела Оскара, бегущего ко мне в замедленной съёмке.

Я умру?

Солнечный свет, отразившийся от его меча, ударил мне в глаза, заставив зажмуриться.

Я не могу умереть вот так… Какая глупая смерть!

Я собрала каждую каплю силы в своём теле и попыталась заставить корни обвить всё его тело, но они лишь немного подросли.

— Ха… Я планировал дать тебе быструю смерть, раз уж ты такая милая. Похоже, тебе всё же повезёт получить её !

Безумно смеясь, Цицеро обрушил свой меч вниз.

Я услышала звук лезвия, пронзающего плоть, но вспышки боли, которая должна была последовать, не было.

А?

Совсем не больно. Наоборот, я чувствовала, как что‑то тёплое окутывает всё моё тело. Даже после того, как я открыла глаза, мне потребовалась секунда, чтобы понять, что происходит. По какой‑то причине удар принял не я.

— …Мейбл.

Дрожащий голос произнёс моё имя. Он звучал так, будто кто‑то притворялся, что всё в порядке.

— Всё хорошо, Мейбл, — император‑регент улыбнулся. — Твой папа здесь.

Он улыбнулся, и его лицо быстро теряло цвет.

— Почему? Почему…? — закричал Цицеро.

Я видела это отчётливо: меч Цицеро вонзился в спину императора‑регента. Цицеро был более растерян, чем я, от этого поворота событий.

— …Возможно, это даже лучший результат?

Хмыкнув, Цицеро вытащил меч из тела императора‑регента. Тот закашлялся кровью, окрашивая мою одежду в красный, и рухнул. Мне казалось, что всё вокруг меня стало красным.

— Папа… Папа! — закричала я.

— Ваше Величество!

Оскар и рыцари побежали к нам. Цицеро, переглянувшись между мной и своим мечом, вздохнул и повернулся, чтобы бежать.

— Шпион уходит! Поймайте его!

Половина рыцарей бросилась в погоню за Цицеро. Тем временем дыхание императора‑регента становилось всё слабее.

— М‑Мейбл.

Его короткое хриплое дыхание звучало болезненно. Глядя на меня сверху вниз, его голубые глаза, которые с каждой секундой теряли свет, изогнулись в нежные полумесяцы. Я протянула руку и коснулась его, но мои руки почувствовали что‑то влажное. Дрожа, я опустила взгляд и увидела, что они пропитались кровью.

Я не могла понять этого человека. Ситуация была критической, но он принял удар на себя…

— Затем ты это сделял!

— Ха‑ха… ты… правда… спрашиваешь…

Он с трудом поднял руку к моему лицу, но она бессильно упала, едва оторвавшись от земли. На мгновение он поморщился, но затем снова улыбнулся.

— Ты… ты моя дочь.

— …Что?

— Ты моя дочь… которую я очень очень люблю.

Его дочь… которую он очень очень любит…

Я никогда не была так тронута такими словами. До сих пор моё предубеждение против нового отца проистекало из незабываемого воспоминания — когда любовь, которую я когда‑то считала непоколебимой, со временем угасла. В конце этого эмоционального распада последовали пренебрежение и жестокость.

Этот мужчина не должен был быть лучше, верно?

Но его преданность и любовь остались безусловными.

— Не плачь… Мейбл.

— Хм…?

Горячая слеза — которую я даже не заметила, как набежала, — упала из моего глаза на его щёку.

— Я… в порядке…

С последней дрожью его рука безжизненно упала набок.

Что только что произошло?

Я сидела неподвижно, онемев, а Оскар кричал на отца:

— Нет, отец. Пожалуйста!

— Ваше Величество…!

Даже няня и Ларима разрыдались.

— Папа?

Император‑регент не отвечал; его глаза оставались закрытыми. Я видела, как его грудь едва заметно поднималась и опускалась, но было ясно, что пламя его жизни опасно мерцает.

Я испытывала такое чувство однажды. Когда я была Юн Гёль. Это случилось зимой. В четыре года я отчаянно держалась за чью‑то руку той снежной ночью.

Не уходи…

Я буду хорошей девочкой…

Я буду есть совсем чуть‑чуть. Я буду мыть посуду и стирать.

Не бросай меня, мама.

Разве можно забыть спину, которая так безжалостно отвернулась от меня? Эта сцена навсегда останется в моих глазах: сцена того, как меня бросили. С тех пор я была одна и возвела стены между собой и другими людьми, чтобы никогда больше не чувствовать ничего подобного.

Он разрушил эти стены и впустил себя… И теперь он собирается оставить меня одну?

— Затем ты это сделял… — Я схватила его одежду своими маленькими руками. — Не уходи. Не оставляй меня адну.

— …Мейбл?

Я проигнорировала удивлённый голос Оскара и уткнулась лицом в руки императора‑регента, нет, моего отца, пока слёзы катились по моим щекам.

— Не оставляй меня адну… — рыдала я.

В тот самый момент из меня вырвалось что‑то, что, казалось, всё это время было заперто в моём теле. Подняв голову с отсутствующим взглядом, я увидела, как с неба падает странный светящийся порошок. По мере того как он опускался, моё тело начинало светиться.

Пока все в шоке смотрели на это световое представление, отец очнулся.

— …Мейбл.

Его тело было наполнено жизненной силой и чистотой, ни единой раны не было видно.

Все присутствующие стали свидетелями чуда в тот день. Дождь света окутал всю процессию, и таинственное тепло наполнило тела раненых. Свет исцелил все раны, даже на телах мёртвых. Этот свет лился с неба долгое время, пока внезапно не прекратился. Для всех это был момент, похожий на сон.