Глава 55 — Награда, от которой не отказаться — 2

Твёрдое решение так просто не ломается.

— В ванну!

— Обязательно!

Я честно пытался не смотреть на появившееся перед глазами окно задания.

Всего неделю назад я решил больше не облегчать Михаилу жизнь. Ему пора было расти самому — и головой, и телом. С нынешним Михаилом до финала романа мы бы просто не дожили.

Он каждый день рассуждал о справедливости. Вот и пусть ближайшее испытание наконец объяснит ему, что даже у доброты должна быть мера.

И дело вовсе не в том, что я хотел принять ванну с госпожой. Просто сегодня на ней было бельё такого цвета... Нет, неважно.

Я посмотрел на госпожу.

Она стояла в банном халате. Под тонкой тканью угадывалось чёрное бельё. Потягиваясь, госпожа подняла руки, и халат натянулся на груди.

— Идём!

Я окончательно убедился, что выбрал правильно.

— Забирайтесь, — сказал я и подставил спину.

Синее окно продолжало висеть перед глазами.

[Задание: «Спасите Юрию».]

Юрия исследует подземелье Хамель во время итогового экзамена Академии.

Во время испытания она обнаруживает в глубине подземелья тяжело раненого мужчину.

Его тело покрыто ранами, дыхание прерывается.

Добросердечная Юрия не может пройти мимо и решает оказать помощь. Михаил, состоящий с ней в одной паре, поддерживает её решение.

Они не знают, что раненый — уцелевший еретик.

Юрия в опасности.

Еретикам нужен целитель. Для них Юрия — редкая и ценная находка. Напав исподтишка, еретик уводит её на нижние уровни подземелья.

По исходному сценарию Юрию должен спасти Михаил, однако его нынешнее физическое и душевное состояние вызывает сомнения.

(!) Спасите Юрию.

○ Вероятность спасения без участия пользователя: 70%

Награда: сопротивление чёрной магии, ур. 4

Михаил: начальная аура (C)

Юрия: симпатия +40

При провале: симпатия всех студентов Академии, кроме Ханны Хистания, −30; ранение Юрии; ранение Михаила

Задания никогда не были обязательными.

Они возникали внезапно и без предупреждения, но мир не заставлял меня им подчиняться. Роман продолжал идти своим чередом; я лишь оказался лишним человеком внутри его сюжета. Было бы странно, если бы система отняла у меня право выбора.

Иногда за отказ снижались характеристики или чья-нибудь симпатия. Неприятно, но не смертельно. Одним заданием можно было спасти человека, как в случае с Ханной, а другим — позволить ему умереть. Решение оставалось за мной.

Сейчас было то же самое.

Сопротивление чёрной магии — полезная награда, но не настолько, чтобы ради неё нарушать собственное обещание и снова ввязываться в дела Михаила. Вот если бы мне предложили новый навык фехтования или серьёзное усиление, я бы ещё подумал. Но отказываться от ванны с госпожой... То есть терпеть общество Михаила ради такой мелочи я не собирался.

Сопротивление со временем всё равно вырастет. В обычной жизни его нехватка мне не мешала.

Штраф за провал тоже выглядел смешно. Симпатия студентов и так лежала где-то под полом. Если она упадёт ещё ниже, вместо косых взглядов они начнут поминать мою мать. Невелика разница.

Я не собирался долго с ними общаться. И уж тем более не мечтал об этом.

К тому же семьдесят процентов — хороший шанс. Михаил был безнадёжно правильным, но слабаком его не назовёшь. С этим он должен справиться сам.

Я решил довериться им.

Потом окно изменилось.

Настроение мгновенно испортилось.

«Вот же сраная система».

[Душевное состояние Юрии изменилось.]

[Душевное состояние Михаила изменилось.]

Вероятность спасения без участия пользователя: 70% > 57%

Добавлена награда.

[Восстанавливающее прикосновение (B)]

Позволяет за счёт здоровья пользователя частично восстанавливать тело человека с физическими ограничениями.

— А?..

Госпожа тем временем уже стягивала халат. Судя по всему, она придерживалась здорового принципа: в ванну следует заходить голой.

Под халатом показался чёрный бюстгальтер, а взгляд сам собой остановился на проклятой груди.

«Блядь».

Я сжал кулак.

— Может... в другой раз?

Госпожа заплакала.

* * *

— Блядь.

В подземелье было темно и сыро.

Передо мной стояла перепуганная Юрия. Рядом валялся без сознания Михаил.

Я выдохнул так глубоко, будто пытался вытолкнуть раздражение из самого живота. Став дворецким, я старался меньше ругаться, но вид Михаила разбудил во мне всё дурное.

Сюжет почти не изменился: они нашли раненого еретика, попытались его спасти, попались на уловку, и Юрию схватили.

Разница была только одна: в романе Михаил в этот момент ещё держался на ногах, а здесь лежал как мешок.

«Какого хрена он вырубился, если именно ему положено драться?»

Еретик передо мной не был ни Балаком, ни Паскалем. Если сравнивать с игрой из прошлой жизни, он тянул максимум на синего голема из леса. Для Михаила противник неприятный, но вполне посильный — при условии, что тот не подставится и не позволит ударить себя первым.

Я присмотрелся к форме Михаила. На животе темнели свежие разрезы, ткань пропиталась кровью, а сквозь прорехи виднелась уже затянувшаяся кожа.

«Вот безнадёжный дебил».

Именно в этой части романа Михаил впервые должен был убить человека. Ради Юрии он пробуждал ауру и делал то, чего прежде не мог себе позволить. Но сейчас о пробуждении не могло быть и речи. С таким успехом он вообще отсюда не выйдет.

Я перевёл взгляд на еретика, который держал Юрию за волосы.

[Вигни, ур. 34]

[Профессия: ученик жреца]

[Симпатия: −60]

[Любимые темы: извращённая справедливость, вера, убийство, женщины, пытки, будущее еретиков, кровь, крики]

[Нелюбимые темы: Церковь Богини, любовь, милосердие, терпение, дети, мир]

Еретик насторожённо смотрел на меня. Незваный гость ему явно не понравился, но он быстро вернул на лицо мерзкую улыбку.

— Кто вы такой?

— Твоя мать.

Настроение у меня было хуже некуда. То, как Михаил блестяще провалился, раздражало сильнее, чем сообщение о работе в выходной.

Я посмотрел на пальцы, сжимавшие волосы Юрии. Этот счастливчик явно не сталкивался с облысением и не понимал, насколько ценна шевелюра.

— Советую убрать руку.

— Что?

Он дёрнул Юрию за волосы. Она вскрикнула.

Я едва заметно взмахнул мечом.

*Вжик!*

Рука еретика упала на пол. Он несколько секунд смотрел на обрубок, не понимая, что произошло, а потом заорал.

— А-а-а! Моя рука! Рука!

Он рухнул и завертелся в собственной крови.

— Я же попросил отпустить.

Разумеется, он меня не слышал. Зрелище было неприятным: кровь, крики, испуганное лицо Юрии. Ещё подумает, что злодей здесь я.

Мне хотелось закончить всё как можно быстрее и вернуться домой.

Я пнул еретика в живот. Его отбросило к стене. Он потянулся к поясу за кинжалом, но я наступил на оставшуюся руку.

— Кто ты такой?!

— Тебе незачем знать.

Я оставил его на полу и подошёл к Михаилу.

Тот полулежал у стены, свесив голову, и едва дышал. Я коснулся его ботинком.

— Вставайте.

Михаил не отреагировал.

— Я сказал, вставайте.

Он продолжал валяться. И где только его знаменитая сила воли? Я бы на его месте уже кусал себя за язык, ломал пальцы — делал что угодно, лишь бы очнуться.

Я снова ткнул его носком.

— Юрию уводят. Так и будете лежать?

Он по-прежнему не отвечал.

— Да чтоб тебя...

Я крепко пнул Михаила в бок.

*Бух!*

Он застонал и распахнул глаза.

— Юрия!

Первым делом он позвал любимую, как и положено настоящему главному герою. Хотелось даже похлопать.

Михаил быстро огляделся. Еретик корчился на полу без руки, Юрия пыталась отдышаться, а я стоял над ним с пустым лицом. Глаза Михаила заметались.

Я бросил рядом его меч.

*Звяк!*

Старый клинок с выбоинами лёг на камень. Михаил посмотрел на меня, не понимая, чего я хочу.

Объяснять сразу я не стал. На полу лежало красное зелье, выпавшее из кармана Юрии, — лучшее из тех, что выдавала империя. Очень хотелось незаметно присвоить его, но момент был неподходящий.

Я откупорил флакон и вылил зелье на обрубок еретика.

*Ш-ш-ш...*

Кровотечение остановилось, рана затянулась тонкой кожей. Драться он теперь мог, хотя пользоваться рукой уже не получалось.

Еретик уставился на меня. Логично: человек, который отрубил ему руку, внезапно принялся лечить.

— С этого момента я не вмешиваюсь, — объявил я. — Хотите — убейте его. Хотите — убегайте. Мне всё равно.

Еретик следил за каждым моим движением.

— Правда?..

Соображал он быстро.

Я кивнул.

— Видите того мужчину?

Я указал на Михаила. Тот уже поднял меч, но выглядел так, будто половина его души ещё не вернулась в тело.

— Сражайтесь с ним.

Еретик посмотрел на меня как на сумасшедшего. По его мнению, с одной рукой это невозможно.

Я напомнил ему о другой возможности:

— Тогда сдохни.

Он поднял меч.

— Если я его одолею... ты меня отпустишь?

— Конечно.

Пока еретик с трудом вставал, я отошёл к Юрии и помог ей подняться.

— Вы не ранены?

— М-Михаил...

— С ним всё будет хорошо. Если станет совсем плохо, вмешаюсь.

Я взглянул на Михаила. Тот смотрел на приближающегося противника широко раскрытыми глазами.

Интересно, на что способен этот добряк?

Я не требовал, чтобы он обязательно убил еретика. Хватило бы решимости покалечить его или оставить такой шрам, который не забудется. Перед ним стоял человек, тащивший любимую девушку за волосы. Даже Михаил не должен был ограничиться строгим выговором.

В романе он убивал Вигни. Впервые пачкал руки кровью, потом обнимал Юрию и дрожал, повторяя, что всё хорошо.

Мне и самому было интересно, чем закончится эта версия.

Мечи столкнулись.

*Лязг!*

Я начал собираться домой.

* * *

Бой закончился предсказуемо.

На полу лежал еретик.

Для человека с одной рукой он держался неплохо, но против таланта Михаила этого оказалось мало.

Михаил тяжело дышал, приставив меч к его горлу.

— Не двигайся.

Слова прозвучали грозно, но рука дрожала.

Он не знал, что делать дальше. Перед ним лежал убийца рыцарей, человек, который несколько минут назад едва не утащил Юрию. Но Михаил всё равно не мог решиться.

Еретик заговорил плачущим голосом:

— Пощади... Пожалуйста. Я больше никогда не сделаю ничего плохого.

Михаил сглотнул.

— Ты правда...

Я мысленно зааплодировал от такой невероятной наивности. Неужели он снова поверит? Если отпустит, я, конечно, прикончу еретика за углом, но сам Михаил после такого заслужит нимб.

Я решил слегка подтолкнуть его.

— Да ладно. Меня вы называете убийцей и чудовищем, а его собираетесь отпустить?

Плечи Михаила дрогнули.

— Неужели правда отпустите? Юрия, как вам такое?

— М-мне?..

Она растерянно посмотрела сначала на меня, потом на Михаила.

Юрии тоже не хотелось видеть смерть человека. Никому не хочется. Мне — и то не хочется.

Но иногда выбора нет. Мечники учатся владеть оружием именно затем, чтобы в такой момент суметь принять решение.

Решать должен был Михаил.

Напоследок я сказал:

— Даже в милосердии нужна мера.

Михаил взмахнул мечом.

* * *

Всё было кончено.

Михаил опустил клинок и тяжело дышал. Еретик, поняв, что остался жив, расплакался от облегчения.

— Я не думал, что ты меня пощадишь...

Михаил ответил устало, но твёрдо:

— Я дам тебе ещё один шанс. Больше не причиняй людям зла и...

Вот же идиот: он снова поверил.

— Спасибо! Спасибо вам! — всхлипнул еретик.

Его рука молнией метнулась к спрятанному кинжалу. Он уже направил лезвие Михаилу в бок, когда я снова взмахнул мечом.

*Звяк!*

Кинжал покатился по камню. Вместе с ним оборвался и хрип еретика.

Я тяжело вздохнул, подошёл к Михаилу и со всей силы ударил его в лицо.

*Бух!*

— Ну и дебил же ты.

[Задание завершено.]

Я больше не хотел иметь с ним ничего общего.

* * *

Я покинул подземелье сразу, пока меня не втянули ещё во что-нибудь.

По дороге к особняку я разглядывал правую ладонь. Чёрные шрамы исчезли.

Хотелось скорее показать госпоже.

Я спускался с горы, когда из кустов донёсся жалобный писк:

*Тихое поскуливание*

— Что там?

В листве прятался маленький чёрный щенок, круглый и пушистый, с непропорционально большими лапами будущего хищника.

Госпоже он наверняка понравится.

Я присел и протянул руку.

— Иди сюда.

Щенок, прихрамывая, подошёл и потёрся головой о мою ногу.

— Забрать тебя, что ли?

Я осторожно коснулся его и впервые применил новый навык.

[Активировано «Восстанавливающее прикосновение».]

На тыльную сторону ладони упала кровь из носа.