Глава 59 — Кто в твоём вкусе? — 2

Алкоголь затуманивает разум. Иногда он превращает человека в скотину, иногда толкает на глупости, а порой даёт смелость сказать то, на что трезвым не решишься.

Мы устроились недалеко от вершины гор Хамель, откуда открывался роскошный вид.

Я расстилал покрывало, подставив лицо прохладному ветру, а госпожа сидела в тележке и довольно напевала:

— М-м-м... м-м-м-м...

Она давно никуда не выбиралась и теперь улыбалась, наслаждаясь каждой минутой. В одной руке Оливия держала бутылку, в другой — шоколад. Заметив, как тяжело дышит Бульончик, она нахмурилась.

— Рикардо.

— Да?

— Она сейчас сдохнет.

*Хриплое пыхтение.*

Лап у Бульончика было на две больше, чем у человека, а выносливости — на порядок меньше. Зимой запрячь её в сани явно не получится.

Я поднял госпожу из тележки и понёс к покрывалу.

— Растолстела, вот и задыхается.

— О-о... Значит, вкусная будет?

Вопрос прозвучал слишком искренне. Я предпочёл промолчать.

На покрывале уже стояла еда: яблоки, виноград, горячий суп и рисовые рулеты с начинкой — в прошлой жизни без них не обходился почти ни один пикник. Для человека с моими кулинарными способностями получилось даже неплохо.

Оливия смотрела на рулеты с подозрением.

— Они какие-то неправильные.

Она ткнула один палочкой.

Я поднял контейнер и понюхал. Пахло только кунжутным маслом. Я попробовал один: обычный свежий рулет.

Что её не устраивало?

Оливия снова ткнула еду и недовольно сказала:

— Тут травы больше, чем всего остального.

Теперь стало ясно.

Внутри были шпинат, морковь, маринованная редька и огурец. Мяса — полоска тоньше карандаша. Для госпожи, которая признавала только мясо, это выглядело личным оскорблением.

Она принялась выковыривать начинку. Шпинат, объявленный растением дьявола, полетел на землю. Огурец, названный болезнью человечества, отправился следом.

— Нельзя так привередничать.

— Съем — умру.

— Не умрёте. Наоборот, без овощей здоровье испортите.

Оливия мрачно посмотрела на меня.

— Отдай это ей.

Она указала на собаку, отдыхавшую в тени. Мол, собака и так скоро станет свиньёй, пусть хотя бы ест полезное.

Я покачал головой.

— Не съедите овощи — не получите спиртное.

— Так нечестно!

— Зато действенно.

Я покачал перед ней бутылкой и мерзко улыбнулся. Госпожа сжала кулак и метнула в меня палочки.

Я легко увернулся.

— Медленная. Всё потому, что овощи не едите.

— И-и-их!

Овощи она ненавидела, а выпить хотела. Перед госпожой встал тяжёлый выбор.

Я великодушно дал ей последний шанс:

— Слабо?

Оливия со слезами на глазах доела всё до крошки.

* * *

Солнце клонилось к горизонту.

Разморённая прохладным ветром, госпожа уснула у меня на коленях. Она дышала ровно, пока ветер шевелил волосы и щекотал ей лицо.

Оливия нахмурилась и пробормотала во сне:

— Рикардо... муха хочет меня съесть... убей её...

Меня потянуло пошалить. Я собрал её волосы и накрыл ими лицо.

*Шорох.*

Госпожа забарахталась, размахивая руками.

— У-у-у... На меня летит целая стая! А-а-а!

Она дёрнулась изо всех сил и распахнула глаза.

Несколько секунд Оливия просто моргала. Потом увидела мою довольную рожу и сжала кулак.

— Рикардо уничтожил мой сон.

— Я же Король демонов. Мне положено.

— И-и-их!

Она выдрала горсть травы и швырнула в меня.

Внизу зажигались огни.

По сравнению с ночным Сеулом из прошлой жизни зрелище было скромным. Но звёзды над головой и тёплые точки деревенских окон складывались в тихую, уютную картину.

Я приложил холодную бутылку к щеке задремавшей госпожи.

— Ай!

Оливия резко проснулась и, пуская слюни, завертела головой.

— Госпожа, пить передумали?

— Пить!

Сон исчез мгновенно. Она уставилась на бутылку горящими глазами.

Я усадил её на заранее принесённый стул и покрутил перед ней яблочный бренди, купленный по дороге.

— «Хамель», двенадцатилетний яблочный бренди.

Глаза госпожи послушно двигались вслед за бутылкой. Она сжала кулаки и шумно втянула воздух.

— Ничего не поняла, но звучит вкусно!

— Купил на рынке за один золотой.

— ...Дешёвка?

Интерес угас мгновенно.

— Шучу. Стоил дорого. Не стану же я наливать госпоже Оливии дешёвое пойло в первый раз.

— Хи-хи... И правда.

Она смущённо улыбнулась.

Я сложил покрывало, развёл костёр и постарался создать подходящее настроение. Оливия протянула руки к огню. Пышные приёмы под хрустальными люстрами остались в прошлом, но эта простая тишина, где были только мы двое, ей явно нравилась.

Надо будет приезжать сюда чаще, но не зимой: зимой слишком холодно. Зато весной можно повторить.

Госпожа заметно волновалась. Её ждали тихий вечер, первый в жизни бокал и такой красавец, как я, рядом. Впрочем, последнее можно было не считать.

Она давно не позволяла себе ничего подобного. В Академии пить запрещали, а после травмы ног ей было не до развлечений. Поэтому Оливия то сжимала, то разжимала кулаки и с трудом скрывала детский восторг.

Я молча любовался её улыбкой.

— Рикардо.

— Да?

Госпожа огляделась. Кроме стула, деревьев и костра вокруг ничего не было.

— А закуска где?

— Закуска?

— Ну да. К выпивке ведь полагается закуска. Я в книге читала.

— А...

Я неловко почесал затылок.

Оливия тут же попыталась меня утешить:

— Ничего страшного! У нас остались рулеты.

— Собака всё съела.

Я показал пустой контейнер.

Госпожа посмотрела на собаку, развалившуюся у костра, и глаза её налились кровью.

— А её можно?

— Что?

— На вид вкусная.

Для Оливии эта собака по-прежнему оставалась ходячим запасом еды.

Я рассмеялся и достал из тележки большой контейнер. Внутри лежали куски мяса в красном маринаде и толстые колбаски — настоящий сундук с сокровищами.

В прошлой жизни я мечтал съездить на природу с палаткой и жаровней, но умер слишком молодым. Наконец-то старая мечта исполнялась, пусть и в другом мире.

Я поставил решётку над огнём. Госпожа впервые посмотрела на меня с неподдельным уважением.

— Рикардо... ты прекрасен!

Я кивнул.

— Знаю.

— О-о!..

Мясо медленно подрумянивалось, а мы наливали друг другу.

Оливия впервые разливала спиртное и лила по капле, хмурясь от напряжения.

— Ещё?.. Доливать?

Я, помня о её неопытности, наполнил её бокал только наполовину.

Госпожа уставилась на жалкое количество.

— И это всё?..

Она смотрела так, будто я пожалел для неё собственную кровь. Я лишь пожал плечами.

— Сначала попробуйте. Вдруг не понравится.

— Всё равно мало...

Оливия вздохнула и поднесла бокал к носу. От резкого запаха её лицо сразу исказилось.

Она посмотрела на меня так, будто я подсунул ей испорченный напиток.

— Пахнет странно. В нос бьёт... От этого точно не умирают?

— Алкоголь всегда так пахнет.

— Правда?

— Правда.

Я понимал её. Сам в первый раз едва не отшатнулся: сильный запах спирта, яблок и чего-то такого, что словно предупреждало — это нельзя пить.

Мне стало любопытно, какое лицо сделает госпожа после первого глотка.

Я поднял бокал.

— Чокнемся?

— Что сделаем?

Она неловко повторила мой жест.

Я осторожно коснулся её бокала своим.

*Дзинь.*

— Так принято чокаться перед тем, как пить.

— А зачем стучать бокалами?

— Ну...

Я и сам понятия не имел. Но не мог же я разочаровать госпожу, внезапно воспылавшую жаждой знаний.

— Наверное, чтобы отогнать злых духов.

— Ты тоже не знаешь?

— Не знаю.

Оливия фыркнула, затем улыбнулась и снова протянула бокал.

— Давай ещё раз. Теперь как следует.

— Опять?

— В первый раз не считается!

Я рассмеялся и поднял бокал.

Госпожа с сияющей улыбкой коснулась моего бокала своим.

— За покорение мира!

— Ха-ха! Это ещё что за тост?

— Моя мечта.

От мирового господства Оливия всё-таки не отказалась.

Она сделала глоток и тут же скривилась.

— Фу-у-у! Какая гадость!

Я не удержался от смеха.