Глава 33 — Просьба, которую нельзя исполнить
За столом стояла такая тишина, что ужин впору было подавать на похоронах.
Я быстро готовил еду и время от времени поглядывал на двух девушек. Госпожа украдкой косилась на Юрию и нервно шевелила пальцами. Юрия с бесстрастным лицом пила дешёвый зелёный чай и не сводила глаз с Оливии.
«Кажется, я крупно облажался».
Услышав, что произошло, госпожа без возражений разрешила Юрии переночевать в особняке.
«Юрия теперь нищая?»
«На дороге попались разбойники и отобрали кошелёк».
После встречи с Балаком кошелька у Юрии действительно не оказалось, так что формально я не соврал. Узнав, что у Юрии не осталось ни гроша, госпожа впервые за долгое время улыбнулась как настоящая злодейка.
«Тогда я тоже буду ужинать с вами».
«Вы не ели?»
«Не ела. Я голодная».
«Вам не будет неловко?»
«Рикардо, это мой дом. Десмонды ни перед кем не робеют».
Сказано было гордо. Однако перед Юрией госпожа сидела тише мыши. Видимо, одна Оливия в роду Десмонд всё же умела робеть, и ещё как.
Не выдержав молчания, Оливия подняла руку и неловко помахала.
— П-п-привет...
Она справилась и даже улыбнулась, довольная собой.
Юрия ничего не ответила.
— Вот же...
Госпожа стиснула кулачки и сердито посмотрела на меня, словно я хранил в кармане волшебное решение любой беды.
— Рикардо!
— Да?
— Спаси меня...
Я ободряюще улыбнулся.
— Держитесь.
— Бля...
Под её возмущённым взглядом я разложил ужин по тарелкам. От горячей еды поднимался пар.
*Звон посуды.*
Госпожа сразу оживилась.
— О-о!
Даже лучший дворецкий не приготовит за несколько минут роскошный пир, особенно поздним вечером и с почти пустой кладовой. Три дня меня не было дома, свежего мяса почти не осталось.
Поэтому я сделал сырные ттокпокки. Их любила госпожа, и в Академии Юрия тоже никогда от них не отказывалась.
Увидев блюдо, Юрия широко раскрыла глаза. После моего ухода из Академии она не ела ничего подобного. Никто другой приготовить такие ттокпокки не умел.
— Давно я их не ела, — сказала она и взяла вилку.
Оливия тоже приготовилась.
— Как вкусно выглядит...
— У вас слюни текут.
Обе смотрели на тарелки с одинаковым голодным блеском, и я невольно улыбнулся.
*Хлопок.*
— Приступайте.
Прежде чем начать, госпожа оглядела кухню, будто кого-то потеряла.
— А где староста деревни Ряска?
— А...
Точно. Я оставил его снаружи.
Пришлось ненадолго выйти и забрать Руина.
* * *
Без Рикардо за столом снова воцарилось мучительное молчание. Слышно было только, как вилки задевают тарелки.
Юрия спокойно ела, а Оливия то и дело бросала на неё тревожные взгляды.
Юрия втянула воздух сквозь зубы: соус оказался острым. Оливия тут же налила воды.
*Журчание.*
— Выпей. Тебе слишком остро.
Юрия отодвинула стакан.
— Я сама о себе позабочусь. Не обращайте внимания.
*Ик.*
Оливия вздрогнула и сжалась.
Рикардо не возвращался. Он обещал отнести Руина на третий этаж, но пропал надолго, и госпожа уже начинала на него злиться.
Впрочем, побыть с Юрией наедине она хотела сама. Ей нужно было кое о чём попросить.
Перед ней сидела лучшая целительница из всех, кого знала Оливия, — обладательница божественного зрения, способная одним прикосновением определить состояние человека. Просьба была слишком наглой, особенно из уст бывшей обидчицы. Юрия наверняка откажет, но промолчать сейчас означало потом жалеть.
Оливия стиснула руки.
— Слушай...
Юрия подняла глаза.
— Я хотела...
Слова застревали. Нужно было просто сказать: «Пожалуйста, сделай это». Но сердце колотилось так, будто от ответа зависела жизнь.
«Надо успеть до возвращения Рикардо».
Если этот глупый дворецкий узнает о её просьбе, то непременно скажет, что всё хорошо, и улыбнётся так горько, что смотреть будет больно.
— В общем...
Пока Оливия собиралась с духом, Юрия доела и резко положила вилку.
Она тяжело вздохнула.
Её лицо не обещало ничего хорошего. Казалось, она вот-вот встанет и уйдёт в комнату.
— Подожди! Я только хотела сказать...
Оливия протянула к ней руку, боясь упустить последний шанс.
— У Рикардо болит рука...
— Оливия, — перебила Юрия.
Имя прозвучало сухо и твёрдо. Оливия сглотнула.
Юрия опёрлась локтями о стол. Вид у неё был такой, словно чиновнику подсунули особенно неприятную работу.
— Рикардо уже говорил со мной.
— О чём?
— О ваших ногах.
Она посмотрела на неподвижные ноги Оливии — худые, ослабевшие после долгих месяцев без движения.
— Он сказал, что вам тяжело.
Оливия опустила голову.
«Он и здесь меня опередил».
Ей казалось, что на этот раз она первой решилась помочь. Но даже в заботе о собственном дворецком Оливия снова не сумела его опередить.
Юрия поднялась и подошла ближе.
— Я не верю чужим словам, пока не увижу всё сама. Когда Рикардо спустился с вами на спине, я решила, что вы притворяетесь.
Оливия молчала.
— Я не хочу иметь дела ни с вами, ни с ним. Вы ведь тоже не мечтаете общаться со мной. Но сегодня он спас нам жизнь, и теперь мне не по себе. Я сделаю это один раз. Только один.
Она отвела взгляд.
— Благодарите Рикардо.
Юрия положила ладонь на плечо Оливии. Кухню залил мягкий зелёный свет.
[Чудо.]
Именно эта сила должна была однажды сделать Юрию святой. Жар разошёлся по телу Оливии, и перед внутренним взором целительницы возникла подробная картина всего организма.
Она увидела расстроенное пищеварение, лишний вес, повышенное давление и множество мелких нарушений. Постепенно стало ясно, откуда берётся каждая боль и какая часть тела даёт сбой.
А затем Юрия замерла.
— Что?..
Она резко убрала руку.
* * *
Через час я вышел из своего укрытия в углу кухни.
Госпожа сидела одна, опустив плечи. Глаза блестели от слёз, а от обычной живости не осталось и следа.
Я хлопнул себя по щекам. Показывать ей собственное разочарование не стоило.
Судя по всему, разговор закончился плохо, и это было жаль.
Я подошёл с неловкой улыбкой.
— Прошу прощения. На третьем этаже оказалось грязнее, чем я думал, поэтому пришлось задержаться.
— Рикардо.
Голос был холодным. Наверняка госпожа собиралась отчитать меня за самоуправство.
Я и сам понимал, что полез не в своё дело. Но другого случая могло не представиться. Оливия не хотела просить Юрию о помощи, а я всё же цеплялся за крохотную надежду.
Сначала Юрия отказала, но после долгих уговоров всё же уступила.
«Только один раз. Вы спасли меня, поэтому я помогу».
«Спасибо».
«Руку вы правда не хотите вылечить? Рана глубокая».
«Не волнуйтесь. На мне всё быстро заживает».
Госпожа посмотрела на меня с укором.
— Больше так не делай.
— Нет.
— Я сказала: не делай.
— Не могу обещать.
Я тоже не собирался сдаваться.
Оливия тяжело вздохнула и протянула руки.
— Отнеси меня наверх.
Я повернулся к ней спиной.
* * *
На лестнице госпожа прижалась ко мне и тихо заговорила:
— Знаешь, Рикардо, я немного надеялась.
Я не ответил.
— Думала, вдруг Юрия сможет вылечить мои ноги.
— Вот как.
— Угу.
Она уткнулась лицом мне в спину.
— Но тогда ты перестанешь меня носить. Так что всё не так уж плохо. У тебя широкая крепкая спина. Мне даже повезло.
Она нарочно говорила бодро.
— Я всё равно найду способ вас вылечить.
— Только не надрывайся.
Я кивнул.
Утром Юрия и Руин покинули особняк.