Глава 182 — Неуютный косивон (14)
Глубокая ночь.
Я медленно открыл глаза, почувствовав рядом чьё-то присутствие.
— М-м…
Прищурившись спросонья, я слегка приподнял голову — и сначала различил только темноту.
На миг я вообще забыл, где нахожусь.
«…Косивон. Точно, косивон».
Комната, в которой я остановился, пока мы разбираемся со страшилкой.
И рядом со мной, на краю кровати, тихо сидел кто-то ещё.
Матрас чуть проседал под чужим весом. Я снова промычал и приподнялся.
Силуэт медленно кивнул.
В комнате было почти совсем темно, но через маленькое окно над дверью пробивался свет из коридора и едва освещал аккуратный силуэт Хаюн.
«Пришла разбудить меня на дежурство?»
Я перевернулся и сонно пробормотал:
Вспышка.
Перед глазами даже во тьме отчётливо возникли строки.
[Воскресенье, 26 мая 2019 года, 02:35]
[Ли Джун — второй цикл]
[Очки страшилок: 581]
[Причинность: 32%]
Просыпаясь ночью, я часто смотрел время через окно характеристик: экран телефона слишком бил по глазам.
— Полтретьего?..
Я нахмурился и поднял голову.
«Уже больше получаса прошло…»
Передо мной всё так же сидел силуэт с длинными прямыми волосами.
Я полусонно уставился на Хаюн.
— Мне же в два на дежурство… Почему ты меня не разбудила…
И тут Хаюн резко развернулась — и забралась прямо на меня.
— …!
Я от неожиданности рухнул обратно на подушку. Она уселась мне на живот и, не давая сказать ни слова, наклонилась почти вплотную к лицу.
— Ты время через окно характеристик посмотрел? Каково это — иметь такую штуку?
— Ч-что?..
— Наверное, весело, да? Когда оно у тебя есть. Вообще-то оно изначально моё.
Её распущенные чёрные волосы упали мне на лицо.
Тёмная комната косивона.
Хаюн сидела верхом на мне, и наши лица оказались совсем близко. Свисающие сбоку волосы щекотали ухо. В темноте мы молча смотрели друг на друга.
Её глаза будто отливали странным фиолетовым светом.
Хаюн буквально прижала меня к кровати, и я застыл, не понимая, что мне вообще делать.
Так прошло довольно много времени.
Наконец она медленно выпрямилась. Волосы, лежавшие у меня на лице, скользнули вверх, щекоча щёку.
Хаюн ещё немного смотрела на меня сверху.
— Слушай…
Стоило мне открыть рот, как она снова молча посмотрела — а затем наконец слезла с кровати.
Тап.
Её босая ступня мягко коснулась пола.
Дверь открылась, и в комнату хлынул свет.
Скрип.
Я зажмурился от внезапной яркости и отвернулся.
Щёлк.
Хаюн вышла в коридор.
Шаги постепенно стихли. Затем с противоположной стороны коридора тихо скрипнула и закрылась дверь её комнаты.
Скрип. Щёлк.
Хаюн вернулась к себе.
Я ещё немного посидел на кровати в полном ступоре, затем пришёл в себя, схватил телефон и поднялся.
Вышел следом и прикрыл дверь.
Скрип. Щёлк.
Я остановился посреди коридора и огляделся.
Тихий косивон.
Холодная плитка.
Яркий свет люминесцентных ламп.
«Мне это не приснилось?»
Я и без того едва проснулся, поэтому всё произошедшее казалось каким-то слишком внезапным и нереальным.
Что это вообще было?
Я медленно пошёл по пустому коридору, миновал стойку и добрался до комнаты, куда только что зашла Хаюн.
Некоторое время просто смотрел на дверь.
Что она хотела мне сказать?
— …Ин Хаюн.
Я приложил ухо к двери и тихо позвал её, но в ответ не услышал ничего.
Осторожно потянул ручку.
Клац-клац.
«Заперла».
Так что ты хотела сказать?
«Я это просто так не оставлю».
Я не стал громко стучать — лишь слегка постучал по двери пальцем.
Тук-тук.
Потом наклонился к щели и снова прошептал:
— …Ин Хаюн.
Ни звука.
Я закусил губу и ещё раз тихо постучал.
Тук-тук.
— Ин Хаюн.
За железной дверью по-прежнему никакой реакции.
Я со вздохом отступил — и встретился взглядом с Соной, которая высунула из-за соседней двери только глаза.
Щель была совсем узкой.
Из неё на меня смотрели безжизненные глаза Соны.
Я застыл.
Сона медленно и совершенно бесшумно закрыла дверь.
И снова в коридоре остался один я.
«…»
Когда я наконец пришёл в себя и посмотрел время, было уже 02:55.
— Пять минут дежурства осталось…
После всего случившегося голова шла кругом. Я дошёл до стойки. Хаюн, видимо, оставила здесь мастер-ключ: он лежал на столе.
«Может, прямо сейчас открыть им её дверь и зайти?»
Сразу потребовать объяснить, что у неё в голове?
Но соседняя комната принадлежала Соне.
Если я взломаю дверь Хаюн, очень страшные вещи могут начаться ещё до того, как я успею её допросить.
«Сегодня отпущу».
Не потому, что боюсь Сону. И вовсе не потому, что не уверен, что справлюсь с Хаюн.
Просто дежурство почти закончилось и не хочется заниматься посторонними делами.
«А-а… Ладно. На самом деле обеих пиздец как боюсь».
Страшно и то, что Сона может сделать со мной, если я полезу к Хаюн.
И то, что даже если Сона не заметит, я начну припирать Хаюн к стенке — а в итоге к стенке прижмут уже меня.
«Похоже, просьбу к детективу о проверке Хаюн придётся немного ускорить».
Вот закончим с этой выставкой — и я под каким-нибудь предлогом скажу, что она чуть не покончила с собой, и попрошу детектива проверить личность.
«Тогда всплывёт всё: родители, братья и сёстры, родственники, медицинские записи, адрес, история переездов — вообще всё».
Ну что ты тогда будешь делать, Ин Хаюн~!
Хоть реви, хоть кричи — не пожалею~!
Через детектива всю твою подноготную вытащу~!
— А пока пора будить Джинхи, она следующая.
Я уже собирался встать, когда заметил большой стикер, приклеенный прямо к монитору.
[Председатель. Я восстановил видео. Включи монитор.]
Видео?
«А. То самое».
Из трёх записей — самая первая.
Запись двадцатилетней давности.
Изображение было повреждено настолько, что ничего нельзя было разобрать. Видимо, Кёнвон успел починить файл за время своего дежурства.
Я снова сел и включил монитор. Системный блок уже работал, поэтому экран открылся ровно в том виде, как его оставил Кёнвон.
С одной стороны — блокнот, с другой — поставленное на паузу видео.
В блокноте Кёнвон оставил сообщение.
[Председатель, я восстановил файл.]
[Запись очень старая. Похоже, программа, которой тогда снимали изображение с CCTV, не совпадает с тем, чем мы пользуемся сейчас, поэтому и возникала ошибка. В общем, я подобрал правильный видеокодек и восстановил изображение.]
[Но внутри довольно много жутких вещей. Если это сообщение читает кто-то из участников клуба, кроме председателя, подумайте, прежде чем смотреть. Похоже, хозяин косивона попытался умереть после того, как увидел эту запись. Да и одному на ночном дежурстве может быть страшновато.]
[Нажмёшь воспроизведение — видео сразу пойдёт. Тогда удачи, председатель.]
Я перевёл взгляд на проигрыватель.
Видео стояло на самом первом кадре, готовое к запуску.
Даже по нему было видно: камера установлена почти в том же месте, что и на записи попытки самоубийства хозяина. Она сбоку захватывала стеклянную входную дверь и проход за стойку.
Отличалось только помещение. Планировка была похожей, но вместо нынешних комнат стояло множество столов.
«Читальный зал?»
Разве двадцать лет назад здесь уже был читальный зал?
Я подвёл курсор к кнопке воспроизведения — и замер.
[Но внутри довольно много жутких вещей.]
[Если это сообщение читает кто-то из участников клуба, кроме председателя, подумайте, прежде чем смотреть.]
[Одному на ночном дежурстве может быть страшновато.]
Жутких вещей, значит.
Я медленно огляделся.
Глубокая ночь. Во всём косивоне бодрствую только я.
И сижу я как раз за той стойкой, где хозяин пытался покончить с собой.
Жена хозяина вечером всё убрала. Крови почти не было видно… но, если присмотреться, кое-где следы всё ещё оставались.
— И вот здесь мне предлагается смотреть это одному?
Я несколько раз дёрнул мышкой, сдался и встал.
Как раз было уже 03:10.
Я давно должен был смениться со следующим дежурным.
— Разбужу Джинхи, посмотрим вместе — и спать.
Я хлопнул в ладони и открыл дверцу стойки.
И в тот же миг мимо пронёсся кто-то с длинными развевающимися волосами.
Топ-топ-топ!
Силуэт влетел в комнату и захлопнул дверь.
Я распахнул дверцу до конца, выскочил в коридор и завертел головой.
Это точно был не кто-то из клуба. Силуэт исчез в коридоре на моей стороне.
— Какого хуя…
Я закусил губу и замер.
Тук… тук…
С дальнего конца коридора донёсся странный стук.
Я тут же свернул в коридор с комнатами ребят и быстрым шагом направился к двери Джинхи.
Вставил мастер-ключ в замок.
И тут со стороны, куда только что убежал длинноволосый силуэт, снова скрипнула дверь.
Скри-и-ип.
Шлёп. Шлёп.
Кто-то медленно вышел босиком.
Только что оно убежало от меня и спряталось. А теперь само выходит?
Я выругался сквозь зубы и, весь напрягшись, уставился туда, откуда приближались шаги.
Коридор изгибался буквой «П» — между нами было два поворота, поэтому пока слышался только звук.
Шаги миновали первый угол и стали громче.
Я тихо повернул мастер-ключ в замке Джинхи.
Если эта штука бросится на меня, сразу распахну дверь и нырну внутрь.
Шаги всё ближе.
Я до боли сжал ручку двери.
И наконец из-за последнего угла показалось оно.
Безумный призрак с длинными волосами. Голова дёргалась из стороны в сторону с такой скоростью, что волосы хлестали во все стороны. В одной руке — нож; призрак сжимал его так сильно, что лезвие дрожало вместе со всем телом.
Шлёп. Шлёп. Шлёп.
Топ-топ-топ-топ-топ!
Внезапно он рванул прямо ко мне.
Я даже думать не стал — дёрнул дверь Джинхи на себя и влетел внутрь.
Распах!
БАХ!
Дверь с силой ударилась о стену.
Джинхи, спавшая мёртвым сном, подскочила на кровати.
— Ч-что… блядь… что?..
— Ли Джинхи. Джинхи.
Я тут же забрался на кровать, перелез через неё и спрятался за спиной. Этого показалось мало — я ещё и стащил с неё одеяло и закутался в него.
Джинхи, окончательно не проснувшись, ошалело обернулась. Я прилип к её спине и быстро прошептал:
— Призрак. Призрак.
— Что?.. Что… чего?..
— Призрак появился.
— Призрак… что за призрак?..
Она кое-как поднялась и уставилась в распахнутую дверь.
Я тем временем ещё сильнее завернулся в одеяло и прижался к её спине.
Джинхи смотрела в коридор. Я прятался за ней.
Прошла пара суматошных секунд.
Наконец она отвела взгляд от двери и повернулась ко мне.
Глаза сонно прищурены.
По лицу читалось: «Там же ничего нет».
Я, не отлипая от её спины, покачал головой.
— Он с ножом бежал. С ножом.
Джинхи что-то невнятно промычала и снова посмотрела на дверь.
А почему так тепло?
Только теперь я окончательно пришёл в себя и понял: на Джинхи было одно бельё.
А я всем телом прижимался к её голой спине.
Тёплая кожа под крепкими мышцами передавала мне жар.
У тех, кто постоянно тренируется, температура тела выше, что ли?
Джинхи ещё немного подождала, затем нахмурилась и снова посмотрела на меня.
— …Ничего нет.
Я осторожно высунул голову из-за её спины.
И правда. За дверью — ничего.
Только дверь напротив.
В ту же секунду —
Клац!
В дальнем конце коридора распахнулась дверь, и кто-то снова затопал в нашу сторону.
— Идёт! Идёт!
Я снова намертво вцепился в Джинхи со спины.
Тепло. Крепко.
Но к нам, тяжело дыша, подошёл не призрак.
Это был тот самый взрослый кандидат в чиновники, с которым Джинхи вечером ругалась из-за шума.
Он ткнул пальцем в нашу сторону, яростно сопя.
Джинхи некоторое время смотрела на него с сонным, совершенно пустым лицом, затем кое-как поклонилась.
— Прастити.
Мужчина ещё немного постоял, тыча в нас налитыми кровью глазами, потом шумно выдохнул через нос и ушёл обратно.
Топ. Топ. Топ.
Скрип. Щёлк.
Видимо, проснулся из-за того, как мы тут грохотали.
Тут даже оправдываться было нечем: полностью наша вина. Реально мешали людям.
Джинхи медленно повернулась ко мне, всё ещё щурясь спросонья.
— …Вылезай уже.
Я распутался из отобранного у неё одеяла и слез с кровати.
Как и думал, Джинхи была почти голая — только в нижнем белье.
Но её это совершенно не беспокоило. Она лишь хмурилась, раздражённая тем, что её разбудили.
— …Ты на дежурстве. Я как раз пришёл тебя будить…
— А, знаю. Оденусь и выйду.
— Угу.
Я кивнул и вышел в коридор.
Закрыл за собой дверь и ещё раз огляделся.
Никого.