Глава 85 — Сладости

Прошло несколько дней с тех пор, как Сесиль сбежала из дома. Я, вселившись в Птицу G, прибыл в деревню Клены. Сегодня я снова принес золотые монеты. С июля прошлого года это была уже десятая посылка.

Дзынь

Услышав звон упавшей на земляной пол монеты, Терезия обернулась.

— О, Пиппи, здравствуй! Снова принес гостинец? И сегодня еще и письмо?

«Вообще-то, меня зовут Чаппи».

— Пи!

У моих птичьих лапок лежали золотая монета и свернутый пергамент. Монету я нес в клюве, а письмо — в лапах. Мама подошла и подняла их с пола. Во время третьей доставки она меня заметила. Точнее, я сам влетел так, чтобы меня увидели. И в тот же третий раз я впервые принес письмо. В нем было всего одно слово: «Аллен». Мои родители почти не умели читать, они знали только имена членов семьи. Но этого оказалось достаточно, чтобы они всё поняли.

— Пиппи!

Из гостиной выскочила четырехлетняя Мюля и бросилась ко мне, пытаясь поймать. Мое изначальное имя «Чаппи» так и не прижилось, уступив место «Пиппи».

«Не поймаешь — не страшно», — ловкость Птицы G переваливала за 200. Даже в тесной прихожей я играючи уворачивался от цепких ручек моей младшей сестренки.

— Мюля, ну-ка перестань, — одернула её Терезия.

— Хорошо-о-о.

— О! Снова прилетел? Как он там, в порядке? — в дом зашел Роден. Он зачерпнул воды из кувшина и жадно напился. Было около полудня, время обеда. За столом собрались Роден, Терезия, Маш и Мюля. Хоть они и стали мещанами, дом остался прежним, да и обедали они так же, как и всегда.

— Пришло письмо? Дай посмотреть! — Маш забрал у мамы пергамент.

«О? Неужели научился читать?», — я стал посылать письма не только для того, чтобы развеять подозрения насчет внезапно падающих с неба золотых монет. В прошлом году Маш начал учиться грамоте. В деревню прибыл учитель для подготовки Клены к поступлению в Академию. Обучение должно было продлиться два года. Староста разрешил Машу заниматься вместе с ней. Кроме них, уроки посещали Догора, Пеломас и еще несколько детей.

Сами занятия я не видел, но, судя по всему, они изучали письмо и арифметику. Маш приносил домой исписанные пергаменты и старательно заучивал всё вслух. Запинаясь, брат начал читать:

"Папа, мама, Маш, Мюля, как вы поживаете? Аллен поживает хорошо. Папа, не пей слишком много алкоголя. Мюля, спи по ночам как хорошая девочка. Я еще пришлю письмо."

«Ого, а он неплохо читает. Учеба идет на пользу. Честно говоря, если бы отец захотел, он бы тоже быстро выучил», — в этом мире повышение Интеллекта от уровней влияет на скорость усвоения информации. Даже если ранг Интеллекта у Родена был D или E, благодаря охоте на вепрей он прилично прокачался, а значит, соображать должен лучше обычного крестьянина. Год усердных занятий, и он бы точно научился читать и писать.

— Мюля, слышала? Брат пишет, чтобы ты спала нормально!

— Я и так сплю! — сжимая в руке вареную картофелину и набив полные щеки, Мюля возмущенно защищалась.

— И всё же... такие деньги присылает. С ним точно всё в порядке?

Я уже несколько раз писал, что с деньгами всё хорошо, но Роден продолжал беспокоиться. Одна золотая монета — огромные деньги и для крепостных, и для простолюдинов. С тех пор как я начал продавать панцири муравьев, мой ежемесячный доход, включая зарплату, превышал 10 золотых. Отдать один золотой семье было для меня проще простого. Я ограничивался одной монетой только для того, чтобы они не слишком волновались из-за огромных сумм.

Первые полтора года службы лакеем я ничем не мог помочь родным, но навык "Разделение" сильно упростил задачу. В этом мире нет никаких социальных гарантий, как в моей прошлой жизни. Никто не знает, когда могут понадобиться деньги, поэтому я планировал продолжать посылать им золото. Я мысленно управлял Птицей G, наблюдая за семьей, когда меня окликнула Сесиль. В этот момент я как раз прислуживал семье барона за обедом.

— Аллен, зайди ко мне в комнату попозже.

— Слушаюсь, леди Сесиль.

За последние пару дней Сесиль немного пришла в себя. Конечно, она не была такой же веселой, как до визита посланника, но та нестабильность, из-за которой она сбежала из дома, вроде бы прошла. Мне даже показалось, что она стала чуть мягче ко мне. Тон оставался прежним, но взгляд потеплел. Закончив с посудой, я направился к её покоям. Постучал и, получив разрешение, вошел.

— Аллен, в тот раз ты отлично справился, отыскав меня.

— Благодарю вас.

Прямо с порога она поблагодарила меня за инцидент с побегом.

— Подойди сюда.

— Да.

Поскольку я только что смотрел на убранство своего родного деревенского дома, покои Сесиль казались особенно роскошными. Она сидела за небольшим круглым столиком, предназначенным для чаепитий на двоих, и велела мне сесть. На столе стояли чай и сладости. Причем сладости выглядели куда роскошнее тех, что она ела обычно.

— Аллен, ты служишь моим личным лакеем уже три года. И на днях ты нашел меня в городе. Это — твоя награда.

«О! Вкусняшки! Награда подъехала! Кстати, подарка на двухлетие службы не было, зато на трехлетие раскошелились», — когда исполнился ровно год с начала моей службы, она предложила мне награду. В честь той "первой годовщины" я попросил разрешить мне присутствовать на уроке магии. Благодаря этому я узнал, как связаны маги этого мира и характеристика "Интеллект". В прошлом году я собирался попросить сладости, от которых отказался в первый раз, но о "второй годовщине" никто даже не вспомнил. Я уж думал, она просто забыла или ей надоела эта игра, но в честь трехлетия (и заодно в благодарность за поиск беглянки) меня всё-таки решили наградить. Я послушно сел на стул.

Сесиль начала рассказывать, как именно она достала это угощение. Оказалось, она попросила у отца карманных денег и заказала сладости лично у шеф-повара. Похоже, в этом подарке была доля благодарности и от самого барона.

«Ого! Не зря наш шеф-повар — бывший королевский кулинар!», — глядя на эти кулинарные шедевры, я вспомнил слова Риккеля. Он как-то обмолвился, что в поместье служат два человека, когда-то работавшие в королевском дворце.

Первый — шеф-повар. Он проработал королевским поваром до пятидесяти лет, а потом вышел на пенсию и вернулся в родные края, в Гранвелл. Помнится, услышав это, я еще подумал: «И как он с его-то манерой общения умудрился продержаться при дворе?». Второй — учитель магии Сесиль. Тот самый пожилой наставник, который просветил меня насчет магии. Гранвелл не был его родиной.

Он оказался здесь исключительно ради Сесиль. Обычно, если у ребенка аристократа обнаруживался Талант к магии, семья нанимала учителя. Но у Сесиль был крайне редкий Талант — «Маг». Будь она обычным «Волшебником», никто бы не стал присылать учителя аж из самой столицы. Но этот старик, тоже обладавший Талантом «Маг», как раз собирался уходить на покой, и его назначили её личным наставником. Теперь он проводил занятия раз в неделю, а всё остальное время тихо жил в выделенном ему доме в дворянском квартале.

— Ну же, угощайся, — прервала мои размышления Сесиль.

— Спасибо.

«Боже, как вкусно!», — получив разрешение, я с хрустом вонзил зубы в сладкое печенье. Будучи знатным сладкоежкой, я уплетал угощение за обе щеки, забыв о всяких приличиях.

— Аллен, тебе не о чем беспокоиться.

— А?

«Это она о чем?», — я замер с куском во рту и приготовился слушать.

— В тот раз ты заговорил об авантюристах, потому что, видимо, тревожишься о своем будущем. Так вот, не волнуйся.

«Об авантюристах? А, она про наш разговор в переулке», — когда она сидела в трущобах, я предложил ей сбежать и стать авантюристом, чтобы хоть как-то приободрить.

— Ты превосходно справляешься со своими обязанностями. Я уже попросила отца перевести тебя в статус моего камердинера как можно скорее.

«Чего-о-о?!», — Сесиль с лучезарной улыбкой сообщила, что собирается повысить меня с обычного лакея до камердинера. А мне оставалось лишь выдавить из себя:

— Я недостоин столь высокой чести...

Продолжение следует…

Над переводом работала команда FanLate Journal

Перевод и редактура: Исекайный Сомелье

Вычитка: Cardinal и Lovelayz

Работа с изображениями: Animia