Глава 92 — Кровавый восход. Часть 2.

Сейчас Ахерон самозабвенно мчался прямиком к огромному поместью, находившемуся в центре Локгранда, в то время как темнота ночи словно окутывала его могучее тело своим мрачным саванном. Его силуэт мелькал по улицам и переулкам, как неистовая и жестокая тень, направляясь к своей уже близкой цели все стремительнее прежнего.

Порой на его пути вставали стражники, рыцари, люди... но он лишь проносился сквозь них, как безжалостный вихрь, разрубая на части их мягкие, податливые тела вместе с отблесками нового клинка в ведущей руке. Обагрённый неисчислимо пролитой кровью клинок пожранного врага пришелся ему по душе: он не разбивался, как другие никчемные мечи, что было более чем впечатляющим достижением. Только несколько совсем мельчайших сколов появилось на нем за все то время, что он помогал разить врагов, которые снова и снова вставали у него на пути!

Пронзительные крики и чудовищные вопли то и дело начинали звучать с городских улиц, в то время как начавшуюся бойню с каждым мигом замечало все большее количество людей. Безудержный и возвышающийся над всеми ужасающий силуэт уже совсем скоро был замечен огромным количеством людей, перерастая в панику, отчаяние, и даже липкий, охватившей всех ужас.

— Вы уже дрожите...? Плачете...? Страдаете...? — Безумный смех Ахерона проносился повсюду раскатами грома, в то время как его искаженные слова заставляли слышащих все сильнее ужасаться происходящим.

Тем не менее его правая рука не останавливалась ни на миг, лишь вновь и вновь совершая повторные взмахи мечом. Кровь, внутренности и конечности разлетались во все стороны, но он лишь продолжал идти к своей уже близкой цели. Он уже хорошо видел огромную территорию графа, как и чувствовал эмоции множества собравшихся там людей. Проклятые предатели...

Огромное число стражников и рыцарей сейчас не смело медлить даже мгновения, направляясь целыми толпами к буйствующему вдали силуэту, что лишь продолжал реветь и бесчинствовать, прокладывая себе дорогу сквозь горы невинных трупов.

— Остановись немедленно, проклятое чудовище! — Видя все произошедшее, один из рыцарей мог только закричать в благочестивом гневе. Однако, едва эти праведные слова сошли с его уст, как уже в следующий миг чудовищный силуэт метнулся прямо к нему, неся с собой запах крови и глухой, рокочущий звук разрываемого ветра!

Рыцарь едва успел заметить блик луны на окровавленном лезвии, как уже в следующий миг тиранический удар перечеркнул его жизнь. Меч прошил защиту меча и доспеха, словно ничтожную ткань, буквально разваливая тело пополам. Единственное, что успел осознать рыцарь перед своим неизбежным концом — это тяжесть собственного сожаления.

Ошеломленные увиденным кошмаром, стражники и рыцари тотчас ринулись в атаку, стараясь перекрыть крики агонии и безумный вражеский смех своим боевым кличем. Их число росло, а подкрепления продолжали прибывать непрерывным потоком. Однако стоило им только приблизиться к врагу, как ужас леденил кровь. Вблизи тиранический силуэт внушал такой трепет, что даже самые отважные сердца сбивались с ритма!

Чудовищно смеющийся силуэт был поистине страшен и ужасен. Окропленное кровью с ног до головы двух с половиной метровое тело лишь продолжало безжалостно махать клинком в своей правой руке, словно кося пшеницу в поле...

Неистовый свист от взмаха клинка был столь ошеломляющим, что, казалось, резал слух, а последующие события этого чудовищного действия были еще более страшными. Ни мечи, ни щиты, ни доспехи... ничего не могло выдержать даже мгновения перед мерцающим в сумраке кровавым клинком!

Кровь, внутренности, конечности... даже срезанная сталь не могла выдержать столь невообразимой для обычного человека мощи. Лишь один тиранический удар забирал более чем одну жизнь, в то время как сам удар, казалось, не затрачивал у безумного силуэта и капли его неутомимой выносливости!

— Кошмар! Отчаяние!! Ужас!!! — Безумный рев и визг выходил набатом из горла Ахерона, в то время как он сам лишь с наслаждением продолжал выполнять свое изуверское дело.

Сейчас его окружало множество врагов, более чем когда либо прежде! Но он не страшился. Нет... наоборот, он лишь наслаждался столь великой битвой! Ведь победа в итоге будет слаще любого нектара! Да и вообще... разве способны эти насекомые одолеть кошмар...?!

_________________________________________________________________________________________________

В этот момент до этого запертая дверь в кабинет графа вдруг яростно распахнулась, а силуэт запыхавшегося рыцаря неожиданно показался на пороге, взирая на людей внутри с едва сдерживаемой паникой и проскальзывающим ужасом в глазах.

— Г-граф, в городе появилось какое-то чудовище! Проклятье... оно просто без разбора всех убивает! — Рыцарь говорил очень быстро, а его слова были наполнены самым настоящим шоком и растерянностью. Однако едва эти мрачные слова пронеслись по изысканному кабинету, как Рикард в тот же самый миг поднялся со своего кресла, преиcполненный искренним непониманием.

Даже стоящий недалеко от него епископ церкви и великие рыцари не могли ни бросить подозрительные и слегка ошеломленные взгляды на молодого бойца. Если то, что он сказал — правда, то этот неизвестный враг должен быть чрезвычайно силен...

— Ч-что...

— Н-никто не может остановить его, граф! Он уже убил почти сотню рыцарей! — Даже не дав Рикарду собраться с мыслями, молодой рыцарь в очередной раз вылил ушат холодной воды прямо ему на голову.

От всех этих неожиданных новостей, ошеломленный граф даже не успевал вставить слово и обдумать услышанное, пока вошедший рыцарь лишь продолжал без конца тараторить, донося одну абсурдную весть за другой.

— Успокойся и объясни все как следует, Клайн. Что произошло? — Поднявшись, один из великих рыцарей тут же подошел к говорившему, прерывая его монолог и спокойно задавая вопрос. Другие великие рыцари в этот момент тоже не медлили, поднимаясь и начиная готовится.

— Г-господин Коттон, дело в том, что... — Едва обливавшийся потом молодой рыцарь начал говорить, как уже в следующий миг с территории поместья вдруг донесся далекий рев, вкупе с отголосками кровавой и ожесточенной битвы. И даже через закрытые окна кабинета были отчетливо слышны чудовищные и наполненные безумием слова...

Впрочем, едва звуки битвы донеслись до ушей всех находящихся в кабинете, как они разом направились к окну, спустя миг полностью ошеломляясь увиденным. Прямо на их глазах происходила самая настоящая кровавая мясорубка. Сотня рыцарей окружала огромный силуэт, но он лишь продолжал стремительно и бездумно махать клинком, безжалостно разрубая на части подходящих к нему смельчаков.

— У него в руках меч епископа...— Не прошло и мига, как сузившееся глаза одного из великих рыцарей тотчас приметили отблеск церковного символа на рукоятки меча буйствующего врага. И даже сквозь нескончаемо стекающую кровь, он был уверен в своем хорошо обдуманном утверждении.

— Проклятье... — Как только Рикард услышал слова своего самого доверенного великого рыцаря, тихий и даже ошеломленный шепот тотчас вырвался из его уст, а сам он уже в следующий миг яростно завопил прямо в обескураженное лицо епископа. — Что это за дерьмо, твою мать?!

Однако, невзирая на вопрос Рикарда, великие рыцари уже знали, что им надо делать. Прошел лишь миг, как их со звоном вытащенные из ножен мечи уже были угрожающе выставлены по направлению к епископу, мгновенно беря его в кольцо.

— О чем вы говорите, ваше сиятельство...? — Обведя взглядом направленные на него клинки, епископ мог только сморщиться, словно ему скормили наикислейший лимон.

Только недавно разговор шел в спокойном русле, как уже сейчас великие рыцари окружили его со всех сторон, всем своим видом демонстрируя смертельную угрозу. Не говоря уже о какой-то буйствующей снаружи твари, которая только усложняла его ныне шаткое положение...

— Я что, идиот, твою мать?! Что это за мерзость и почему у нее клинок епископа вашей церкви?! — Рикард сейчас мог только продолжать яростно вопить, то и дело брызжа слюной в лицо ошеломленного епископа.

Хотя с такого расстояния он и не разглядел клинка в руках чудовищного силуэта, но был уверен в словах своего подчиненного и одновременно с этим — брата. Как великий рыцарь, Рейгон не только был способен увидеть детали даже на таком внушительном расстоянии, но и имел полное его доверие. Если он сказал, что в руках у той твари меч епископа, значит, так оно и есть.

— Я, как и вы, ошеломлен, граф Рикард. Я правда не знаю, что происходит... — Слова епископа сейчас были как никогда полны шока, а сам он мог лишь говорить правду, в которую ему, похоже, не собирались верить.

Он действительно не знал, что происходит, но в то же время хорошо понимал реакцию графа. Чудовищный силуэт действительно отдаленно напоминал епископов церкви, так еще и держал их клинок. Даже его самого немного встревожил и ошеломил такой неожиданный и странный поворот событий...

— Вы сможете победить его...? — Осознав, что мямлящий епископ уже не добавит ничего нового, Рикард более не медлил, переводя свой напряженный взгляд на своих великих рыцарей, а в особенности — на Рейгона, их командира.

Сам он не был рыцарем, как и не был даже обычным воином. Тем не менее ему стоило лишь бросить несколько коротких взглядов на битву снаружи, чтобы осознать силу и мощь чудовищного силуэта, направлявшегося сюда. Без сомнения, это был лишь вопрос времени, когда буйствующая тварь убьет всех рыцарей и доберется до главного дома поместья. И это все с учетом того, что рыцари будут сражаться до самого последнего вздоха, а не дезертируют, осознав свою беспомощность, как сделало уже большинство простых стражников. Даже сейчас он видел, как эти проклятые трусы сбегают с поле боя, подрывая этим еще и смелость самих рыцарей...

— Не волнуйтесь, граф. — Закончив наблюдать за буйствующим силуэтом в окне, Рейгон перевел взгляд на епископа церкви, продолжая говорить с легким, но твердым нажимом. — Это просто дикий зверь. Вместе мы справимся... разумеется, не без помощи уважаемого епископа...

Услышав слова великого рыцаря и увидев кивок графа, епископ мог только натянуто улыбнуться, сглотнув ком в горле при виде чудовищного силуэта в окне. Не то чтобы он был трусом, но сражаться против такого противника ему не особо-то и хотелось. Тем не менее сейчас у него не было другого выбора. Конечно, в одиночку он бы ни за что не пошел, но вместе с умелыми и великими рыцарями...

— Разумеется, я помогу... — Вернув на лицо кривую улыбку, епископ в конце концов согласился поучаствовать в этой битве.

Он понимал, что ему не доверяют, а значит, не отпустят восвояси. За все это время, великие рыцари, казалось, ни на миг не отвели от него своих жестких взглядов. Однако ему плевать, ведь он действительно не имел к этому никакого отношения. Просто легче и впрямь убить тварь вместе с людьми графа, чтобы наконец обелить свое имя.

— Коттон, приглядывай за епископом и вместе координируйте свои атаки под наши. Остальные — за мной. Покажем этой мерзости, кто такие великие рыцари!

Закончив с речами, великие рыцари, как и епископ, спешно направились наружу. Они знали, что бой будет нелегким, но тем не менее не переживали о его исходе. Помимо епископа, их было семеро — более чем достаточно, чтобы победить буйствующего душегуба.