Глава 130 — Без названия

— Неужели вы снова вот так просто уезжаете?.. Молодой господин расстроится, подождали бы хоть немного…

Попрощавшись с господином Пуче, который провожал нас странными фразами, мы покинули виллу. С нами был лишь небольшой отряд элитных рыцарей сопровождения. Мы возвращались в Виттельсбах.

— Мама, не переживай ты так. Уверена, он не сильно ранен, просто притворяется, чтобы ты его пожалела. Этот дуралей всегда любил поныть на пустом месте.

Рэйчел пыталась утешить меня взрослым тоном, видя, что я всю дорогу не нахожу себе места от тревоги. Если бы всё и впрямь было так…

Я натянуто улыбнулась и прижала ладонь к груди, где бешено колотилось сердце. Как бы я ни пыталась убедить себя, что всё не так плохо, я не могла подавить это гнетущее чувство, которое разъедало изнутри. В голову лезли самые страшные мысли.

А вдруг Джереми ранен непоправимо? Вдруг он выжил, но останется калекой на всю жизнь?..

А если пыл союзных войск угаснет, и начатая с таким трудом реформа развалится, а империю разорвут на части внешние враги и внутренние распри?..

Может, не стоило ничего начинать? Может, мне вообще не следовало возвращаться?.. Нужно ли было в тот самый момент возвращения просто опустить руки и уехать подальше от всех? Будь так, разве не жили бы они все счастливо и спокойно на своих местах, не зная раздоров?..

Я мучила себя этими мыслями всю дорогу, и к концу пути была совершенно истощена. Когда наш экипаж наконец приблизился к последнему рубежу перед столицей — подножию гор Ароф — моя паника достигла пика.

Тело реагировало быстрее разума: сердце готово было выпрыгнуть из груди, словно в приступе внезапного удушья. Я пересела поближе к Рэйчел, которая дремала, прислонившись к окну, и крепко сжала её теплую ладонь в своей.

Всё хорошо, ничего не случится, ничего не случится… Всё будет в порядке…

Бам!!!

Внезапный мощный толчок заставил карету резко качнуться. Послышался треск ломающихся веток, и экипаж, неистово подпрыгнув напоследок, полностью замер. Тут же раздались крики рыцарей и чей-то вопль — в одно мгновение всё вокруг наполнилось шумом и хаосом.

— Ч-что… Мама? Что происходит?!

— Разбойники!

— Засада! Прикрывайте карету!

— Охраняйте карету!

В широко распахнутых от ужаса зеленых глазах Рэйчел отразилось моё бледное, как у мертвеца, лицо.

Это мой кошмар. Мой кошмар снова оживал наяву.

* * *

— С дороги! Все прочь! С дороги, я сказал!!!

Наконец четвертая кавалерийская баррикада, плотно окружавшая первые ворота Сакросанкта, начала рушиться. Элиас прорывался сквозь этот хаос, топча врагов, падающих как домино.

Рыцари уже приставляли лестницы к стенам, бросаясь на штурм, словно яростное пламя. В таком месиве кричать «с дороги» было бесполезно — никто не слушал. Но Элиас продолжал рычать, чтобы пробиться сквозь эту бойню. Наконец, добравшись до места, где развевались знакомые флаги, он заорал во всю глотку:

— БРАТ!!! МОЛОДОЙ ГЕРЦОГ!!! ЭЙ ВЫ, ТУПИЦЫ!!!

Двое, к кому была обращена эта внезапная атака, никак не ожидали увидеть здесь того, кто должен был сидеть дома. Вскоре они показались из людского моря, бушующего словно стая голодных зверей. Вокруг стоял невообразимый грохот, поэтому им приходилось буквально орать друг другу в лицо.

— Элиас?! Ты-то что здесь забыл, паршивец?!

— Сейчас не до этого! Это крах, полный крах!! Конец света настал, идиоты!!

Элиас, не переводя дыхания, выпалил всё, что узнал. Лица двух рыцарей, прислушивавшихся к нему посреди битвы, вмиг исказились от ужаса — и это еще слабо сказано.

— …Так что нужно немедленно ехать спасать! Шури и Рэйчел в опасности!

— Вот же сукины!..

Джереми в ярости сорвался с места, готовый лететь вперед, но чья-то рука крепко перехватила его за плечо. Это был Нора.

— Ты куда собрался?!

— Пусти! Шури сейчас…

— Ты со своей раненой рукой куда попёрся?! Я поеду, а ты оставайся здесь и продолжай наступление…

— Это МОЯ семья! Моя мать и моя сестра!

Нора схватил Джереми за воротник и с силой потянул на себя, пресекая его попытки вырваться. Он впился взглядом в яростно сверкающие, полные слез темно-зеленые глаза друга и произнес чеканно, почти спокойно:

— Да, твоя семья. Именно поэтому ты должен остаться здесь и привести союзные войска к победе. Слышишь? Ты — наследник нашей «богини реформ», ты не можешь бросить пост. Там, за этими стенами, прячутся те, кто годами изводил твою мать. Ты ведь не забыл, что обещал младшей сестре?

— Н-но…

— Элиас! Когда именно они отправили письмо?!

Элиас, тяжело дыша и ошарашенно наблюдая за этой сценой, тут же ответил:

— Около трех дней назад, значит...

— Если они отправили гонца в Эрфурт три дня назад, то сейчас нуна уже должна быть на обратном пути.

— С-сказали... сказали, что нападут на них прямо перед тем, как они доберутся до столицы...

Если они планируют нападение на человека, возвращающегося из Эрфурта в столицу, то было лишь одно место, где замаскированные наемники могли устроить засаду так, чтобы их след невозможно было отследить.

Нора, быстро пришедший к этому выводу, внезапно вспомнил о странном поведении Шури во время поездки в Сафави. То, как она дрожала от необъяснимой тревоги, проезжая через горы у последнего рубежа перед столицей. Она что-то предчувствовала?

В следующий миг Нора уже бежал к поваленным баррикадам и на ходу запрыгнул в седло чьего-то коня, оставшегося без всадника. Глаза Джереми округлились.

— Нора?

— Твою мачеху и сестру я обязательно привезу в целости и сохранности. А ты обеспечь нам здесь полную победу.

С этими словами он сорвался в галоп, а Элиас поспешно пристроился следом. В этот же момент вдалеке прогремел оглушительный клич. Первые ворота наконец были выбиты.

* * *

— Гх-х... кх-х...

Звуки, издаваемые рыцарями, что вповалку лежали на земле в лужах крови, впивались в уши. Это были стоны тех, в ком еще теплилась жизнь — предсмертные хрипы людей, совершающих последнюю, отчаянную попытку пошевелиться.

— М-мама...

Я пыталась закрыть Рэйчел своей спиной и изо всех сил сжала рукоять тяжелого меча. Я подобрала его у одного из павших рыцарей.

— Может, пора уже сдаться?

Лица, бесчисленное количество раз являвшиеся мне в кошмарах, заговорили. В их тоне сквозило раздражение и усталость.

Толку от того, что я сжимала меч, которым даже не умела пользоваться? Я не была соперником этому множеству врагов, окруживших нас.

Но мне нужно защитить Рэйчел. Мои руки и плечи были изранены, пока я пыталась отражать их удары, но, как ни странно, я совсем не чувствовала боли.

Четыре года. Когда я впервые встретила эти лица, мне было двадцать три. Сейчас мне девятнадцать. Я встретила их на четыре года раньше. Тогда я была на пути в изгнание, а теперь — на пути домой. Это было еще одно отличие.

— Кто вас послал?..

— А это так важно? — безразлично отозвался мужчина с суровым лицом, вращая в одной руке массивный клинок. Он сделал шаг ко мне. — Материнская любовь — великая вещь, конечно. Мы и сами не то чтобы горим желанием это делать, но что поделаешь — судьба у тебя такая.

Канг!

Раздался резкий звон, и меч выпал из моих рук. От этого удара и я, и прижимавшаяся ко мне Рэйчел повалились на землю. Острие клинка, зловеще сверкнув в тусклом лунном свете, стремительно рванулось к нам. Рэйчел закричала:

— Мама!!!

Сталь впилась в мои ладони, и густая алая кровь закапала на землю. Сцепив зубы, чтобы не закричать, я мертвой хваткой вцепилась в лезвие. Мужчина с шипением рванул меч на себя, а затем ударом ноги в живот отбросил меня прочь.

Бам!

Силы покинули руки, и из груди вырвался бессильный стон.

— Ну и сука же ты упрямая! Тебе сказали — сиди смирно, и мы убьем вас быстро. Какого черта ты сопротивляешься?!

— А-а-а-а-а!

Я крепко обняла Рэйчел, которая билась в истерике, а на мое тело один за другим посыпались тяжелые удары сапог. Чувства вмиг притупились, возникло ощущение, будто всё моё тело превратилось в бесформенный кусок глины.

Неужели это и есть моя судьба? Сколько бы я ни меняла жизнь, в итоге встретить нелепую смерть от рук тех же самых людей? Но какой бы жестокой ни была моя участь, я не могла позволить Рэйчел погибнуть. Только не моя Рэйчел.

Мужчина, какое-то время нещадно избивавший меня, наконец, тяжело дыша, снова занес меч.

— Отправляйтесь-ка на тот свет вмес...

Фьють!

Что бы он ни собирался сказать дальше, его слова оборвал внезапный, странно знакомый звук. Если быть точнее, слова сменились воплем.

— А-а-а-гх!

— Ах вы твари! Я из вас живьем фарш наделаю!!!

...Мне чудится? Это предсмертные галлюцинации?

— ...Элиас?

— Брат?!

Нашим глазам, широко распахнутым от неверия, предстал не кто иной, как наш Элиас. Он сидел на взмыленном коне и с отчаянной храбростью палил из арбалета.

Мужчина, собиравшийся нанести удар, мгновенно превратился в ежа и рухнул, а остальные наемники, на миг замешкавшиеся от внезапной атаки, тут же вскинули оружие и бросились на Элиаса. Ему пришлось отбросить арбалет и выхватить меч.

— А ну идите сюда! Давайте!!!

— Неугомонный кошак...

Пшак!

Голова наемника, который в прыжке понесся на Элиаса, слетела с плеч, и кровь брызнула фонтаном. Пока Элиас, облитый этой кровью, ошарашенно смотрел на свои руки, черноволосый рыцарь, вмешавшийся без спроса, произнес:

— Чего застыл? Впервые в настоящем бою?

— ...Я бы и сам справился! Высокомерный придурок...

— Н-Нора?..

Услышав мой голос, мой рыцарь повернул ко мне свой пронзительный синий взгляд.