Глава 5 — Глава 5. Пещера испытаний — Испытание Звезды —

Глава 5. Пещера испытаний — Испытание Звезды —

Мы вернулись к тому же телепортационному кругу, через который вошли.

— Каменная статуя светится.

Как и сказала Шион, статую у нас за спиной окутал бледный белый свет. Он медленно потянулся к нам и впитался в наши тела, словно мана. Свечение постепенно слабело, пока целиком не исчезло внутри нас.

Не прошло и нескольких секунд, как телепортационный круг Испытания Звезды тускло засветился.

— Похоже, мы получили навыки.

Так пробормотала Нанами. Навыки, которые здесь дают, зависят от персонажа. Это способности, связанные с собственной скоростью, уклонением или скрытными действиями, и любая из них должна оказаться полезной. Мне, судя по всему, достался навык повышения скорости.

— Хотелось бы его проверить… Но что будем делать со следующим испытанием? Пойдём сразу?

— Мы почти не устали, так что давайте продолжим.

Так ответила вице-председатель Фран. Шион, похоже, тоже была согласна.

— В некотором смысле я лишь немного устала смеяться.

Она так сказала, но на самом деле, думаю, почти не устала. Возможно, вымотался — причём во всех смыслах — только я. Наверное, поэтому Юкинэ посмотрела на меня.

— Всё в порядке, идёмте. Только теперь начнётся настоящее испытание, так что будьте осторожны.

После моих слов Нанами кивнула.

— В Испытании Звезды для каждого человека предусмотрен свой механизм, и, чтобы пройти этаж, нужно его разгадать, верно?

Именно. По моим предположениям, для Нанами и меня испытание будет не слишком тяжёлым. Особенно мучительным оно становится для персонажей с травмами или внутренними проблемами.

Наверное, из всех нас труднее всего придётся Шион.

— Как только мы встанем на круг, нас, скорее всего, сразу разделит. Опасности для жизни нет, но испытание может оказаться довольно тяжёлым. Держитесь.

С этими словами я посмотрел на статую со звёздным посохом. Рядом с ней телепортационный круг излучал бледный свет.

— Когда будете готовы, начнём.

— Шион —

После телепортации я оказалась в месте, похожем на усадьбу Вакоку.

«Взгляни в лицо собственной слабости и ступай верным путём. Тогда дорога откроется».

Эти слова прозвучали прямо у меня в голове. Полагаю, таково условие прохождения.

Для начала я решила осмотреться, открыла ближайшую дверь-фусума и тяжело вздохнула.

— Похоже, мне выпало самое ненавистное из всего, что можно было вообразить.

Я села на колени в до боли знакомой комнате с татами и тихо выдохнула. Пока я успокаивалась и оглядывалась вокруг, произошло следующее.

В памяти вдруг вспыхнул эпизод из детства. Тогда он смотрел на меня так, словно видел перед собой не человека, а орудие…

— Мне велят встретиться с этим лицом к лицу?

С тем адским временем, которое я провела в этом доме, подобном обители демона.

— Если так, мне это совсем не по нраву.

Я поднялась, открыла фусума и пошла по коридору. Миновала знакомый внутренний двор, открыла ещё одну дверь-фусума и направилась к входу. Но за ней снова оказалась комната, в которую меня перенесло. Там же находился и круг возвращения.

«Взгляни в лицо собственной слабости и ступай верным путём. Тогда дорога откроется».

Слова вновь прозвучали в голове. Куда бы я ни шла, в итоге возвращалась в первую комнату. Похоже, я оказалась заперта в этом доме.

— Значит, остаётся лишь пойти туда, где я ещё не была.

Нет. Вернее будет сказать — туда, куда я намеренно не хотела идти.

Глубоко вздохнув, я без колебаний направилась к той комнате. Подойдя к ней, услышала звук, словно кто-то ударил ладонью по столу.

— Почему ты говоришь, что не можешь? Нужно лишь продолжать, пока не получится. И после этого ты называешь себя моей дочерью?!

Тело на миг оцепенело. Это был голос отца из моих воспоминаний. Голос ненавистного отца. Из комнаты доносились удары и звуки срабатывающей магии, но я застыла и не могла войти.

Лишь когда всё стихло и прошло немного времени, я наконец открыла фусума и вошла.

— Как ностальгично. Моя комната, о которой я вовсе не желала вспоминать.

Я обыскала помещение, надеясь найти что-нибудь необходимое для побега, но ничего не обнаружила.

Собираясь уйти, я случайно взглянула в зеркало. Увидев своё лицо, невольно рассмеялась.

— Единственное утешение — от него мне достались лишь цвет волос и глаз.

Будь наши лица похожи, возможно, я возненавидела бы даже зеркала. Ах да, магический талант тоже унаследован от него.

— Ну и ну, Коу. Ты говорил, что будет тяжело, но это и вправду невыносимо.

Подумав о том, что ждёт дальше, я тяжело вздохнула.

Я вышла из комнаты, размышляя, что делать, и тут со стороны внутреннего двора донёсся до боли знакомый голос.

— Неужели?..

Я поспешила во двор. Там, как и ожидалось, находились две девочки.

— Я в детстве…

И рядом с ней — ещё одна девочка.

— Сестрица Хана…

Я смотрела, как они весело играют, когда из-за фусума на противоположной стороне донёсся голос.

— Если дом Кудзё согласится подчиниться дому Химэмия, я, быть может, ещё подумаю. Кх-кх.

Это был отец. Его выдавал не только голос, но и снисходительная язвительность, и издевательский смешок — никаких сомнений.

— Этого никогда не будет!

Раздался гневный крик отца сестрицы Ханы. Я невольно посмотрела на неё. Она выглядела такой печальной, и маленькой мне от этого тоже стало грустно…

— Идём, Шион. Теперь поиграем с магией.

Она предложила мне перейти в другое место.

— Это всё твои козни!

Отец сестрицы Ханы по-прежнему кричал из-за фусума. А мой отец…

— Дом или гордость. Тебе не мешало бы решить, что важнее.

Так он ответил со смехом.

— Я и без тебя всё понимаю!

В тот же миг вокруг маленькой меня и сестрицы Ханы поднялась чёрная дымка. Она становилась всё гуще, пока не окутала обеих. Через несколько секунд туман рассеялся, но девочки бесследно исчезли.

— Мало того что заставили пережить душевную травму, так ещё и велят идти дальше? Жестокое испытание.

Я тяжело вздохнула и, дойдя до середины двора, подняла взгляд к небу.

По тому, как всё развивалось, я примерно понимала, куда следует идти. Стоит мне свернуть в другую сторону — меня наверняка снова замкнёт в круг.

— Сестрица Хана была удивительной. Так тепло относилась ко мне, хотя для неё этот дом был почти вражеским.

Дом Химэмия пользовался дурной славой даже среди знати Вакоку, а я вдобавок была незаконнорождённой и росла в одиночестве. Она первой заговорила со мной.

Благодаря ей я не чувствовала себя одинокой. Она спасла моё сердце.

— А я так ничего и не смогла для неё сделать.

Можно сказать, что моей вины в случившемся нет. Сестрица Хана, наверное, сказала бы то же. Но то, что я ничего не сделала, — мой грех.

— Что ж, пора идти.

Я знала, куда должна направиться. Но это было самое ненавистное мне место. Я больше не хотела идти вперёд. И всё же другого пути не было. К сожалению, круг возвращения исчез, а значит, возвращаться было некуда.

— Некуда возвращаться… Совсем как мне сейчас.

Ноги налились тяжестью, но я шаг за шагом направилась к комнате отца.

— Шион, ты меня слушаешь?

Как и следовало ожидать, из комнаты доносился голос отца.

— Но, отец…

— Никаких «но». Мы наконец приблизились к тому, чтобы сокрушить Кудзё.

Да, эти слова я помнила. Так он ответил, когда я пыталась поговорить о сестрице Хане и доме Кудзё.

— Не сближайся с ними слишком сильно и не позволяй чувствам затуманить разум. Ты должна делать то, что я велю. Если продолжишь перечить, я могу и лишить тебя наследства.

— …

— Достаточно будет принять другого наследника. И всё же, похоже, поручить тебя тому дураку было ошибкой.

— Как ты смеешь плохо говорить о моих приёмных родителях?

Я открыла фусума. Внутри находились отец и маленькая я. Похоже, они не замечали моего присутствия.

— Разве я неправ?

Он продолжил говорить, даже не взглянув в мою сторону.

Через некоторое время обоих начала окутывать уже знакомая чёрная дымка. Когда она исчезла, вместе с ней пропали и они, а на их месте возник телепортационный круг.

— Значит, мне велят заново пережить травмирующие воспоминания и отыскать выход. Да уж, тяжёлое испытание.

Коу ведь говорил, что оно будет довольно тяжёлым.

— Где тут «довольно»? Для меня это испытание — сущий ад.

◇

— Фран —

Место, куда меня перенесло, было до боли знакомым.

— Ночная… школа?

Я пробормотала это, осматриваясь. Кроме меня здесь никого не было. Как и говорил господин Такиото, всех перенесло в разные места.

Пока я размышляла, что делать, в голове внезапно раздался голос.

— А!

«Взгляни в лицо собственной слабости и ступай верным путём. Тогда дорога откроется».

Я резко обернулась. Там стояла статуя с таким же звездообразным посохом, какую мы видели перед входом на этот этаж.

Рядом находился и телепортационный круг, через который я, вероятно, вошла.

Судя по обстоятельствам, прозвучавшие слова и были условием прохождения.

— Для начала пойдём вперёд.

Пройдя немного по коридору, я быстро поняла, где нахожусь. Это была школа, в которой я училась в младших классах.

— Почему именно здесь?..

Я продолжила идти, но коридору почему-то не было конца. Скорее всего, меня заставляли снова и снова проходить по одному месту — это был так называемый зацикленный коридор.

Идти в прежнюю сторону казалось бессмысленным, поэтому я повернула обратно. Вскоре нашлись статуя и телепортационный круг, через который я, по-видимому, вошла.

— Значит, вот как устроен этот механизм.

В подземельях бывают участки, где путь открывается лишь после решения загадки или выполнения определённого условия. Вероятно, здесь тоже требовалось что-то сделать. Тогда…

— Возможно, нужно войти в один из классов.

Доступных мест было немного. Но в какой кабинет следовало зайти?

Тут я вспомнила голос.

— «Взгляни в лицо собственной слабости»… Значит, нужно отправиться в место, связанное со мной?

Это объясняло, почему я оказалась в своей старой школе. Полагаясь на память, я решила найти класс, в котором когда-то училась. Он обнаружился почти сразу.

Я заглянула внутрь через окно. Там была знакомая картина: рисунки, полки и ряды парт — всё точно как в моих воспоминаниях.

В классе находились двое знакомых мне людей. Одной была я в детстве, а напротив стояла девочка, которая когда-то была моей подругой.

«Фран, ты такая замечательная».

Она произнесла это тем же голосом, который сохранился в моей памяти. Слова, обращённые к маленькой мне, вновь вонзились уже в нынешнюю меня.

— Так вот в чём дело…

Стоило мне пробормотать это, как от обеих девочек начали подниматься чёрные частицы. Они постепенно окутали их фигуры, и вскоре те исчезли.

Девочки исчезли, но слова продолжали терзать меня. Эта бывшая подруга и её похвала стали травмой, из-за которой я начала ненавидеть себя.

Неужели это испытание заставляет вспоминать собственные травмы? В голове мелькнула худшая догадка. Вот почему господин Такиото говорил, что для каждого испытание своё, но оно тяжёлое. Действительно, всё зависело от человека: из нынешней группы эту школу знала только я.

Полагаясь на старые воспоминания, я направилась к выходу. Хотела выбраться из здания, но, к сожалению, так и не смогла до него добраться. Зато без труда вернулась к начальной точке. Вернее, меня сюда вернули. В таком случае…

— Хм. «Взгляни в лицо собственной слабости» означает, что я должна собственными ногами пройти через свои травмы? А бежать мне, значит, никто не запрещает.

Какое жестокое испытание. Хотя, возможно, испытания и должны причинять боль. Но раз Юкинэ и остальные тоже проходят свои, я не могла отступить.

Следующим я выбрала место, где могла находиться та девочка, — спортивный зал. В отличие от меня она любила двигаться и постоянно играла с другими. Казалось, она почти не училась, а только развлекалась. Иногда и я ходила вместе с ней.

Я легко добралась до спортзала, но внутри никого не было. На мгновение я обрадовалась, что больше не придётся видеть травмирующие воспоминания, однако из кладовой рядом донёсся звук. Там находились она и я из прошлого. Маленькая я заговорила с ней.

«Ты всё время играешь. А учёбой или магией не занимаешься?»

«Учиться скучно, а магические упражнения — это одно и то же по кругу. Разве не надоедает? Есть вещи куда веселее. Давай играть».

Она улыбнулась, держа в руке ракетку для бадминтона. И вправду всё время играла. Но при этом по успеваемости уступала только мне. А главное — была любимицей класса. Даже учителя её любили.

«Я, пожалуй, не пойду».

Маленькая я отказалась.

«Вот как. Я ещё немного поиграю со всеми, так что приходи, если захочешь!»

Она прошла мимо, словно меня здесь не было, и побежала в спортзал. Оставшаяся я смотрела ей вслед со сложным выражением лица, а затем пробормотала:

«Как же она сияет».

У неё всё получалось, она была спортивной и имела много друзей. Я ей завидовала.

— Вот бы и у меня был такой талант…

Она казалась девочкой-волшебницей из детского аниме.

В аниме, которое я часто смотрела, девочка-волшебница великолепно владела магией и раз за разом побеждала злодеев. У неё было много друзей, она хорошо училась и с лёгкостью осваивала любое новое дело — стоило, например, взяться за готовку, и у неё сразу всё получалось. Она была талантливой и разносторонней — я восхищалась ею безмерно. Она сияла и в делах, и в обычной жизни, поэтому я называла её «сияющей» и сама мечтала однажды засиять так же.

Поэтому я хотела стать похожей на девочку-волшебницу и усердно занималась магией и учёбой. Старалась… старалась всё время. Тогда я верила, что у меня есть магический талант: управляла маной лучше других детей и превосходила их в учёбе. Из-за моего нежелания проигрывать, насколько помню, по магии я неизменно оставалась лучшей в параллели.

Но иногда встречаются такие люди.

Гении, которые почти не трудятся, но всё равно сильны — как та моя бывшая подруга. Дети, сияющие подобно волшебнице из аниме.

Маленькая я, стоявшая передо мной, исчезла, словно выполнила свою роль. Я отвернулась от неё и покинула это место.

Я сомневалась, стоит ли идти дальше. Во мне уже поднимались отрицательные чувства и воспоминание о словах, которые меньше всего хотелось слышать именно от неё.

Я хотела вернуться. Путь назад существовал. Но мне не сказали, что произойдёт с остальными, если я провалюсь. Поэтому оставалось лишь идти вперёд.

Я отправилась искать следующее доступное место. Им снова оказался класс, только на этот раз — тот, в котором я училась годом позже.

Там маленькая я и та девочка сравнивали оценки.

«Ничего особенного…»

«О чём ты? Ты ведь выше меня. Фран, ты замечательная».

Она хвалила меня. От этих слов в груди стало тяжело. И тогдашней, и нынешней мне её похвала казалась насмешкой.

Я снова и снова тренировалась, повторяла, размышляла, тратила десятки часов, чтобы наконец достичь определённого уровня. А она тратила меньше времени и без труда достигала того же. Играючи становилась со мной вровень. И после этого говорила: «Фран, ты и правда замечательная»…

Возможно, она хотела меня похвалить. Нет, наверняка хотела. Она была прямой и чистосердечной девочкой. Но мне её слова слышались издёвкой.

Я ненавидела это. А больше всего ненавидела себя за то, что услышала в её словах насмешку. С тех пор я возненавидела себя. И до сих пор знаю: глубоко внутри меня дремлют злые чувства.

После этого я больше не могла считать её подругой. Не по её вине. Просто решила, что сама недостойна быть её подругой.

Обе превратились в чёрные частицы и исчезли. Глядя на это, я вздохнула.

— Больше ведь ничего не будет…

Ещё больнее мне уже не должно стать. Нужно искать выход. Решив так, я стала осматривать доступные места и вскоре нашла следующее.

Это был школьный вестибюль. Я вышла наружу и в изумлении замерла перед открывшимся видом.

— Почему?..

Передо мной стоял Лунный двор. Это место… логово гениев.

— Сколько ещё вы намерены давить на мои комплексы?

Я не гений, как председатель Моника. Мне всегда требовалось много времени и упорной работы. Я старалась, старалась — и лишь так смогла стать вице-председателем студсовета этой академии.

И всё же где-то в глубине души я отчаивалась оттого, что остаюсь обычным человеком без выдающегося таланта. После вступления в студсовет это ощущение стало ещё сильнее.

Сейчас Юкинэ и Шион, которые при поступлении были примерно на моём уровне, стремительно растут, а я одна остаюсь позади.

Я не жалею усилий. Но разрыв лишь увеличивается. Более того, даже среди тех, кто младше меня на год, есть ученики, быстро набирающие силу.

С такими мыслями я вошла в комнату студсовета.

Там находились юные гении: Иори Хидзири, Юика Хидзири, Габриэлла Эванджелиста, Людивин Мари-Анж де ла Трефль, Нанами и Коусукэ Такиото. Все они могли с лёгкостью обойти меня.

Будто не замечая моего присутствия, они весело разговаривали — о подземельях, сладостях, поступках учителей, обо всём обычном.

— Такое чувство, будто мне показывают, что я даже не заслуживаю их внимания.

Они — это они, а я — это я. Я всё понимала. Знала, что остаётся делать лишь то, что могу. Но иногда сердце почти ломалось.

Весело беседовавшие Иори и остальные постепенно превратились в чёрные частицы и исчезли. В самый последний миг мы с Коусукэ Такиото встретились взглядами. Он посмотрел на меня, слегка улыбнулся и рассыпался чёрными искрами.

— Что означало это последнее?..

Возможно, он лишь случайно посмотрел в мою сторону. Но что-то не давало мне покоя.

Пока я размышляла, посреди комнаты появился телепортационный круг.

Вероятно, если войти в него, я вернусь. Я могла уйти, но…

— Не хочу, чтобы остальные увидели моё нынешнее… уродливое лицо, полное зависти.

Я немного подождала и лишь затем вошла в круг.

◇

— Юкинэ —

Первым я ощутила запах земли.

Он отличался от запаха прошлого этажа — будто меня перенесло куда-то, где природа била ключом. Я огляделась.

— Где это я?

Если сравнивать, место напоминало лес у дома Ханамура, где мы с Коусукэ обычно тренируемся. Вокруг густо росли трава, цветы и деревья, а вперёд тянулась утоптанная тропа.

— Похоже, остаётся идти вперёд.

Убедившись, что позади есть телепортационный круг для возвращения, я пошла по тропе. Через несколько десятков секунд на земле обнаружились следы.

— Здесь есть кто-то ещё?

По размеру они принадлежали взрослому мужчине. Я осмотрелась, но чужого присутствия не ощущала, и ничего не происходило. Немного подумав, решила пойти по следам.

Примерно через десять минут тропа раздвоилась. Следы уходили вправо, поэтому я двинулась туда же.

Впереди почувствовались признаки боя. Я насторожилась и поспешила в ту сторону.

— Что?

Там стояла «я», держа нагинату наготове. Напротив была сестра, нацелившая на «меня» остриё меча.

— Мы с сестрой сражаемся?

Но они не замечали настоящую меня. Даже при моём присутствии бой продолжался.

Сражавшаяся «я» использовала те же приёмы и двигалась так же, как нынешняя я. Однако по силам она не уступала сестре.

Всё закончилось внезапно: «я» рассекла сестру. Та обратилась в чёрные светящиеся частицы и рассыпалась, словно песок, уносимый ветром.

Тут к «моей» фигуре приблизился человекоподобный чёрный силуэт. Когда он появился? Я совершенно не почувствовала его присутствия.

Силуэт и «я» весело поговорили и вместе пошли по дороге. Но через несколько шагов «я», как до неё сестра, рассыпалась частицами. Чёрный силуэт продолжил путь, словно ничего не случилось.

Глядя ему вслед, я вдруг заподозрила неладное и осмотрелась.

— Ни следов двоих, ни следов боя. Только… отпечатки ног одного взрослого.

Я тут же перевела взгляд туда, где был силуэт, но он уже исчез.

Луди, которая заметно выросла и как высший эльф, и как особа королевской крови, сражалась магией с огромным чудовищем.

Тогда я внезапно поняла: здесь не слышно ни звуков боя, ни голосов. До меня доносились лишь ветер, шелест ветвей и другие звуки природы.

Победив врага, Луди улыбнулась стоявшему рядом чёрному силуэту. Затем они вместе пошли вперёд. Но спустя всего несколько шагов Луди, как до неё «я» и сестра, рассыпалась частицами и исчезла. Чёрный силуэт остался.

— Снова исчезла? И только Луди.

Чёрный силуэт продолжал идти вглубь леса. И я заметила: за ним оставалась цепочка следов лишь одного человека.

Когда я хотела броситься следом, на месте недавнего боя Луди появились Нанами и Айви.

Они о чём-то поговорили и одновременно кивнули. Затем обе прыгнули в разные стороны — не по дороге, а в густой лес — и понеслись по ветвям, словно ниндзя.

Я посмотрела вперёд. Передо мной остались только следы.

— Не понимаю, на что это намекает.

В итоге я продолжила идти по следам. Вскоре впереди снова появился чёрный силуэт, с которым разговаривала Луди. Он сражался с врагом, и ему явно приходилось туго.

По манере боя я сразу поняла, кто скрывается в тени. Хотя, пожалуй, догадалась ещё по улыбке Луди.

— Коусукэ!

Он не отреагировал на мой крик. Коусукэ приходилось так тяжело, что он вот-вот мог проиграть. Сколько я ни пыталась шагнуть к нему, сдвинуться с места не получалось.

И в миг, когда мне показалось, что всё кончено, произошло следующее.

— Нанами и Айви?

С их поддержкой Коусукэ, остававшийся чёрным силуэтом, победил врага. Выполнив свою роль, Нанами и Айви мгновенно исчезли, а он продолжил путь.

Я сразу поспешила за ним.

После этого он ещё несколько раз побеждал врагов. Каждый был сильнее него. С огромным трудом расправляясь с появлявшимися противниками, Коусукэ продвигался вперёд всё более израненным и измученным.

Наконец он пришёл в знакомое место — на дорогу к водопаду, где мы тренируемся. Там он обернулся.

Коусукэ посмотрел прямо на меня, будто видел меня, и открыл рот. Но слов не прозвучало. Возможно, здешний он не мог говорить.

И всё же я поняла, что он хотел передать. Чувства дошли до меня без слов.

Это были «благодарность» и «прощание».

Он выглядел готовым заплакать, но вместе с тем был по-настоящему счастлив. От одной этой улыбки меня захлестнули чувства. Стоило мне увидеть его лицо и глаза, как слёзы сами потекли.

Я бросилась вперёд и тянулась к нему, тянулась… Оказалась так близко, что оставалось лишь схватить его, но Коусукэ исчез.

Его последний образ — противоречивая улыбка, одновременно счастливая и несчастная, — намертво врезался в память.

И тут меня осенило.

— Мне… показали будущее Коусукэ?

Словно испытание намекало, что в конце он будет улыбаться именно так — счастливо и печально.

Я хотела стать сильнее ради него. Но мне казалось, подземелье пыталось сказать: одного этого недостаточно.

Но что делать? Чего мне не хватает? Что есть у него, чего нет у меня? Или чем мы с ним отличаемся?

Я вспомнила, как он снова и снова бился с более сильными противниками. Если подумать, так было всегда. Даже когда дело было опасным и враг превосходил его, Коусукэ всё равно бросал вызов, не желая уступать.

— Решимость?

Возможно, нас отличает решимость. Но почему?

Нет. Если его цель — только стать сильнейшим, поступки Коусукэ сплошь противоречат друг другу. Сила точно не может быть его настоящей целью.

Я хотела узнать его цель. Нет, должна была узнать.

Именно тогда в сиянии возник телепортационный круг, из которого появился Коусукэ.

— Ай, больно!

Его выбросило из круга, и он, не успев сгруппироваться, плюхнулся на зад. Под ним, похоже, оказался камень, потому Коусукэ корчился, держась за ушибленное место.

— Коусукэ.

Несмотря на столь нелепое появление, я сразу поняла: передо мной настоящий Коусукэ Такиото. В прежних образах будто не хватало реальности. А от одного взгляда на нынешнего Коусукэ сердце согревалось, и я успокаивалась. Если бы меня спросили, что именно это доказывает, я, пожалуй, ответила бы: интуиция.

— Этот голос… Юкинэ? Что?

Он обернулся и произнёс это.

— Да, это я.

Наверное, я слишком пристально смотрела: на лице Коусукэ появилось недоумение.

— Подождите, это ведь Испытание Звезды? Но почему? Насколько я знаю, двое не могут попасть в одно и то же место… Что происходит?

Судя по его словам, случилось нечто непредвиденное.

— Понятно.

Но мне казалось, я понимаю, зачем он здесь. Подземелье велело поговорить с самим Коусукэ. Набраться смелости, шагнуть вперёд и спросить. Вот в чём состояло моё испытание.

— Что-то случилось?

— Да. С тех пор как я попала сюда, кое о чём задумалась… Ты уже прошёл этот этаж?

— Нет, я вообще ничего не понимаю. Мы все вместе вошли в круг, а когда я опомнился, меня уже перенесло сюда.

— Ясно, — кивнула я. Скорее всего, моё испытание связано с ним. Но в чём заключалось испытание самого Коусукэ, я не знала.

— Давай немного пройдёмся и поговорим.

Сказав это, я посмотрела вперёд. Следы, которые до сих пор указывали дорогу, оборвались.

По лицу Коусукэ было видно, что он хочет что-то спросить, но он кивнул и пошёл рядом, оставляя вместе со мной новые следы. Через некоторое время он, похоже, понял, где мы находимся.

— Это владения дома Ханамура?

— Дорога к водопаду… Пойдём дальше.

Мы почти каждый день проходили здесь на тренировку, поэтому он сразу всё узнал. Шум воды становился всё громче.

— Я думаю…

Так я начала разговор.

— Для прохождения испытания мне понадобился ты. Поэтому тебя сюда и призвали.

— …Весьма вероятно.

— Я уже понимаю, как его пройти. Но сначала хочу немного успокоиться. Прости, Коусукэ, не составишь мне компанию?

— Да я готов сопровождать вас хоть всю жизнь.

Он улыбнулся. Мы продолжили путь, и впереди показался знакомый водопад — место, где началась наша с Коусукэ история. Мне казалось, только здесь я смогу спросить его о настоящей цели.

— Не хочешь немного отработать удары?

Коусукэ удивился — и неудивительно, ведь мы находились в подземелье. Но я хотела провести это время так же, как обычно.

Похоже, он что-то понял: с серьёзным лицом кивнул и, ничего не говоря, вместе со мной выполнил облегчённый вариант привычной тренировки.

Закончив, я передала ему полотенце, и мы вдвоём сели на камень.

— Коусукэ, скажи мне.

— …Что это вдруг?

— Какова твоя настоящая цель?

Вопрос оказался таким неожиданным, что по его лицу было видно: он пытается понять, о чём речь.

— Ты говорил, что хочешь стать сильнейшим. Я верю, что это правда. Но всегда чувствовала: здесь что-то не сходится.

— Да. Я и сам так думаю.

Коусукэ кивнул.

— И в то же время я уверена: это не всё. У тебя есть тайна, о которой ты нам не рассказал.

— Что до этого… да. Я сказал, что когда-нибудь расскажу, и с тех пор так ничего и не объяснил.

Он выглядел неловко. Наверное, и сам чувствовал себя виноватым.

— Я сама сказала, что буду ждать. Но мне нужно узнать это, чтобы остаться собой. Понимаю, что это моя прихоть…

— Подождите.

Коусукэ остановил меня.

— Виноват я. Пожалуйста, никогда не извиняйтесь и не вините себя.

С этими словами он вытер пот полотенцем и продолжил:

— После того как я спас Луди и Сакуру… Разумеется, вы хотели всё узнать.

— Да.

Коусукэ тяжело вздохнул, словно загнанный в угол. Примерно через десять секунд он криво улыбнулся. Первыми его словами были:

— Простите. Я всё это время молчал.

Он извинился передо мной.

— Но проблема как раз в том, что я вынуждаю тебя говорить…

Коусукэ бессильно улыбнулся.

— Это так на вас похоже. Но вы ни в чём не виноваты. Поэтому прошу, не извиняйтесь.

— Коусукэ…

Он глубоко вздохнул.

— Рассказать я, конечно, расскажу. Только как лучше это сделать?

— Что значит «как»?

— Всё довольно трудно объяснить. Можно я изложу только главное?

— Конечно.

Он опустил взгляд, будто собираясь с мыслями, и через некоторое время снова поднял голову.

— Вы ведь почти не играете в игры, верно?

Я слегка кивнула.

Услышав ответ, Коусукэ опять задумался. Наверное, подбирал объяснение.

— Тогда скажу прямо… Я знаю несколько возможных вариантов будущего.

— Знаешь несколько возможных вариантов будущего…

Я повторила эти слова, стараясь осознать их смысл.

— Да. Например, так было, когда Луди похитили ещё до поступления в академию и вы помогли мне её спасти. Я знал то подземелье, потому что существовал вариант будущего, в котором Луди похищают. Правда, всё произошло раньше, чем я ожидал.

Этот случай и меня озадачил. Он впервые увидел подземелье, но знал его целиком и благодаря этому смог спасти Луди. Я прямо спросила Коусукэ, однако тогда разговор закончился обещанием всё когда-нибудь объяснить.

И не только при спасении Луди он знал всё заранее. Ради Сакуры Коусукэ заблаговременно собрал нужные вещи, спокойно шёл по скрытым проходам, знал, где лежат сокровища и где установлены ловушки.

Наверняка это замечала не только я, но также Луди и Юика. Ведь происходящее явно было ненормальным.

— Я примерно так и думала.

Иначе всё это невозможно было объяснить.

— Но если бы я демонстрировал слишком много знаний, вы бы начали меня подозревать. Поэтому иногда я делал вид, будто получил сведения от дома Ханамура, или просил Нанами мне подыграть.

— Значит, Нанами всё знает?

После моего вопроса он неловко отвёл взгляд.

— Э-э… Думаю, знает, но подробно я ей ничего не рассказывал.

Разве так можно?.. Наверное, её это мучает даже сильнее, чем меня.

— Коусукэ, тебе следует с ней поговорить. Нанами втянута во всё это очень глубоко.

— Вы правы. Я слишком полагался на её доброту.

Так ответил Коусукэ. Но…

— Впрочем… зная тебя, ты и сам собирался рассказать. Ты понимаешь, что сделать это нужно немедленно?

— Конечно.

— Тогда хорошо. Вернёмся к главному.

— Да. К моей цели.

Он посмотрел на водоём у подножия водопада таким мягким взглядом, каким смотрят на весело резвящегося зверька или ребёнка.

— Я хочу защитить.

— Защитить?

Когда я переспросила, он кивнул, не отводя глаз от воды.

— На самом деле я люблю этот мир. Люблю людей, которые здесь живут.

Он слегка улыбнулся, будто немного смущаясь.

— Мне нравится быть рядом с ними, болтать о глупостях, иногда ссориться, вместе ходить в подземелья. Я полюбил их ещё сильнее и понял: чего бы это ни стоило, хочу, чтобы все были счастливы.

Я кивнула. Мне хотелось того же. Куда лучше, когда все весело улыбаются.

— Поэтому я делаю всё, чтобы они обязательно стали счастливы.

— Понятно, — кивнула я.

— Но я знаю, что может произойти дальше. Чтобы привести всех к счастью, придётся преодолеть множество препятствий и победить врагов. А враги будут очень сильными.

Вот почему он так жадно стремился к силе.

— Мне обязательно нужна сила, чтобы сделать их счастливыми. Поэтому я пришёл в это подземелье.

Коусукэ крепко сжал кулак.

— …Если говорить честно, мне никогда не было важно стать сильнейшим.

Он продолжил:

— Просто чтобы все были счастливы, мне нужно было стать сильнейшим. Поэтому я и говорил, что хочу им стать. Только и всего.

Внезапно я вспомнила улыбку ненастоящего Коусукэ, который исчез, смеясь сквозь слёзы.

— Теперь я понимаю, откуда берётся твоя сила.

Интуиция подсказывала: если всё продолжится так же, ничем хорошим это не закончится.

— Коусукэ.

— Да?

— Что произойдёт в худшем случае?

Коусукэ замолчал с серьёзным выражением лица. Посмотрел на меня, наши глаза встретились, но он сразу отвёл взгляд.

Я поняла: всё настолько ужасно, что он не решается произнести это вслух. Поэтому просто смотрела на него и ждала ответа.

— Если события пойдут по плохому пути, погибну я или кто-то из ваших друзей. А в самом худшем случае… академия и город будут разрушены, и умрёт множество людей. Правда, вероятность такого варианта, думаю, почти ничтожна.

Я была потрясена. Выходило, он сражался так, словно на его плечах лежали жизни множества людей. Неужели всё это время он один нёс такую тяжесть?

— Хочу спросить… Среди тех, кого ты желаешь сделать счастливыми… есть и я?

— Конечно. Я буду очень огорчён, если вы не станете счастливой.

Он слегка смягчил прежнее серьёзное выражение и улыбнулся. Но в этой улыбке смешались разные чувства.

— Вот как.

Я снова вспомнила ненастоящего Коусукэ. Вокруг него появлялось множество людей, включая меня. Но следы на земле принадлежали лишь одному человеку.

— Знаешь, Коусукэ, до сих пор ты словно был не один — и всё же шёл один.

Но теперь всё иначе. Даже мокрые следы на дороге, по которой мы пришли сюда, уже не принадлежат одному человеку.

— Теперь нас двое.

На земле были следы двоих.

— Я тоже хочу вместе с тобой исполнить это желание. Я не хочу потерять дорогих мне людей.

И тебя, конечно, тоже.

Но одновременно я хорошо понимала: оставаться такой, как сейчас, нельзя. А Коусукэ наверняка знал, что мне следует сделать.

— Коусукэ, ты знаешь и моё будущее?

— Знаю.

— Знаешь способ, который позволит мне вырасти ещё сильнее?

Мне тоже нужно стать сильнее. Если я хочу помочь ему достичь цели, должна разделить его решимость и обрести силу.

— …Знаю. Но это очень опасно.

— Меня это не остановит.

Ты и сам не обращаешь внимания на опасность. К тому же всё равно…

— Ты ведь пойдёшь, даже если опасно? Да и разве мы не проходили через это уже много раз?

Коусукэ криво улыбнулся, словно признавая поражение.

— Да уж. Вы совершенно не бережёте себя, когда дело касается других.

— Кто бы говорил. Только не ты.

— …Пожалуй, вы правы.

«Ха-ха», «хи-хи» — мы оба невольно рассмеялись. Это был странный смех, от которого тепло разливалось в самой глубине сердца.

— Дальше есть очень важное подземелье, необходимое для нашего с вами роста. Я сомневался, стоит ли идти туда сейчас, но давайте отправимся. Только приготовьтесь.

— Приготовиться?

— К тому, что не только это испытание, но и весь дальнейший путь будет тяжёлым.

— Именно этого я и хочу.

И тут случилось нечто неожиданное: у наших ног появился телепортационный круг.

— Что? Телепортационный круг? Но мы ведь даже не проходили никакого испытания… Неужели моё появление что-то здесь сломало?

Коусукэ озадаченно нахмурился.

Но для меня это действительно было испытанием. Я должна была набраться смелости и сделать шаг, несмотря на страх, что дорогой человек отвергнет меня. Хотя, возможно, называть это испытанием немного громко.

Появившийся круг не оставил нам выбора и телепортировал нас.