Глава 159 — Апостол (3)
— Это моя невеста, Оливия, — мягко представил её Доменико.
Молодая женщина, слегка приподняв подол элегантного платья, произнесла с безупречным изяществом:
— Оливия Ламари. Рада нашему знакомству.
Мимолётно окинув взглядом, Сонджин сразу же раскрыл её.
«Эта женщина – ассасинша! Что же он за тип такой, раз держит её при себе?»
Не смотря на сильные внешние различия, при взгляде на неё Сонджину невольно вспомнилась Даша. Проницательный взгляд, светская улыбка, бесшумная походка... А главное – её аура. Женщина искусно сдерживалась, но Сонджин чётко различал скрытую в ней силу.
Желая сойти за обычного человека, она лишь слегка сдерживала ауру, вероятно, полагая, что для знатной леди такой уровень силы выглядит органичнее всего. Оттого в ней сквозила тонкая фальшь. На полное растворение в пространстве маскировка не тянула, но уловить подвох смог бы только изощрённый наблюдатель. Впрочем, кроме Сонджина, отточившего сокрытие ауры до совершенства, никто из присутствующих этого бы не заметил.
— Ламари?.. Впервые слышу о таком роде, — требовательно произнёс Масаин, осторожно заслоняя собой принца.
Похоже, верный гвардеец тоже почуял неладное, отчего его суровое лицо выглядело предельно угрожающе, хотя сама женщина не выказала ни малейшего испуга.
— Это виконтский дом из Бретани, — спокойно ответила она. — Наша семья управляет небольшим предприятием.
Для невесты старшего сына богатейшего человека в Делькросе её происхождение выглядело слишком скромным. Сомнения Масаина отразились на его лице, отчего женщина добавила:
— Мы с Домеником познакомились по работе и с тех пор поддерживаем отношения.
— И что же это за бизнес?
— Небольшое текстильное дело. Мы самостоятельно выращиваем качественный лён, производим ткани, а также периодически работаем с карфагенской шерстью.
«Ну да, конечно! Наверняка её текстильное дело служит лишь ширмой для сбора информации и заказных убийств».
Сонджин подумал об этом про себя, однако лицо нежно улыбающейся женщины сохраняло совершенное спокойствие. Её притворство казалось настолько естественным, что в замешательство пришёл даже Король Демонов.
[Изменений в давлении или пульсе практически нет. Похоже, она говорит правду. Ли Сонджин, может, ты ошибаешься?]
«Нет. Эта девица совершенно точно опытная убийца. Она либо умеет мастерски лгать на уровне физиологии, либо действительно использует этот бизнес как прикрытие».
Сонджин решил позже поручить Даше навести справки о семействе Ламари, отметив про себя, что список заданий для неё растёт с каждым днём. Впрочем, когда Оливия заговорила снова, он и сам едва удержал невозмутимый вид.
— Поскольку большая часть товаров поступает через торговую гильдию Мило, в Делькросе имя «Ламари» звучит ещё более непривычно.
— Торговую гильдию Мило?
— Да, всё верно. В последнее время множество товаров из Бретани проходят именно через них.
— Вот как...
Юноша спокойно кивнул, чутко уловив на себе быстрый, оценивающий взгляд гостьи.
«Насколько мне известно, торговая гильдия Мило поставляет алкоголь в основном в Асейн и Рохан, а она вздумала меня прощупывать?»
— И поэтому вы планируете вести прямые сделки с Делькросом через Скарцапино?
— Простите?
— Я к тому, что при работе через других посредников вам вряд ли удастся выйти в плюс.
— …Да, вы правы.
— Что ж, тогда следует полагать, что в скором времени имя «Ламари» зазвучит и в ателье Делькроса. Буду ждать этого с нетерпением.
— ...
На протяжении всего разговора Доменико Скарцапино стоял чуть поодаль и молча наблюдал за происходящим.
— Ваше Высочество, скоро начнётся вечернее торжество, — негромко напомнил сэр Масаин.
Сонджин заметно оживился:
— Логан снова будет участвовать?
— Да, а в середине программы запланировано отдельное показательное выступление почётного отряда Лилиум.
— О!
«Эх, был бы у меня фотоаппарат! Чувствую себя родителем на детском утреннике».
— В таком случае мы пойдём. А вы что собираетесь делать?
— Желаю вам приятного просмотра, Ваше Высочество. Будем с нетерпением ждать нашей следующей встречи.
Манеры Доменико, склонившегося в поклоне, казались исполненными глубокого почтения, однако Сонджин лишь скользнул по нему недовольным взглядом и отвернулся.
«Ах ты паршивец! Мало того что всучил мне убийцу под видом невесты, так ещё и натравил её проверять меня? Хрен теперь отвертишься своей вежливостью. Ты у меня в списке подозреваемый номер один!»
Оливия, провожая взглядом удаляющуюся свиту принца, тихо произнесла:
— Доменик, возможно, в этот раз ты ошибся. Если бы люди, ворвавшиеся в особняк, действительно подчинялись принцу, он просто не мог не знать о торговой гильдии Мило. Оставив средь бела дня на месте преступления знак Культа Тьмы, этот человек преспокойно скрылся, а значит, он либо связан с культом, либо отлично знает о тайных сделках между культом и гильдией Мило.
Впрочем, сам принц ничем не выдавал своих мыслей, сохраняя до самого конца угрюмое выражение лица. Если он притворялся умышленно, перед ними стоял урождённый мошенник, способный обвести вокруг пальца даже главу её организации, хотя для изнеженного дворцового юноши подобное казалось маловероятным.
Доменико же придерживался иного мнения:
— Как знать. Стоило принцу покинуть собрание, как Рикардо оказался в плачевном состоянии, а ведь они всегда были близки, да и Рикардо не станет водиться с кем попало.
— И то верно.
— К тому же, пусть у меня и нет прямых улик, потеря сознания Изабеллой наверняка связана с принцем.
Доменико поправил очки, и продолжение его мысли прозвучало ещё серьёзнее:
— И этим всё не ограничивается. Заметила, как в последнее время притих эрцгерцог Зигсмунд? Узнав о происходящем на его землях, Ордэн Зигсмунд совал нос во все дела, действовал втайне от главы рода с ограниченным числом людей и постоянно совершал промахи из-за своего взрывного характера. В последнее же время он прекратил опрометчивые попытки расследования и затаился.
— Ты знаешь причину? Быть может, он сдался?
— Сдался? Вряд ли. Точной уверенности нет, но прошла информация, будто он передал это дело в спецотряд принца Мореса.
Наблюдая за беседой принца и Оливии, Доменико лишь укрепился в догадке, что этот юноша умеет скрывать свои истинные мысли гораздо лучше его самого, а подобный навык едва ли мог принадлежать обычному подростку.
— Оливия, — приказал Доменико, не сводя глаз с удаляющейся фигуры принца, — с этого момента начни собирать на него сведения.
╾──╼ ⟡ ╾──╼
— Апостол?!
На крик старого жреца Клеменс лишь молча кивнул.
— Да, святой отец. По их словам младшая принцесса – Апостол Верховного Бога.
— И Правоверная Церковь это признала?
— Да, говорят, что так.
— Бетелла...
Старик в смятении провёл ладонью по лицу.
После того как их великое дело, призванное принести обильный урожай, окончательно пошло прахом, двоим выжившим братьям Посева до сих пор приходилось прятаться на одном из складов на улице Бертрана.
Первоначально они планировали укрыться через торговую гильдию Мило, имевшую связи с культом, однако епископ наотрез отговорил их из-за усилившейся слежки.
— Только сейчас? О чём они только думают?
Старый священник казался предельно растерянным. Сведения об Апостолах являлись частью Священных Писаний, которые Правоверная Церковь похоронила вместе с культом, отчего Святой Бастиан в официальных текстах лишился своего исконного титула Апостола.
Разумеется, двое священников даже в мыслях не могли представить, что Святому Императору просто требовалось железно обосновать выдумки своей дочери, ради чего ему пришлось поднять каноны из самых потаённых уголков истории.
Как бы то ни было, лицо Клеменса раскраснелось от подступившего волнения:
— Если они признали титул Апостола, им придётся рано или поздно принять и догматы Тайной Церкви, перестав клеймить нас как еретиков!
Его надежда казалась понятной, ведь Тайная Церковь почитала архиепископов четырёх орденов как Апостолов Верховного Божества, усматривая в Страсти, Посеве, Покаянии и Упокоении лишь разные воплощения Единого Бога. Именно поэтому в начале правления Святого Императора правоверы стёрли все упоминания об Апостолах, дабы отвергнуть само существование Тайной Церкви.
— Возможно, за всем стоит принц Морес, и то, к чему его готовили, наконец приносит плоды!
— ...Морес?
Старый священник переспросил с сомнением. Оно и понятно: имелись улики, указывавшие на то, что неожиданное открытие ворот жрецом Хейзом на самом деле произошло по приказу принца Мореса.
Но молодой и пылкий Клеменс впервые за долгое время пребывал в настоящем восторге:
— Разве вы не помните, брат? Нельзя забывать пророчество Архиепископов! В день, когда родился принц Морес, Апостолы всех четырёх орденов в один голос благословили его!
— Ликуйте! Сие дитя – Избранный, рождённый во славу нашей веры!
— Восстав из векового гнёта, Тайная Церковь явит миру былое величие!
Глядя на угрюмого старика, Клеменс воодушевлённо продолжал:
— Избранный – это тот, на кого боги всех четырёх течений возложили великую миссию и ниспослали на эту землю! А значит, принц Морес – несомненно, Апостол Верховного Бога! Апостол из Апостолов!
Вдруг из глубокой тени у стены раздался негромкий голос:
— Погодите минутку... Позволите ли послушать эту историю подробнее?
Жрецы обернулись и увидели человека в полумаске, медленно выступающего на свет.
— Что там с принцем Моресом? Что за приготовление?
— Епископ, как вам известно, Избранный – это Апостол Верховного Бога и...
Клеменс начал отвечать, но вдруг запнулся, почувствовав, как старый священник дрожащей рукой сжал его предплечье.
— Брат Клеменс... — прошептал старец напряженным голосом. — С каких это пор он стал нашим епископом?
— Что?..
— Как брат Посева может не знать про Избранного?
Разум Клеменса прояснился, точно его окатили ледяной водой. И вправду, когда несколько лет назад они по воле случая скрылись в Делькросе, разве этот епископ был с ними? С какого момента они стали докладывать ему обо всём, что происходило в Инквизиции?
«Но... как же Великое Дело? Кто рассказал нам о Великом Деле?! С каких пор мы вообще стали заниматься [Посевом] ради этого Великого Дела?!»
Глаза обоих священников расширились от подступившего ужаса, но человек в полумаске лишь едва заметно улыбнулся.
— Кто ты такой? — сорванным голосом выкрикнул Клеменс. — Ты не из Братства Посева! С каких пор ты выдаёшь себя за Епископа?
— И правда. Что за Великое Дело, о котором ты говорил?!
— Хм...
Человек в полумаске, Ромейн, заложил руки за спину и произнёс со слегка разочарованным вздохом:
— Я довольно долго пробыл в Братстве Посева и думал, будто знаю всё, но секту с тысячелетней историей не так-то просто раскусить до конца. К тому же история с принцем Моресом меня по-настоящему удивила. Я догадывался, что культ Упокоения что-то с ним сделал, но не предполагал, что всё это планировалось ещё до его рождения...
Помотав головой, Ромейн сделал шаг к священникам. Те в испуге попятились.
[Успокойтесь,] — отдал он тихий приказ, и мужчины замерли, точно заворожённые. Этот голос обладал странной причудливой силой, подчинявшей разум.
[Не нужно бояться, братья Посева. Вы всё ещё весьма полезные для меня фигуры. Посему расскажите мне всё, что вам известно о принце Моресе.]
В его светло-карих глазах на мгновение вспыхнул жёлтый огонёк.
[Что же представляет собой этот «Избранный»?]
╾──╼ ⚔︎ ╾──╼
— Апчхи!
В карете, направлявшейся к бальному залу, Сонджин громко чихнул, заставив Амелию взглянуть на него с невольной тревогой:
— Что такое, Морес? Ты случаем не простудился?
— Э-э, нет, вряд ли.
Пользователи ауры практически не подвержены болезням, однако Сонджин чихнул снова, и встревоженная Амелия тут же заботливо укутала его плечи широкой шалью.
— Видимо, ты переутомился в последние дни во время подготовки к банкету. Сегодня тебе стоит вернуться пораньше и выспаться.
Замотанный в плотную ткань и ставший похожим на ролл, Сонджин растерянно шмыгнул носом.
«Странно всё это... Кто это меня так часто вспоминает? С самого утра плохое предчувствие».
Пока юноша выдавливал из себя успокаивающую улыбку для сестры, из потемневшего неба одна за другой начали падать тяжелые капли дождя.