Глава 49 — Работа

Аллен проснулся в своей тесной каморке, служившей его комнатой, выделенной ему бароном. На удивление Аллена, ему выделили одиночные покои. Особняк барона насчитывал три этажа, а эта каморка ютилась на четвертом — в чердачной кладовой. Площадь его новых апартаментов была небольшой, всего каки-то десять квадратных метров, но из-за нагромождения неиспользуемой мебели и посуды, свободного пространства оставалось едва ли на два. В этом скромном, если не сказать убогом, пристанище не было даже кровати — спать приходилось на расстеленном футоне. Как ему объяснили, в общих спальнях для слуг-мужчин все койки были заняты, поэтому его и поселили здесь. Услышав ранее, что лакеи живут почетверо, Аллен был несказанно рад такому уединению. Ему предстояло еще многое проверить и изучить, а здесь он вполне мог призывать небольших существ без риска быть застигнутым врасплох.

Сквозь щели деревянных ставней еще не пробивался утренний свет. Пробуждение принесло с собой не сияние зари, а незнакомый, чуждый аромат. Аллен всё никак не мог привыкнуть к запахам этого особняка. Пахло ветхим деревом. Этот аромат старых деревянных построек казался ему смутно знакомым. То ли библиотека, то ли музей — сейчас уже и не вспомнить.

«Утро», — мысленно отметил он. Наступил ноябрь, солнце теперь вставало поздно, но время пробуждения оставалось неизменным.

«По крайней мере, тут в два раза просторнее, чем в кабинке интернет-кафе. Более чем достаточно для экспериментов». — во времена, когда он был Кэнъити, ему не раз доводилось засиживаться за играми в интернет-кафе. Если остаешься на ночь, то сидеть в обычном кресле — сущее наказание, усталость накапливается мгновенно, то ли дело кабинка с плоским диваном, где можно вытянуть ноги. Так что эта тесная чердачная келья не вызывала у него ни малейшего недовольства. Открыв Гримуар, Аллен проверил восстановление маны и тут же провел свой ежедневный ритуал по её расходу.

Закончив с призывом, он переоделся и спустился на первый этаж. Больше никаких рваных обносков, теперь на нем красовалась добротная форменная одежда слуг с гербом феодала в строгих черных тонах. Униформа, которую ему строго-настрого наказали беречь и не пачкать. Выдали ему и повседневную одежду, она тоже была не чета лохмотьям крепостного.

В столовой для прислуги на первом этаже уже собралось немало народу. Человек десять, не меньше.

— Доброе утро.

— Доброе утро.

С подносом в руках к нему обратился старший лакей Риккель. Подозвав Аллена, он усадил его напротив себя. Риккель был наставником заботливым: каждый день интересовался, как идут дела и усвоил ли новичок свои обязанности.

— Так ты стал личным слугой госпожи Сесиль?

В его голосе сквозило легкое беспокойство. По заведенному порядку, новоиспеченный лакей не мог сразу стать личным слугой. Сначала полагалось выполнять общие поручения, и лишь заслужив милость хозяев, можно было удостоиться чести стать чьим-то доверенным лицом. Сам же Риккель не был привязан к кому-то конкретно, предпочитая исполнять роль старшего над остальными лакеями.

Они завтракали за непринужденной беседой. На столе — хлеб и овощной суп, в котором сиротливо плавали крошечные кусочки мяса. В деревне "Клена" порции были куда щедрее. Особенно в прошлом и этом году, когда мяса было вдоволь.

— Да, еще вчера, — ответил Аллен и, вспомнив, как ходил на рынок за плодами Попо, упомянул о виденном в небе дирижабле.

— О, так ты впервые видел магический корабль?

— Магический корабль?

Риккель пустился в объяснения. Оказалось, это судно, приводимое в движение магическими артефактами. Раза три в месяц оно курсирует между их городом и королевской столицей. Билет в один конец стоит целую золотую монету. «

— Как скопишь деньжат, можешь сам прокатиться, — добродушно посоветовал наставник, щедро делясь премудростями городской жизни.

В самом особняке барона тоже хватало магических диковин. В холле первого этажа возвышались массивные напольные часы. Повсюду были расставлены магические светильники. Аллен еще от Пеломаса слышал, что все эти чудеса работают на магических камнях. Риккель мог бы рассказывать и дальше, но время близилось к пробуждению хозяев особняка. Аллен попрощался со старшим лакеем и отправился выполнять свои обязанности.

Вместе с горничной из числа младшей прислуги он направился к покоям Сесиль, которые располагались аккурат под его чердаком, на третьем этаже. Горничная помогала юной госпоже переодеться, поэтому Аллен учтиво дожидался за дверью. Когда утренний туалет был завершен, он вошел внутрь. Заправить постель, забрать ночную сорочку, прибраться в комнате — рутинная, черновая работа.

Дворецкий Себас вверил Аллену две основные обязанности:

Помощь госпоже Сесиль в мелких поручениях.

Прислуживание за столом.

Себас распорядился поставить Аллена на подачу блюд, сославшись на его приятную наружность. Сам Аллен этого не осознавал, но он и впрямь был весьма хорош собой, унаследовав тонкие черты своей красавицы-матери. К восьми годам его привлекательность стала проявляться всё отчетливее, а необычные, угольно-черные волосы и глаза придавали его облику особую выразительность. Ему поручили прислуживать во время визитов важных гостей.

Как правило, к столу допускались лишь самые миловидные горничные и лакеи. Риккель, к примеру, признался, что ни разу не удостаивался этой чести. Чтобы набраться опыта, Аллену поручили подавать еду и во время обычных семейных трапез семьи барона.

Что же до служения Сесиль, то днем девочка была поглощена многочисленными уроками, и в это время Аллену было практически нечем заняться. Никто его не звал и не беспокоил. Теперь он прекрасно понимал, почему Риккель так часто отлынивает от работы. Дом обслуживали около тридцати человек, временами наступало откровенное затишье. Особняк, конечно, велик, но хозяйственных забот на такую ораву прислуги едва ли хватало. Да, у того же дворецкого хлопот полон рот, но у остальных свободного времени было в избытке. Дожидаясь очередного каприза юной леди, Аллен в компании горничных принимался за мытье посуды.

«Кажется, из шести рабочих дней у нас два полувыходных?» — вспоминал он.

У слуг тоже был свой график отдыха. Неделя состояла из шести дней, из которых два раза полагался послеобеденный отдых. В остальные дни многие заканчивали работу уже к пяти часам вечера. Аллену же, из-за того что он прислуживал за ужином, приходилось завершать свои дела лишь к шести-семи часам. А уж если в дом жаловали гости или устраивался званый ужин, работа затягивалась до глубокой ночи.

***

Наступил вечер. Семья барона собралась на ужин в столовой на втором этаже, и Аллен приступил к своим обязанностям. В этом мире трапеза аристократов напоминала подачу блюд из классического меню: кушанья выносили строго по очереди, что отнимало немало времени. Очередное блюдо заранее подготавливали за дверью, и Аллену оставалось лишь курсировать между коридором и столом. Поскольку на подаче стояли трое слуг, включая самого Аллена, особой суеты не возникало.

— Аллен, я смотрю, ты уже вполне освоился со своими обязанностями, — мягко заметила баронесса.

— Благодарю вас, миледи. Это всецело заслуга моих старших наставников, — учтиво поклонившись, ответил он.

— Надо же... — баронесса широко распахнула глаза и изумленно прикрыла рот рукой. — Трудно поверить, что ты выходец из крепостных крестьян.

— Верно подмечено. И при этом у него совершенно нет Таланта, — добавил барон Гранвелл.

«А? Они проверяли мой Талант? Ну, логично: прежде чем пускать в дом непонятно кого с улицы, стоило навести справки. Выходит, им известно и о том, что все мои характеристики на уровне "Е"?» — по словам барона Аллен мгновенно оценил ситуацию.

В своей прошлой жизни, будучи Кэнъити, он более десяти лет проработал клерком. Ему доводилось общаться с клиентами, но в сфере общественного питания он никогда не трудился, да и сам опыт работы с людьми исчислялся лишь парой-тройкой лет. В роли лакея он полагался исключительно на воображение — образы элегантных официантов из престижных отелей, виденные по телевизору, в манге или кино. Действовал, так сказать, по наитию, ловя общую атмосферу.

— Ой, так у тебя нет Таланта? — вклинилась в разговор Сесиль.

— Именно так, госпожа. Так изрек священник на Обряде Оценки, — Аллен благоразумно не стал утверждать этого от своего лица, сославшись на официальное заключение церкви. Ведь если бы его проверили прямо сейчас, система непременно бы выдала его скрытый класс.

— Вот как? А я, между прочим, Маг! — горделиво вздернув носик, заявила девочка, даже расправив плечики от осознания собственной значимости.

— Неужели? Госпожа Сесиль, это поистине выдающийся дар! Получить Талант Мага — удел немногих избранных. — раз уж она явно напрашивалась на похвалу, Аллен решил не скупиться на льстивые речи. Лицо Сесиль расплылось в довольной улыбке. Ей это явно пришлось по душе. Аллен даже не подозревал, что именно из-за такой обходительности юная госпожа и липнет к нему при каждом удобном случае.

«Маг? Был ли такой Талант в списке? Кажется, базовый "Волшебник" — это одна звезда, а "Архимаг" — три. Значит, "Маг" находится посередине и соответствует двум звездам? Весьма недурно», — Аллен попытался восстановить в памяти список профессий, который он тщательно изучал перед своим перерождением в этом мире. Но его мысленный анализ был прерван грозным окриком барона:

— Сесиль! Сколько раз я тебе говорил: не смей хвастаться своим Талантом!

— П-простите, отец... — девочка мгновенно сникла.

Выяснилось, что гнев лорда был вызван не только отсутствием скромности у дочери.

— И ты, Томас, прекрати реветь по каждому пустяку!

— П-простите... Но ведь... из всех нас только у меня нет Таланта! И у брата есть, и у сестры... — всхлипывал сидящий рядом с Сесиль её старший брат Томас.

— Наличие Таланта ничего не решает! Я же сто раз тебе повторял: ты поступишь в Палату Лордов в королевской столице!

— Я хочу учиться в Академии, как старший брат...

— Это исключено. Но Палата Лордов — тоже прекрасное место. Я и сам там учился. Ведь у меня тоже нет Таланта. Зато там по вечерам устраивают роскошные балы! Именно там я и встретил вашу матушку.

— Ах, как романтично... — баронесса прижала ладони к пылающим щекам, видимо, предавшись светлым воспоминаниям о юности.

«Ага, вот оно что. Выходит, даже аристократа не пустят в Академию без должного Таланта. Значит, бесталанная знать отправляется протирать штаны в Палате Лордов. Что ж, ничего удивительного — в этом мире Таланты среди дворян рождаются крайне редко», — сделал для себя вывод Аллен.

Таков был закон мироздания: Божий дар куда чаще снисходил на простых людей и крепостных, нежели на людей голубых кровей. И то, что Талант проявился и у старшего брата, и у младшей сестры Сесиль, делало горе бесталанного Томаса, среднего сына, поистине безмерным.

Зырк!

«Ого! Сесиль прямо-таки просверливает меня взглядом!» — погруженный в размышления об аристократии и Талантах, Аллен спиной почувствовал обжигающий взор. Словно говоря: «Это из-за тебя на меня накричал отец!», девочка гневно сверкала алыми глазами.

Благоразумно решив не встречаться с ней взглядом, Аллен молча продолжил прислуживать за столом. Так подошел к концу еще один рабочий день новоиспеченного слуги баронского дома.

Продолжение следует…

Над переводом работала команда FanLate Journal

Перевод и редактура: Исекайный Сомелье

Вычитка: Cardinal и Lovelayz

Работа с изображениями: Animia