Глава 21 — Без названия

С момента, как Люциус взял меня под
своё крыло, всё переменилось. Я наконец ощутила какой-то тыл за своей спиной, и
острые взгляды мне перестали казаться настолько страшными, ведь рядом был
герой. Настоящий, мать его, герой! Даже для этих самых людей, что меня
недолюбливали, появилась какая-то опора. Ведь теперь я сижу на цепи, как
выразился один из мужчин. Прямо как в последние дни у братьев, лишь с той
разницей, что Мор относился ко мне более настороженно и мог испепелить магией,
если я дёрнусь. Но у этого симбиоза определённо были свои плюсы. И я была
готова на многое, чтобы их не лишиться. Правда, и минусов хватало, помимо
очевидного в виде сильного мага за спиной.

В первый же день нашего союза Мор
потащил меня к единственному оставшемуся с нами пленнику. Тот валялся в
отключке и тяжело дышал. Отвлёкшись от этого жалкого зрелища, перевела взгляд
на героя. Люциус выдал мне чудесное:

— Разговори его. Он так и не сознался,
кто нас заказал. Мне нельзя на людях применять слишком жестокие методы: пытки
портят мою репутацию, а вот тебе можно. Развлекайся.

Я вновь бросила взгляд на бандита,
бывшего главаря, если точнее. И неловко пробормотала, глотая ком в горле:

— В нынешнем положении, боюсь, я ничего
не смогу сделать. — Я почти сорвалась с крючка, но герой кашлянул и покачал
головой, намекая, что это неправильный ответ, поэтому пришлось добавить. — Но я
сделаю всё возможное, чтобы заставить его всё-всё рассказать. Просто дайте мне
время.

Таким образом, пытку отложили, правда,
ненадолго. Уже вечером того же дня герой намекнул, что бандит очнулся и ждёт
аудиенции. Я со вздохом отложила нормальный ужин, который мне теперь выдавали
без всяких проблем, и двинулась в сторону леса. Там на земле сидел привязанный
бандит. Его оттащили подальше от лагеря, видимо, решив, что тот будет громко
кричать.

— Привет-привет, золотце! — сказала я,
подходя к лысому пленнику. Тот даже не дёрнулся. Тогда я продолжила. — Люциус
сказал, ты не хочешь с ним болтать. Ответь, почему? Неужели его рожа тебя так
напугала?

Бандит наконец посмотрел на меня. Левый
глаз у него опух, а скулу украшала гематома.

— Уже рабская шпана набежала? Быстро
святой сдался. — Мужик ухмыльнулся кровавой улыбкой.

Подумала над тем, что бы сделал Ольгерт
в такой ситуации, и решила действовать именно так. Развернулась и с ноги
врезала по многострадальной щеке этого индивидуума. Тот взвыл, отлетая к земле.
Моя нога пульсировала от боли: череп мужика был крепким. Чтобы было легче
продолжить и не впасть в панику, представила вместо бандита своего дядю. Просто
избитого, истекающего кровью и стонущего от боли дядю. И накатившие эмоции,
такие как сострадание, сожаление или даже беспокойство, испарились. Осталась
только я и этот мерзкий, протухший кусок мяса.

Закатное солнце било мне в спину,
силуэт тенью ложился на Дядю, который вмиг напрягся. Того самого
пьяного, мерзкого отброса общества, что затащил меня в ванну и бил головой о
кафель. Того, который выкидывал меня на мороз. Улыбка становилась
всё менее наигранной и более сумасшедшей; тело
покрывали мурашки. Мне хотелось сделать
этому чудовищу так больно, как только возможно. И это предвкушение
адреналиновым взрывом ускоряло сердце.

— Ты снова меня не узнаёшь, милый, —
промурлыкала я. — Это же я, твой палач. Пришёл вырывать твои ногти и выбивать
из суставов кости снова и снова, пока ты не поймёшь, что смерть намного
приятнее моих ласк.

— Хочешь играться со мной просто так?..
Может, тебе что-то интересно? Твой предшественник хотел что-то узнать, жаль, я
был против. Или ты так, забавы ради пришёл? Чтобы, например, развязать меня и
поиграть уже в другие игры, на равных? А, детёныш шлюхи? — с вызовом бросил
бандит и ухмыльнулся, будто подловил меня на дилетантстве. Он хотел играть по
своим правилам, настолько его волю не подавили.

— Милый, ты не понял. Мне искренне
наплевать, расскажешь ты что-то полезное или нет, да и на равных с тобой
забавляться не в моих интересах. — Я опустилась на корточки перед бандитом и
ласково погладила того по отёкшей после моего удара щеке. — Я буду пытать тебя
исключительно для собственного удовольствия. И не для чего-то большего. Знаешь,
как давно я не пытал людей? Невыносимо соскучился по чужим крикам. Прямо как в
столице, когда я выжег целый район.

Я не знала, выжигал там Ольгерт район
или нет, да и знать не очень-то и хотела, но мне наконец поверили. Я увидела в
его глазах уже не тревогу, в них плескался, хоть и почти
незаметный, первозданный страх. А после внутри что-то щёлкнуло — то самое, что
держало меня на плаву и не давало кинуться на своего новообретённого Дядю
— и меня сорвало.

***

— Я ничего не знаю, пожалуйста,
прекрати!.. — еле слышно кричал мужчина.

Дядя сорвал голос.
Так бывает, если очень громко и долго орать. Но мне нравились
эти его тихие крики даже больше, чем вопли, похожие на козлиные, а не
человеческие, что слышались ранее.

Я улыбалась, не замечая его просьб,
продолжая издеваться над ним так, как помнило это тело. А оно помнило много
очень жестоких вещей. Казалось, тело Ольгерта было создано для этого.

— Мне порекомендовали вас как лёгкую
наживу!.. Хватит! — уже в который раз кричал бандит. Только вот дальше этого он
не шёл. Повторял, как болванчик, надеясь, что это его спасёт. Но мне было важно
другое.

— Кто? — вновь спросила я, а затем
отряхнула руки, мокрые от горячей крови, и в очередной раз надавила на его
переломленные пальцы, как держатся за руки влюблённые парочки. И если вначале
мой «возлюбленный» ещё вырывался, то теперь его пальцы переплетались с моими
почти послушно и нежно. Видимо, он потерял возможность управлять ими.

Моё же тело находилось в каком-то очень
приятном трансе, и я действительно наслаждалась происходящим. Получала
удовольствие от каждого действия, реагируя на чужую боль с чуткостью медсестры
и увеличивая нажим постепенно, не давая Дяде потерять
сознание. Я питалась чужим страданием. И на лице расцветала улыбка, стоило
увидеть слёзы, гримасу боли и услышать мольбу, крики, зов матери. Но мой
несчастный, бедный пленник потерял уже слишком много сил. Возможно, это
последний круг допроса на сегодня, и он отправится спать. Перед этим, конечно,
получив от меня первую помощь. А может, и от героя.

— Морана!.. — почти бессвязно прошептал
мужчина, будто бы даже губы перестали его слушаться. Его красные глаза
закатились, а рот раскрылся. Постепенно тело полностью обмякло.

Я прижала пальцы к шее пленника.
Пульса не было. Встав над
изломанным холодеющим бандитом, всё ещё не ощутила ничего. Ни омерзения, ни
страха, ни отвращения к самой себе. Будто бы жизнь в этом мире выжгла из меня
всё человеческое, а я и не заметила.

«Да нет, это просто… просто
наваждение», — едва не пробормотала вслух я, вновь касаясь места на его шее,
где должен был быть пульс.

Я говорила не о чужой смерти, а о себе.
О том, что, мол, нет, на самом деле я всё ещё способна сострадать, плакать,
чувствовать. Просто не по отношению к нему.

Грязная, перепачканная в чужой крови,
мучившая человека до последнего его вздоха… Тем не менее не я была тем, что его
убило. И это облегчало мою душу.

«Но почему он умер? И хотя причина мне
неизвестна, это новая смерть в моей копилке. Нельзя отрекаться от неё, скинув
на неизвестные факторы».

И даже когда я решила так, меня всё так
же не тошнило, хотя я специально разглядывала бледное лицо бандита, вспоминала
его крики и стоны. Я не плакала и действительно наслаждалась пытками, а после —
его покоем. Ведь тогда, в ожидании пасти великого святого, я предпочла бы даже
такую смерть.

— Я и правда монстр… — прохрипел мой
собственный голос. Мужской, дикий. Я рефлекторно отвернулась от тела, будто бы
стыдясь, что труп увидит меня такой растерянной, и, чтобы не думать о
случившемся и отвлечься от открытий своего тела и души, тихо пробормотала.
— Морана… Морана…

Когда я вышла на поляну, меня встретили
молчаливыми взглядами. Неровной походкой я шла к Люциусу, который
смеялся с кем-то из мужчин. Герой подскочил ко мне, как только я показалась ему
на глаза, резко перехватил за плечо и повёл в сторону пленника, вполголоса
ругая за внешний вид. А я послушно шла за ним, не особо вслушиваясь. Меня
накрывала прострация. Хотелось спать, а лучше и вовсе забыть о том, чем я
занималась. Отложить знакомство с такой чёрной и жуткой частью моей души.

И вот мы оказались возле тела.

— Ты убил его?! — в ужасе воскликнул
герой. Сзади послышались шаги — некоторые из людей
последовали за нами следом и теперь с любопытством посматривали на нас
издалека. Я повернулась к ним. Не выдержав моего взгляда, они
поспешно скрылись.

— Нет. Тем, что я делал, даже ребёнка
не убить… — И решила уточнить. — Я калечил, но не
трогал жизненно важные органы, не передавливал артерии и не пускал слишком
много крови. Только кисти, стопы, зубы, уши, глаза и гениталии. Воздействия на
эти части тела более чем достаточно, чтобы разговорить обычного человека. Но
проблема в том, что он умер просто так. Даже не от болевого шока.

— Просто так? — зацепился за слово
герой.

Люциус проверил пульс тела, но и без
этого было очевидно: клиент мёртв.

— Он попытался выдать имя заказчика, и
что-то убило его на полуслове, — добавила я, чтобы хоть немного прояснить
ситуацию.

— Если это так, тогда мы имеем дело с
кем-то очень могущественным. Только сильные маги могут убить за разглашение
тайн подобным образом. И это плохо. Что ты услышал? — Люциус выпрямился и
скрестил руки на груди, ожидая ответ.

— Мо… — произнесла я и остановилась:
решила пока что не разглашать полное имя этого загадочного мага. Какая-то часть
меня, которая отвечала за пытки, была рада новому секрету. Хотелось узнать, кто
же эта таинственная Морана, что решила задержать нас в дороге на границу.

***

Перед сном Люциус заставил меня
отмыться от крови в реке и, узнав, что у меня нет сменной одежды, предложил
свою. Повторять опыт с дождём не хотелось, да и сверкать своим телом перед
мужчиной тоже, но тот вынудил меня раздеться и погрузиться в реку. И хоть тело
у меня было уже не женским, я всё равно смущалась. И если бы не общая
подавленность после пыток, то, возможно, я была бы как маков цвет, настолько
меня смущали эти пронизывающие насквозь взгляды. Сам Люциус, быстро сняв с себя
броню, тоже зашёл в воду. Благо я вовремя отвернулась.
Успела заметить лишь покрытую ожогами и шрамами мускулистую
грудь и крепкую шею героя. Удивительно, но эти ранения ему шли. Если бы голову
так не изуродовало, он был бы завидным женихом.

Я быстро отмывалась, а Мор плавал
неподалёку — видимо, утомлял себя перед сном. С брони кровь сходила легко (да и
в процессе пыток я сняла с себя почти всё, чтобы не обляпать), а вот от кожи её
пришлось оттирать с большим усердием. Ещё и этот герой отвлекал, то и дело
выныривая и комментируя, где я пропустила пятно крови.

Вытерлась быстро, почти не смотрела на
Люциуса. Ещё быстрее одевалась в чужие тряпки, а после бодрым шагом, под светом
вездесущих сфер мага, добралась до шатра и юркнула на постеленный мне спальный
мешок, валявшийся недалеко от барской кровати.

«Как псу», — подумала я и горько
усмехнулась.

Это была первая ночь в обществе героя и
пока что самая тяжёлая. После произошедшего срыва — а иначе это назвать не
выходит — глаза не закрывались. Было тревожно от того, насколько мне
понравилось доводить человека до смерти. Так я и пролежала до рассвета, слушая
мерное дыхание героя и размышляя о том, как работать со сложившимися
особенностями моей психики.

Утром разум вовсе помутился, и в голову
стали приходить совсем уж специфичные мысли. Мысли о том, что братья специально
всё подстроили, чтобы отправить меня на границу. Или что матушка посоветовала
им это, а те решили, что лучше варианта для устранения Ольгерта не найти. Я
старалась не верить в это, но мысль о том, что парни лишь хотели выглядеть
хорошими и благородными, но такими не являлись, паранойей вылезала наружу. И в
конце концов я решила, что частично поверю в это, чтобы, если что, не так
сильно расстраиваться.

***

Пейзажи быстро сменялись. Сначала
измельчали леса, а трава стала сухой и колкой. После вдали показались странные
деревья, похожие на берёзы, с одним лишь отличием: их листва была даже белее,
чем ствол. Я ехала, свесив ноги с телеги. Моё внимание
привлекло то, что причудливый белый лес постепенно густел,
а воздух становился всё тяжелее, наполняясь прохладой. А
ещё в этом чудном лесу были грибы. Но никто их не собирал, наоборот, старались
растоптать.

— Мы почти на границе. Ещё пара дней
верхом — и будем на месте, — поделился со мной Мор за ужином, когда я спросила
про деревья. — Магия прошлого так или иначе просачивается на ближайшие земли,
поэтому природа здесь другая. Будем на стене — увидишь, как всё плохо по ту
сторону.

Я сглотнула. Желание есть пропало.
Воображение нарисовало всё содержимое книги с монстрами на одной поляне, и
стало как-то не до еды.

Герой следом поделился и тем, что
завтра мы будем в деревне, на которую, вероятно, тоже напали, и, если будет
нужна помощь, задержимся там. Но он надеялся, что беда обошла людей. И говорил
с лицом настолько обеспокоенным, будто бы это была его родная деревня.

***

Вечером выстроили караул намного
больший, чем обычно. Будто не только я ощутила опасность, но и остальные
стали её замечать. Мне совершенно не спалось, поэтому я залезла на одну из
берёз, что была покрепче, и наблюдала за лагерем с высоты. Листья удивительно
мягко светились в темноте, отчего ненароком захотелось проверить уровень
радиации, правда, здесь таких технологий не было.

Холодный ветер то и дело путал мои
волосы, а небо становилось непроницаемо-чёрным. Мне нравилась эта затягивающая
чернота, я могла любоваться ей вечность. Да и планировала так делать до тех
пор, пока неясная тревога не отступит или не замерцает рассвет.

Тихий рык и шуршание листьев вырвали
меня из полудрёмы. Встревоженная чужеродными звуками, я опустила взгляд вниз.
Был шанс того, что это олени или дикий кабан… Но в неярком свете берёз
вырисовывались другие, не менее знакомые силуэты.

— Да это
издевательство какое-то… — сглатывая, прошептала я.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Поддержать авторов материально, помочь развивать команду, а также получить ранний доступ к главам вы можете в нашей группе в ВК.

----------------------------------------------------

Издательство: Империя Илин

Главный редактор: Андрей Гайда

----------------------------------------------------

Автор: Елена Омут

Редактор: Андрей Гайда

Вычитка: Чинь Ву Чиеу Ви

----------------------------------------------------

Художник: Fatuum Apery

Дизайн: Владимир Ким