Глава 1.1 — Мемуары алхимика 1.
Том 4. Глава 1. Мемуары алхимика
1.
В кромешной тьме зала рядами стояли кресла с высокими спинками. Деревенские сидели на них, затаив дыхание, и не отрывали глаз от чёрно-белого фильма на экране.
В этот самый момент в чёрной башне появилось чудище, сняло маску, и на экране вот-вот покажут его устрашающее лицо…
Музыка также набирала громкость…
В недавно открывшийся в деревне небольшой кинотеатр – был перестроен местными молодыми парнями из старого небольшого театра, всё равно он давно стоял заброшенный – и сегодня толпами стекались жители, чтобы посмотреть ужастик [Иллюзия чёрной башни]. В число девушек в простых хлопковых платьях затесались нарядная девочка и мальчик-азиат, её друг, судя по всему. Похоже, они были учениками Академии Святой Маргариты – элитной школы для благородных отпрысков, расположенной на окраине деревни.
Из этой парочки, немного выбиваясь из общей массы посетителей… девочка с короткими золотистыми волосами и худыми руками и ногами всё так же не отрывала глаз от экрана. Мальчик с ней, которого, казалось, притащили сюда против воли, напротив, вот уже скоро час как сидел прямо, будто самурай, с крепко сомкнутыми веками… он попросту мирно спал.
Когда же на экране возникли реплики героини, сельчане разразились аплодисментами.
[А-а, как ужасна тайна этого лица…!]
Блондинка, Аврил Брэдли, нервно сглотнула.
И…
С громким звуковым эффектом наконец показалось лицо монстра – заполонило весь экран.
– Кья-я! – пронзительно взвизгнула Аврил, и коричневая коробка невольно вылетела из её рук. Недоеденное шоколадное печенье эффектно разлетелось под потолком. Свободными руками Аврил вцепилась в шею мирно спавшему рядом Казуе Кудзё. – Скеле-е-е-ет!?
– … Ува-а-а-а-а-а!
Казуя вскочил. Сидевшие позади сельчане тут же возопили наперебой: «Сядь!», «Ничего не видно!», «Дождь из печенья!». Казуя поспешил склонить голову на ровные девяносто градусов, принёс извинения, подобрал печенье и снова сел.
Он скосил глаза на Аврил.
Девочка сверкающими глазами уставилась в экран, разинув рот. Казуя какое-то время смотрел на её счастливый невинный профиль, но после криво усмехнулся, как бы говоря, что ничего не попишешь, устроился поудобнее в кресле и тихо закрыл глаза.
Шёл 1924 год…
Небольшое европейское государство, Королевство Совиль.
Граница со Швейцарией пролегала средь пышных зелёных гор, озёр да густых лесов. Граница с Францией же усеяна обширными виноградниками, простиравшимися до самого горизонта. Граница с Италией – роскошный летний курорт на берегу Средиземного моря. Маленькое королевство, длинное и узкое, всё равно, что таинственный коридор, сумело пережить последнюю Великую Войну вопреки тому, что было в окружении великих держав, и за свою долгую величественную историю, национальную мощь и влияние на те державы было прозвано Маленьким гигантом Западной Европы.
Если выходящий на Средиземное море Лионский залив впору звать роскошным парадным входом в то королевство, то Альпы были его тайным чердаком, упрятанным в самых глубинах государства. Эта маленькая деревушка у подножия гор была прекрасным идиллическим регионом, известным своим виноделием и фруктами. На окраине деревни находилась школа – тихая и таинственная, стоявшая ещё во времена Средневековья.
Академия Святой Маргариты…
Учебное заведение на первый взгляд имело славу престижной школы для отпрысков знатных семей, но вокруг него вилось множество тайн, и многие поговаривали, что за его стенами кроется добрая доля секретов маленького, но могущественного государства, окутанного ореолом загадок. Вот только по окончании последней войны эта тайная школа начала принимать по обмену талантливых учеников из стран-союзниц.
Кудзё Казуя был одним из таких учеников: родом из союзного островного государства на Дальнем Востоке, он прибыл в Совиль благодаря отменной успеваемости и примерному поведению. Воодушевлённый новой страницей своей жизни, ради прибытия в эту страну он пересёк море, оставив у себя на родине семью и часть души, которой ему теперь не хватало…
Жизнь Казуи за границей была полна предрассудков со стороны юных аристократов, повального фанатизма всей Академии по таинственным историям о привидениях на грани безумия, языковыми и культурными барьерами, а ещё…
Встречами с таинственной девушкой по имени Викторика де Блуа, бывшей невероятно странной, но вместе с тем – прекрасной среди всех, кого он только видел, и вместе с которой они пережили множество приключений…
Всё это раскрасило его жизнь в самые разные цвета.
– Ты так громко кричал, дурашка Кудзё. Такой трусишка-а! – воскликнула Аврил необычайно восторженным тоном, открывая вращающуюся дверь кинотеатра, и Казуя серьёзно возразил:
– Ошибаешься. Я закричал не потому, что лицом монстра оказалась жуткая черепушка.
– Ну вот опя-ять.
– П-правда же. Ведь я всё кино проспал – разве не доказательство?
– Просто глаза закрыл от страха. Малышка Аврил всё знает. Да и если бы ты и вправду спал, не закричал бы в самый кульминационный момент, верно?
– Да нет же, это ведь ты меня за горло схватила…
– Кудзё, – Аврил обернулась к мальчику с серьёзным лицом.
– … И душить начала… что?
– Не оправдывайся.
– Э-э!?
– Даже будь ты, Кудзё, робким жалким трусом, завалившим все экзамены, разве я смогу тебя невзлюбить?
– … – Казуя уж было собрался продолжить свои протесты, но сдался.
Ну ладно, может, иногда я и веду себя немного жалко, но меня точно так легко не запугать, да к тому же на всех тестах у меня лучшие оценки в классе… – надулся Казуя, не в силах смириться с её неверием, но сама Аврил как будто даже не заметила. На радостях вприпрыжку выскочив из кинотеатра, она отправилась гулять.
Раннее летнее солнце заливало своим светом главную улицу – самую оживлённую дорогу деревни. Недавний ливень промочил её насквозь, но теперь небо прояснилось, и вода сверкала на деревянных вывесках магазинов и деревьях вдоль дороги. Будь то дома с треугольными крышами по обеим её сторонам, свисавший с окон ярко-зелёный плющ или гордо цветущие герани – всё это слепило глаза своим сиянием.
Воскресение, вскоре после полудня…
До начала долгих двухмесячных летних каникул оставались считанные дни, и эти выходные тянулись медленно – возможно, потому, что экзамены и большинство занятий уж подошли к концу. Казуя с Аврил, прибывшие в деревню развеяться, были сегодня не в школьной форме, а в своих повседневных нарядах.
На Казуе были хлопковая рубашка и кожаный жилет. Аврил же была в простой белой муслиновой блузке и милой расклешённой юбке в горошек. Она бодро шагала, размахивая длинными стройными руками в такт ногам.
– Ой…? – тут Аврил задумалась и замерла. Казуя замер следом.
– Что такое, Аврил?
– Хм-м. Видишь ли, кажется, я уже где-то слышала эту историю. Монстр в маске и мантии, таящийся в чёрной башне, и погибшая там юная девушка…
Казуя лишь кивнул, не выказывая особого интереса.
– Ну, небось, и правда слышала, Аврил? Как-никак, ты перечитала страшилки со всего света, как старые, так и новые.
– Мгм. Это-то верно, но… – ещё немного подумав, Аврил снова зашагала.
Остановилась она лишь перед почтой:
– Подожди минутку, – девочка вбежала внутрь.
Казуя молча ждал, не зная, чем себя занять.
Мимо него прошли двое высоких мужчин. У одного из них была надвинута на глаза шляпа, из-под которой выбивались огненно-рыжие волосы. Другой был азиатом, совсем как Казуя, с красивыми чертами лица и до странного холодным взглядом.
Проходя мимо, деревенские девушки оглянулись на незнакомцев и принялись переглядываться, будто гадая, кто они. Заметив их взгляды, мужчины остановились и кокетливо подмигнули. Те, смущённо заалев, поспешили прочь.
Казуя, сам того не заметив, проводил их взглядом…
– Заждался! – Аврил выбежала из почтового отделения. В руке она держала полученную посылку. – Заказала кое-что по почте. В крупных магазинах Соврема можно сначала отправить деньги, а потом получить их товар по почте.
– Правда? Не знал, – Казуя и правда был впечатлён.
Когда они вновь отправились в путь, Аврил произнесла:
– Но меня не покидает чувство, что я это уже слышала.
– Слышала? …Что, опять про ту страшилку из кино?
– Да брось, я же серьёзно.
Вместе с необычно притихшей Аврил он медленно брёл по деревенской дороге к Академии.
Дома постепенно редели, и по обеим сторонам дороги начали расстилаться пологие виноградники. Влажные виноградные лозы ярко поблёскивали под летним солнцем. Мимо медленно проехала гружёная повозка.
Вскоре взору предстали главные ворота школы. Стоило им подойти к железной ограде с замысловатым арабеском и золотыми украшениями, как Аврил вдруг воскликнула:
– А-а-а!!!
– Т-ты чего, Аврил?
– Вспомнила! Сюда, Кудзё! – схватив Казую за руку, девочка потянула его за собой, и тот побежал следом. Они миновали главные ворота и оказались на территории школы.
Территория, разбитая в стиле французского парка, была забита учениками даже больше, чем обычно бывает по выходным. Может, дело было в близившихся каникулах, но учащиеся отдыхали на скамейках, в беседках и на лужайках сада, либо прогуливались по дорожкам, заливаясь радостным смехом. Хрустальный фонтан сиял свежестью после недавнего дождя; отражённые блики солнечных лучей слепили глаза.
Регуля́рный парк (или сад; также францу́зский или геометри́ческий парк; иногда также «сад в регулярном стиле») — парк, имеющий геометрически правильную планировку, обычно с выраженной симметричностью и регулярностью композиции. Характеризуется прямыми аллеями, являющимися осями симметрии, цветниками, партерами и бассейнами правильной формы, стрижкой деревьев и кустарников с приданием посадкам разнообразных геометрических форм.
Аврил тащила мальчика через сад, и Казуя не сдержался:
– Так что вспомнила-то?
– Чёрная башня! Страшная история о чёрной башне! Вспомнила, откуда знаю о ней! – Аврил наконец остановилась. Её голубые глаза сверкали, лицо сияло от счастья. Казуя на миг замялся, но не сумел удержаться и переспросил.
– … И откуда же?
– Да вот отсюда! – радостно ответила Аврил. – В этой самой Академии Святой Маргариты. То-то я думала, что уже видела эту часовую башню. Гляди, Кудзё. Вот она! – Аврил резко указала на небо.
Казуя проследил за её рукой.
И там…
Высилась большая старинная башня с часами.
Башня имела тёмно-серый цвет. Крыша увенчивалась острым зазубренным шпилем сложной формы. Огромные круглые часы с угольно-чёрными стрелками отсчитывали время высоко в небе.
Кудзё прищурился, разглядывая крышу. Остроконечная крыша уж больно походила на таковую у чёрной башни из ужастика… Слишком уж точное совпадение.
Дети переглянулись.
– … И как это понимать, Аврил? Почему в нашей Академии есть здание, точь-в-точь как в том фильме?
– Как зна-ать… Может, проклятие какое-е?
– Проклятие? Знаешь, Аврил, мне не очень нравится, как ты всё связываешь с какой-то мистикой, ничего забавного не ви, жу… погоди-ка, ты куда?
Оставив серьёзно настаивавшего на своём Казую, Аврил зашагала к часовой башне. Казуя поспешил за ней, а Аврил, уворачиваясь от сухих буковых ветвей, оплетавших башню зловещим узором, остановилась перед дверью – входом в башню, по-видимому.
Казуя замер.
Дунул ветер, и скрип сухих ветвей о каменные стены башни разнёсся по округе, будто тёмный шёпот. Дверь, старая и подгнившая, была покрыта слоями паутины. Подняв глаза, мальчик увидел два маленьких окошка, смотревших вниз, будто глаза монстра…
– Аврил…?
Аврил подёргала дверную ручку, но, видимо, было заперто, так что девочка раздосадовано поникла плечами. Казуя облегчённо выдохнул:
– Похоже, войти не получится.
– Мгм…
– Это, мне, вообще-то, нужно в библиотеку, так что мне пора…
Библиотека – едва услышав это слово, доселе поникшая Аврил вдруг вскинула голову. Она поспешно схватила Казую за руку:
– Постой, не уходи. Это, гляди, можно просто сделать вот так!
– … Вот так?
– Э, эм-м… в-верно. Вот так! – в отчаянии Аврил взмахнула длинной гибкой ногой. Расклешённая юбка в горошек мягко всколыхнулась на ветру, на миг обнажив взмывшую здоровую белую ножку.
…Бух! – Аврил пнула дверь, и дверь, помолчав, будто в изумлении, затем – скри-и-и-и… – со скрипом медленно отворилась вовнутрь.
Скривившись от боли, Аврил застонала, подпрыгивая на месте. Насилу улыбнувшись, она выдавила:
– Кудзё, открылась!
– Нет же, ты её сломала!
– Д-да всё в порядке, просто зайдём! – схватив Казую за руку, Аврил переступила порог часовой башни, несмотря на все его протесты.
Внутри царили полумрак и мёртвая тишина, будто весь мир исчез.
Длинный коридор уходил вперёд, к узкой лестнице. Пыль кружилась под их ногами, и Аврил громко кашлянула. Затем, снова вцепившись в руку Казуи, она сказала:
– Как-то голова кружится. Странное ощущение…
– Мгм, у меня тоже…
Чем глубже они проходили в башню, тем острее ощущалось странное недомогание, будто кто-то тряс голову Казуи.
Аврил первой начала подниматься по лестнице, но споткнулась и с криком: «Кья-я!» упала на Казую. Оба скатились вниз по ступеням и кое-как встали, откашливаясь от пыли.
– Давай вернёмся, Аврил. Мне пора в библиотеку…
– Нет!
– …Нет?
Аврил обернулась:
– Эм-м, видишь ли, комната из финальной сцены фильма… полагаю, она должна быть где-то здесь, в этой башне.
Казуя припомнил. Большую часть он проспал, но, кажется, именно на той сцене он и открыл глаза – когда Аврил кинулась его душить… Жутковатая комната с колоссальным часовым механизмом и скрежетавшим металлическим маятником. Помещение, которое таящийся в башне монстр в маске обустроил под мастерскую для своих странных экспериментов.
– Да этого просто не может быть…
Аврил продолжила подъём, не слушая протестов Казуи. Почему-то головная боль снедала обоих, отчего дети сжимали пальцами виски.
Наконец Аврил натолкнулась на дверь и, всё так же игнорируя нежелание Казуи, вновь замахнулась ногой и пнула её. От боли девочка подскочила, но:
– …Вот она! – Аврил резко посветлела лицом. Она потянула Казую за руку, и тот заглянул внутрь.
А там…
Его встретила жуткая комната в тёмно-серых тонах, точь-в-точь как из того фильма ужасов [Иллюзия чёрной башни]; она медленно извивалась, будто забытое временем существо.
Огромное тускло освещённое пространство.
Тёмный потолок уходил ввысь, а маятник гигантских часов медленно качался то вправо… то влево… словно взрезая пыльный воздух.
Позади него извивались четыре массивные пружины. Шестерни над каждой скрипели, сцепляясь друг с другом.
Скри-скри-скри-скри-скри-скри… – механизм издавал странный низкий звук – даже слов не подобрать, чтобы описать его.
Они будто попали внутрь машины кошмаров…
Одолевала одышка, мучил неясный страх…
Казуя невольно сжал кулаки. Затем, подуспокоившись, он медленно обвёл взглядом тонувшую в полумраке комнату.
…Массивный стол из чёрного дерева был завален всевозможным лабораторным оборудованием. Разложенные в беспорядке, будто кто-то только что здесь работал, они были покрыты слоем пыли и тонули в тёмно-сером цвете, объявшем всё помещение.
Казуя глянул на стену. Вмонтированный в неё громадный витраж был единственным, что озаряло ярким светом унылую мастерскую. Необычный витраж, изображавший цветочное поле с одиноким алым цветком на фоне множества тёмно-фиолетовых и жёлтых.
Мрачная, зловещая комната с гигантским часовым механизмом и маятником…
Казуя затаил дыхание и ещё разок огляделся.
Комната и вправду пугающе напоминала ту самую из фильма. Часовая башня из фильма ужасов, где скрывалось чудище, и школьная часовая башня…
Что всё это значит…? – он скосил взгляд – Аврил ушла в раздумья, явно встревоженная.
– Может быть…
– …М?
– Ну, я же говорила, что сюжет фильма ужасов я уже где-то слышала? Так вот, я вспомнила. Уж больно он напоминает одну из страшилок нашей Академии.
– Что за страшилка?
– Ну знаешь, во-первых, это исторический факт: лет двадцать-тридцать назад в Королевстве Совиль проживал очень известный маг, или, скорее, алхимик… в общем, чудак. Выглядел странно: маска, мантия и толстые перчатки. Этот странный тип уж очень понравился королеве: она осыпала его милостями, а потом и вовсе подпустила к государственным делам.
– Хе-е… – заинтересованно кивнул Казуя, и лицо Аврил озарилось радостью.
– Так вот, алхимик обустроил свою мастерскую в часовой башне этой школы, укрылся в ней и творил что-то своей грозной силой. Постепенно никто уже не смел ему перечить, зато политических врагов у него стало хоть отбавляй.
– Хе-е, так и подобное было. Я и не знал. Так это – то, что осталось от его мастерской?
– Наверное. А вот тут-то и начинается страшилка. Как-то король из страха перед его могуществом послал королевских рыцарей в эту школу, дабы те убили его. Но сколько бы отравленных стрел ни пускали в алхимика, тот не погибал. Он куда-то удрал сломя голову. Рыцари отчаянно искали его, но разыскать не сумели… Ходили слухи, что он был бессмертен, а маска и мантия скрывали его нестареющее тело…
– Хе-е…
– И с тех пор в часовой башне притаился монстр, бродящий по ней каждую ночь, и… кья-я-я-я-я-я!
– Не кричи так громко. Что важнее, разве это не даёт простейшее объяснение? – спокойно заметил Казуя, и Аврил недовольно надула щёки.
– Ты это о чём?
– Ну, знаешь, если всё так, то разве это не объясняет, почему часовая башня так похожа на башню из фильма ужасов, на который мы сходили?
– Э-э.
– Т-так ведь. Другими словами, некогда в этой башне с часами жила подозрительная личность. Из-за него появилась история о призраке, якобы, тут до сих пор прячется монстр. И человек, знающий эту страшилку, снял по ней фильм. Потому дизайн здания, мастерской, да и сам сюжет настолько похожи. Ну что, давай возвращаться.
– Хм-м… – Аврил в досаде поджала губы. – Как-то это скучно…
– Правда часто оказывается такой.
– Тц! Кудзё, ты ду-рак!
– Гэ! П-почему это?
– …Сама не знаю! – фхм, – Аврил фыркнула.
– А, и ладно. В любом случае, у меня дела в библиотеке, так что… – вздохнув, Казуя уже собрался покинуть мастерскую, но странный шорох за спиной вынудил его обернуться.
Аврил зачем-то распаковала посылку, которую всё это время держала под мышкой. Ту самую, что, кажется, получила на почте. Вроде как заказ из магазина Соврема…
– Что ты делаешь?
– Хочу спросить о монстре этой башни.
– Спросить у кого?
– У э-то-го! – Аврил достала из пакета странный предмет и с торжествующим видом протянула ему.
Квадратная деревянная доска с напечатанным на ней алфавитом. И прилагавшийся к ней набор чёрных камешков в форме сердца.
Казуя ненадолго растерялся.
– … И что это?
– Называется Уиджа. Используется с планшеткой. Эй, давай попробуем?
«Уиджа» (англ. Ouija board) — доска для спиритических сеансов вызова душ умерших. На неё нанесены буквы алфавита, цифры от 0 до 9, слова «да» и «нет», а также есть специальная планшетка-указатель.
– Планшеткой?
– Это чтобы с духами общаться. Видишь? Положи камешек вот сюда и поставь на него указательный палец. А когда зададим вопрос…
– Что, это-то? Слушай, я ухожу.
Аврил поспешно остановила Казую.
– Стой. Делать нужно вдвоём. Пожалуйста, ну ещё чуть-чуть подожди!
– Нет, но… – Казуя хотел было возразить, но, помешкав с несколько секунд, наконец сдался и сел рядом с Аврил. Он положил указательный палец на камень, как и было велено.
Аврил с облегчением положила руку на грудь, закрыла глаза и…
– Ответь мне, о, дух усопшего.
– Бх! …Ай! – мальчик не сдержал смеха, и Аврил тут же щипнула его за щёку.
– Уважаемый дух, скажи, жил ли здесь когда-то алхимик…? – Аврил осторожно приоткрыла глаза.
Чёрный камешек медленно двигался, указывая на o, u, i… утвердительный ответ. Казуя хмуро осведомился:
– Вот же. Ты же сама его двигаешь, да, Аврил?
– Тише!
– … Прости.
Аврил снова закрыла глаза.
– О, дух усопшего, ответь мне, дух алхимика всё ещё здесь…?
– Конечно же, нет. Пойдём уже. Мне правда нужно поскорее в библиотеку…
– Тс!
– Прости… Боже, что ты, что Викторика, что учитель Сесиль – почему я вечно извиняюсь перед женщинами? За эти несколько месяцев в Совиле я уже на всю жизнь наизвинялся. Решено. Больше никогда не буду просить прощения. Уже пожизненный запас исчерпал…
– Да помолчи ты.
– Прости… – Казуя опустил глаза вслед за взглядом Аврил… на доску для спиритических сеансов.
Пальцы Аврил дрожали. Мальчик в шоке поднял взгляд на её лицо: девочка была бледной, по лбу стекал холодный пот.
– В чём дело?
– Кудзё… Это не я. Правда, он сам… дви… жется… – Аврил медленно убрала с камешка дрожащую руку.
Теперь камень лежал на букве французского слова «да» (OUI).
Казуя и сам растерялся, но пальцы убрал.
Камень плавно поехал – а ведь никто его не касался. И…
Он наконец замер на .
– «Уи». То есть «да». Дух алхимика всё ещё в этой часовой башне… – тут Аврил коротко вскрикнула. Ведь поняла, что они оба убрали руки. – Что же делать! Нельзя бросать планшетку на полпути. Видишь ли, здесь… в инструкции так написано. Если остановиться на полпути, из другого мира явится зло. Что же делать…! – тут она снова коротко вскрикнула.
Никто не трогал доску, но та плавно заскользила по полу, словно утягиваемая кем-то; переместилась метра на два, прежде чем медленно остановилась.
Дети переглянулись.
Откуда-то донёсся тихий звук. Пол скрипнул, словно кто-то невидимый прошёл мимо них. А затем…
Дверь в мастерскую бесшумно отворилась. Аврил с криком повисла на Казуе.
Чьи-то шаги затихли вдали…
Зато послышались другие, нараставшие. Тихие, лёгкие шаги. Кто-то поднялся по лестнице, подошёл ко входу в мастерскую и шагнул в открытую дверь…
Аврил снова вскрикнула: «Кья-я!».
И вошедший тихонько возопил:
– Кья! – и подскочил.
На пороге стояла миниатюрная женщина в простом платье цвета слоновой кости. Её пышные тёмные волосы доходили до плеч, на лице – большие круглые очки. Она буквально подпрыгнула на месте, поспешно сняла очки, но через какое-то время надела обратно.
Она округлила свои большие карие глаза.
– Чего. Кудзё и мисс Аврил… – это была учительница Сесиль.
Напряжение детей как рукой сняло: Аврил с Казуей какое-то время таращились на женщину, разинув рты. Учительница Сесиль, однако, выглядела строже обычного:
– Что вы здесь делаете? Ученикам сюда вход воспрещён. Увидела следы, будто кто-то ногой выбил дверь, и заглянула. Ну-ка, признавайтесь учителю. Что за негодник выбил дверь? Кудзё? Или мисс Аврил?
Аврил неловко потупила взгляд, Казуя заёрзал. Слегка развеселившись, учитель Сесиль добавила:
– Виновник месяц будет сидеть под домашним арестом в кампусе.
Тут Аврил совсем погрустнела. На глаза у неё навернулись слёзы. Заметив это, Казуя задумался.
– Тогда закройте глаза, оба.
Они послушно сомкнули веки.
– Кто виноват – пусть поднимет руку.
Какое-то время дети не шевелились.
Наконец Казуя, скрепя сердце, с выражением полной безнадёги на лице, но идеальной осанкой, поднял руку.
Аврил свою руку… не подняла, вместо этого указала на Казую рядом, как бы говоря: «Это он».
Учительница Сесиль расхохоталась.
– Вы двое, опустите руки и откройте глаза. А-ха-ха-ха-ха! Мисс Аврил, отныне открывайте дверь рукой, а не ногой. И Кудзё… – учитель Сесиль спровадила их из мастерской, – Кудзё, что ж… – она немного призадумалась. – … Боюсь, тебе судьбой уготовано страдать из-за женщин. Учитель немного волнуется.
Подгоняемые учителем Сесиль Казуя и Аврил выскочили из башни и, оказавшись снаружи, глубоко вздохнули.
Болезненное давление, от которого голова шла кругом, пропало, стоило им выйти. Дети сделали несколько глубоких вдохов.
– Чтобы никогда больше не приближались сюда. Ясно? Даже если до летних каникул осталось всего три дня, нельзя расслабляться и вести себя безответственно, ладно? Сменю замок до конца дня, но… Ладно, просто не подходите ни при каких обстоятельствах, – раз за разом повторяла учительница Сесиль. Заметив её необычно строгое лицо, Казуя спросил:
– Почему?
Учительница Сесиль упорно качала головой, отказываясь отвечать.
– В любом случае, нельзя. Нельзя – значит нельзя, – она повторяла как попугай.
Небо вокруг башни затянуло тёмной пеленой облаков, будто кто-то расстелил на нём плотную серую ткань. В саду то тут, то там стрекотали летние насекомые.
Затем учительница Сесиль быстро удалилась, оставив Казую с Аврил одних на слепяще-зелёной садовой лужайке неподалёку от башни. Аврил задумалась и произнесла:
– Эй, тебе не показалось странным, как вела себя учительница Сесиль? Может, в этой башне что-то есть? Как думаешь, Кудзё…? – поинтересовалась девочка, но ответа не последовало. Лихорадочно оглядевшись, она увидела быстро удаляющуюся спину Казуи.
Аврил прищурилась в ту сторону, куда спешил Казуя, и надула щёки.
– А, сбежал! Вот ведь… А я сегодня хотела не дать ему наведаться в библиотеку… – вздохнув, она сама неспешно побрела прочь.
Подул ветер. Капля воды с листьев упала на голую белую шею Аврил, мелькнувшую из-под короткой стрижки, и скатилась вниз, прежде чем скрыться из виду.
– Тц! – уныло буркнула она. – А я ведь пригласила его как на свидание-е. Ведь для этого в кино и приглашают, правда? Так взволнована была, надела свой милейший наряд, кокетничала… а этот дурак просто крепко спал рядом! – девочка надулась. – Конечно же я в курсе, что ты никогда экзамены не заваливал.
С тяжёлым вздохом она понурила плечи.
Аврил взглянула на небо. Летнее небо казалось бесконечно высоким и ясным. Маленькие белые птички беззаботно рассекали его, счастливые. Фонтан, цветы на клумбах – всё сверкало, мокрое от недавнего дождя.
Аврил села на скамейку у тропинки и с болезненной гримасой потёрла ногу. Потом шепнула:
– Кудзё, ты ду-рак!
Вдруг налетел сильный порыв ветра, взметнув её короткие волосы, и девочка неволей зажмурилась. А потом медленно распахнула их, широко-широко.
В голубых очах нарастали смятение и страх.
Аврил медленно повернулась к часовой башне. Два маленьких квадратных окна взирали на неё свысока подобно глазам чудища. Девочке почудилось, будто бы кто-то пристально втайне за ней наблюдает. Тревожно насупившись, Аврил вновь окинула взглядом часовую башню.
– Кстати, а ведь я бросила планшетку на полпути. Уверена, в инструкции говорилось, что в таком случае придёт злой дух и уже никогда не вернётся… – пробормотала Аврил, широко раскрыв свои голубые глаза. – Этого ведь не случится, правда…?
Задувал ветер.
На серую башню упала тень, сделав её ещё мрачнее и чернее.