Глава 11 — Багряное поле боя (2)
╾──╼ 𑁍 ╾──╼
Перемена на поле боя случилась без предупреждения.
В ясный полдень солнце исчезло, и из-за горизонта хлынул багряный свет. Это было жуткое зрелище, словно само небо истекало кровью.
Поле битвы стало тёмнее ночи, и пыл сражающихся солдат начал постепенно угасать. Воздух стал тяжёлым, почти давящим. Руки, сжимавшие оружие, слабели. Смятение охватило равнину, и вскоре сражение угасло само собой.
Под этим багряным небом стоял Святой Император. Он появился в самом центре битвы и размеренным шагом продвигался вперёд. На нём было длинное жреческое облачение поверх серебристых доспехов. В правой руке он держал свой любимый меч «Щелкунчик», а в левой – отрубленную человеческую голову. Пятна крови на тускло мерцающем белом одеянии выглядели зловеще.
Рыцари, державшие оборону вокруг Амелии и Мореса, вздрогнули и отступили при приближении Святого Императора.
В тот же миг тело принца завалилось на бок и рухнуло на землю.
Он был мёртв.
«Морес! Морес! Морес!»
Амелия, в силах шевелить лишь зрачками, не могла оторвать взгляда от лица брата, лежащего рядом. Она отчаянно пыталась выкрикнуть его имя, но только захлёбывалась кровью, которая раз за разом вырывалась из горла.
Святой Император приблизился к ним и медленно опустился на колени.
Тук.
Небрежно отброшенная в сторону голова, запутавшись в длинных серебристых волосах, покатилась по земле.
Он протянул руку и начал медленно поглаживать окровавленную голову сына.
«Отец! Отец... Мореса... прошу!..»
Прочитав в глазах Амелии немую мольбу, Святой Император покачал головой.
— Похоже, я немного опоздал.
В этот миг рыцари, охранявшие их, бессильно рухнули на колени.
— Не может быть!
Кто-то в оцепенении ронял слёзы, кто-то, осев на землю, громко рыдал, а кто-то бессмысленно смотрел в пространство. Эта сцена наглядно показывала, как сильно они дорожили наследным принцем.
Святой Император на мгновение задержал на них взгляд, после чего протянул руку к рукояти кинжала, вонзившегося в грудь Амелии. Чтобы начать лечение, прежде всего нужно было вытащить клинок.
В этот момент Амелия, стиснув зубы, принялась отчаянно мотать головой.
Продолжать жить она была не в состоянии, да и не хотела. Жизнь, купленная ценой жертвы младшего брата, жизнь в одиночестве с грузом вины... Прошлое было мукой, а будущее обещало только продолжение. Сил не осталось. Пусть даже её уход станет страшным грехом перед отцом, Амелия не хотела бороться.
Именно в этот миг от резких движений из-под одежды выскользнул маленький кулон. Ожерелье с крошечным драгоценным камнем в форме капли – вещь, оставшаяся от матери, которую Амелия не снимала ни на секунду.
Белый камень перекатился по залитому кровью платью, источая при этом чистое сияние.
Святой Император, вздрогнув, подобрал драгоценность. В его глазах, где редко отражались какие-либо эмоции, на мгновение промелькнула целая гамма чувств: сомнение и понимание, а затем – облегчение и печаль. Взгляд его скользил с кулона на глаза Амелии, полные мольбы, и, наконец, он медленно закрыл свои.
— Ваше Величество, состояние принцессы…!
Один из рыцарей, не в силах больше наблюдать со стороны, попытался поторопить его. Однако Святой Император, даже не коснувшись кинжала, всё ещё вонзённого в её грудь, сжал руку дочери и другой рукой нежно провёл по лбу.
Почувствовав его прикосновение, Амелия крепко зажмурилась. Но свет на его ладонях не вспыхнул. И она доверилась.
Рука отца, которую она не держала так долго, была невероятно тёплой даже без всякой божественной силы.
«Отец, простите меня».
— Ты через многое прошла, Амелия.
«Отец, спасибо вам».
— Теперь отдыхай спокойно, доченька.
Перед её глазами всё начало медленно расплываться.
Небо постепенно погрузилось в тяжёлый багрянец.
Казалось, будто вот-вот хлынет кровь.
«Или она уже льётся?»
Вскоре в её глазах помутнело. Гул голосов вокруг становится всё тише, уподобляясь эху.
«Что это? Что там, в небе?»
«Что, чёрт возьми, происходит?»
«А-а-а! А-а-а-а-а-а!»
Последним, что она услышала, был голос отца:
«Не бойся, Амелия. Тебе не придётся через это проходить».
Так встретила свою смерть Амелия, первая принцесса Делькроса.
╾──╼ 𑁍 ╾──╼
Амелия, непроизвольно потирая глаза от слепящего утреннего солнца, какое-то время лежала и непонимающе моргала.
«Что это? Утро? Я же только что умерла... Почему я лежу в своей постели...целая и невредимая?»
Её лицо в мгновение ока побледнело от нахлынувшего ужаса.
«Я всё ещё жива!»
— Н-нет! Я не хочу снова так жить! Я... я!..
— Ваше Высочество? Что с вами?
— А-а-а! Морес... Морес! Отец! Отец! Отец!
— Госпожа Амелия!
С самого утра в дворце Серебряной Розы поднялся переполох. Всё из-за того, что первая принцесса Амелия внезапно разрыдалась, и у неё начался истерический припадок. Принцесса кричала и плакала до полного изнеможения, а когда приходила в себя — повторяла этот цикл заново. Лишь спустя несколько часов, окончательно лишившись сил, она затихла на своей кровати.
Слуги, обеспокоенные странным поведением принцессы, которая всегда была тихой и кроткой, поспешили вызвать дворцового лекаря.
— Ох, посмотрите, как ваши прекрасные глазки опухли. Вам приснился кошмар?
Мирабель, личная горничная, ласково спросила об этом, меняя на лбу Амелии успевшее согреться мокрое полотенце.
— Мирабель...
Когда девушка, лишившись всех сил, вновь прошептала её имя, Мирабель мягко улыбнулась и убрала спутанные пряди волос с её лба.
— Да, моя прекрасная принцесса. Почему вы сегодня так часто зовёте меня по имени?
«Потому, что ты… ты ведь погибла от рук Леонарда ещё до того, как меня заточили в башне».
Мирабель была горничной с добрым лицом, которая неустанно заботилась об Амелии с самого первого дня её появления в императорском дворце. Она с самого начала искренне дорожила и любила эту робкую, похожую на куклу принцессу.
В конце концов, она последовала за Амелией в королевство Рохан, где встретила ужасную смерть в подземной темнице после жестоких пыток Леонарда. Насколько помнила Амелия, для этого не было никакой особой причины. Леонард совершил это злодеяние исключительно ради того, чтобы помучить саму Амелию.
В сознании девушки с тех пор прошло уже много лет. Это было прошлое, при мысли о котором теперь вместо слёз сыпался лишь сухой, безжизненный песок.
Чувствуя прикосновение рук Мирабель, по которому она тосковала, словно в забытьи, принцесса закрыла глаза.
Пусть и с небольшим опозданием, Амелия начала постепенно осознавать своё нынешнее состояние.
Вместо куцых, некрасиво обстриженных прядей теперь сияли густые розовые волосы, рассыпавшиеся по спине вьющимся водопадом. Прежняя сухая кожа рук сменилась нежной белизной здоровых ладоней. А озарённая ласковой улыбкой, Мирабель выглядела удивительно помолодевшей.
Она определенно вернулась в прошлое.
— Полежите ещё немного, госпожа Амелия. Скоро прибудет дворцовый лекарь. Что бы у вас ни болело, вам скоро станет лучше.
— Ещё немного, Амелия. Просто продержись ещё чуть-чуть. Как только отец будет здесь, всё наладится…
Слова Мирабель потонули в голосе брата, который она никак не могла забыть. Из глаз Амелии снова, капля за каплей, потекли слёзы.
Мирабель, цокнув языком, принялась вытирать их носовым платком.
— Ох, ну что же это такое? Совсем недавно третий принц свалился без чувств, и весь императорский дворец стоял на ушах. Страшно даже представить, какой переполох поднимется теперь, если ещё и вы, принцесса, окажетесь больны.
Амелия вздрогнула и пробормотала:
— Третий принц?
— Да. Я о принце Моресе.
— Разве он... не наследный принц?
— Что? О чём это вы? Господин Морес, и наследник престола?
Лицо Мирабель вытянулось от изумления, будто она услышала несусветную глупость, но Амелию это мало заботило. Она вскочила с постели.
«Морес...»
— ...Морес жив!
— Ещё бы. Неужто вы надеялись, что он помрёт от болезни? Этот свиноподобный мерзавец изрядно вас мучил, но вы же не настолько его ненавидите, верно? Моя добрая принцесса?
Она откинула одеяло в сторону и выбралась из постели.
— Я пойду в Жемчужный дворец. Приготовь всё, Мирабель. Я должна встретиться с ним.
— Что? Но скоро должен прийти дворцовый лекарь…
Мирабель, поспешно последовавшая за принцессой, которая уверенным шагом направилась в гардеробную, осеклась и невольно отступила на шаг. Она почувствовала странное давление, исходившее от принцессы, чьи слова звучали чётко, а взгляд был решительным как никогда прежде.
— Я должна увидеть Мореса прямо сейчас!
╾──╼ ⚔︎𑁍 ╾──╼
Именно так они оказались в нынешней ситуации. Брат и сестра, всегда державшиеся на расстоянии, теперь сидели на диванах в гостиной, храня неловкое молчание.
Амелия, которая при виде живого и невредимого брата, не удержавшись, бросилась к нему в объятия, теперь лишь краснела, потягивая горький чай. Сонджин же, внезапно оказавшийся на незапланированном чаепитии, не знал, что сказать, и лишь растерянно озирался.
— Значит… эм… вам приснился кошмар, в котором я умер?
— Да… Именно так. Поэтому я сама не своя.
Амелия смущённо опустила голову. Она вернулась в прошлое после смерти, но не могла просто взять и выложить всю правду. Впрочем, оправдание про «кошмарный сон» тоже звучало не особо убедительно. Морес в явном недоумении слегка склонил голову набок.
Вот только мысли Сонджина были бесконечно далеки от того, что вообразила себе Амелия. В этот самый момент он вовсю препирался с Королём Демонов:
«Эй, как это понимать? Ты же говорил, что они в ужасных отношениях! Тогда почему я вижу обычную старшую сестру, которая места себе не находит из-за больного брата, а? Ну?!»
[Ты за кого меня принимаешь? Великий Король Демонов никогда не ошибается! Морес виделся с ней накануне той лихорадки. И, сказать начистоту, не скупился на любезности. Называл её безродной девкой, позором святой семьи, потаскухой... Мне продолжать?]
— ...
«Ну и урод. Сам-то отброс всея империи, так ещё смеет называть сестру "позором семьи"?»
Сонджин неловко кашлянул и почесал затылок.
— Кхм! Э-э... в общем, спасибо, сестра. Значит... вы говорите, что переживали из-за моей лихорадки?
Раз уж она волновалась, Сонджин решил просто поблагодарить её. Его логика была незамысловатой. Однако Амелия обратила внимание совсем на другое.
— Теперь ты называешь меня сестрой...
Сонджин вздрогнул и отвёл взгляд, но Амелия лишь слегка коснулась чашки с чаем и мягко улыбнулась. Это была тоскливая улыбка, будто она погрузилась в воспоминания о далёком прошлом.
— Да. Если подумать, это случилось примерно в то же время.
Позор семьи и никчёмный подонок в какой-то момент вдруг пришёл в себя, сбросил вес и начал обучаться фехтованию... И вместе с этим его отношение к Амелии стало весьма доброжелательным.
Однако в своей прошлой жизни принцесса не смогла смириться с этими переменами. В её памяти слишком глубоко запечатлелось лицо брата, который с самого детства смотрел на неё с нескрываемой злобой. И когда Морес порой пытался заговорить с ней первым, она просто отворачивалась или уходила.
В итоге им так и не представился шанс нормально помириться, ведь вскоре она вышла за Леонарда и уехала в Рохан.
Амелия горько улыбнулась.
«Если бы я тогда была чуть более открытой и сделала шаг навстречу, наши отношения наверняка сложились бы совсем иначе».
Семья, о которой она так мечтала, всё это время была совсем рядом. И только теперь, встретившись с братом, она наконец смогла произнести слова, которые так хотела сказать.
— Мне жаль, что я до сих пор избегала тебя, Морес.
— Э-э... — Сонджин был в крайнем замешательстве.
«Что происходит? Она что, ангел? Плохие поступки совершал Морес, так почему извиняется она?»
Король Демонов прошептал:
[Эй, а обстановка-то сейчас что надо. Раз уж так вышло, почему бы не попробовать наладить отношения?]
«Как?»
[Иди тоже извинись! За всё, что натворил тот тип до этого. Когда ещё выпадет такой шанс?]
«И то верно».
Сонджин и сам понимал, что момент идеальный. Чтобы не упустить возможность, он низко склонил голову перед Амелией и поспешно выпалил слова извинения.
— Нет, это я должен просить прощения, сестра! Не знаю, слышали вы или нет, но после той лихорадки я плохо помню прошлое. Однако мне уже известно, что вёл я себя незрело и причинял вам боль. Прошу, примите мои искренние извинения за всё!
Амелия молча смотрела на круглую макушку брата. Тот, слегка смутившись, склонил перед ней голову. Перед её глазами всё ещё стояли его мягкие золотистые волосы, пропитанные кровью. В юном Моресе ей чудился тот статный мужчина, который принял на себя град стрел и медленно остывал, нежно обнимая её в руках.
— ...Раз уж на то пошло, мне давно стоило извиниться. Прости, что в детстве вёл себя как дурак, вечно тебя изводил и говорил гадости. Я сильно перед тобой виноват.
— А...
Амелии казалось, что за этот день она выплакала всё до последней капли, но глаза вновь затуманились. Слёзы, вопреки ожиданиям, всё не кончались. Они одна за другой покатились по её щекам.
Король Демонов, словно не веря своим глазам, упрекнул Сонджина:
[Эй, я же сказал тебе извиниться. Зачем ты опять довёл ребёнка до слёз?]
«Да что я такого сделал?!» — Сонджин, не зная, что предпринять, неловко приподнялся и снова извинился:
— Мне правда, правда очень жаль, сестра.
— Всё в порядке, Морес.
Её мокрые от слёз щёки сияли белизной.
— Ты уже извинился передо мной.
Она улыбалась сквозь слёзы. Это была самая яркая и прекрасная улыбка в мире.