Глава 1 — Берканана
Том 2. Клинок и Ублюдок: Лабиринты пустоты и алая смерть
Глава 1. Берканана
Она была крупной девушкой.
Высокая, с большими глазами. С большими мышцами, большой грудью и большой попой.
Но больше всего взгляды толпы притягивало то, какой же она была *огромной*. Ростом в шесть с половиной футов. Достаточно высокой, чтобы людям приходилось задирать головы, глядя на неё.
Её волосы, качавшиеся за спиной, словно хвост, были чёрными, а вот робкие глаза сияли чистым золотом. Она ступала, как призрак — медленно, ссутулившись, будто пытаясь хоть как-то скрыть свои внушительные размеры. Однако, похоже, она не осознавала, что из-за такой осанки её пышный бюст невольно выпирал вперёд.
Здесь, в переполненном зале приёма на тренировочной площадке, стать менее заметной у неё никак не получалось.
— А теперь напишите своё имя.
— О-хорошо!..
Стражник посмотрел на девушку снизу вверх. Она жалко съёжилась и вписала своё имя в журнал регистрации.
«Кажется, Алмару?» — лениво подумал стражник, следя за её каракулями. Хоть он и слышал названия чужеземных стран каждый день, но никогда не мог отличить одну от другой. Впрочем, где-то на востоке, где простирались бескрайние пески, была страна, и он был почти уверен, что она называлась Алмару.
Это государство пришло ему на ум из-за провокационного наряда девушки. Во время ночных попоек он вдоволь наслушался о танцах, которые девушки из Алмару исполняли в подобных откровенных костюмах.
«Или это был Хирен? Да какая, в общем-то, разница».
По её одеянию он мог сказать, что она чужестранка и, по-видимому, маг. Она несла посох, под стать её росту. В чьих-либо ещё руках он бы сошёл за дубину.
И всё же по-настоящему притягивало взгляд не её крупное тело и даже не необычная одежда — нет, это было её прекрасное лицо. Её чарующий облик был самой сутью той далёкой земли за восточными песками. Было в нём что-то чувственное.
«Будь у неё ещё и уверенность в себе, она бы стала кем-то особенным...»
Но девушка была робкой. Она нерешительно, словно испуганно, оглядывалась по сторонам. При каждом повороте головы её заплетённые волосы колыхались в такт с пышной грудью. У женщины поменьше эти движения были бы не так заметны, но её крупная фигура многократно усиливала размах любого жеста.
— Можете проходить.
— Б-большое спасибо!..
— Ого! — стражнику пришлось быстро увернуться от её дубины — то есть, посоха, — когда та из-за поклона устремилась прямо на него.
Тренировочная площадка.
Это заведение, построенное после обнаружения подземелья в ответ на растущее число авантюристов, превращалось в бледную тень самого себя. По-настоящему управлять авантюристами было невозможно — пропасть между теми, кто спускался в подземелье, и теми, кто нет, была непреодолима.
«Я бы не пошёл в подземелье, даже если бы меня умоляли», — подумал стражник. Если всё, чего он хотел, — это заработать на жизнь, то ему вполне хватало жалованья за стояние на посту. Его положение было куда лучше, чем у храброго героя, потомка какой-нибудь легендарной личности или одного из монстров подземелья.
Так для кого же тогда была эта тренировочная площадка?
«Для авантюристов», — пришёл к выводу стражник. Эти ничего не смыслящие новички приходили, чтобы вписать свои имена в журнал, а взамен ветераны, ищущие живые щиты, прибирали к рукам свежее мясо.
Вот и всё предназначение этого места.
— Ладно, я... я буду стараться!
Девушка, набравшись смелости, шагнула вперёд. Её имя, как было записано в журнале, — Берканана. У стражника не было ни малейшего желания его запоминать. Скорее всего, он больше никогда её не увидит.
Мало кто из авантюристов когда-либо покидал Скейл.
Мёртвые — уж точно, но и для живых это было редкостью.
§
— Ого?!
— Гав!
Рараджа думал, что умрёт, но Мусор была само воплощение неукротимого духа. Её азартный лай эхом разносился по подземелью, пока её двуручный меч ревел, неся смерть их врагам. Удары с такой массой и скоростью, может, и не отрубали головы, но урон наверняка наносили критический. Однако, как бы искусна она ни была, одним взмахом клинка воин не мог сразить целую толпу врагов.
Рараджа поднял кинжал, чтобы парировать атаку подлетевшего к нему противника.
— Б-З-З-З-З-З-З!
— Ч-что это за жуки?!
Рараджа скривился, когда жук заскрежетал жвалами по его клинку, зажатому в них. Казалось, это насекомое способно прогрызть что угодно... возможно, даже снаряжение, которое они купили в лавке Катлоба. Если бы Рараджа всё ещё пользовался той дрянной железкой, на которую когда-то полагался, он бы и взгляда не выдержал этой твари.
Сверлящие жуки.
Он невольно усмехнулся, вспомнив, каким странным и глупым показалось ему это название, когда он впервые его услышал. Неужели они и впрямь были такими *скучными*? Судя по рассказам, эти гигантские насекомые обитали на неглубоких уровнях подземелья. Они могли сворачиваться в шар и выстреливать собой.
«Может, они „шаровые“ или „катающиеся“ жуки?» — подумал он, но нет...
— Он тебя насквозь просверлит, — предупредил маг в чёрном, Иарумас, стоявший сзади со скрещёнными на груди руками.
— Вудхед — отстой! — выплюнул Рараджа. Никто уже и не помнил, откуда взялось это ругательство, но он всё равно швырнул его в сторону Иарумаса. Пусть мальчишка и бранился, но жаловаться не стал бы — он слишком хорошо знал, как ему повезло оказаться в его нынешнем положении.
Искры рассыпались по сумрачной погребальной камере, и Рараджа высвободил кинжал, пока их затухающий свет прожигал тьму. Даже если защита противника была толстой (хотя Иарумас по какой-то причине сказал, что она тонкая), с ней можно было справиться.
Рараджа рванулся вперёд и нанёс жуку три удара. Один вошёл в щель между пластинами его панциря.
— Б-З-З-З-З-З-З?!
— Сдохни!..
Рараджа наступил на насекомое, когда то, судорожно дёргая лапами и разбрызгивая повсюду мерзкую жижу, попыталось отползти, и отшвырнул его прочь, освобождая свой клинок. Вытерев оружие, Рараджа обнаружил, что его бледный клинок цел, без единой зазубрины. Он вздохнул с облегчением. Но вскоре снова нахмурился. Он чувствовал на себе взгляд Иарумаса, хотя тот ничего не говорил.
«Что дальше?!»
— Гав!
Он обернулся и увидел тощую рыжеволосую девчонку, полную жизни и размахивающую своим огромным мечом.
Мусор сражалась с чем-то, что по сути было гигантским пауком.
Тело твари было покрыто тонкими волосками, у неё было восемь холодных глаз, с клыков капала слизь, и она прыгала, атакуя. Даже одной из этих черт было бы достаточно, чтобы вселить ужас в Рараджу, но, очевидно, на Мусор это не действовало.
— Тяф! Тяф!!
Она с размаху била своим двуручником по его луковицеобразному телу, словно озорной ребёнок, лупящий палкой по арбузу. И, в отличие от сверлящего жука, у паука не было панциря, так что он, вероятно, был более мягкой целью. Каждый удар Мусор сопровождался фонтаном ихора.
— Будьте осторожны. Их много.
— Гав!
Тон предупреждения Иарумаса и лай Мусор были настолько расслабленными — поняла ли она его слова?
Поняла она или нет, Рараджа понял. Слишком хорошо понял.
— Не забегай слишком далеко!
Он отчаянно гнался за девушкой, которая неслась вперёд, размахивая мечом снова и снова. Мусор отбрасывала пауков, которых было столько, сколько и сказал Иарумас, и отбивала летящих в неё жуков.
«Почему эти монстры вообще действуют сообща?»
Наверняка пауки едят жуков. А когда жуки такого размера, они, вероятно, тоже могут есть пауков. Рараджа размышлял об их странном союзе и на мгновение нашёл его похожим на свой собственный чудной отряд.
Взгляд мальчишки встретился с парой голубых глаз.
— Гав.
Мусор взглянула на него, пробегая по груде мёртвых пауков, и фыркнула, словно говоря: «Ты слишком медленный».
«Ах ты!..»
Это было досадно, но в данный момент именно она расчищала им путь. Он мог мысленно ругаться на неё, но жаловаться не стал бы. Он слишком хорошо знал, как ему повезло быть здесь и сейчас.
Да, ему повезло.
Теперь у него был распорядок: проснуться в гостинице, подготовить снаряжение, спуститься в подземелье, сражаться с монстрами, добывать сокровища и возвращаться в город. В конце концов, их отряд перейдёт на следующий этаж. Чтобы подготовиться к этому, Рараджа тренировался. Поднимал свой уровень.
Позволять Мусор таскать его за собой, пока они избивают жуков, было лишь очередным шагом к этому.
Короче говоря, он был авантюристом.
§
— Гав.
— Не пинай их каждый раз! Это опасно, поняла?!
Хорошенько пнув сундук с сокровищами, Мусор посмотрела на него сверху вниз. Эти голубые глаза, словно чистые озёра, казалось, говорили: «Поторопись».
Чувствуя беспокойство под её взглядом, Рараджа продолжал работать руками. Погребальная камера была завалена горой трупов пауков и жуков, влажных от липких соков, которые могли быть слизью или какой-то другой неопознанной телесной жидкостью. Стоя на коленях в окружении этой бойни, он поворачивал замок отмычкой, искал ловушки, обезвреживал их, а затем открывал ящик.
— Если разобраться, то именно так и выглядит жизнь авантюриста, — задумчиво произнёс их спутник Иарумас, наблюдавший за ними, прислонившись к стене и скрестив руки.
Действительно, именно так и выглядела жизнь авантюриста — робко бродить по первому этажу, врываться в погребальные камеры, убивать найденных там монстров и красть их сокровища.
А потом двигаться дальше.
В сущности, это и была квинтэссенция приключений, и в этом отношении...
«Они начинают походить на настоящих авантюристов».
По крайней мере, их отряд мог сносно справляться на этом этаже. Хотя пока что только *на этом* этаже. Тем не менее, они делали успехи. Иарумас позволил своим губам изогнуться в улыбке.
— Было подземелье, в которое могли войти только добрые авантюристы, и подземелье, в которое могли войти только злые.
— А?
Рараджа посмотрел в его сторону с испуганным видом. Слова Иарумаса прозвучали неожиданно, и мальчик не понял, что они должны были означать.
Рядом с ним Мусор, по-видимому, не проявив интереса, тихо зевнула.
«Они опять о чём-то говорят», — сказала она себе, после чего свернулась клубочком на полу рядом с сундуком, как маленький щенок.
Иарумас кивнул Рарадже подбородком, словно говоря: «Продолжай работать руками», — и продолжил.
— В одно подземелье могли войти шесть авантюристов одновременно. Знаешь, сколько человек потребовалось, чтобы зачистить оба?
— Ну... — протянул Рараджа. В погребальной камере раздавались только звуки его бормотания и щелчки инструментов.
Двенадцать не могло быть ответом. Это было бы слишком просто.
Даже после того, как последний металлический щелчок затих, прошло некоторое время, прежде чем разговор возобновился.
— Одиннадцать, верно? — сказал Рараджа, кладя руку на крышку сундука, всё ещё не уверенный в своих словах. — Есть только жрецы доброго и злого мировоззрения... и для обоих был бы один нейтральный вор...
— Минимальное число — семь, — сказал Иарумас, раскрывая ответ.
— А?
— Добрый жрец, злой жрец и пять нейтральных авантюристов.
Рараджа замолчал. — Это... срабатывало?
— Это всего лишь один из подходов, — тихо рассмеялся Иарумас. Загвоздка была в том, что если бы описанный им отряд был уничтожен, это означало бы для них конец.
Человек в чёрном отошёл от стены, подошёл к сундуку с сокровищами и небрежно пнул его ногой в сапоге. Крышка со стуком поднялась. Мусор приоткрыла один глаз и гавкнула.
— Нужно придумывать самые разные способы решения проблем. Никогда не бывает только одного ответа.
Рараджа нахмурился и на некоторое время замолчал, прежде чем медленно подняться на ноги. — Понял.
— Как они тебе?
— Хм?.. Что ты имеешь в виду?
— Твои инструменты, — уточнил Иарумас. — Они ведь новые?
На лице Рараджи появилось непроницаемое выражение — он погладил свежую кожу мешочка, висевшего у него на поясе. Внутри были инструменты для взлома замков, которые он только что убрал. Конечно, Иарумас знал, что они совершенно новые.
— Ну, они лучше старых, — пробормотал Рараджа. — Да... лучше старых.
В последнее время Рараджа зачастил в лавку Катлоба. Мальчишка, вероятно, понял, что многое может почерпнуть из того, чему его научит лавочник. Хорошо, что он совершенствовал свои навыки. Особенно если он мог воспользоваться этой тренировкой в подземелье...
— Тяф! — Мусор, которая продвинулась на шаг в коридор, повернула голову и гавкнула, словно ей наскучили их разговоры.
— Да, подожди, — Иарумас махнул ей рукой, прежде чем снова повернуться к Рарадже. — Сверься с картой, — приказал он.
— Я всё время задаюсь вопросом... нам действительно нужно проверять её так часто? — спросил Рараджа.
— Если мы наступим на вращающийся пол или телепорт, не заметив этого, будет не очень-то весело, — объяснил Иарумас коротким, но безразличным тоном, не рассердившись на вопрос мальчика. — Когда проверяешь карту, сравнивай её с любыми географическими особенностями, которые видишь поблизости. Это стоит лишь времени.
Рараджа помолчал, а затем ответил: — Понял. — Затем он начал рыться в своей сумке, медленно, но послушно. Он достал карту, проверил её, дорисовал некоторые детали, сложил и снова убрал.
Раздражала ли Рараджу сверка с картой потому, что это требовало много усилий? Если так...
«Пожалуй, стоит купить ему сумку для карт», — подумал Иарумас, тихо рассмеявшись.
— Гав? — Мусор, которая в какой-то момент подковыляла к ним, подозрительно гавкнула. А может, она говорила: «Шевелитесь».
Как бы то ни было, Иарумас лишь слегка покачал головой.
Если бы сестра Айникки увидела его в таком виде, он был уверен, она была бы на седьмом небе от счастья.
§
Отряд Иарумаса — он не собирался называть их кланом — в настоящее время был сосредоточен на тренировках.
— Теперь мы можем открывать сундуки с сокровищами, — сказал он. — Нет причин этого не делать.
Рараджа не знал, как это воспринимать. Это был комплимент? Нет. Судя по тону Иарумаса, он просто констатировал факты.
Но даже так, не намекал ли он, что без Рараджи они бы этого не смогли? Всякий раз, когда подобные вопросы проносились в его голове, у мальчика возникало это зудящее, неприятное чувство. Поэтому он взял за привычку повышать голос и кричать каждый раз, когда заходила речь на эту тему.
— Ты лучше не забывай своего обещания!
— Обещания?
— Тяф?! Тяф!
Иарумас схватил Мусор за шкирку как раз в тот момент, когда она собиралась радостно ворваться в следующую погребальную камеру. Он повернулся, чтобы посмотреть на Рараджу.
Осторожно оглядевшись — всегда приходилось беспокоиться о бродячих монстрах, — Рараджа ответил: — Труп! Моей...
«Кто она мне?» — Друг? Товарищ? Когда он снова задумался об этом, он не смог подобрать точное, описательное слово. В любом случае, каким бы ни было это слово, он не хотел, чтобы к нему приходилось добавлять приставку «бывший» или «экс-».
— ...человека, которого я ищу... — закончил он неуклюже.
Иарумас кивнул. — Нет, я не забыл.
— Уверен?
— Она умерла на этом этаже, верно?
После долгой паузы Рараджа ответил: — Да.
— Гав!
Мусор стряхнула с себя раздражающую руку, которая её держала, и с ноги выбила дверь погребальной камеры. Дверь с грохотом упала на пол, и Рараджа вздохнул, наблюдая, как она перепрыгивает через порог.
— Эй, подожди!
Он не мог понять, почему Иарумас не проучил Мусор после подобных выходок. В камере всё ещё могли быть монстры. Если, конечно, другой авантюрист их уже не убил.
Работа Рараджи заключалась в том, чтобы гоняться за Мусор, когда она вот так врывалась вперёд.
«Что дальше? Паршивая собака? Гигантская крыса? Что-то гуманоидное?»
Рараджа отчаянно выхватил кинжал с таким видом, будто говорил: «Ладно, кидайте в меня что угодно», — а затем пригнулся внутри погребальной камеры.
Тишина. Приглушённое «гав» от Мусор.
И всё же... ничего не произошло.
Всё, что видел Рараджа, — это мрачное подземелье, построенное из холодного, бледного камня. Правильный узор каменных блоков был, безусловно, удобен для составления карты.
«И всё-таки, оно реально большое... знаешь ли».
Размеры подземного подземелья были несколько расплывчаты. Каждый раз, когда он его видел, оно казалось другим.
— Считай шаги, — всегда говорил Иарумас. — Доверяй только количеству пройденных шагов и ДУМАПИКу.
«Надо будет позже прогуляться по этой открытой местности».
А пока Рарадже нужно было разобраться с Мусор.
Она стояла одна в центре комнаты со скучающим видом, взвешивая свой двуручный меч и положив его на плечо. Если оставить её в покое, она наверняка немедленно улетит в другую погребальную камеру.
Рараджа подбежал к Мусор и, не обращая внимания на её визг протеста, схватил девушку за шкирку.
— Чем-то воняет, — пробормотал он.
Он посмотрел на Мусор, хотя сомневался, что она поняла, что он сказал.
Нет, он говорил не о вони от этой забрызганной кровью девчонки — что-то ещё висело в воздухе погребальной камеры.
У этого запаха был знакомый *привкус*. Как у обугленных кусочков бекона, которые он собирал с остатков костров после того, как ублюдки из его старого клана засыпали. Как у дыма после взрыва бомбы в сундуке с сокровищами, который унёс парня, отвечавшего за её обезвреживание.
Или, из недавнего, как запах его собственных волос после обжигающего дыхания стрекозы.
«Это жжёное мясо».
— Ты искал авантюристку-рею? — внезапно прошептал Иарумас.
Рараджа обернулся и увидел человека в чёрном, присевшего во тьме... «постой-ка, нет».
— Тогда это не она.
То, что показалось Рарадже тьмой, на самом деле было чёрной грудой угля — угля в форме человека.
— Бр-р-р... — Рараджа невольно застонал, но кто бы его винил? Блестящие красные и белые полосы — цвета приготовленного мяса — проглядывали из трещин в угле. Мальчишка в последнее время всё чаще помогал сестре Айникки снимать снаряжение с трупов в храме, но всё же...
— Чёрт, это ужасно... Что здесь произошло?
«Это не обычная смерть», — подумал он. Это определённо не было вызвано клинком, клыком или когтем. «Магия — это должна быть магия». Вот что подумал Рараджа. Хотя это было просто всё, что он мог себе представить.
Всё, что могло убить человека вдвое выше Рараджи, должно было быть магией...
— Она была крупной, — заметил Иарумас. — Судя по мускулатуре, это, вероятно, была женщина.
— А?..
Услышав это, Рараджа моргнул. Честно говоря, он не хотел смотреть, но нерешительно выглянул из-за спины Иарумаса, чтобы взглянуть на останки. Одежда, доспехи и снаряжение уже почернели и расплавились, или просто исчезли. Её лицо было таким же обугленным, как и всё остальное, и так распухло, что он бы никогда не смог на него снова посмотреть.
И всё же...
«Это... женщина?»
Теперь, когда Иарумас указал на это, мягкие, пышные изгибы тела действительно казались довольно женственными. Хотя в этом жалком состоянии её фигура не вызывала у него никаких других чувств.
Однако, будь она жива...
— Гав?
— Ничего.
Когда Рараджа невольно взглянул на Мусор, он встретился с её голубыми глазами. Она казалась такой беззаботной по этому поводу.
«Готов поспорить, обугленная женщина была совсем не похожа на неё».
— Что бы здесь ни случилось, она не рея. Этот вариант отпадает, — заключил Иарумас. Затем, словно потеряв интерес, он принялся осматривать комнату в поисках дальнейших действий.
Мусор сделала нечто похожее. Рараджа, однако, к своему удивлению, сказал тихим голосом: — Что? Ты не собираешься её забирать?
— Сегодняшней целью была тренировка, — ответил Иарумас. — Мы взяли только два мешка для трупов. — Если бы им понадобился третий, некому было бы их тащить обратно.
Молча, Рараджа уставился на жалкое тело у своих ног.
«Интересно, какой она была...»
Доброй? Злой? Нейтральной? Мировоззрение было просто тем, что кто-то о себе заявлял. В действительности, оно ничего не говорило об авантюристе как о человеке.
Почему она пришла в Скейл? И почему она спустилась в это подземелье?
Каковы были её мечты, её цели? Где она родилась? Что она любила? Что она ненавидела?
Ничто из этого не имело никакого отношения к тому, почему она умерла или почему её оставили здесь томиться в виде обугленной шелухи, одной из потерянных. Никто никогда не вспомнит этот несчастный труп — это мёртвое тело, которое когда-то было товарищем-авантюристом.
То же самое было бы и с Рараджей. То же самое *было* и с девушкой-реей, которая умерла от ловушки с арбалетом.
Заметив нерешительное молчание Рараджи, Иарумас спросил: — В чём дело?
— Это может быть она, — ответил мальчик.
— О?
— С такими ожогами не скажешь, кто это.
«Звучит так, будто я оправдываюсь», — подумал Рараджа. Однако, начав говорить, он обнаружил, что слова приходят на удивление легко. Решив плыть по течению, он выплюнул их все с отчаянным видом.
— Так что мы не узнаем, пока не воскресим её, верно?
Иарумас тихо рассмеялся. — Ты ещё больше влезешь в долги.
— Тогда мне просто придётся их вернуть... и я верну! — Рараджа протянул руку, прося мешок для трупов, и Иарумас молча бросил ему мешок. Схватив тело — всё ещё тяжёлое, даже в этом обугленном состоянии — за ноги, Рараджа начал его тащить.
То, что когда-то было кожей, отслаивалось и прилипало к его пальцам, но какая ему до этого разница? Если бы это тело принадлежало молодой девушке, она была бы в ужасе от положения, в котором сейчас находилась, но опять же, какая ему разница?
«Я тебя вынесу, так что не возникай!»
Хотя Рараджа работал под началом Иарумаса таскальщиком трупов, были пределы тому, насколько он мог привыкнуть к этой задаче. Впервые он имел дело с таким сильно обугленным трупом — конечно, ему было тяжело.
— Тяф!
Видя Рараджу в таком плачевном состоянии, Мусор подошла посмотреть. В её глазах блестел огонёк истинного веселья. Её лай издевался над ним, словно говоря: «Что ты делаешь?»
Конечно, Рараджа и не ждал помощи от Мусор.
— Кстати, как насчёт того, чтобы потратить пятьсот золотых на небольшое душевное спокойствие?
— Ещё больше долгов, да? — надулся Рараджа. — На данном этапе это уже всё равно.
— Хорошо. — Иарумас достал из-под плаща маленький флакон. В нём была светло-зелёная жидкость, которая, казалось, исходила от маленького камешка на дне — Рараджа ранее узнал, что это было Зелье ДИОС. — Если нанести небольшое количество, — продолжил Иарумас, — говорят, легко убедить себя, что это „исцелило их душу и спасло их“.
— Это действительно годится только для душевного спокойствия... — возразил Рараджа. В том состоянии, в котором был этот труп, зелье ей ничем не помогло бы.
Рараджа криво улыбнулся, откупорил бутылку и плеснул немного на тело. Затем, с некоторым усилием, он запихнул слегка увлажнённые останки в мешок.
Мусор всё это время бродила рядом с Рараджей. Если бы она пнула его сейчас, даже Рараджа бы вышел из себя... но, похоже, у неё хотя бы хватило ума этого не делать.
— Я ни на что не рассчитывал, но, чёрт возьми, ты меня бесишь.
— Гав.
Выражение лица Мусор, казалось, говорило: «О, ты наконец закончил?» или, возможно: «Ух ты, какой же ты безнадёжный, знаешь?»
Он не мог вынести, как она смотрела на него, как на плохо обученного миньона — нет, он совершенно не мог этого вынести.
— Тебе придётся нести её труп самому, — указал Иарумас.
Мальчик снова надулся. — Конечно, придётся... я знаю. — В конце концов, он сам сказал, что сделает это. Теперь ему просто нужно было разгрести свой собственный бардак.
Рараджа взял шнур, затягивающий горловину мешка, и обмотал его вокруг руки. Затем он перекинул верёвку через плечо и начал тащить мешок за собой.
— Можешь разломать её на части, но смотри, не потеряй ни одной. То же самое относится к окаменевшим.
— А если я что-то потеряю... что будет с воскрешением? — спросил Рараджа.
— Кто знает?
Это была не очень смешная шутка. Хотя, зная Иарумаса... может, это и не шутка вовсе? Рараджа не мог решить.
— Ну, полагаю, на сегодня хватит, — сказал Иарумас. — Тебе нужно будет оттащить эту девушку обратно в храм.
— Кстати говоря...
— Что?
Рараджа огляделся, прежде чем задать вопрос, который мучил его всё это время. У его ног лежали обгоревшие останки чего-то, вместе с какой-то палкой.
Так что...
— Что случилось с отрядом этой девушки?
В тот же миг из глубины огромной погребальной камеры донёсся леденящий душу рёв.
Вот и ответ.
§
Увидев его однажды, Рараджа не думал, что так испугается во второй раз. Хотя он в глубине души знал, что это просто говорила его гордость — своего рода ложная бодрость, возможно, нежелание признавать поражение. И всё же он думал: «Раз я видел его один раз, больше такого не будет».
Но это — что это было?
Пока Мусор — *Мусор* — издавала хриплый, жалобный скулёж, Рараджа не мог даже застонать.
Что это *было*?
На этот вопрос мог быть только один ответ.
— С-С-СКРЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕК!!
«Это» был дракон. Одного его рёва было достаточно, чтобы душа затрепетала.
Рараджа сглотнул, поражённый галлюцинацией, которая, казалось, искажала подземелье, заставляя его расширяться. Гороподобная туша монстра перед ним, серный смрад, белый огонь, горящий в его глазах... Нет, горели не только глаза; горело и тело, которое светилось, казалось скользким и влажным.
Рараджа никогда не видел магмы, но был уверен, что именно так она и должна выглядеть.
Красный.
С чешуёй, подобной пламени, мерцающей от жара... это был красный дракон — воплощение самой смерти.
— Ясно. Огненный дракон, да? — пробормотал Иарумас.
Эти слова привели Рараджу в чувство, и сковывавший его страх растаял. В какой-то момент человек в чёрном переместился и встал между Рараджей и Мусор. Его рука лежала на чёрном жезле у бедра — рукояти той тонкой сабли, которую он носил. Готовность этого человека говорила о том, насколько серьёзна была ситуация.
— Мы... — голос Рараджи застрял в горле. — ...сможем победить, да?
— С чего ты так решил?
— Потому что...
«Потому что мы уже побеждали одного, разве нет?»
Его шёпот был чем-то сродни молитве, надежде, желанию.
На днях, когда они внезапно столкнулись с драконом в подземелье, Иарумас с лёгкостью его победил.
Или, по крайней мере, так это выглядело для Рараджи.
— Этот совсем другого класса.
Иарумас сказал это так легко, но Рараджа не мог в это поверить. Человек в чёрном рассмеялся, хотя было неясно, что тут смешного, и покачал головой, словно говоря мальчику сдаться.
Этому чудовищу место на самом нижнем уровне подземелья.
— ГР-Р-Р-О-О-О-О-ОЛ!!
Рараджа отражался в глазах монстра. Однако тот смотрел не на него. Мальчишка-вор был ниже его внимания. Раздражающая маленькая муха. Не более.
Так что же он собирался делать? Своей древоподобной рукой он поднял коготь — коготь длиной с рост Рараджи — и приготовился нанести удар.
— А-а-а-а?! — крик Рараджи был жалким, и он это знал.
*Бум.*
Подземелье содрогнулось, и удар подбросил Рараджу вверх, отправив его в полёт.
Но он не был мёртв. По крайней мере, пока.
«Я... увернулся?!»
Это казалось чудом. Или, возможно, его на самом деле и не атаковали. Огненный дракон просто двинулся вперёд — вот и всё. Битва даже не началась...
— Гав?! — с этим визгом Мусор покатилась, подпрыгивая, как мячик. Она быстро пришла в себя и вскочила на ноги. Её хватка на двуручном мече уже была поправлена, и она приняла низкую стойку, оскалив клыки.
— Р-р-ры!
Её воля к борьбе была сильна — её боевой дух не сломлен.
«Она потрясающая».
Рараджа нахмурился, готовя свой кинжал и принимая боевую стойку, хотя и на несколько секунд позже Мусор. И всё же, даже сделав это, он понятия не имел, что ему делать. Он услышал, как мешок с трупом с глухим стуком упал на землю. Надеюсь, тело внутри не развалилось.
— Эй, что мы будем делать?! — практически закричал он, его глаза быстро забегали по сторонам.
Мусор зарычала.
«Пожалуйста, не бросайся вперёд», — подумал Рараджа.
Иарумас оставался неподвижен.
«Скажи что-нибудь, пожалуйста».
— Других ведь не было? — спросил Иарумас.
— А?!
— Монстров, — уточнил мужчина. — Вы ведь не столкнулись ни с кем сразу после входа в камеру?
— Ну, нет!..
Но какое это имело значение? Иарумас продолжал бормотать себе под нос, так и не ответив на вопрос в голове Рараджи.
— Бродячий монстр, значит...
Медленно, медленно Иарумас переставлял ноги, измеряя расстояние между собой и огненным драконом.
— Нам повезло.
Рараджа недоверчиво посмотрел на него. — В чём же *здесь* удача?!
— В том, что я как-нибудь с этим справлюсь.
«Правда?» — спросил Рараджа одними глазами.
— Вероятно, да, — похвастался Иарумас. — Неси труп. Если, конечно, ты всё ещё хочешь вытащить его на поверхность.
— В-верно! — Рараджа неуклюже присел, не сводя глаз с огненного дракона. Обмотав верёвку вокруг руки, он закинул мешок с трупом на плечо. Он слышал и чувствовал, как уголь трётся о пеньковую ткань.
Что с ней случилось? Что случилось с остальными её товарищами?
Рараджу ждала та же участь.
«Чёрт!..»
Мальчик проклял себя, когда его ноги начали подкашиваться. Он стиснул зубы, чтобы они не стучали.
— Гр-р-р... — Мусор издала низкий рык, поправляя хватку на двуручном мече и выискивая подходящий момент для атаки. Но она не могла найти брешь.
Дракон оставался неподвижен.
Ещё нет... они ещё не были мертвы...
«Живы».
— Что мы будем делать?
— Бежать, — просто сказал Иарумас.
— Тяф?!
В одно мгновение Мусор, которая уже собиралась броситься в атаку, оказалась в воздухе. Иарумас перекинул её через плечо. Прежде чем Рараджа успел произнести: «А?!», он с удивлением обнаружил, что его собственное тело уже несётся прочь.
— П-почему?!
— Если мы не можем победить, остаётся только бежать.
— С-С-СКРЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕК!!
Рараджа открыл рот, чтобы возразить, но громоподобный рёв за спиной заставил его замолчать.
Звуковая волна и горячий порыв воздуха пронеслись мимо них — дыхание существа в обычном смысле этого слова. Тем не менее, оно обожгло им спины.
Рараджа напряг мышцы, чтобы не уронить труп, который нёс. Он усердно перебирал ногами.
«Кстати говоря...»
На полном скаку Рараджа заметил незначительную деталь: почему он не умер? Как он мог так долго стоять, дрожа перед драконом?
«Это из-за Иарумаса».
Тот дракон смотрел не на Рараджу и даже не на Мусор — его глаза были сосредоточены только на Иарумасе.
Иарумас не двигался, поэтому и дракон не двигался. Чтобы прочитать врага и предсказать его первый удар, дракон оставался осторожным, неподвижным.
«Я всё ещё не дотягиваю... Во всём я всё ещё не дотягиваю!»
Продолжая бежать, сбивчиво дыша, Рараджа смотрел на тёмную фигуру впереди. Его глаза встретились с чистыми, голубыми глазами рыжеволосой девушки, которую нёс на плече Иарумас. Рараджа мог понять, что она хотела сказать, без всяких слов — раздражённого тона её хныканья было достаточно.
«Слушай, я расстроен не меньше твоего».
Но, конечно, Рараджа не собирался признавать это вслух.
§
Весть о том, что на неглубоких уровнях подземелья появился огненный дракон, разнеслась по Скейлу со скоростью лесного пожара. В конце концов, это был город, где темы, связанные с приключениями, были так же актуальны, как погода. Однако важнее было другое...
— Дела в последнее время идут плохо...
— ...вот *это*.
— Авантюристы все струсили.
— Забавно, конечно, видеть что-то такое необычное.
— Ничего забавного. У нас мало денег и мало товаров на продажу. Что будем делать?
— Ну, мы же не можем сами пойти и добыть всё это...
— Вот уж страшная мысль. Увольте.
Не то чтобы у города Скейл было что-то, кроме подземелья. Город стоял в пустоши, где под грязным, свинцовым небом дул слегка прохладный ветер. Он процветал как город, который никогда не спит, только благодаря бесконечным богатствам, что просачивались из подземелья. И именно авантюристы с необычайной силой выносили эти богатства наверх.
Внутри подземелья и потомок легендарного героя, и дерзкий юнец из деревни были равны — слабейшие из слабейших.
Однако авантюристы, выжившие в бою — победившие монстров, превосходящих человеческое понимание, — обретали силу, подобную силе мифических героев.
Факт в том, что когда авантюристы столкнулись с драконом алой смерти, ничего из этого не изменилось.
Те, кто зарабатывал на жизнь убийством монстров на неглубоких уровнях подземелья, испугались. Что касается тех, кто мог проскользнуть мимо огненного дракона и добраться до более глубоких уровней, они были предельно осторожны, приходя и уходя.
Не то чтобы они боялись смерти как таковой... но смерть стоит денег, знаете ли?
Немногие были готовы добровольно порадовать этих занудных, жадных до денег типов из храма Канта.
Хотя, ощущение времени внутри подземелья было вещью расплывчатой. Вероятно, были и те, кто всё ещё исследовал его, не подозревая о существовании огненного дракона.
— Ну так что, что будем делать?
— Попробовать спросить у них, полагаю...
И вот, гильдия торговцев в Скейле начала действовать.
По сути, они решили прибегнуть к старому доброму методу — собрать средства и попросить надёжного авантюриста разобраться с драконом.
Ответ, который они получили, был коротким.
— Ну, знаете, у бродячих монстров нет сундуков с сокровищами, — сказал Сезмар с болтливым смехом. Он сидел в таверне Дурги и уплетал кусок мяса.
— Да, это правда, — Иарумас, которого практически заставили сесть с ним, ответил кивком, подразумевающим, что заявление Сезмара было очевидным.
Само собой разумеется, Иарумас не приходил к ним с идеей убить огненного дракона. Он уплетал кашу, когда, не успев опомниться, его со всех сторон окружили «Олл-старс». Сегодня они все были в гражданской одежде, но только воин стал бы слабее из-за отсутствия доспехов.
Отсюда не сбежать... не когда здесь *четверо* из «Олл-старс».
— У вас проблемы с деньгами? — спросил Иарумас.
Сезмар вздохнул. — Я бы не назвал это *проблемами*, но да, нам не хватает средств.
— Или, вернее, мы не можем позволить себе, чтобы их стало ещё меньше, понимаешь? — добавил Морадин, вор-рея, хихикая. — Торговцы заплатят, если мы его победим, но они не заплатят нам ничего лишнего, если мы случайно умрём в процессе.
— Хм-м, — безразлично ответил Иарумас, а затем съел ещё каши. — Так это был Хоквинд?
— Едва ли, — мгновенно ответил Верховный жрец Так. — Даже если отрубить ему голову, сомневаюсь, что это его убьёт.
— Ты ведь знал это, когда спрашивал, да? — Сара сверкнула на Иарумаса глазами.
Она была права.
«Олл-старс», лучшие авантюристы Скейла, были отрядом из шести человек, как это было принято. Сегодня отсутствовали только двое из них — тот шпион в чёрном и маг, скрывавший своё прекрасное лицо под плащом.
Возможно, это зависело от ситуации, но, если уж один из них имел больше шансов умереть, чем остальные, то это был бы...
— Ты знаешь, как это бывает, — продолжила Сара. — В нашем тылу стоят Верховный жрец Так, Морадин и Просперо, верно?
— Нас атаковали сзади, понимаешь, — неловко объяснил Сезмар.
— Ну, если такое случится, конечно, Просперо умрёт, — Иарумас кивнул, а затем положил ложку в миску с кашей. Он любил есть то, что быстрее всего набивало живот. Не то чтобы еда как-то влияла на его способности.
На данный момент Иарумас не вставал и не уходил потому, что ему на самом деле нравился этот отряд. Он не возражал провести немного времени в разговоре с ними. К тому же, ему больше нечего было делать, кроме как пойти спать в гостиницу.
— И поэтому вы не собираетесь его убивать? — спросил Иарумас.
— Мы можем зарабатывать деньги и на других вещах, кроме убийства драконов.
— Да, и нас не устраивает спать в конюшнях, как ты, Иарумас. Мы тратим деньги на самые разные вещи.
Иарумас не стал поправлять эльфийку, сообщая ей, что в последнее время он спал на койке. Однако он не мог не подумать, что Сара сильно отличается от своей соплеменницы, Айникки.
«Нет... может, их зацикленность на деньгах одинакова?»
Ему не было никакой выгоды размышлять об этом. Если бы он сказал это вслух, обе эльфийки сердито навострили бы свои длинные уши.
— У нас всё равно нет дел на неглубоких этажах, — сказал Морадин, который в какой-то момент разговора раздобыл пиво — вероятно, с подноса проходящей мимо официантки. Он опрокинул кружку, которая была огромной по сравнению с его миниатюрной фигурой, и с удовольствием выпил, а затем слизал пену с губ. — А как насчёт тебя, Иарумас? — спросил Морадин. — Тебе, должно быть, тяжело с двумя детишками, да?
— Не особенно, нет, — Иарумас скрестил руки и, задумавшись, застонал, а затем продолжил отвечать тем же беззаботным тоном. — Пока мы не сталкиваемся со стражем погребальной камеры, мы можем убегать столько, сколько нужно.
— Хм, так ты, значит, за ними присматриваешь как следует, да? — пробормотала Сара, удивлённо.
— Эй, ну что ты, — упрекнул её Верховный жрец Так.
— Ой, да ладно, — возразила девушка. — Жалко оставлять такую милашку, как Мусор, с Иарумасом!
— Это так, — согласился Иарумас.
— Я имею в виду, она же девочка, понимаешь?
— Я никогда не видел в этом проблемы... но её молодость — это не плохо, — для Иарумаса это означало, что у неё есть потенциал для роста, и она быстро учится.
Когда он это пробормотал, Сара преувеличенно воскликнула: «Ой!» — и демонстративно отстранилась от него.
— Придётся сказать Айне, чтобы она с тебя глаз не спускала...
— О, я уверен, она и без твоих указаний будет присматривать за господином Иарумасом, — добавил Морадин с очередным хохотком. Верховный жрец Так отчитал их обоих.
Сезмар решил откинуться на спинку стула и предоставить дварфу разбираться с реей и эльфийкой. Он наслаждался мясом и выпивкой, когда спросил: — Кстати, где они двое? Надеюсь, ты не бросил их обоих в храме.
— Да, — расслабленно ответил Иарумас. — Они сегодня в храме.
Хотя ни один из них не был мёртв или обращён в пепел.
§
— Честно говоря, это такая досада! — сокрушалась Айникки в тишине часовни, наполненной шёпотом, песнопениями, молитвами и заклинаниями. Хотя её прекрасные брови были гневно вздёрнуты, это выражение нисколько не портило её миловидного лица, возможно, благодаря длинным, трепещущим ушам, что выглядывали из-под её монашеского одеяния и серебряных волос.
Рараджа просто сидел на одной из скамей и слушал. Именно он получил место в первом ряду на днях... когда она сразила убийцу в лавке снаряжения.
«Если только это не был какой-то удачный удар, которым она случайно снесла парню голову...»
Но даже если бы он был уверен, что это была удача, он всё равно был бы дураком, если бы намеренно её провоцировал.
— Тяф.
Даже Мусор поспешно ретировалась. Теперь она сидела в углу, плотно укутавшись в свой плащ. Рараджа не мог понять, что её так напугало. Может, вопреки его ожиданиям, сестра Айна в прошлом сделала с ней что-то ужасное...
«Чёрт бы тебя побрал, Иарумас».
Теперь, когда он об этом подумал, что ж, посетить храм сегодня было нормально. Они встретились в таверне, прежде чем разойтись. Это тоже было нормально. В конце концов, он сам решил это сделать. Но Рараджа был сбит с толку, когда Иарумас сказал: «Иди с ней».
Сбит с толку, то есть, пока Мусор, которая тоже слушала, не начала ковылять прочь, ведя за собой. Рыжеволосая девушка шла немного впереди него, изредка оглядываясь, но это не было похоже на выгул собаки.
Эти голубые глаза, словно чистые омуты, ясно говорили ему: «Поторопись и иди со мной».
«Этот парень должен был сказать мне „Возьми её с собой“!» — подумал Рараджа.
— Вы меня слушаете? Господин Рараджа!
Ой.
Когда прекрасное лицо эльфийки оказалось совсем близко к его, и в воздухе повис лёгкий запах ладана, Рараджа нервно ответил ей: — Э-э-э, да...
Конечно, он слушал. Может, в прошлом он бы и не слушал, но сейчас — таинственным образом — он обнаружил, что способен воспринимать больше, чем раньше.
— Вы говорили, что нехорошо, что авантюристы избегают подземелья...
— У тех, у кого нет навыков, нет выбора. Да, нет выбора, — казалось, она не ждала ответа. Грациозно отойдя, Айна с негодованием покачала головой. — И всё же, когда у кого-то из вас есть способность бросить вызов зверю, я должна спросить, как вы можете поступать иначе?!
— Ну, это же дракон, в конце концов, — Рараджа скрестил руки, откинулся на спинку скамьи и посмотрел на потолок.
Этот ужасающий красный дракон пронёсся в его мыслях.
Это было воплощение смерти. Если они сразятся с ним, они умрут — превратятся в пепел — будут потеряны навсегда. Этот зверь, вероятно, даже не признавал в таких ничтожных авантюристах, как они, угрозу.
«Кроме Иарумаса».
Нахмурившись, Рараджа сердито покачал головой. — Мне всё равно, сколько они платят. Это того не стоит.
— Разве убийство драконов не делает авантюристов великими? Не понимаю, почему вы хотите уклоняться от такой чести...
Айна продолжала качать головой, сокрушаясь по поводу такого положения дел. И всё же, она не жаловалась Рарадже и Мусор. Сегодня в храме было мало людей — необычное явление. По крайней мере, это был первый раз, когда Рараджа видел храм таким пустым с тех пор, как начал здесь помогать. Если авантюристы не спускались в подземелье, это означало, что меньше умирало, и меньше посещало храм.
Огромное каменное здание. Мужчины и женщины в рясах, бесшумно передвигающиеся по нему. Великая статуя, стоявшая в глубине. С таким пустым молельным залом, по какой-то причине, всё это приобретало более строгий вид, чем обычно.
Рараджа смутно смотрел на лицо статуи бога Кадорто, такое большое и далёкое, что ему приходилось задирать голову, чтобы его рассмотреть. На днях сестра Айникки сказала ему — она была полой.
Вскоре из глубины вышел жрец и молча подошёл. Он прошептал что-то в длинное ухо Айны, и она кивнула, прежде чем снова посмотреть на них двоих.
— Они закончили подготовку. Пойдёмте.
— Ладно.
— Гав!
Рараджа вскочил со скамьи. Почувствовав его движение, Мусор тоже поднялась. Наблюдая, как девушка подходит к ним, Рараджа озвучил внезапную мысль.
— Сестра, есть ли шанс, что *вы* пойдёте убивать дракона?..
Она ничего не сказала, просто одарила Рараджу тихой улыбкой. По какой-то причине это показалось более красноречивым ответом на его вопрос, чем всё, что она могла бы сказать.
§
— А-а-а-а-а?!
Берканана размахивала своими толстыми руками и ногами, жалобно крича. Её барахтанье было совершенно недостойным, но ей было не до приличий, когда она оказалась в пасти гигантской жабы.
Когда ей наконец удалось вырваться из обхватившего её языка, она выползла наружу. Всё её тело было покрыто слизью.
Берканана чуть не расплакалась от своего жалкого, промокшего вида.
Она много раз пачкалась по дороге в Скейл, так что была морально готова к грязи, с которой могла столкнуться в подземелье. Но всё же, этот наряд сшила для неё её бабушка...
— Маг, колдуй!
— Д-да!
Несмотря на покрывавшую её грязь, когда один из членов её отряда крикнул, Берканана медленно поднялась на ноги. Она не помнила его имени, но они всё равно были товарищами — ей было приятно, что они просили её о помощи.
— Хеа лай тазанме (*Пламя, явись*)!
Дрожащим голосом Берканана соткала свою магию, а затем метнула маленькие огоньки, появившиеся на кончиках её пальцев.
ХАЛИТО.
Это было великое заклинание, дарованное Берканане её бабушкой после многих лет тренировок.
Огонь промелькнул во мраке, оставив за собой след белого света по всей погребальной камере. Он столкнулся с кожей жабы и взорвался с хлопком.
Когда заклинание развеялось, всё тело жабы... не было даже опалено.
— А? Э-э-э... — пробормотала Берканана.
— Что ты делаешь, дура?! — крикнул воин в первом ряду. Взмахнув толстым двуручным мечом из закалённой стали, он вонзил лезвие в плоть жабы. Однако резиновая кожа существа оказалась прочнее, чем воин мог себе представить — даже пронзённая мечом, гигантская жаба всё равно широко раскрыла свою огромную пасть.
— Ай?!
Берканана отчаянно съёжилась, проскользнув под языком, который пронёсся над её головой. Её задница сильно ударилась о каменный пол, и хотя от удара было больно, этот дискомфорт был куда лучше, чем быть снова проглоченной.
Возможно, это было также лучше, чем боль от продолжения ожидания в таверне.
«Ты даже не знаешь КАТИНО?»
Она села за столик в таверне Дурги. Её сердце трепетало, а глаза горели от волнения. Авантюрист обратился к ней, спросив, маг ли она, и она энергично закивала головой.
— Я... я изучила истинные слова огня!
Ответ на это утверждение был... ну, безжалостным.
Правда вскоре растоптала её представление. ХАЛИТО, заклинание, которое она считала своей ультимативной техникой, было всего лишь способностью первого уровня в подземелье. Даже название было уничижительным; оно означало «*маленький* огонь».
У авантюристов Скейла были гораздо более сильные способности, чем у людей из внешнего мира — эта разница была разительной. Хотя, поскольку она слышала разговоры о том, что подземелье — это мир мифов, мир легенд, Берканана уже догадывалась об этом.
И всё же, она была на целую голову выше окружающих, так что чувствовала себя взрослой за детским столом. Это делало её очень заметной для других. Многие обращались к ней, но и отказов она получала сравнительно больше. По-видимому, авантюристам не нужен был маг, который мог только швыряться огнём.
Её терпение лопнуло, когда кто-то указал на её посох и спросил: «Ты сражаешься дубиной? Давай к нам в первый ряд». Она в стыде сбежала из таверны.
Магов раньше принимали в отряды просто за то, что они маги. Неужели этого было уже недостаточно? Неужели та эпоха подошла к концу?
Возможно, это было просто невезение Беркананы, или, может, она пришла в день, когда собравшиеся авантюристы могли позволить себе быть более разборчивыми в выборе магов. Она никогда не узнает истинной причины. В конце концов, Берканана просто уныло сидела за столом, чувствуя себя не в своей тарелке, и так закончился её первый день в Скейле.
В итоге, авантюрист, ночевавший в конюшнях, кажется, сжалился над ней — нет, конечно, это не была *жалость* — и этот человек указал ей путь.
Пока Берканана, плача, собирала солому для сна, авантюрист надевал своё снаряжение. «Попробуй сходить на первый этаж подземелья», — посоветовал он.
Было негласное правило, что авантюристы разных мировоззрений не работают вместе в Скейле. Однако подземелье было исключением. На первом этаже общее число авантюристов, ищущих мага, было гораздо выше — даже если это было лишь временное соглашение.
Но было ли это правдой? Действительно ли она найдёт там возможность? Берканана, казалось, была лишь наполовину убеждена, когда отправилась на первый этаж подземелья.
Даже в толпе авантюристов она выделялась. Подвергаясь их любопытным — или, возможно, вожделенным — взглядам, она съёживалась, стоя некоторое время у стены.
Первый отряд, с которым она заговорила, спросил, какие заклинания она может использовать. Услышав её ответ, они немного посовещались, прежде чем сказать: «Ну, ты лучше, чем ничего, полагаю».
Этот отряд, вероятно, злого мировоззрения, сказал, что потерял своего мага во время предыдущей попытки. Одной из удивительных вещей в этом городе было то, что здесь мёртвых можно было воскресить. Очевидно, однако, что это стоило денег. Даже если Берканану добавили в отряд исключительно для того, чтобы заполнить пробел, она всё равно была довольна.
И это возвращает нас к настоящему моменту.
— Ух, ну и заноза ты была в заднице...
Когда битва закончилась, безымянный воин поставил ногу на тушу гигантской жабы и проклял её. Вор в углу погребальной камеры, присев перед сундуком, усердно работал над его вскрытием. Различные члены отряда стояли вокруг, леча раны или оставаясь начеку, в зависимости от их конкретной работы.
Но хоть кто-нибудь проверил подавленного мага, сидевшего у стены? Конечно, нет.
— У этой жабы была... какая-то защита от заклинаний, — слабо пробормотала Берканана. — Я вам говорю, мой огонь отскочил... Если бы не это...
«Если бы не это, то что?»
Слова, звучавшие как оправдание, призванное отогнать её неуверенность, лишь подпитывали её ненависть к себе.
«Это моя вина, что они ничего не говорят?» — гадала она, глядя на них сквозь щель между коленями. «Или отряд был таким и до того, как я присоединилась?»
«Что мне делать, если они меня выгонят?» — Неужели ей придётся вернуться и стоять на первом этаже подземелья? Или, может, вернуться в таверну? Но все видели её раньше, когда ей не удалось найти спутников, и они были свидетелями её приключений с этим отрядом сегодня.
Берканана знала, что она выделяется как белая ворона. Люди быстро её узнают.
Тупая Берка. Медлительная Берка. Неуклюжая Берка. Бесполезная Берка.
«О, но, может, авантюристам нет дела до других авантюристов?..»
Берканана надеялась, что это так. Это было почти желание или молитва — настолько сильно она отчаялась.
— Что думаете?
— Думаю, уйдёт за сотню золотых.
— Режущий Меч, да? Не могли бы мы получить хороший кинжал, вроде Клинка Укуса или что-то в этом роде?
— Как будто они дадут грёбаной жабе что-то такое хорошее.
Один из членов отряда повернулся к Берканане и крикнул: — Эй, пошли!
— О, хорошо.
Она медленно поднялась на ноги. Под нос она начала бормотать фисэйн (*прочь*), но затем остановилась и покачала головой.
«Бабушка расстроится...»
«Слушай меня, Берка — истинными словами нельзя бросаться направо и налево». Старушка часто говорила ей это с кислым лицом. Нет, Берканана не могла использовать *это* слово, чтобы очистить свою одежду от слизи.
И всё же, глупые, липкие звуки, которые она издавала при каждом шаге по каменному полу, были ужасно смущающими. Жабий слизь заставляла одежду Беркананы плотно прилегать к её телу, и она немного жгла, вызывая зуд.
Вор, шедший рядом с ней — эльфийка, как она думала — казалось, уставился на неё. Хотя у неё было подозрение, что она слишком мнительна, Берканана сгорбила своё большое тело, излишне пытаясь казаться меньше.
— Пахнет как-то странно...
— Уверен, что это не просто жабья слизь?
В темноте разговаривали люди.
— Это не от меня, — пробормотала Берканана, её голос был слабым, как комариный писк. Её руки сжали большой, похожий на дубину посох; её руки крепко обняли пышную грудь. Её глаза быстро забегали по сторонам, ища, сама не зная почему. В голове она повторяла: «Я больше не оплошаю. В следующий раз я их вынесу своим огнём».
«В следующий раз...»
— Хм?
Внезапно Берканана заметила нависшую над ней тень. Такое случалось нечасто. Поэтому она сразу же подняла голову, удивлённо глядя вверх.
Перед ней стоял...
— А.
...красный дракон.
§
Шёпот—Песнопение—Молитва—Воззвание
§
— А-а-а-а-а-а-а?!”
Всё тело Беркананы содрогалось, пока она билась и извивалась.
— Горячо! Горячо?! А-а-а-а-а?! А-а-а-а-а!!
Она не могла дышать.
«Агония».
Она царапала себе горло и кричала, словно извергая кровь, её глаза были широко раскрыты.
— Всё в порядке.
Прохладная рука, возможно, даже холодная — прикосновение было, тем не менее, нежным. Эта прохлада, вместе с теплотой голоса, помогла Берканане взять свои движения под контроль. Рука, мягко гладившая её по спине, медленно двигалась вверх и вниз, напоминая мать, успокаивающую своего ребёнка.
— Тебе дарована жизнь. Пусть страх страданий, боли и смерти вдохновит тебя жить ещё дольше.
Берканана не могла ответить — она могла лишь хрипло дышать, и её горло болело. И всё же, эти добрые, нежные слова достигли её сердца, словно в неё вдохнули новую жизнь.
Да, вот оно, её сердце, стучащее в груди. Пульс. Она была жива.
«Жива...»
Её руки и ноги были на месте. Ничего не горело, не было пеплом или углём.
Это было тело, которым так гордилась её бабушка. «У тебя такая красивая белая кожа, Берка. Даже солнце не может тебя одолеть».
— Да проживёшь ты лучшую жизнь и умрёшь лучшей смертью. Подними лицо, смотри вперёд и иди.
Лицо эльфийки с прекрасными серебряными волосами заполнило затуманенное слезами зрение Беркананы. Её голос был спокойным и добрым, как и её выражение лица.
«Всё в порядке, — казалось, шептала эльфийка. — Ты сможешь».
Берканана сделала глубокий и судорожный вдох, отчаянно втягивая воздух. А затем... а затем...
— Ибо именно этого от тебя и ждут.
Берканана подняла голос и зарыдала.
§
— Всё закончилось хорошо.
Глаза Рараджи широко раскрылись, когда он услышал голос сестры Айникки. — О...
За Айной, ковыляя на нетвёрдых ногах, шла девушка — она была похожа на маленькую девочку, которую вела за руку эльфийская монахиня. Её обнажённая, белая плоть была прикрыта льняной простынёй, и она ссутулилась, подозрительно оглядываясь. Лишь лоскут ткани прикрывал её, и он не мог скрыть прекрасного лица девушки или её экзотического духа. Но больше всего внимание мальчика привлекло одно...
— Она *огромная*! — выпалил Рараджа.
Как только он это сказал, девушка дёрнулась, её тело содрогнулось, и она съёжилась. Быстрый, пронзительный взгляд Айникки впился в него, но ничего не поделаешь — девушка была выше Рараджи, выше даже Иарумаса.
В его памяти промелькнули воспоминания о бывших членах его отряда. У всех были вещи, о которых они не хотели, чтобы говорили, или черты, над которыми они не хотели, чтобы смеялись. Зная это, Рараджа захотел быстро исправить свою оплошность.
— Прости... — пробормотал он.
— Н-не стоит... Я привыкла... — Девушка покачала головой, но при этом спряталась за спину Айны в попытке скрыть своё массивное тело. Попытка, конечно, была безуспешной. Она была слишком большой.
«Кстати говоря...»
Рараджа с опозданием сообразил — если на ней сейчас нет одежды или снаряжения, не значит ли это, что она была голой и в подземелье? Если, конечно, можно назвать «голым» обугленный кусок мяса, брошенный в мешок для трупов.
Рараджа знал, что если он это скажет, эта бедная девушка с чёрными волосами и крупным телосложением, вероятно, съёжится ещё больше.
Неловко отводя взгляд, мальчик встретился с другой парой глаз — голубых, выглядевших довольно незаинтересованно.
— Гав, — Мусор гавкнула, словно говоря: «Что ты делаешь?»
Рараджа велел ей заткнуться.
В этот момент он заметил, что в ритуальной зоне сейчас были только женщины. Если считать Мусор, остатки монстровой закуски, женщиной, то Рараджа был в меньшинстве три к одному. Шансы были явно не в его пользу...
Айна слегка подтолкнула только что воскрешённую девушку сзади, словно поддерживая её.
— А теперь, идите сюда.
— Эм, э-э, у-у-у... — девушка говорила сбивчиво, явно нервничая, а затем склонила голову. — Спасибо. Большое. Я слышала, вы, э-э, спасли меня. Но, эм...
Её жесты, вероятно, должны были быть скромными и вежливыми, но Рарадже они показались ужасно размашистыми. Сначала он почувствовал, как её чёрные волосы коснулись его носа, а затем из-под этих волос он увидел её глаза, устремлённые на него.
Он не мог понять, смотрела ли она на него снизу вверх... или сверху вниз. Но, независимо от этого, впечатление, которое она производила — смесь страха, лести и неуверенности, словно она пыталась угадать его настроение и действовать соответственно — передавалось ясно.
— Эм... почему вы...
Спасли меня?
«Не знаю, что ей сказать».
Вместо ответа Рараджа неловко огляделся. Он знал ответ не больше, чем она. Воскрешение стоило денег, и мальчик ничего с этого не получал. Ну, он думал, что, может быть, заставит девушку вернуть ему долг, но он не стремился извлечь из этого прибыль. Он мог только выйти в ноль. Хотя... нет, учитывая его труд и потраченное время, он, скорее всего, останется в убытке.
— Мы просто случайно тебя нашли, — сказал Рараджа. — Вот и всё. — Если уж искать причину, несмотря на это, он в конечном итоге наткнётся на что-то несущественное. — Я подумал, что лучше тебе быть здесь, наверху, живой, и делать то, что тебе нравится, чем мёртвой там, внизу.
По какой-то причине глаза сестры Айникки немного сузились, когда она это услышала. Рараджа понятия не имел, почему она так ярко улыбалась.
Неужели он снова упомянул что-то, чего не следовало? Если так, то он решил больше не ходить по этому минному полю.
Глаза девушки расширились от удивления, Рараджа огляделся, и...
— О, эй, та штука.
— Гав!
— Подай-ка сюда, а?
Мусор без дела играла с деревяшкой. Когда её попросили, она подхватила её ногами и бросила Рарадже.
В его руках она показалась тяжёлой — прочной, как дубина, и длинной. Да, она была *похожа* на дубину. Но это была не она. И он уже догадывался, что это должно быть.
— Это твой *волшебный посох*, верно? — спросил он. — Можешь забрать.
— О-о!..
Она взяла его у него и прижала к груди обеими руками, словно держала что-то драгоценное. Он услышал, как она пробормотала что-то вроде: «О, слава богу, слава богу», — сквозь рыдания, вместе со словами благодарности. Её большие, преувеличенные движения создавали ощущение, будто она вырвала посох из рук Рараджи.
Владелец оружейной лавки, Катлоб, взглянув на него один раз — буквально один — сказал ему, что это.
«Весьма привлекательный жезл — Крепкий Посох».
Твёрдые и прочные, они были зачарованы для защиты пользователя. Редко можно было увидеть такой во внешнем мире — хотя в подземелье они были слишком распространены.
Эта девушка сжимала свой посох, плача и стеная... Хотя она стояла на коленях, Рарадже не нужно было смотреть вниз, чтобы её увидеть. Несмотря на это, она выглядела ужасно маленькой.
Мальчик не знал, откуда она пришла и что пыталась сделать. Он даже не знал её имени. Он понимал только две вещи о девушке: она была магом, и её только что воскресили из трупа.
«И ещё... кажется, *я* заплатил за воскрешение?»
Сестра Айникки ничего не говорила — она просто смотрела на Рараджу. Ему стало ужасно неудобно. Тем временем, Мусор, казалось, была совершенно беззаботна. Она издала скулёж и подбежала к девушке.
Что чувствовала эта рыжеволосая горстка остатков монстров по поводу всего этого? Рараджа понятия не имел. Он предполагал, что она могла думать: «Кто это?» или что-то в этом роде...
Просто бродячая собака, желающая обнюхать неприятный запах.
И всё же, когда Мусор посмотрела на девушку, на этом заплаканном лице появилась хрупкая улыбка. Тихий, слабый шёпот. «Спасибо». Рараджа цыкнул языком. Девушка вздрогнула.
— Итак, — спросил Рараджа через мгновение, — что ты собираешься делать теперь?
— Теперь?..
Казалось, у него было не больше ответа на этот вопрос, чем у неё. Оглядываясь назад, даже спрашивать её об этом казалось гадко, но он думал, что должен это сказать — чувствовал, что это нужно спросить.
— Я имею в виду, конечно, это я решил выложить за это деньги, и я никогда не спрашивал тебя, хочешь ли ты этого, но, знаешь... — его взгляд был направлен в сторону, за пределы ритуальной зоны, в молельный зал, где стоял полый бог — Кадорто. — Я заплатил не для того, чтобы ты сидела на коленях и хныкала, — заключил Рараджа, прежде чем тихо добавить, — наверное...
— Я... я... я...
Воспоминания закружились в голове девушки — Беркананы.
Медлительная Берка. Тупая Берка. Стань великим магом. Сделай себе имя в подземелье.
Может колдовать только ХАЛИТО. Бесполезная. Бабушкина одежда. И...
— Я хочу...
К удивлению Беркананы, её голос не дрожал. Говорила ли она когда-нибудь так твёрдо? Насколько она помнила, нет. Она всегда боялась. У неё ничего не получалось хорошо. Всё всегда заканчивалось для неё ужасно. Она пыталась, но всё тщетно. Отчаянно напрягалась — всё равно без толку. Куда бы она ни пошла, она была безнадёжна.
Будет ли так и дальше? Будет ли она продолжать убегать, всегда, всегда, всегда боясь?
«Я бы этого не хотела», — подумала она. Нет, она совсем этого не хотела. Почему это всегда должно было случаться с ней?
Ну, в таком случае...
С глазами, несомненно устремлёнными в будущее, Берканана сказала: — Я хочу... сразить этого красного дракона.
Больше глав?
Tg - @TheEternalWorker
Boosty - https://boosty.to/the_lost_nota/about
(более 25 заверенных работ)
+ этот тайтл полностью переведён (1~5 томов)
(с картинками)