Глава 4.1 — Без названия

— Сотни лет назад, если верить календарю мира живых, королева Элли манипулировала судьбой и вмешивалась в процесс воскрешения фениксов. Она поступала так с каждым фениксом в мире живых, по очереди... но, конечно, когда что-то умирает в мире живых, оно попадает в загробный мир.

Последняя часть прозвучала как загадка.

— Королева Элли никогда не присматривается к умершим, поэтому ей было все равно, где находятся фениксы. Она, вероятно, и представить себе не могла, что они были в форме личинок, присосавшихся к ее собственному телу! - Воскликнула Молли.

Коттингли полетела вперед, а Гленн с Молли последовали за ней. Огонь распространялся по замку, и птицы, созданные из пламени, все еще помогали им спастись.

— Души фениксов совсем немного изменили свой облик. Теперь они похожи на птиц... но, похоже, они ясно понимают, что вы спасли их потомка, - отметила Молли.

— Для меня это большая честь, — ответил он.

Он и подумать не мог, что ему воздастся за помощь Илли.

— Все ждали твоего прихода. Мы верили, что с твоей помощью сможем разрушить коварный план королевы Элли с помощью силы пламени жизни. Конечно, для этого нам нужно было, чтобы ты встретился с королевой Элли.

— Так вот почему меня убили? - Догадался Гленн.

— Точно. Как только королева Элли что-то решает, она уже не отступает от своего, так что у меня не было другого выхода, кроме как убить тебя, - подтвердила Молли.

Значит, она все это время планировала спасти Гленна. Гленн почувствовал искреннюю благодарность. Все, что она сделала, было ради того, чтобы вернуть его в мир живых, а еще потому, что ей нужна была сила феникса, которой обладал Гленн, чтобы пробудить фениксов, привязанных к Элли.

— Ах!

Гленн услышал позади себя голос. В самом конце коридора его догоняла Элли. Несмотря на то, что половина ее тела все еще была обожжена, она скрежетала зубами и сверлила его взглядом.

— Аргх, как же жарко! Ненавижу жару. Я вся в поту... Пламя жизни? Это шутка. Как и фениксы...

— Королева Элли...

— Не смотри на меня так! Ты не имеешь права жалеть меня, тот кто не может умереть, несмотря на то, что так ненавидит смерть!

Голос Элли звучал так, словно она была на грани слез, когда она бежала за ним.

Ее движения были затруднены, несмотря на то, что она была охвачена пламенем жизни.

Наконец они выбрались за пределы замка. Как только Гленн проскользнул в калитку, Молли быстро заперла ее.

— Прости, королева Элли, - поддразнила ее Молли.

— Молли! Ты смеешь так со мной обращаться... Я никогда тебя не прощу! И тебе некуда идти!

— Ну да, это правда, ха-ха, — громко рассмеялась Молли.

Элли схватилась за железный забор, все еще охваченная пламенем, и уставилась на Гленна. Ненависть, которую он увидел в ее глазах, была невероятной.

— Ты собираешься вернуться к жизни? Что ж... с таким количеством пламени феникса это вполне возможно! Даже без моих сил! - Элли закричала, изо всех сил сжимая железные прутья.

— Она не может пройти через эти ворота. Королева Элли не может покинуть замок, - заверила его Молли.

— Молли!

Элли снова закричала, желая, чтобы она прекратила делиться такой информацией.

— Я... проиграла. На этот раз я проиграла! Но не забывай. Все, что ты делаешь, это лишь оттягиваешь неизбежное. Даже если ты вернешься к жизни сейчас, то потом ты снова умрешь. Ты вернешься сюда. Когда это случится... я никогда не забуду то неуважение, которое ты мне оказал, - предупредила она.

— Королева Элли - прошептал Гленн.

— От смерти не убежишь. Все умирают! Когда ты снова придешь в загробный мир, я не прощу тебя, даже если ты будешь унижаться у моих ног.

— Я... я не убегу, - сказал Гленн, остановившись и обернувшись. Он принял ненависть Элли и посмотрел ей в глаза.

— Я стану еще более лучшим врачом в мире живых. Я спасу многих людей и монстров, а потом умру.

Он уже решил, что скажет Элли. В конце концов, у него всегда была только одна цель.

— Я умру и вернусь. Когда я это сделаю, я стану врачом, который сможет избавить вас от боли и страданий, так что... пожалуйста, дождитесь меня.

— Что... ты сказал?

— Я вылечу вас, - уверенно сказал Гленн, противопоставляя свою веру в медицинскую науку Богине Смерти.

— Что... ты... ты не сможешь этого сделать! Вылечить меня?! С моим телом ничего нельзя сделать! Ты же сам видел!

— Но я смогу, - заверил он ее.

— Гррр...

Она стиснула зубы, вероятно, застигнутая врасплох его словами.

— Я никогда, никогда не забуду, что ты это сказал! Жду не дождусь, когда ты умрешь! Я буду ждать тебя. Человеческая жизнь заканчивается в одно мгновение... Я с нетерпением буду ждать того дня, когда ты придешь, Гленн Литбайт!

— Да. Я многому научусь до того, как умру, - спокойно ответил он.

Ничто из того, что говорила Элли, не могло его расстроить. Королева загробного мира потеряла дар речи, не зная, что ещё сказать.

— Пожалуйста, дождитесь меня, - повторил он.

— Ты...

Элли была ошеломлена.

— Ладно, пошли, - весело сказала Молли.

С этими словами Гленн, не оглядываясь, побежал за Коттингли. Элли осталась одна у забора и смотрела, как Гленн и остальные убегают.

Пламя на ее правой стороне постепенно утихло, возможно, потому, что она отпустила Гленна. Она молчала. Она смотрела на Гленна и остальных пустым взглядом.

***

Он убегал. Он покинул замок, покинул Линдворм и наконец добрался до окраины города.

"Темно..."

После того как он покинул фальшивый Линдворм, мир погрузился во мрак. Он не видел дороги. Он не видел неба.

— Это что... край загробного мира?

Они больше не бежали, и Коттингли больше не шла впереди. Молли взяла инициативу в свои руки. Она опиралась на свое оружие, как на трость, и вела Гленна, словно могильщик.

Грудь Гленна — его сердце — все еще сияла красным в том месте, которое Элли пронзила своей рукой.

Когда он коснулся его, из раны вырвалось пламя, хотя и слабое. Должно быть, это и есть сила бессмертного феникса.

— Молли...

— Хмм?

— Сколько всего ты успела спланировать? Ты что, сговорилась с фениксами?

— Ну, мы же не совещались на эту тему, понимаешь? То, что ты обрел силу феникса, было просто совпадением. Как и то, что фениксы поселились в теле королевы Элли. Я просто создала возможность свести вас вместе, и ваша бессмертная сила запустила цепную реакцию. Личинки феникса излучают жизненную силу, что сыграло мне на руку.

Дуллахан хихикнула, высоко подняв свою отрубленную голову.

— Другими словами, у меня были свои планы. Может, ты думаешь, что я тебя использовала?

— Нет... В конце концов, только благодаря тебе я могу вернуться домой, верно? - Заверил ее Гленн.

— Это правда. Я аккуратно отделила твою душу от тела, ничего не оставив. При естественной смерти такого не происходит. Твоя душа может вернуться в свое первоначальное тело без проблем.

Молли остановилась. Она указала своим оружием в форме лопатки на темную пустоту.

— А теперь иди. Бессмертная сила не вечна. Если ты не поторопишься, то не сможешь вернуться, понял?

— А как же ты, Молли?

— Я? Ну, мне, конечно, нужно пойти утешить рыдающую королеву загробного мира.

Отрубленная голова усмехнулась, высунув язык.

— В любом случае, версия меня во втором поколении находится в Линдворме. Она может позаботиться о Городе кладбище. Я уже вставила ей нужную память.

— О-ох.

Он не знал, что в данном контексте означает слово «вставить», но, судя по всему, Молли из первого поколения нравилась Молли из второго.

— Но я не вижу дороги. Я ничего не могу сделать в этой темноте. Ты хочешь, чтобы мы шли одни? - С тревогой спросил Гленн.

— Тиихии. Существует множество мифов о том, что из загробного мира есть только одна дорога, ведущая обратно, да? Она очень узкая, и если ты оглянешься, то уже не сможешь вернуться. Один неверный шаг — и ты упадешь в бездну.

— Это безнадежно! - Взорвалась Коттингли, обращаясь к Молли.

— Ну и ну. Я и к этому подготовилась, - сказала Молли, снова указывая куда-то.

"Свет?"

Появился слабый оранжевый огонек. Он был теплым. Каким-то нежным и навевающим ностальгию.

— А теперь иди. Давай встретимся снова, когда ты умрешь. Позаботься о Скади, Дионе, Ктулху и... ну, обо всех, ладно?

— Большое тебе спасибо, — Гленн склонил голову.

Она была странным человеком, и он до сих пор задавался вопросом, были ли у нее свои причины для всего этого. Но Гленн погиб по приказу Элли. Он смог вернуться в мир живых только благодаря помощи Молли.

— Все в порядке. Я на стороне всех, - ответила она.

— Всех?

— Всех. Я хочу посвятить себя всем. Я хочу служить всем. В жизни я искала пути, которые делали бы всех счастливыми, и жертвовала всем, что у меня было, ради других людей. Даже будучи скелетом, даже без головы, я стремлюсь к этому. Это моя вера. Я такая, какая я есть. Тебе не нужно об этом беспокоиться, - заверила она его.

— Это... впечетляет, - сказал он.

— Ничего особенного. Мне просто нравится прислуживать, - рассмеялась Молли, облизывая губы.

— А теперь иди. У тебя мало времени. Иди на свет фонаря.

— Да.

Гленн сделал шаг.

Врачи могут исцелять плоть. Разум обитает в плоти, поэтому иногда его можно исцелить, вылечив плоть. Но он не может исцелить истинное сердце — душу. В тот момент Гленн подумал, что на это способны только такие люди, как Молли.

— Когда-нибудь я приду за тобой. А до тех пор живи полной жизнью. Смотри только вперед и никогда не оглядывайся, - крикнула ему вслед Молли.

Гленн следовал её указаниям, глядя только на фонарь перед собой.

— Пойдем, - Коттингли пошла первой.

— Хорошо, - ответил он.

Стоило им сделать несколько шагов, как вокруг них воцарилась кромешная тьма. Они не могли оглянуться. Впереди он видел только Коттингли и фонарь. Гленну оставалось только двигаться вперед, к свету. Чувство усталости постепенно покинуло его, словно он парил в тепле.

"Что это за свет?"

Он показался ему странным. Чем дальше Гленн продвигался, тем больше становилось огней. Теплый свет освещал ему путь, словно направляя его.

— Оххх.

Гленн начал понимать. Это были огни, освещавшие Линдворм. Они вели души домой. Должно быть, это тоже входило в план Молли. Благодаря этим огням он теперь мог без колебаний вернуться в свое тело.

Он отчетливо помнил то, что раньше казалось ему сном. Он хотел вернуться домой. Женщина, которую он любил, должна была ждать его.

"Ты ведь здесь, Сапфи?"

Внезапно вспыхнул яркий свет. Гленн понял, что это было в его душе. Владелицей этого фонаря была Сафентит.

***

В тот день в Линдворме неожиданно появилось официальное объявление.

Каждый, у кого были свободные руки, должен был взять фонарь и выйти на главную дорогу. Все подчинились приказу, отданному от имени Скади.

Никто не понимал, в чем суть приказа. Популярность Скади и их любовь к фестивалям позволили большинству людей отнестись к этому как к веселому мероприятию.

Скелеты и зомби из города кладбища раздавали фонари, и все выстраивались в ряд на главной дороге, держа их в руках.

Гарпии с восхищением наблюдали за происходящим с небес. Позже в бюллетене Линдворма процитировали одну из гарпий, которая сказала: "От города кладбища до центра Линдворма тянулась полоса света."

Эти слова еще долго будут на слуху.

Конечно, многие понимали, что происходит, и собрались в ряд вокруг фонарей.

— Эй! - Крикнула Алулуна, подняв фонарь, сплетенный из виноградных лоз.

— Скади, мои дочери и подчиненные тоже держат фонари. Ничего, если я тоже возьму фонарь?

— Ага, все о-о-очень хорошо, - ответила Скади, тоже взяв фонарь.

— Неужели этот парень из клиники действительно оживет, если мы просто будем стоять здесь с фонарями? Тебе не кажется, что он очнется скорее, если я его поцелую?

— Вокруг него сейчас все его невесты, - предупредила Скади.

— Аргх... наверное, мне не победить Сапфи и Арахнию. Хотя я хотела хотя бы раз с ним переспать, пока он не умер, - сокрушалась она.

— Извращенка... - Скади бросила взгляд на Алулуну, которая притворилась невинной.

— Что ж, здорово, что у нас стало больше семейных пар. Нам нужно, чтобы у людей рождалось много детей, это важно для экономики... так что нам определенно нужно, чтобы молодежь возвращалась к жизни, - бормотала Алулуна.

— Да... - Скади посмотрела на ряд фонарей.

Это напомнило ей о празднике урожая в прошлом. Вероятно, они воссоздавали этот праздник. Праздник урожая также служил поводом для возвращения умерших в город кладбище. Таким же образом они возвращали душу Гленна. Скади не была уверена, что это вообще возможно, но, по словам Молли во втором поколении, это было так.

— Почему ты такая мрачная? - Спросила её Алулуна.

— Не знаю, меня беспокоит, что все прошло именно так, как хотела Молли из первого поколения, - сказала Скади с недовольным видом.

— Она просто делает все, что хочет, и ей за это ничего не бывает.

— Ха-ха-ха. Она сама лишилась жизни, служа другим, понимаешь? Ты потратишь кучу времени, если будешь переживать о том, что она думает. Но... - Сказала Алулуна, глядя на больничную койку посреди Центральной площади.

— Я надеюсь, что это вернет улыбки на лица этих девочек.

— Да, - кивнула Скади.

— Я хочу, чтобы все в этом городе улыбались как можно чаще.

— Посмотрите на эту самовлюбленную дракониху, которая так заботится о своих жителях. Кстати... — Алулуна посмотрела куда-то вдаль.

С главной дороги были видны горы Вивр. На полпути к вершине холма покачивался гигантский фонарь.

— Там огромный фонарь, раскачивающийся взад вперед...

— Это Диона, - ответила Скади.

— Я так и думала. Есть ли смысл держать фонарь в горах?

— Понятия не имею, - хихикнула Скади.

Она чувствовала, что людям и монстрам, которые обычно не взаимодействуют друг с другом, полезно вот так разговаривать. Скади превратилась из дракона в человека, потому что ей это нравилось.

Она задумалась, сможет ли наблюдать за подобными сценами еще пару сотен лет. Несмотря на то, что все здесь умрут раньше нее, она решила, что хочет увидеть это до конца. К этому ее подтолкнул Гленн, и она хотела, чтобы он тоже прожил как можно дольше.

— И все же это весело.

Скади рассмеялась и высоко подняла фонарь, словно отвечая Дионе.

***

Сапфи показалось, что кровать Гленна похожа на гроб.

Тисалия, заливаясь слезами, держала фонарь, чтобы осветить лицо Гленна. Арахния стояла на коленях рядом с ним и растирала ему грудь. Лулала выстроила ряд фонарей на краю фонтана. Судя по всему, они предназначались для Сиу, Илли и Плам, которых в тот момент не было в Линдворме. Лулала пела, окруженная этими фонарями и освещенная их светом. Голос русалки эхом разносился по Центральной площади всю ночь, как будто все шло своим чередом.

А Сапфи... она была спокойнее, чем ожидала. Она держала в руках фонарь, который сделали Молли и Лайм, и смотрела на лицо Гленна.

Без бьющегося сердца Гленн был просто трупом.

— Это действительно... спасет его? - Спросила Тисалия.

— Не знаю, но так сказала Молли. Все, что мы можем сделать... это довериться ей.

— Ох, доктор...