Глава 5 — Кровавый дождь.
Было множество героев, но среди них всегда выделялись четверо, коих прозвали Великими. Герой Процветания и Познания наставлял людей на истинный путь. Он был мудрейшим из всех героев и с его приходом начиналась эпоха процветания. Герой Защитник и Спаситель был щитом и мечом всех людей, оберегая их от зла и бедствий, он также наставлял молодых героев, являясь редким примером, когда следующее поколение героев могло сосуществовать со старым. Герой Души и Сострадания всегда был добрейшим из героев, даже в самый тёмный час он будет верен самому себе и никогда не предаст свою душу. И последний, но самый важный… Герой Спасения и Надежды. Он обладал особой силой быть звездой для человечества и остальных героев, обладая самыми выдающимися способностями и чистейшим характером, самый талантливый и способный, который всегда пробьёт путь вперед, служа, как маяк для остальных.
Год рождения героев назывался Праздным. Выдающиеся личности раскрывали себя. Первым были маленькие герои, не стоит их недооценивать, они могут стать великими личностями. Герой Меча, Герой Победы, Герой Войны, Герой Любви… Их было множество. Но настал день, когда появился первый Великий Герой, и это был Герой Процветания и Познания. Она объявила себя миру, как первая, и в городах начался безудержный праздник. Казни были отменены, налоги снижены, а еда в достатке накрывала столы. Вторым был Герой Защитник и Спаситель. Молодой воин, подающий высокие надежды, стойкий и могучий. Он не стал создавать праздник, но укрепил свои позиции, как столпа человечества. Спустя долгое время прибыла и третья, Герой Души и Сострадания. Девушка, что родилась в далёкой деревне, желая вырваться в большой мир, она отправилась в приключение и достигла больших высот как лекарь. Народ полюбил её всей душой из-за её простоты, от чего её стали называли святой.
Но праздник кончился.
Последний не явился.
Сколь долго его не ждали, Маяк Человечества не соизволил появиться.
Старое поколение героев начало поиски, и они привели их к далёкой деревушке, точнее… тому, что от неё осталось. Дома были сожжены, а каждое тело прибито к кресту или повешено. Трупы иссохли и стали мумиями. Именно в этот день мир узнал, что последний Герой не явит себя уже никогда.
И начался Хаос.
***
Когда тело разбилось о камень, от него осталась лишь кучка мяса. Конечности разбросало и смыло рекой, а на запах прибежали дикие животные. Они начали уплетать мясо, словно сумасшедшие, однако, вскоре, они падали без движения. А из их плоти начала сочиться кровь. Плоть начала собираться воедино, формируя тело.
— …Что?
Возможно, что осознание пришло далеко не сразу.
— Почему…
На деле же он понял, что произошло.
Камни…
КАМНИКАМНИКАМНИКАМНИКАМНИ.
— Почему я не разбился?
ТЕЛО БЬЁТСЯ О КАМЕНЬ. КАМЕНЬ ПРОПИТЫВАЕТСЯ КРОВЬЮ. ТЕЛО ПОГИБАЕТ.
Кишки… повсюду. Кровь… хлещет. И тело… тонет.
— Это неправильно.
Он окунул голову в воду, после чего сломает себе спину и шею, дабы не иметь возможности вздохнуть. Он цепляется камнем о дно и тонет…
Вода ледяная.
Холодно.
Кислорода не хватает. Клеточки так жаждут вдохнуть. Они ждут… ждут…
ДАЙДАЙДАЙДАЙДАЙДАЙДАЙДАЙДАЙ.
Но нет…
Они идут гулять без кислорода.
Тело тонет. А с телом и жизнь.
Холод забирает тепло. А с ним и жизнь.
Но я не умираю. Я не могу дышать. Моё тело в конвульсиях бьется. Моё тело коченеет. Но я снова чувствую… Я снова живу.
Тело унесло по реке очень далеко. Он так и не сделал вдоха. Он даже вырвал себе лёгкие, чтобы не дышать. Какая-то животинка вышла их отведать и умерла. И снова он… дышит.
ДЫШУДЫШУДЫШУДЫШУДЫШУДЫШУДЫШУ…
— Почему…
Удар головой об камень.
Я снова жив.
Выпотрошить тело изнутри.
Я снова жив.
Слить всю кровь… пусть земля выпьет её.
Я снова жив.
И снова…
Удушение?
Нет, я попробовал.
Горло?
Нет… бесполезно.
Мне было больно. Боль никуда не делась. Мне было страшно, но…
— Хватит… это не может быть так!!!
В конце концов остался лишь один способ.
Я вырыл яму. Мои руки ослабли, а земля была твёрдой. Я долго рыл. Всевозможные звери пытались меня сожрать, но быстро умирали от моей крови. Потому я пожирал уже их. Мясо было вкусным. Я рыл яму. Прошло много времени, думаю, что несколько дней. Яма была большой. Осталось… немного.
Я взял дрова. Много дров. Деревья погибли. Они послужат топливом. Простите, деревья. Простите, животные. Волк, что был голоден, но умер от моей крови. Его плоть была жёсткой. Шерсть воняла. Внутри полно паразитов. Мои зубы не справлялись с жиром. Но я съел, наполнив свой желудок. Мне было… вкусно.
— Готово.
Яма, полная дров. Вокруг не осталось ничего, потому я поджег её. Я мог так сделать. Оказывается мог. А после… я прыгнул туда.
Боль.
— А-а-а-а-а-а!!!
БОЛЬ.
— АААААААААА!!!
БОЛЬБОЛЬБОЛЬБОЛЬБОЛЬ.
— …
Кричать больше не мог. Сильное пламя взяло своё. Тело горело. Плоть плавилась. Человек умирал, оставляя за собой лишь пепел.
Горело долго, очень… несколько часов. А когда закончилось, то в яме был лишь белый пепел, но…
Пепел поднялся, образовывая тело мужчины.
Он стоял, открыв широко глаза.
Совершенно пустой взгляд.
— …Даже это не могу?
Его жизнь уже не принадлежала ему. Но теперь даже его смерть ему не принадлежит.
Самый жалкий… самый слабый…
— Я просто хочу закончить это… умереть.
Но это невозможно.
Мужчина рассмеялся. Он долго смеялся. Когда-то он прекратил смеяться, после чего посмотрел на небо. Он не почувствовал ничего и выбрался из ямы, после чего пошёл куда-то прямо.
***
— Мы на месте!
Не так давно был зафиксирован сильный магический всплеск, словно кто-то применил могущественную магию. Вскоре выдвинулся отряд разведки, и они обнаружили её источник, а именно одинокую гору глубоко в лесу.
После доклада об этом, в гору выдвинулся специальный отряд, но то, что они там увидели, вызвало у всех лишь озноб.
— Бойня…
В горе было множество трупов. Там действительно обнаружили скрытое логово, но все были перебиты, причём наиболее ужасными способами. оторванные конечности, извлечённые органы, а кое-что было частично сожрано.
— Нужно… привести сюда Героя.
Прибыл Герой Души и Сострадания, а также отряд помощи и старшие Герои Инструкторы. Не каждый день в мире находятся подобные ужасающие вещи. Войны происходили, люди умирали, но чтобы вот такое…
— Буэээ…
Молодая Герой Души не выдержала и выблевалась.
— Оу… даже я чувствую озноб, — произнес один из наставников. Он был героем старой эпохи, который должен был обучать молодых.
— Что здесь…
— В вопросах нет смысла. Для начала нам стоит убрать трупы и обыскать это место. Они уже гниют… ещё немного и гора будет полностью заражена.
Трупы уже гнили, бойня произошла довольно давно, но из-за закрытости логова, их ещё не сожрали насекомые и звери.
Уборка заняла время, после чего начался осмотр. Больше всего внимания привлекло два места: кабинет, который остался удивительно чист, а также камера с разорванными цепями.
— Мд-а… малютка, что ты думаешь?
— А? Буэээээ…
— Но мы же тут всё убрали, как ты…
— Нет, это из-за камеры… мне даже смотреть страшно…
Молодая девушка с серебристыми волосами изливала из себя последние жидкости, когда смотрела на камеру. Одной из способностей Героя Души были чувства и эмоции. Девушка отчетливо понимала, что в этой камере произошло нечто ужасное.
— Настолько? — усомнился наставник.
Он сделал пометку на эту камеру, после чего они обыскали кабинет. Тот был удивительно чистым, в нём не было трупов и следов бойни, даже крови.
— Здесь есть тайник!
Один из следователей нашел тайник в стене. Взломав его, они нашли записи. Большинство было не читаемо, однако кое-что узнать всё-таки удалось.
— “Магия исчезает. Герои остались последними. Но и они тоже угасают. Когда-то Великих было пять. До этого шесть. В будущем их станет трое. А потом и того меньше. Но есть мысль, которая не давала мне покоя. Можно ли это исправить? Я буду пытаться узнать ответ. Обычные люди не подходят, нужен кто-то… живучий. У меня было два варианта, которые могли бы пройти… эксперимент. Лишь двое со всего мира способны такое выдержать, тот, чья душа сильнее, чем у других и тот, чьё тело сильнее чем у других. Но мне нужна душа… я попытаюсь похитить ту малютку, когда она двинется”.
— …
Прочитав, следователь скрыл записку внутри своего пальто.
— Что там?
К нему подошел Наставник.
— Не в слух, — предупредил его следователь.
Прочитав листок, лицо Наставника потемнело и стало бледным.
— Это…
Он посмотрел на молодую девушку, которая являлась Великим Героем Души и Сострадания. Однако…
“Значит ли это, что она перестала быть целью?”
Наставник был привязан к девушке, даже мысль о том, что она могла быть здесь вызвала у него отвращение и тошноту. Но раз она здесь, то…
У Наставника округлились глаза и спёрло дыхание.
“Второй…”
Был лишь один Великий, который так и не объявился.
— Срочно нужно доложить королеве! Сюда нужно оперативную и опытную команду! А ты! — он указал на девушку, отчего та вздрогнула. — Не трогай тут ничего и не пытайся применить свои силы.
— А? Н-но…
— Ты поняла?
— Да…
Наставник переживал, что такая молодая и невинная девушка познает ещё что-то более ужасное.
— Наставник? — задал вопрос следователь. Тот тоже понял ситуацию, а его руки начали дрожать.
— Да… но ни слова.
— Я понял.
— В молчанку играем? — нахмурилась девушка. — Я же обижусь…
Наставник вновь осмотрел гору и сосредоточил взгляд на камере. На стенах он увидел выцветшие неровные надписи.
“Убей его! Когда освободишься, убей! Живи! Живи! АХАХАХА! Смерть! Безумие… Я хочу умереть! Убей его! Пытки… Пытки… Пытки…”
— …Уходим.
Он не обладал силой Души, но даже так он смог это почувствовать. Концентрацию ненависти и отчаяния.
— Мир больше не станет прежним…
***
Возле города появился человек. Он выглядел крайне странно и жутко, полностью голый и худой, а также бледный. Его кожа, казалось, просвечивала, не имея своего оттенка. Он был похож на ходячий труп. Длинные чёрные волосы давно запутались в ветвях и грязи. Однако люди не решались подойти к нему. Они предпочитали обойти и не замечать это нечто. Возможно, что дело было во взгляде этого парня. Абсолютно чёрные глаза, лишённые света и сочувствия, словно у монстра. Две дыры, ведущие в пропасть, намного более глубокую, чем сама бездна или даже ад.
— Стой! Назови имя!
Когда он приблизился к городу, его остановили. Это были люди в доспехах, они были стражниками. В их глазах читалась нерешительность, а голоса подрагивали, они тоже боялись это нечто.
— …Меня зовут Лак. Я бы хотел попросить немного одежды.
— Ах, вот как…
Их голоса стали более спокойными. Сердечный пульс уменьшился, а руки расслабились. Они перестали бояться.
— Лак, значит… Пойдём-ка.
Один из стражей схватил его за плечо. Он почувствовал слабые мышцы и тонкую кожу. Его прикосновения было достаточно, чтобы вызвать синяк или порвать кожу.
Парень не стал противиться. Ему не дали одежду, а просто провели по городу, прежде чем доставили в отдалённое тёмное место.
— Разве здесь будет одежда? — уточнил парень.
— Какая к чёрту одежда? Пацан, ты умом тронулся? Ходишь-бродишь тут, да пугаешь всех людей своей рожей.
— Я просто попросил о помощи, — произнес парень. Тон его голоса был ровным и безразличным.
— Мы и помогли тебе! А где обещанная награда? Я что-то не вижу! Мы дали тебе даже свою комнату! Вон смотри.
Это была тюремная камера.
— …Я бы попросил еды, — снова заговорил парень.
— Ещё и еды просит… ты и так нам уже должен! Скоро проценты накапают.
— …И вы оставите меня здесь?
— Пх-ха! Нет, конечно. Это ты останешься здесь.
— …Вот как.
Они оставили его. Мальчик не понимал причины, но он не сопротивлялся и просто стал ждать.
— Я никогда не думал, что тёмные стены камеры будут приносить мне что-то приятное… — пробормотал он, осматривая своё новое место заключения.
Еду всё же принесли, она была пресной, но более питательной, чем то, что ранее ел Лак. Однако отношение стражи было всё же грубым.
— Чё за урод? Боже… даже будь он девушкой, я бы не посмел сунуть в это член.
— Я тебе не верю, я слышал, что ты и козу…
— Я ЭТОГО НЕ ДЕЛАЛ!
— …Я не верю.
— Да пошёл ты!
Подобные разговоры забавляли Лака, однако было странным то, что он чувствовал себя довольно спокойно.
“Неужели я выгляжу уродливо?”
Ах эти сукины дети, они посмели назвать меня уродом, мне стоит их запытать и…
На деле же Лак не был злым человеком. Он мог отомстить своим мучителям, но он никогда не испытывал любви к пыткам или тому подобному, он всегда был мирным… раньше.
Он ждал, но ничего не происходило. Изредка к нему приходили люди с вопросами, но Лак всегда отвечал, как есть. Ему оставалось только ждать.
“Это всё равно лучше, чем было… не буду пока сбегать. Мне не причиняют боль. Думаю, что тут дело из-за моей внешности. Я действительно мог испугать их”.
— Я не могу умереть, сколько бы не пытался… может стоит попробовать просто жить?
Я всё ещё был наивен, сохраняя эту блеклую надежду.
Я лгал себе.
Я не думал, что мне помогут.
— Возможно, что я смогу жить где-то… найти друзей…
Я не могу спать.
Я не могу отдыхать.
Я не могу кому-либо доверять.
— Общаться… найти любовь…
Я просто хочу всех убить.
Они меня пугают.
Я их боюсь.
— Да… всё будет хорошо.
Ничего не будет хорошо.
Даже с лучшим исходом.
Я бы не смог вернуться к себе прежнему.
— …
Я просто лгу себе, чтобы хоть как-то доказать, что я всё еще человек.
— Ха…
Лак сделал пару вдохов и постарался успокоиться. Он закрыл глаза, но не заснул. Он лежал без движения, но сон так и не настигал его.
— Один… два… три…
Он начал считать, чтобы скоротать время.
— …четыре.
По итогу это опять повторяется.
— Шесть…
Ничего не изменится.
— Семь…
А после раздался стук в клетку.
***
— У нас мало мест, зачем вы держите какого-то оборванца?
Это был начальник стражи. Он был откровенно жирным и не следил за собой. Таковы были привилегии власти.
— Мы его кормим и поим, а это же трАтА! — воскликнул начальник.
— Но босс… он как бы ничего и не сделал, — ответил один из стражников, он был довольно молод.
— Как ничего? Без ничего тут не сидят!
— Ну он просто был голым и пугал людей…
— Значит совершал, как там называется… Тер-р-рор-ризм! А это серьёзное преступление!
— Но, босс… он ведь ребёнок.
— Ничо не знаю. Вы нашли родственников или… ну откуда он сбежал?
— Нет никаких данных, никто с нами не связывался.
— Ну вот тЕм бОлее! Не нужны мне тут проблемы.
Хрюкнув, начальник отвернулся и начал грызть вяленое мясо, оставив без внимания своих подчиненных.
Для большинства из них это не было проблемой, они часто избавлялись от ненужных людей. Однако молодой стражник Ханс ещё не привык к этому. Он долго не мог понять действий своих собратьев. Однако он не мог ничего изменить, он не станет рисковать собой, чтобы спасти незнакомого человека, даже если тот был невиновен. И всё же…
Ханс спустился к камерам и подошел к одной конкретной. Оттуда слышалось бормотание, тот паренёк что-то считал.
“Он не пытался сбежать, шуметь или делать что-то ещё, но…”
— Привет, — заговорил Ханс, подойдя к клетке, прервав парня. — Тебя как зовут?
— Хм… Лак, — спокойно ответил тот.
— Что ж… скоро всё закончится, — пробормотал Ханс, осматривая глазами парня. Тот выглядел всё ещё очень худым, а глаза…
“Я словно смотрю в ад…”
И всё же он не пытался думать иррационально из-за такой мелочи.
— Я принёс тебе еды.
Ханс протянул тарелку. В ней был хороший кусок мяса, каша и овощи. Это была вкусная и хорошая еда, которую тут обычно не подают.
— …Спасибо, — ответил Лак. — Почему?
— …Скоро всё закончится… Извини меня…
— Я не смогу тебя простить, если не знаю за что.
— …И правда, — постарался улыбнуться он. — У тебя нет семьи или…
— Их убили.
— …
— Меня похитили и долго пытали. Только недавно я освободился.
— …
— Это мясо очень вкусное, думаю, что тебе было трудно его достать. Спасибо.
— …
Парнишка говорил очень спокойно, словно не пережил ужасы. От такого сердце Ханса сжалось до предела. Он не был праведным, но… даже у него были пределы.
— Тебя хотят казнить.
— Почему?
— Причины нет.
— Вот как… печально.
— Ты хочешь сбежать?
— Нет.
— Почему…?
— Смысл? Куда я уйду? У меня нет никого и ничего. Вряд ли в другом месте будет иначе, да и… ты пострадаешь.
— …Как скажешь.
Ханс ушел, терзаемый совестью. Однако он не собирался вмешиваться. Он не был наивным идиотом и знал, что ничего не изменит, лишь себя угробит.
“Я поставлю за тебя крест, Лак”.
***
Настал день. Никто не стал томить. На площади собрались люди, ожидая зрелища. Для них это было лишь развлечением, смотреть, как убивают преступников. Никто их не жалел, ведь те совершали преступления. Их стоило убить, да убить наиболее жестоко, дабы другие думали больше, прежде чем совершать убийства или грабёж. Многие кричали, вопили, просили пощады, но народ лишь смеялся и радовался.
— Мама, а зачем мы здесь?
— Дочь, мы смотрим, как наказывают преступников! Это делает наш мир безопаснее! Ты тоже посмотри, они все злые негодяи.
— Вот как!
Родители учили детей, дети начинали радостно улыбаться. Толпа ликовала, передавая свой настрой остальным, в итоге создавая огромный звон из криков и радости.
И настала очередь Лака. Люди не смотрели на него как на живое существо. Они жаждали, когда ему отрубят голову. Никакого сочувствия.
“Я думал, что в городах будет иначе…”
Не сказать, что он… злился.
Я ИХ НЕНАВИЖУ. ИХ ТУПЫЕ РОЖИ, ЧТО СМЕЮТСЯ НАДО МНОЙ.
Не сказать, что он чувствовал ненависть к ним или презрение.
НЕНАВИЖУ ЭТИХ ТВАРЕЙ.
Не сказать, что он желал им смерти.
ПУСТЬ СДОХНУТ МУЧИТЕЛЬНОЙ СМЕРТЬЮ.
Не сказать, что и сам Лак чувствовал страх или обиду.
ПОЧЕМУ. ПОЧЕМУ ОПЯТЬ ТАК. ВСЕГДА… И СНОВА. ПРОСТО ОТПУСТИТЕ МЕНЯ.
Но Лак не сказал и слова.
— Пожалуйста, не надо…
Странно…
Он не хотел говорить.
Значит ли это, что осталась та малая часть?
Или же…
— Я не хочу вас убивать…
Он боялся не смерти.
Он боялся себя.
Ведь скоро он вырвется на свободу…
Другой.
И всё же он.
Топор… не блестящий, скорее ржавый. Видны сколы. Беззаботный вид палача, который даже не смотрел на лицо жертвы. Он делал это постоянно, убивая. Безразличие.
Толпа ликует.
Лезвие вниз…
Кровь фонтаном.
Голова отпала.
Капли крови попали на людей, но те этого не заметили. Кровавый фонтан был больше чем обычно, но никто не предал этому значение.
Палач лишь столкнул тело и пнул его подальше, намереваясь продолжить казнь уже следующего.
Но тело встало.
Толпа замолкла.
Ужас обуял их.
Тело взяло голову за волосы.
Лицо шевелилось.
Кровь была повсюду.
— Мне жаль. Но вы все умрете.
Таковы были его последние слова, прежде чем начался кровавый дождь. Повсюду была кровь. Все люди умирали, их тела разрывались, головы отлетали. Человек даже не прикасался к ним. Держа свою голову, он просто шёл через крики и мольбы.
— А-а-а-а! Мама! Ма…
Никто не был спасен. Ни дети.
— Нет… еще рано…
Ни молодые.
— Смерть пришла…
Ни старики.
— Лак…
Ни даже тот, кто мог быть другом.
Ханс пришел смотреть на казнь, желая потом похоронить тело. Но он умер в этот же день. Он не был плохим человеком. Ребёнок не был плохим. Палач не был плохим. Лак тоже не был плохим.
— Ха-ха…
Но почему все получилось так?
— Ха-ха-ха-ха-ха…
Он смеялся от ответа, который понимал…
— АХАХАХАХАХА!
Это просто была случайность.
Вот и всё.
Все его страдания…
Всё это…
Просто случайность.
И на город обрушился кровавый дождь. Разразился пожар. Люди умолкали, пока не настала гробовая тишина. Остался лишь пепел и человек.
— …Придется идти дальше.
Он не чувствовал сожаления или боли. Он просто пошёл дальше, оставив за собой десятки тысяч жизней, которым просто не повезло в этот день.