Глава 4 — Под Солнцем об скалы.
— Знаешь, раз ты в таком состоянии, то, думаю, я могу это поведать.
Прайд начал свою речь, стоя перед бледным человеком, напоминавшим собой куклу.
— Ох… с чего бы мне начать... В стародавние времена мир был полон магии и чудес, но что-то произошло, и магия начала иссякать. Однако оставались и те, кто мог ею пользоваться, их стали называть героями. Эпохи шли, а количество героев постепенно сокращалось, пока их не осталось четыре. На деле же героев побольше, но, упаси меня Господь, назвать тех неудачников “героями”. Их магия, лишь умирающая… что-то, прости, не смог придумать аналогию, я же не готовил речь.
— …
— Лучший собеседник! В общем, у этих четырех была судьба стать великими, потому их и зовут “героями”. И ты, мой друг, Лак, один из них. На деле же… я нацеливался на другого, точнее другую. Она имела более способный для меня дар. Каждый герой обладал своей силой и именно сила той героини была нужна мне для… эксперимента. Всё же твои страдания не напрасны, поздравляю!
— …
— Так держать! Вот это настрой! Но ты… вышел раньше и оказался рядом. Я не мог гарантировать успеха с той героиней, так как она не собиралась показываться ещё долгое время. А просто напасть и похитить её я не мог. Ты оказался близок, вовремя, да ещё и на открытой местности. Останься ты в той большой деревне, то вряд ли бы я посмел войти. Но ты пошёл дальше… Как удачно. Я не смог удержаться, чтобы этим не воспользоваться.
— …
— Твоя судьба готовила тебе свершения, славу и богатства. Думаю, что, попади ты в город, стал бы великим искателем приключений и спасителем человечества. Думаю, что многие женщины отдали бы всё, чтобы провести с тобой лишь мгновения близости, а величайшие умы склонялись, лишь бы ты принял их наставничество. Но, ахах, какой итог, Лак?
— …
— Ты здесь. Попал ко мне. И испытываешь наиболее худший сценарий своей судьбы… смешно. Разве не смешно? Ах да… ладно.
— …
— Осталось… не так и много. Надеюсь, что я не потратил время на тебя зря. Если же это так, то я просто так стал врагом номер один для всего мира! Ахахаха. Представляешь? Я даже хочу посмотреть на их лица, когда те узнают, куда пропал их любимый герой. Но… так или иначе. Я откланяюсь. Оставлю тебя здесь одного. Делай, что хочешь.
— …
Прайд ушёл, оставив Лака в одиночестве. Парень выглядел крайне бледным, волосы стали цвета золы, а глаза выцвели. Он не подавал признаков жизни, словно стал куклой. Его тело было очень худым и истощенным, а на коже виднелись бесчисленные шрамы от многодневных пыток.
И всё же, когда он остался в полном одиночестве, Лак сделал вдох и издал звук:
— Два года. Один месяц. Семнадцать дней.
Именно столько прошло времени.
Каждый день его пытали. Палач всегда мог найти что-то интересное. Лак даже удивился его изобретательности. Но больше всего он удивлялся своей живучести. Сколько бы крови он не потерял, сколько бы боли не испытал — смерть его не трогала.
— Не придут, значит.
Сегодня его не тронут, он это знал.
Сегодня никто не будет копаться в его внутренностях, разрывать кости, заставлять пить яд, который уничтожал тело изнутри, срывать кожу, жечь, резать, бить, колоть.
Сегодня он один.
Но каждый раз Лак всё еще оставался собой. Иногда он терялся. Забывался. Но вспоминал каждый раз.
Я не думал, что ты сможешь остаться. Я ожидал, что безумие поглотит тебя.
— Я тоже этого ожидал.
Но ты справился. Скоро всё закончится.
— Нет…
И правда. Не закончится.
Лак всё прекрасно слышал. Прайд раскрыл удивительные вещи. Но Лаку было уже всё равно. Даже боль не была такой сильной, как изначально.
— Кое-что осталось…
Каждый день, пока была возможность, Лак старался стачивать цепи. Своими зубами, ногтями, остатками еды. Пока была возможность, он резал цепь. Та не поддавалась… раньше. Спустя два года непрерывной работы его цепь дала слабину.
“Наверх…”
Осталось лишь потянуть её и прозвучал треск. Вряд ли кто-то обратит на это внимание, так как иногда Лак бушевал и хаотично дёргался в своей клетке.
И вот упали кандалы.
Его руки впервые почувствовали себя свободными.
— Чёрт… непривычно.
Немного насладившись моментом, Лак размял свои руки. Пытки в этом плане лишь помогли ему, так как постоянно держали тело в напряжении. Оставь они его в покое, его мышцы бы атрофировались. Но после всего тело Лака было сильным.
— Идём…
Он ухватился за камень и стал взбираться. Лак действовал очень осторожно, стараясь не упасть. Однако он не чувствовал страха, он просто делал. Казалось, что прошли часы, прежде чем он добрался до того заветного окна наверху…
— Да…
Оно было одним из немногих, что давало надежду и сохраняло рассудок. Небо всегда было рядом, пусть и зачарованное.
— Скоро рассвет…
Протянув руку, Лак ожидал почувствовать потоки свежего воздуха или коснуться неба, но…
— …
Он коснулся чего-то прозрачного. Рука не прошла дальше. Когда он попытался надавить, то образ неба растворился, обнажая каменную крышу.
— …Значит и это была ложь.
Лак думал, что Прайд оставил эту дыру, чтобы Лак всегда был в себе, не теряя надежду, тем самым страдая. Но… Прайд был ещё более коварным.
Лак не спустился вниз, стараясь пробить рукой потолок. Но ничего не вышло.
— …Вот как.
Он сдался. Последние оттенки надежды исчезли. Лак спустился и просто сел. Всё пропало. Вскоре, его нашли. Но Лак не слушал их. Кажется, что его избивали, но он не реагировал. А когда всё закончилось, то его облили чем-то вонючим. Это было масло.
— …
Его подожгли. Впервые такое происходило с ним.
Огонь обволакивал меня, но я не чувствовал боли.
Боль исчезла.
Я просто устал. Я так долго боролся, но не получил ничего. Я перестал надеяться. Я сдался.
Я просто хочу уже умереть.
Роза, её семья, её будущее…
Для меня уже не имело значения. Я держался за последнюю ниточку, но и она подвела.
Вскоре я стал задыхаться, но тело даже не скрутилось в конвульсиях. Я не кричал, не бился. Я даже не видел лица своих мучителей, но, думаю, они разочарованы.
Что ж… такова была моя жизнь.
Жалкой.
Это был худший из возможных исходов. Я был рождён героем.
Лак должен был стать надеждой.
Спасением.
Звездой.
Но Лак не дошёл до своего пути. Лак его даже не начал. Он не смог вступить на эту лестницу, на этот путь.
Всё оборвалось в самом начале.
Чем он это заслужил?
Ничем.
И он так и не узнает причины всего этого кошмара…
Кончается. Я… исчезаю.
Таковы были мои последние мысли перед тем, как я перестал что-либо видеть. Сначала зрение, потом обоняние и чувство боли. И в конце…
— Надеюсь, что ты меня не разочаруешь, хи-хи.
В конце был насмешливый голос Прайда.
***
— Босс, мы закончили, что дальше?
Прайд приказал сжечь тело Лака, после чего превратить его в пепел.
— Ничего, пока отдыхайте, скоро мы пойдем веселиться, — улыбнулся Прайд.
Его логово было в одинокой горе глубоко в лесу. Никто не мог найти его, даже когда весь мир стал искать пропажу героя.
— Уже всё… осталось лишь дождаться.
Прайд вошёл в свой кабинет. Он было красиво обустроен, множество подушек и мебели. Но сейчас его это не интересовало. Он взял в руки пробирку с ядом.
— Ну… не особо хочу дать ему себя пытать.
Пожав плечами, Прайд сделал глоток, после чего сел на мягкий диван и стал ждать.
— Почти…
А тем временем из пепла начал проявляться силует.
***
В горе проживало около сорока самых отъявленных мерзавцев. Их искали многие страны за бесчисленные преступления. Пытки, насилия, грабёж — список зверств был не исчисляем. Но каждый из них нашел убежище под рукой Прайда, неизвестного человека, который обладал невероятной силой и внушением.
Сегодня для них был праздник, уже больше двух лет они были взаперти в этой горе. Не было женщин, мало выпивки и иных развлечений.
— Слушай, а зря мы тогда ту шлюху убили…
— Ты думаешь, что за это время она бы осталась жива?
— Ну хоть сколько-то, разве нет?
— А дети?
— А в чём проблема? Родился и научился летать, ха-ха-ха!
— Мд-а… ты тот еще ублюдок.
— Хей! А кто ей тогда конечности отрезал?
— Ну я тоже ублюдок, что поделать. Жизнь такая!
Они не испытывали мук совести, для них убийства и пытки были лишь развлечением.
— Кстати, что босс всё-таки хотел сделать?
— Да забей! Нахуй оно нам знать?
— Ладно-ладно.
Пока в одной части горы шла попойка, один из бандитов решил вернуться и посмотреть, что осталось от их пленника. Им приказали сжечь тело и раздробить его в пепел, после чего они сложили остатки в угол. Но этот человек был достаточно молодым и имел совесть, он хотел убедиться, что все кости были стёрты в порошок.
— Черт… даже жалко стало его.
Он никогда не хотел бы оказаться в такой ситуации, но, к счастью, он был с другой стороны.
— Что ж… всё действительно измельчено.
Проверив пепел, он постарался поскорее покинуть комнату, так как в ней ужасно воняло.
Он ушёл, оставив кучку пепла в покое. Здесь осталась история долгих пыток и страданий. Но, к сожалению, история не была завершена.
***
Сначала я был цельным. Затем я стал дробиться. Эмоции стали уползать, пока не осталась лишь одна — надежда.
Открытое звёздное небо, солнечный свет, путь на свободу, который был слишком близко.
Такова была сила надежды, дать волю пережить любое ненастье.
Когда падает страсть — остается любовь.
Когда исчезает любовь — проявляется цель.
Целью подпитывается воля.
Воля подкрепляет веру.
И остается Надежда.
Надежда независима от остальных, потому так и сильна.
Если человека бросить в воду, то он утонет. Рано или поздно его силы закончатся, и он пойдет ко дну. Но если тому человеку сказать, что скоро его спасут. Что будет тогда? Он будет бороться свыше тех сил, которые имел раньше. Маленький ребёнок сможет продержаться в ледяной воде намного дольше взрослого, если будет знать, что придет помощь.
Такова сила Надежды.
Но когда исчезает и Надежда, то что остаётся тогда?
Это был не гнев, не ненависть, и не отчаяние.
Это совершенная эмоция не имела определения.
Когда исчезает и Надежда, остается лишь Пепел. А из Пепла рождается новая жизнь. Пожар уничтожил лес, но его останки послужили питанием для новых ростков.
И я снова становлюсь цельным.
Что-то происходит.
Я не могу этого понять.
Я стал собираться воедино.
Моё тело, кости, мышцы, нервы, кровь…
Всё медленно поднималось из пепла.
Тело молодого парня, но уже не слабое. Он всё ещё был тощим и почти не имел мышц, но сила, бушующая внутри опьяняла.
— Та… к… в… от… ч… то…
Раздался взрыв, я сжал воздух в своих пальцах, формируя шар чистого пламени. Этот жар расплавил металл и стену без особых проблем.
— Я… по… нял.
Таков ли был его план? Этого ли он добивался?
Ответ был неважен.
Тело возродилось из пепла, Лак ожил, а с этим ожило и невероятное чувство, которого он так долго ждал.
— Месть.
Он вышел из своей старой клетки и пошёл прямо. Там он встретил человека, он был довольно молодым и выглядел шокировано.
— Эй… как это воз…
Но я не дал ему договорить. Я был быстрее, чем когда-либо, и… сильнее.
— Гх… БЛРПЛ!!!
Он закричал и попытался что-то сделать.
— Дай угадаю! Ты имел в виду блрпл? Я угадал?
Он не стал отвечать, ведь уже умер. Его лицо расплавилось, обнажая внутренние органы.
— Чёрт… а пахнет-то как!
Мозг пах ванилью, я однажды почувствовал этот аромат, когда был в караване. Из любопытства, я даже взял кусочек и попробовал мозг.
— Фу… у тебя мозг хреновый, ты знал?
Он не ответил.
— Как грубо! Я оскорбился! Но я тебя прощаю! Я буду великодушен, хе-хе!
— Эй, что там… происходит?
Наконец-то появились и остальные.
— ДАМЫ И ГОСПОДА! А нет… ГОСПОДА! Без дам. Я ошибося немного. СЕГОДНЯ ВЫ ПОПАЛИ НА… Я не придумал. КОРОЧЕ!!! Я буду вас убивать, можете кричать, но я бы попросил вас быть потише.
— Какого хре-А-А-А-А-А!
Я схватил его за член и оторвал его, это была личная обида и месть за сестру, после чего я повернул его задом и засунул кусок плоти ему поглубже.
— Инсталляция! Хер в заднице! Аплодисменты? Сука! Я оскорблен!
Я пнул его и оторвал ему ноги, именно в этот момент ко мне начали сбегаться. Бандиты стали подозревать что-то и прихватили оружие. Стрела вонзилась в мой глаз, пробив мне мозг, но я просто достал стрелу и метнул её обратно.
— Блять! Я не попал!
Стрела попала в камень, а моя рана затянулась.
— Ахах… КАК ЖЕ ВЕСЕЛО!!!
Я пнул тело херозадого в остальных, отчего то разлетелось на части, а также прибило толпу. Кое-кто был жив, однако я не пытался медлить, так как у меня была другая цель!
— Эй, ты!
— ААААА!!!
— У тебя голова лысая. Позволь одолжить.
— Нет! НЕЕЕТ…
— Хе-хе, словно мячик.
Я очистил голову от ненужного, оставив ровный череп.
Стоп… а зачем я выбрал лысого, если черепа лысые? Ладно, не подумал.
— ПРАААААЙД!!! А ЕЩЁ ТА УБЛЮДИНА ЖИРНАЯ!!!
Я искал двоих, остальных я тоже убью, но эти двое были в приоритете. Я собирался их пытать, я даже обдумал пару вариантов, для чего мне нужна была парочка живых бандитов, я собирался устроить великолепное месиво и оргию, отрезать им всем ноги, превратить в ходячие куски мяса и… ну много чего ещё. Я долго над этим думал.
— Чёрт, спрятался сука! Ладно, поиграем в прятки. Даю фору в… иди нахуй, не даю.
Я пошёл искать. Ублюдка палача я отыскал быстро, эта падла, заметив жареное, сразу начала прятаться.
— Иди сюда немая пизда!
Мне было смешно, когда я смог поднять и отбить его телом стены, словно мячиком. Я также оторвал ему конечности, чтобы он не сбежал, так как номером один у меня был Прайд.
— ПРАААААЙД! ВЫХОДИ ПАДЛА ТЫ КАСТРИРОВАННАЯ! Почему кастрированная? Ну так узнаешь сейчас!
Я искал долго и нашёл.
Но…
Он был мертв.
Я видел бледный и окоченевший труп этого ублюдка. Он выпил яд и скончался несколько часов назад.
— …Так ты знал, да?
Он не ответил.
— Это всё было ради этого? Я не понимаю… Все эти пытки. Для чего? Чего ты добивался? Зачем…
Ответа я не узнаю.
Сначала я был разочарован, а потом опустошен.
Может это тоже было частью его плана? Я так ждал возмездия, но по итогу…
— …
Я просто уничтожил его тело, испепелив. Я потерял любой интерес к этому, словно на мир опустилась тьма.
Затем я уничтожил весь его кабинет, после того, как проверил всё, что там было. Ничего. Никаких записей.
— Палач…
— М-м-м-м-м!!!
— Мне уже не интересно.
Я просто оторвал голову ублюдку, который меня мучал, закончив с ним. Я прошёлся по всей горе, убив всех бандитов. Я попытался их выпотрошить, но…
Ничего.
Ничего не принесло мне покоя и удовлетворения.
Я стал уничтожать всё, что там было, чтобы стереть все следы моей неудавшейся истории. А когда закончил, я нашёл выход.
Прохладный ветерок впервые обдул меня. Я сделал глубокий вдох, но не почувствовал свежести. Солнце слегка нагревало мое тело. С облаков донеслись маленькие капли воды.
Гора выходила в лес. Я слышал пение птиц и звуки природы.
Я снова сделал вдох.
— Давай…
И снова.
— Давай же.
Я пытался набрать полную грудь и что-то почувствовать.
— Почему я не ощущаю…
Я не почувствовал ничего. Это был тот свежий воздух, о котором я так давно мечтал, то Солнце, к которому стремился, и то небо, которого намеревался коснуться, но… Воздух был обычным, Солнце не восхищало, а облака…
— Это просто облака.
Я смог выбраться, но я уже не чувствую ничего. Сколько бы я не дышал, я словно задыхаюсь, сколько бы ветер не трепетал мою кожу, я не дрожу, а восхищение великим небом исчезло.
— И не осталось ничего… только пепел.
Прайд победил в этой игре. Я пытался выбраться, но даже сейчас я не чувствую себя свободным.
Внизу текла река и были скалы. Я был высоко.
— …Я уверен, что он убил всех.
Мне некуда было возвращаться. Он убил и запытал Розу. Я уверен, что и остальные в моей деревне мертвы.
— Мать, Отец, Илана, Лауэль, Роза, Ур, Ши…
Затем я стал вспоминать остальные имена.
— Старик Иол, бабуля Риза, проказник Дрей, толстяк Фат…
И снова. Я мог с ними не общаться. Я мог их забыть. Я мог больше о них не вспоминать. Но я вспомнил это сейчас.
— Лилия… Сани, Флауд, Мерпл, Лоз, Дрил, Лоад, Гру…
И я перечислял всех тех, кого вспомнил.
Может я и не забывал их?
— Покойтесь с миром.
Я посмотрел на закат. Скоро будет ночь. Я стою здесь уже несколько часов возле обрыва.
Я дождался звездного неба, красивого…
— И последний. Лак. Я тоже тебя убил.
Я лишь усмехнулся.
— Я так желал выжить… но теперь в этом нет смысла.
Я хотел умереть и закончить.
— Я был рожден, чтобы умереть. Какая ирония…
Я сделал шаг вперед, опрокинув своё тело о могучие острые скалы внизу.