Глава 1 — Закат.

В этот день была солнечная погода. Свет прорывался сквозь редкие облака, освещая далекую деревню. Жители весь день трудились на полях и занимались своими повседневными делами. Мужчины любили порыбачить возле речки, старики предпочитали прополоть поля от сорняков, а дети бегали с палками и деревянными игрушками, весело крича. На детей ругались их бабушки, но те лишь с веселым испугом удалялись дальше. Набегавшись, они окунались в речку, где их отцы грозно сжимали кулаки, ведь те распугали всю рыбу. Накупавшись, дети поймали парочку рачков и красивых камней, а после снова стали играть. Ближе к вечеру Солнце начало уходить в закат и стало прохладней, ледяной ветер вынудил детей зайти в дома, где их отругали матери. Мужики заканчивали рыбалку, начав подготовку дров к следующему дню, а старики осматривали поля и старались поймать мелкую живность. Но, вскоре, и они направились в свои дома, деревянные и низкие, состоящие из коричневых обтёсанных бревен. Крыши были сделаны из земли и напоминали собой высокий маленький луг. Дымохода, как и печки не было, а вместо стеклянных окон стояли ставни. Ближе к ночи кто-то топил баню, чтобы вместе согреться и отдохнуть холодной ночью. В банях строились истории, мужчины говорили о наболевшем, а женщины о быте. Разумеется, строилась и любовь, рождались дети, а кое-кто рушил свои судьбы. В одной из таких бань родился ребенок.

Не раздался крик, лишь тяжелые стоны женщины, пережившей несколько часов мучений. Подле неё стояло несколько старух с корытами, наполненными горячей водой. Твёрдые и морщинистые руки держали крохотного малыша, который смотрел на этот мир своими черными безмолвными глазами, не издавая крика. Старуха напряглась, она повернула мальчика на живот и несколько раз крепко, но не сильно ударила малыша по спине. Тогда раздался крик младенца. Старухи вымыли его, а после дали советы молодой матери, которая с трудом приходила в себя. Закончив, они оставили её, настояв, чтобы ребенка никто не видел в течении около трех месяцев, таково было поверье. Однако она нарушила запрет. Не прошло и пары часов, как в баню к женщине пришел отец ребенка. Он поддержал мать, обнял её и поцеловал, а после осмотрел ребенка. Отец был крупным мужчиной с грубыми руками, покрытыми мозолями от долгой работы. Его кожа была тёмной от солнца, а волосы светлыми от палящего ветра. Он нежно прикоснулся к младенцу, после чего сказал пару тихих слов, а потом ушёл.

Дни шли, девушка начала восстанавливаться, а младенец расти. В конце концов девушка снова забеременела, когда ребенку был год, такова была участь женщины в далёкой деревне. Шли года, ребенок рос, он казался слабым, тело не имело мышц, кожа была бледной, а ростом он не выдался, и всё же, он выжил. У мальчика было пять братьев и шесть сестер на момент его семилетия, увы, все пятеро братьев трагично погибли, кое-кто в младенчестве, кое-кто в более старшем возрасте, но никто из них не дожил до двенадцати лет. С сестрами дела обстояли лучше, погибло всего три сестры, а остальные три смогли дожить до своего шестнадцатилетия, будучи готовыми вступить в свою взрослую жизнь. Мальчик оказался единственным сыном в своей семье, он должен был отвечать за хозяйство и помогать своим родителям, увы, его тело оказалось слабым, сколько бы он не занимался в поле, а кости были хрупкими, сколько бы он ни взрослел, а голова чересчур любопытной, сколько бы тумаков он за это не получал. Так его годы дошли до двенадцатилетия.

***

Однажды в деревню приехал караван. Торговцы понятия не имели даже о существовании этого отдаленного места, они столкнулись по пути с проблемами, после чего решили свернуть на неизвестную дорогу, после чего попали в место, которое даже и названия не имело.

— Ну шо ты будешь делать, хто ше знал, шо тут есть поселение? — один из участников каравана воскликнул.

— Та ты не бузи, могет нас прирешут при первой восмошности. У этого высохшего куска навоза нет даже насфания, што ж говорить о тофарах, — ругался второй.

— Та не боись, такая шпана фрят ли нам што-то стелать смошет.

Караван вскоре построил лагерь неподалеку от деревни. Местные мужики со строгостью и гневом смотрели на чужаков, а бабы говорили своим детям не ходить к незнакомцам. Такова была натура тех, кто жил в уединении. Им не нужны были товары, да и продавать было нечего. Однако никто не шёл на караван с кулаками или дубинками, ведь у того была охрана. В итоге все остались при своем, решившись на этакий нейтралитет. Кроме одного мальчика.

— Це шо посмотри, шо за мелкота! — воскликнул один из торговцев. — А ну иди сюды, падла! Форофать сдумал!

— Нет, я пришёл покупать! — быстро и громко закричал мальчик. Его голос был звонким и детским, а речь казалась очень сформированной и грамотной для своего возраста.

— Покупать? — удивился торговец. — А на шо?

— Вот, — показал мальчик какую-то траву. — Она растет вокруг деревни, обычно её не трогают, но я заметил, что она имеет очень интересный запах. Из неё можно сделать раствор или добавлять в блюда.

Торговец не сразу воспринял мальца всерьёз, однако всё же решил взять траву и осмотреть ее. Сжав листочек, он почувствовал интересный аромат.

— Што ж, это тостойно! — заявил он. — Еши ты ховоришь, што оно еще и седобно, та тогда идет обмен! Шо ти хочешь, мальчик?

— Мне бы книг.

— Хо-хо-хо! А ти не боишь, шо твои родифи заберут их? — рассмеялся торговец.

— Боюсь… придётся прятать.

— Ну рас сделка есь, то есь, фыбирай!

Мальчик выбрал три книги, они были старыми и потрёпанными, потому торговец отдал их без зазрения совести. Первая книга была о растениях и фауне, вторая об истории одного королевства, а третья о магии. Конечно, мальчик не умел читать, однако это не мешало ему часами втайне рассматривать буквы и пытаться понять их значение. Однако в силу возраста и малого времени мальчику так и не удалось научиться читать, ему оставалось надеяться, что в будущем торговцы вернуться и помогут ему, а пока он аккуратно завернул книги в кожу, а после в сено, чтобы спрятать их от лиц остальных. Книги в этой деревне были в почёте, но они хранились только у старейшины, и только его семье разрешалось читать. Однажды мальчик попросил старейшину научить его чтению, тогда его сильно избили палкой, чтобы было не повадно.

Следующий год прошел спокойной, торговцы вернулись. Теперь это был более популярный маршрут, ведь он оказался безопасным. К тому же необычные травы, которые мальчик предоставил торговцам, заинтересовали многих.

— О добры ден, май маленьки друк! — обрадовался торговец, завидев мальчика. — Ти так и мелок, как и был. Совсем не еш?

— Мое тело слабое от природы, — спокойно ответил мальчик.

— Фот как! Сато мозгою не обделило!

Мальчик вновь дал травы, а после попросил торговца научить его чтению. Они остановились возле деревни на неделю, чтобы пополнить запасы воды и еды, а также просто отдохнуть. Недели было мало, потому мальчик все ещё не мог понять многих слов и изречений, ему оставалось ждать следующего года. К счастью, маршрут через их деревню стал популярным и мальчику удалось научиться читать намного быстрее, чем он ожидал. Жители деревни также стали относиться к незнакомцам более спокойно и радостно, иногда им преподносили подарки, а иногда кое-кто влюблялся. Мальчик также интересовался некоторыми женщинами, которые приезжали с караванами.

Таким медленным темпом мальчику наступило шестнадцать. Он стал считаться взрослым и самостоятельным мужчиной. Однако так или иначе он оставался слаб. В этот день мальчик решил поговорить со своей семьей о некоторых своих планах.

Это был вечер, довольно тёплый и приятный, остальные жители деревни в этот момент пили и веселились, а также занимались любовью, только он и его семья собрались вместе, чтобы послушать одного мальчика. В его семье осталась лишь мать и отец, а сёстры уже успели выйти замуж и завести новую семью. Конечно, мальчик любил своих сестёр, он хотел обсудить бы насущные проблемы и с ними, однако мужья его сестёр были жесткими, потому редко позволяли видеться с ним.

— Отец, Мать, я скажу прямо — я хочу уйти из деревни со следующим караваном, — спокойно заявил мальчик, хотя ему с трудом удалось подавить дрожь в голосе. Он постарался не опускать взгляда, ведь прекрасно понимал наглость своей просьбы. Он оставит отца и мать одних, сёстры не смогут им часто помогать, а остальные жители деревни точно начнут припоминать его семье, как они отпустили ребенка. Так это и работает, никто не любит тех, кто пытается сбежать. И всё же мальчик понимал, что здесь ему не место.

Мать с шоком уставилась на него, ей с трудом удалось прикрыть руками своё лицо, чтобы сдержать эмоции. Отец же глубоко вздохнул и нахмурился. Он молчал довольно долго, но никто не смел его перебивать. Когда он заговорил, его голос был хриплым.

— Думаешь, что от тебя здесь какая-то польза?

Вопрос оказался тяжелым. Мальчик не ожидал такого. Он любил своего отца, который всегда был строгим, но добрым к нему. Он видел, как остальные отцы обращаются со своими детьми. Часто это были побои или безразличие. Многие отцы спали с дочерьми, били сыновей и не участвовали в их жизни. Но отец мальчика был другим, он любил своих дочерей, а по каждому погибшему ребенку горевал. И всё же на сей раз он говорил очень грубо с сыном.

— От тебя здесь нет пользы. Просто вали.

— …Как скажешь.

Мальчик ответил также сухо и грубо, после чего развернулся и ушел. Он был обижен несмотря на то, что получил желаемое. Когда мальчик ушёл, отец посмотрел на мать.

— Так ему не о чем будет сожалеть.

— У меня сердце разрывается, что мой мальчик уедет… — мать прикрыла рот, после чего начала бродить из угла в угол, постоянно нашептывая что-то себе.

— Здесь бы он умер.

— Но здесь все свои! Наши, знакомые! Я уже думала, какую девочку ему подыскать. В край можно пойти к соседнему поселению!

— Он не такой, — покачал головой отец. — Ему нужно быть не здесь. Дальше идти. Это видно. Я когда-то также хотел. Мне не дали. Я не жалею, но не хочу, чтобы жалел он.

— …Я поняла.

Мать просто кивнула.

Мальчик же не слышал этого разговора, и он долго не узнает о нём. Он был разочарован. Он знал о своей слабости, но никогда не думал, что даже его родители будут упрекать его в этом.

“Разве я виноват, что бог одарил меня таким телом!?”

Он не разговаривал с родителями до отъезда. А на прощание, он сказал лишь несколько слов.

— Не плачь, — заговорил отец мальчика, обращаясь к матери. — Ему будет тяжелее уйти.

— …угу, — кивнула мать, стараясь скрыть свои слезы. Они не смогли даже попрощаться нормально, что сильнее давило на женщину. — А когда мы скажем его сёстрам?

— Им знать нечего — разболтают. Они добрые, но их мужья всё ещё идиоты. Не любят думать. Пусть все пройдет тихо и без проблем.

Мальчик же присоединился к каравану. Ему пришлось заплатить за поездку, но было хорошо, что у него были связи. Один из торговцев часто встречался с мальчиком, а потому быстро взял его с собой, снизив оплату.

— Мойъ маленки друк! Фы наконэц решили фойти ф польшой мир?

— Так и есть, Ур Дус Фрим, — кивнул мальчик. Так звали торговца. Каждое слово имело свое значение, отчего и складывалось имя. Таков был обычай торговцев, откуда пришел Ур Дус Фрим. Ур означало путь, Дус — богатство, а Фрим — старость, так его родители пожелали, чтобы их ребенок встретил старость в золоте.

— А ти неплохо выуч эти слофа! — похвалил его Ур.

— Конечно, ведь мне было интересно, — ответил мальчик. — Я хочу понимать остальных, когда доберусь до города.

— Конечно! Отнако весде расные языки, я пришел исталека, но в вашес стране коворят иначе. Таше вашес имена иные. В мое ротине тают три слофа ф имени.

— Понятно, значит предстоит долгий путь, — вздохнул мальчик.

— А как зофут фас, молотой челофек?

— Хм-м… Меня назвали просто, Лак.

— Интересна имя, Лак. Мне оно нрафится. Просто происносится.

— Хех, я заметил, — ухмыльнулся Мальчик.

— А еще, кашется, я знат сначение имени. В моя ротина есть похошие слофа. Они опосначать удачу.

— Удача… мне бы это пригодилось.

Лак начал путешествие с торговцами. Поначалу ему было очень непривычно и тяжело. Много новых людей, правил, а также особенностей. Ему приходилось постоянно менять место сна, которое часто было неудобным. Подростка постоянно запрягали сделать какую-нибудь работу, ведь тот был обязан торговцам, раз те его взяли. От такой работы Лак сильно уставал, его тело не было приспособлено для такого. Да и само путешествие выдалось тяжелым, погода менялась постоянно, а отойти в укромное место для нужды было тем ещё сюрпризом. Однажды Лак так наткнулся на змею, которая чуть его не укусила, в другой раз он присел в ядовитых кустах, из-за чего его тело покрылось волдырями. А что уже говорить о повозках… неудобные, жесткие, постоянно в движении, воняют, подпрыгивают на любой неровности, в них невозможно отдыхать, сидеть, а тем более спать, и всё же Лаку приходилось приспосабливаться. И он привык.

Спустя несколько недель караван прибыл в другую деревню. Она была не так далеко от родной деревни Лака. Изредка кое-кто из мужиков приходил сюда для торговли, или чтобы найти невесту. Однако сам Лак никогда здесь не был. Караван также не собирался здесь останавливаться, ведь их пунктом назначения был большой город.

Однако даже такая деревня показалась Лаку невероятно огромной. Молодой подросток с интересом изучал новые особенности, и, в частности, девушек его возраста. Те также с интересом рассматривали худого, но достаточно красивого мальчика. И правда, Лак выглядел очень тощим в сравнении с остальными. Он казался больным, а его кожа была бледной. Но лицо Лака всегда привлекало внимание, но он не считал себя слишком красивым. Зато местные девушки были невероятны. Лак привык к местным и знакомым, но не считал тех привлекательными. Здесь же молодой человек впервые ощутил какое-то странное желание, он хотел поговорить с ними, повеселиться, и даже прикоснуться.

— Ху-ху, це назват Ладрон, шо знач молотость, — прокомментировал Ур.

Сам Ур уже был довольно стар для всего такого, а также просто жирным. Несмотря на свой жир, Ур был сильнее обычного человека и более выносливым. Жир же у него появился с возрастом, ведь Уру уже было около сорока лет.

— Малой, мы здесь останемся на несколько, иди повеселись! — крикнул Лаку один из торговцев.

Лак же слегка смущенно посмотрел на торговца, после чего кивнул. Конечно же Лак понимал, на что ему намекают. В небольшой деревне мало мест для уединения. Парни его возраста часто уединялись с девушками где-нибудь, кое-кто уже становился отцом. Иногда же происходили действительно неприятные сцены и ситуации, о которых Лак не хотел вспоминал.

Несколько дней прошли довольно стремительно. Новые знания и нравы удивляли Лака. Жители этой деревни были более открыты, в отличии от его дома. Сначала Лак удивлялся этому, но потом привык, ему стало спокойнее. Он даже нашел много общего с одной из девушек, однако дело так и не дошло до самого интересного, нужно было уезжать. Впервые Лак стал чувствовать сожаление и небольшую тоску. Он получил много нового, чего не было у него дома. И всё же это было лишь начало его пути.

— Лак, травы возьми! — крикнул ему торговец.

Лак просто кивнул. Во время путешествия он изучил множество трав. Ранее он также любил этим заниматься, а новые земли открывали новые знания. Лак даже стал вести небольшие записи, которые пока походили на зарисовки с минимумом символов. Он не умел писать, но знал несколько иероглифов, обозначающих, например, яд или же зуд. Этому он научился у Ура.

“Цветок со множеством лепестков, образовывающий форму шара. Лепестки бывают лилового, алого или оранжевого цвета. Название… я не помню. Где-то я видел подобный. Он безвреден и просто красивый. Поговаривают, что из такого можно сделать настой или же сироп”.

Осмотрев цветы, Лак принялся очищать их. Закончив, он принялся за другие травы, стараясь запомнить те, которые знал. На все ушло несколько часов, после чего караван двинулся дальше.

— Малий! — крикнул Ур. — Щерес пару тней мы попатем в кород. Я уше претстафляю тфое лицо, кокта припутем. — Ур рассмеялся.

— Он настолько огромен?

— Та! Тесять тысячь человек шивет, претсавляешь? Это в тесять рас польше, чем в твоей и этой дерефнях!

— В десять раз больше…

Лак еще не умел нормально считать, но он понял, что сумма была большой.

— А там…

— Там и бабы есть, — включился в разговор другой торговец.

— Ши! Фечно ты о шенщинах! — возразил Ур.

— А что бы и нет? — покачал плечами довольно крепкий мужчина. — Лак вон молодой еще. Ему баба нужна. Пар спустить. А в городе точно будет бордель.

— Не софращай мальчонку!!! — крикнул Ур. — У неко польшое бутущее! Не хфатало сараситься от шлюхи!

— Это уже крайность, — возразил Ши. — К тому же есть методы защиты. А молодой организм переживет невзгоды. Себя вспомни, Ур. Ты за юбками бегал, как ужаленный. Сколько сейчас твоих детей живет по миру, можешь сказать? — усмехнулся Ши.

— Ах ти… — Ур сильно разозлился, у него даже покраснело лицо от гнева, но он ничего не сказал. — Та потому я и таю софеты, шобы не как йа.

— Сам повеселиться успел, другим не даёшь, — фырнул Ши.

Лак с интересом наблюдал за их диалогом. Его очень интересовали женщины, потому он точно вошел бы в то место, о котором говорил Ши.

“Бордель… надо запомнить!”

Их колонна спокойно преодолевала открытый луг. Ши и Ур постепенно заканчивали спор, уже намереваясь спросить мнения самого Лака. Однако в этот момент прилетела стрела, которая попала прямо в голову Ура. Толстяк умер на месте. Его тело упало вниз, на траву, обнажив шокированные открытые глаза. Лак с недоумением уставился на это, стараясь осознать происходящее. Ши же закричал.

— НА НАС НАПАЛИ!

Отовсюду полетели стрелы и огонь. Всё загорелось. Ши умер также быстро, он не успел ничего сделать. Лак встал в оцепенении, не понимая, что происходит. Он смог спастись лишь из-за своей худобы, большинство стрел пролетело мимо.

“Что происходит?”

Лак испытывал шок, он не мог нормально мыслить. Спустя секунды он услышал крики и погром.

— Здесь есть женщины!?

— Черт, да!

— Я ещё одного нашел!

На сей раз звук был очень близко. Лак поднял голову и увидел человека с угрюмой внешностью и грязной одеждой. Он выглядел очень злобно и угрожающе. Лак впервые испытал страх.

— Не пытайся дёргаться, иначе я убью тебя!

Человек зарычал и пригрозил Лаку, после чего схватил того за волосы и вытащил из повозки, бросив на землю. Лак увидел, как его и других торговцев стали сбрасывать на землю, многих собирали в кучу. А их караван горел. Бандиты выносили всё ценное что могли, а что нет, то ломали.

— ИДИОТЫ!!! — раздался гром. — ВЫ МОГЛИ УБИТЬ ЕГО!!!

Голос настолько был ужасен, что даже жестокие бандиты с трудом стояли на ногах. Пред ними был человек в мантии с закрытым лицом.

— Что ж…

Человек посмотрел на Лака.

— Вам повезло.

Человек указал рукой на Лака.

— Вот он. С остальными… делайте, что хотите.

Мужчин сразу же убили, а женщин раздели. Повсюду были слышны крики и вопли, а Лак всё ещё пребывал в шоковом состоянии, он не мог понять, что происходит. Перед его глазами все плыло, а шум сливался в какофонию звуков. Но долго это не продлилось, мужчина в мантии подошел к нему и что-то прошептал, после чего Лак стал засыпать, не в силах держаться за сознание.

— Запомни этот сон, молодой человек, — начал говорить человек в мантии. — Он будет последним.