Глава 3 — Без названия

— А вы умеете лгать с удивительным бесстыдством, — обронил Родион едва баронесса вышла из гостиной.

Я невольно нахмурилась.

— Я... не ослышалась?

— Ах, не поймите меня превратно. Я вовсе не пытался вас оскорбить. Напротив, я даже впечатлен.

В его голосе звучала безупречная вежливость, но вот взгляд... Взгляд говорил совсем о другом. Он смотрел на меня так, словно нашел крайне любопытную игрушку.

— Простите, если память мне изменяет... Вы ведь капитан Морозов?

— Можете обращаться ко мне по имени.

— Что ж, Родион Николаевич, могу я узнать, чем именно я вас так впечатлила?

На мое прямое вопрошание на его лице промелькнуло едва заметное подобие улыбки.

— Родион Николаевич? — окликнула его я.

Он слегка покачал головой:

— Прошу прощения. Прямо сейчас я не нахожу слов, чтобы объяснить это достаточно деликатно. Увы, я не силен в красноречии.

Родион говорил с сожалением, однако выражение его лица свидетельствовало об обратном. В уголках четко очерченных губ блуждала загадочная ухмылка.

— Если это не будет дерзостью с моей стороны, Катерина Владимировна, я бы хотел...

В этот момент баронесса с грохотом распахнула дверь гостиной, и Родион тут же отвел от меня взгляд.

— Боже мой, разогнать надо эту прислугу до единого! Неужто так трудно вовремя подать чай? Вечно приходится самолично всем давать нагоняй! — сокрушалась баронесса, шумно опускаясь в кресло.

Слуги принялись расставлять на чайном столике чайник, чашки, сахарницу и розетки с вареньем.

— Знаете, пока я шла сюда, мне в голову пришла превосходная мысль! У Ивана Ивановича ведь есть сын, примерно вашего возраста?

Я поспешно поставила чашку и кивнула. «Еще бы ему не быть. Вы-то не знаете, почтенная, но барышня перед вами — как раз его невеста».

В оригинале баронесса после этого случая должна была задействовать все свои связи, чтобы превратить жизнь Ивановых в ад. Но раз уж я здесь, я собиралась заговорить ей зубы и отвлечь ее гнев...

— Так вот, я подумала: а не отправить ли этого юношу на учебу в Москву?

— Что?..

Баронесса лучезарно улыбнулась, глядя на мою онемевшую фигуру.

— Да-да, я решила простить Ивану Ивановичу его грубость. И намерена доказать, что в отличие от него, я умею великодушно закрывать глаза на чужие недостатки.

— Постойте, баронесса...

Но ее было не остановить. На лице женщины читалось абсолютное упоение собственным благородством.

— Я слышала, покойная супруга Ивана Ивановича оставила этому прекрасному молодому человеку солидное состояние. Но если все оставить как есть, этот старый пьяница спустит все наследство на водку!

И то было чистой правдой. В оригинале старик действительно пропил деньги, что в край подкосило и без того расшатанную психику младшего Ивана Ивановича, усугубив его депрессию.

— И все же, баронесса...

— Этот чудесный юноша... Ах, напомните, как его зовут?

— Иван Иванович... — нехотя выдав заезженное имя, ответила я.

На лице баронессы промелькнуло мимолетное замешательство. Даже по меркам этого романа имя «Иван Иванович Иванов» звучало верхом лени и невнимания со стороны родителей.

— Кхм, как бы там ни было, я отправлю этого достойного молодого человека в Москву! И тогда его отец волей-неволей осознает свою вину.

«Все пропало». Мои губы мелко задрожали. Похоже, баронесса оказалась куда менее злопамятной, чем я думала. Надо же, стоило мне пару раз поддакнуть, как весь ее гнев улетучился. Цель спасти Ивана от мести баронессы была достигнута, но такой оборот грозил еще более масштабной катастрофой.

Шутка ли, расстояние от нашего городка до Москвы превышало путь от Сеула до Пусана более чем в два раза! Если Иван уедет, я останусь здесь у разбитого корыта и пальцем не смогу пошевелить для его спасения. Да и вообще, если отправить Ивана в университет, неужели его будущее озарится яркими красками? Как аспирантка, буквально застрявшая в собственном профильном предмете, авторитетно заявляю: черта с два. Университет еще ничью депрессию не излечил.

Хватаясь за соломинку, я умоляюще посмотрела на Родиона. По какой-то причине он проникся ко мне легким интересом, так почему бы ему не заметить мое отчаяние и не перевести тему?

Наши взгляды встретились. На мгновение Родион удивленно приподнял брови, но, к счастью, мгновенно разгадал мой немой призыв. Он едва заметно кивнул и заговорил:

— К слову, тетушка.

Баронесса, все еще витавшая в облаках собственного милосердия, перевела на него взгляд.

— Я слышал, что прошлым вечером в соседнем уезде зарезали врача.

— Ч-что?! Что вы такое говорите?! — дрожащим голосом переспросила баронесса.

Атмосфера в гостиной мгновенно похолодела, но Родион даже бровью не повел. Он со всей учтивостью повторил свои слова, да еще и снабдил их леденящими душу подробностями.

— Его умертвили с особой жестокостью. Говорят, вспороли брюхо и буквально искромсали внутренности... Судя по почерку, это дело рук того самого изувера, совершившего ряд убийств, о коем нынче только и трубят в Петербурге.

— Боже... Да как же...

— Ах, до обывателей слухи еще не дошли. Тело нашли в столь непотребном виде, что исправник строго-настрого велел жандармам держать язык за зубами.

Лицо баронессы сделалось белее мела, но Родион невозмутимо продолжал:

— Ситуация скверная. Либо душегуб перебрался в наши края, либо завелся кто-то, кто бесчинствует на тот же манер... Впрочем, оба варианта сулят нам немало хлопот.

Что ж, доля правды в его словах была: серийный убийца действительно объявлялся в сюжете примерно в это время, и его бесчинства знатно подливали масла в огонь экзистенциального кризиса Ивана. Но святые угодники, сменить тему разговора вот так?! Что за чудовище этот главный герой второго тома?

Я уставилась на него в полном шоке, и тут наши взгляды снова пересеклись.

«Упс. Все-таки он жуткий», — подумала я, поспешно отводя глаза.

Да и какая к черту разница? Обладает этот вояка базовыми навыками общения или нет — не моя забота. Главное — влюбить в себя Ивана и спасти его от смерти. Да и оставаться здесь, продолжая беседу об Иване с перепуганной баронессой, было теперь бессмысленно. Уж лучше попытаться подстроить «случайную» встречу с женихом. Приняв решение, я поднялась со своего места и вежливо поклонилась.

— Мне пора откланяться, баронесса. Была рада засвидетельствовать вам свое почтение, но мне нужно вернуться домой, пока не стемнело.

— Я вас провожу.

— Что?..

Мне не послышалось? Этот едва знакомый мужчина вызвался лично доставить меня домой? Разве приличия девятнадцатого века такое дозволяют?

Родион спокойно качнул головой, словно это разумелось само собой:

— Я ведь только что сказал. По округе бродит убийца.

«Ах, ну да. Логично».

Баронесса все еще пребывала в прострации от кошмарных вестей. Я никак не могла понять, действительно ли Родион беспокоится о моей безопасности или же просто нашел удобный предлог сбежать из душной гостиной тетки. Как бы то ни было, задерживаться здесь не имело смысла. Я послушно последовала за ним. Оставив несчастную баронессу переваривать наши кровожадные светские беседы, мы покинули особняк.