Глава 5 — Человек-паук

Чёрный монстр» с трудом пробирался по узким улицам заброшенного города, его колёса с хрустом перемалывали осколки стекла и кости. Когда-то это был оживлённый деловой район - теперь лишь каменные догорающие громады небоскрёбов, как пьяные великаны, накренившиеся друг к другу.

Кейн водил осторожно, объезжая особенно глубокие выбоины, но машина всё равно подпрыгивала на неровностях, заставляя пассажиров вцепляться в сиденья.

— С каждым годом дороги всё хуже и хуже, — проворчал Оуэн, придерживая ствол ружья, чтобы тот не ударил его по колену на очередной колдобине.

— Долго мы ещё будем петлять по этому душному городу? — Кэрл прижала к себе Нэнси, которая, несмотря на тряску, мирно спала, уткнувшись носом в складки маминой куртки. — Эти развалины мне уже надоели.

— До леса ещё минут сорок, — ответил Кейн, бросая взгляд в зеркало заднего вида. — Остановимся у знакомых, перекантуемся пару дней, а потом — прямиком в лагерь.

— У знакомых? — Оуэн приподнял бровь. — Не тех ли, что в прошлый раз готовы были продать нас бандитам за пачку «Беломора»?

— Нет, других, — Кейн криво усмехнулся. — Тех, что собирались нанизать нас на вертел.

— О, классные ребята! — Саймон оживился на заднем сиденье. — Помню, как они нас «угощали»… Хотя, лучше не вспоминать. Зато дочка у них — огонь!

— Подожди, — Кэрл нахмурилась, инстинктивно крепче прижимая Нэнси. — Если вы знаете, где лагерь выживших, почему просто не остались там? За стенами явно безопаснее, чем на этих дорогах.

В салоне на мгновение повисло тягостное молчание. Кейн переглянулся с Оуэном, а Саймон с внезапным интересом уставился в окно, будто за ним разворачивалось самое захватывающее шоу в мире.

— Причина… глуповатая, — наконец начал Кейн, потирая переносицу. — Раньше мы действительно жили в таком лагере. Назывался, кажется, «Оплот Надежды» или вроде того. Работали, ели, спали — всё как у людей. Потом заражённые прорвались, мы еле унесли ноги… Оказались в другом лагере. И там стало ясно: ничего не изменилось. Тот же распорядок, те же серые лица. Только шанс сдохнуть — выше.

— Вот мы и решили: раз уж помирать, так хоть с ветерком, — хрипло добавил Оуэн.

— Я была в «Оплоте», — тихо сказала Кэрл, отбрасывая со лба выбившуюся прядь. — И что, просто взяли и ушли? Не поверю, что без «прощального скандала».

— Ну… не совсем, — Оуэн фыркнул. — Сначала Кейн устроил драку с охраной из-за пайка. Потом Саймон случайно спалил склад с провизией, пытаясь охладить раскалённое масло…

— Это был научный эксперимент! — возмутился Саймон. — И виноват тут Оуэн, который сказал, что «ничего не случится, если плеснуть воды»!

— Ладно, суть не в этом, — Кейн махнул рукой. — Просто мы поняли: сидеть в клетке, даже если в неё кидают еду, — не для нас. А ты? Почему болталась в городе одна, да ещё с ребёнком?

Кэрл замолчала на мгновение, её пальцы непроизвольно сжали край куртки Нэнси.

— Мы ушли из "Оплота" через неделю после его падения, — её голос стал тише, будто она боялась разбудить спящую дочь. — Сначала рухнула восточная стена, потом началась бойня из-за последних запасов еды...

Она резко оборвала себя, бросив взгляд на Нэнси. Но девочка продолжала мирно спать, её ровное дыхание согревало материнское плечо.

— В городе было... спокойнее. Странно, но там почти не было заражённых. И еду найти можно было. Пока... — Кэрл прикусила губу. — Пока мой муж не отправился на поиски провизии и не встретил ту самую ораву. А когда запасы кончились, пришлось и нам выходить.

— Понятно, — Оуэн кивнул, его взгляд стал мягче. — А Нэнси знает?

— Знает. В наше время я пытаюсь сделать из неё взрослую не по годам, — Кэрл нежно провела рукой по волосам дочери. — Муж научил её стрелять, основам первой помощи. Однажды даже хотел взять на зачистку, но я... я не смогла позволить.

— Твой муж был прав, — Кейн не сводил глаз с дороги. — В нашем мире жалость — роскошь. Даже к детям.

— А вы как познакомились? До всего этого? — спросила Кэрл, меняя тему.

Кейн на секунду задумался, объезжая разбитый грузовик:

— В "Оплоте". Я ковырялся в генераторах, а эти двое таскали хлам со всего города.

Оуэн усмехнулся:

— Мы с Саймоном прибились к лагерю, когда наш прежний отряд разбежался. Нас поставили на зачистку — искать припасы.

— И вот, — включился Саймон, — мы приволокли полумёртвый внедорожник. Колёса еле держались, двигатель хрипел.

— А я сказал: "Три дня — и будет как новый", — Кейн хмыкнул.

— Мы, конечно, не поверили, — продолжил Оуэн. — Но чёрт возьми, через три дня эта рухлядь не просто завелась — она летала!

Саймон оживился:

— После этого мы таскали ему всю технику, что находили. А когда лагерь пал... Ну, вышло так, что мы уже были командой.

— А "Чёрный монстр"? — Кэрл кивнула на приборную панель.

— Его мы нашли позже, — пояснил Кейн. — Брошенный у дороги. Розовый, с дурацкими наклейками, с мёртвым двигателем.

— Но Кейн влюбился с первого взгляда, — ухмыльнулся Оуэн. — Теперь эта тачка таскает нас второй год. Хотя пора бы уже сменить...

— Сменить? — Кейн резко повернулся к нему, и в его глазах вспыхнул настоящий огонь. — У этой машины душа есть! В отличие от ваших новеньких жестяных банок, которые рассыпаются от первого же выстрела!

Саймон рассмеялся рассматривая ухгроханый салон:

— Ну если душа измеряется количеством скотча на кузове, то у нашего монстра их штук пять точно.

— Вот именно! — Кейн оживился. — Каждая заплатка — это история. Вот тут, эта дырка, — показал на крышу заделаная фанерой, — когда Оуэн выстрелил в зомби.

«Чёрный монстр» вздрогнул, когда что-то массивное обрушилось на крышу. Металл прогнулся с жутким скрипом, оставив вмятину размером с тарелку.

В салон автомобиля через задние баковые окна, начали заползать два черных щупальца. Они двигались неестественно - то ли как змеи, то ли как пальцы огромной руки, ощупывая потолок.

Саймон, не раздумывая ни секунды, рванул из-за пояса армейский нож. Лезвие блеснуло, прежде чем вонзиться в скользкую плоть щупальца. Каждый удар сопровождался хлюпающим звуком, будто он резал мокрую губку, наполненную черной слизью.

Кэрл действовала с безумной решимостью. Одним резким движением она столкнула Нэнси в безопасное пространство между сиденьями, прикрыв ее своим телом. Её рука рванулась к рюкзаку, где всегда лежал армейский нож мужа она вонзила нож до рукояти в щупальце и с диким криком провела зияющий разрез по всей длине. Чёрная слизь хлынула ей на брюк и лицо.

Оуэн высунулся по пояс из окна, одной рукой вцепившись в дверную раму, а другой наводя пистолет на монстра перед собой

Чудовище сохраняло человеческий силуэт, но его тело было изуродовано мутацией. Из плечевых суставов вместо рук росли два массивных щупальца - каждое толщиной с пожарный шланг, длиной около трех метров. Кожа на них была серо-зеленой, покрытой сетью вздувшихся вен и редкими хитиновыми наростами, напоминающими бородавки.

Лицо сохранило человеческие черты, но кожа на нем обвисла, как расплавленный воск, полностью закрывая один глаз.

Оуэн вцепился в дверной проём левой рукой, его пальцы побелели от напряжения. Ветер свистел в ушах, а тряска машины грозила сбросить его на дорогу. Но он лишь крепче сжал пистолет в правой руке, прицеливаясь между светящихся глаз чудовища.

БАМ!

Первая пуля вошла точно в центр лба монстра, оставив аккуратную дыру, из которой хлынула чёрная, густая как нефть кровь. Чудовище дёрнуло головой, но не отпустило хватку.

Оуэн не дал ему опомниться. БАМ! БАМ! Две следующие пули разорвали щупальце у самого основания, где оно крепилось к плечу. Мясо разлетелось клочьями, обнажив жуткую мышечную структуру - нечто среднее между человеческими мышцами и щупальцем кальмара.

Монстр завыл - звук, похожий на скрежет металла по стеклу, смешанный с детским плачем. Его оставшееся щупальце судорожно сжалось, впиваясь в крышу машин. Однако видимо поняв надо менять свои планы Саймон тоже выдел из окна став стрелять во второе щупальце. Пули впивались в студенистую плоть, вырывая куски мяса. Чёрная слизь фонтаном хлынула на бок машины, оставляя дымящиеся следы.

Чудовище с душераздирающим воплем сорвалось с крыши, несколько раз перекувырнувшись по асфальту. Его тело оставляло за собой мерзкую жирную полосу, как гигантский слизень.

– Это Человек-паук! – закричал Саймон, залезая обратно в машину.

– Человек-паук? Вы про этого урода? – процедила Кэрл, вытирая чёрную жижу с лица.

– Ага, мы назвали его Человеком-пауком, – подтвердил Оуэн, уже втиснувшийся в салон.

– Не слишком ли благородное имя вы ему дали? – раздражённо спросила она.

– Мы называем новых зомби первыми оскорблениями, которые приходят в голову. Саймон назвал его "Обоссанный Человек-паук", мы просто чуть сократили, – цокнул языком Кейн, стараясь максимально осторожно выруливать машину.

Нэнси медленно выбралась из-под сиденья. Её маленькое личико было перекошено от возмущения. Волосы растрёпались, на щеке краснела свежая царапина от какого-то болтавшегося внизу металлического обломка. Она встала, отряхнула колени и, сверкнув глазами, уставилась на мать, видимо даже не понимая, что та спасла ей жизнь.

– Мама, – её голосок дрожал от обиды, – ты кидаешь меня, как мешок с картошкой!

Кэрл замерла с виноватым выражением лица. Её материнский инстинкт боролся с осознанием, что в пылу боя она действительно перестаралась.

– Солнышко, я... – не успела договорить Кэрл.

– Если бы она этого не сделала, ты бы умерла. Так что будь благодарна, – серьёзно ответил Саймон.

Нэнси замерла, её обиженная гримаса постепенно сменилась осознанием. Она посмотрела на чёрную слизь, капающую с двери, затем на царапины на крыше от щупалец.

– Нэнси, давай лучше ты посидишь на переднем сиденье, – предложил Оуэн, уже протискиваясь на заднее.

– Ладно, – грустно ответила Нэнси.

– А почему Человек-паук? – Кэрл решила быстро сменить тему.

Вместо ответа Кейн молча сделал знак, чтобы Кэрл посмотрела в заднее окно.

– Ебаный пиздец...

Он – тот самый монстр – будто их пули и ножи были лишь дурным сном. Его щупальца – оба – шевелились в воздухе, целые и невредимые, без единого шрама. Более того, они казались длиннее, а на кончиках отростков теперь явно выделялись острые когтевидные наросты.

Новыми щупальцами этот монстр хватался за дома, делая рывок. Он двигался с пугающей, почти спортивной грацией. Его новые щупальца работали с ужасающей эффективностью: одно резко выстреливало вперёд, цепляясь за балкон или вывеску, тело сжималось в тугой пружине мышц, затем – мощный рывок, и чудовище пролетало 10-15 метров за доли секунды. Каждый прыжок оставлял на стенах глубокие царапины от хитиновых когтей, а в воздухе повисал едкий запах разлагающейся плоти.

Кейн лихорадочно крутил руль, заставляя "Чёрного монстра" петлять между развалинами. Машина скрипела всеми швами, но держалась. Однако монстр уже адаптировался к их маневрам: на крутых поворотах он начал пускать щупальца под хирургически точным углом, на прямых участках делал серии из 2-3 прыжков подряд, сокращая дистанцию. Особенно страшно было, когда он начал использовать обломки дороги как трамплины.

– Вот почему, – улыбнулся Кейн.