Глава 5 — До чего же искусный механизм!

Глава 5. До чего же искусный механизм!

Мастерская летающих дисков была крошечным, ничем не примечательным заведением. Внутри тесного и невзрачного рабочего помещения, насупив брови, сидел пожилой мастер Чэнь Ча, неотрывно глядя на лежащий перед ним полуготовый механизм. Чэнь Ча был глубоким стариком, облаченным в темные одежды. Его седая борода неаккуратно топорщилась, а глаза глубоко запали на изможденном лице. В этот момент он восседал на особом механическом кресле, парившем в паре чи от пола, и отчаянно ломал голову, пытаясь нащупать выход из очередного инженерного тупика. Проектирование новой модели снова зашло в глухой угол.

— И сколько я проторчу здесь на этот раз? — сокрушенно вздохнул старик.

Создание уникальных механизмов всегда требовало искры вдохновения и тонкого расчета. Базовые навыки Чэнь Ча были монолитны, как скала, особенно в том, что касалось построения массивов, однако с творческим озарением у него дела обстоили туго. Раньше он этого не понимал, а потому без тени сомнения влез в огромные долги, чтобы открыть собственную мастерскую. Реальность нанесла ему жестокий удар, не просто опустошив все семейные закрома, но и оставив с неподъемным бременем невыплаченных займов. Теперь он оказался в ловушке: даже если он продаст мастерскую с молотка, вырученных денег не хватит, чтобы покрыть и половину долгов. Жалеть о содеянном было поздно. Единственным спасительным кругом для Чэнь Ча оставалось создание принципиально нового, гениального механизма, который взорвал бы рынок и позволил ему заработать целое состояние, вернув жизнь в прежнее русло.

Тук... Тук... Тук... Раздался негромкий стук в дверь.

Чэнь Ча раздраженно нахмурился:

— Что там еще?

— Хозяин, к вам посетитель, — донесся из-за двери голос подмастерья. — Просит аудиенции и вашей консультации.

Чэнь Ча хмуро кивнул:

— Веди его сюда.

Дела его были плохи, долги душили, и хотя в обычное время он брезговал подобными мелкими расспросами, сейчас выбирать не приходилось — деньги нужно было скрести из любых источников.

Спустя мгновение в комнату неторопливо вошел Нин Чжо.

— Младший по имени Нин Чжо приветствует великого Мастера Подвижных Формаций, почтенного Чэнь Ча, — вежливо произнес юноша, отвесив глубокий поклон.

Старик лишь неопределенно угукнул, изо всех сил стараясь сохранить величественный вид, хотя на самом деле его цепкий взгляд уже успел с ног до головы просканировать гостя. Перед ним стоял юноша в безупречно чистом, тщательно выстиранном белом халате. Его глаза оставались чистыми и безмятежными, а на лице еще цвела юношеская недозрелость. Внимание Чэнь Ча на мгновение привлекла нефритовая подвеска, покоившаяся на поясе парня. На полированном камне отчетливо виднелся выгравированный иероглиф «Нин».

«Из клана Нин?» — в глазах старика промелькнул хищный блеск. В Городе Бессмертных Огненной Хурмы правили четыре великие силы. На вершине пирамиды стояла Резиденция Городского Главы во главе с могущественным практиком стадии Зарождения Души. Следом за ней шли три великих клана: семья Чжоу, славившаяся своими формациями, мастера оружия из семьи Чжэн и, наконец, знатоки талисманов из клана Нин.

Сердце старика радостно екнуло. «Раз он из великого клана, значит, у этого юнца могут водиться приличные деньги. Похоже, сегодня пахнет крупной наживой. Нужно будет посильнее разнести его проект в пух и прах, указать на побольше ошибок, чтобы он раскошелился на дополнительные вопросы».

Подписав стандартный магический контракт, налагающий на обе стороны строжайшие обязательства по сохранению тайны, Чэнь Ча жестом пригласил Нин Чжо сесть. Сделав глоток крепкого горького чая, он с напускным безразличием спросил о цели визита. Нин Чжо спокойно пояснил, что разработал собственный механизм, но столкнулся с непреодолимой инженерной трудностью. Чэнь Ча мысленно усмехнулся, подумав: «Надо же, неужто ты увяз в том же болоте, что и я?»

За долгие годы управления мастерской и торговли знаниями он повидал сотни таких самонадеянных юнцов. Молодежи всегда кажется, будто они пупы земли. Механизмы, которые они приносят, обычно вызывают лишь слезы жалости: нелепые, аляповатые конструкции, где одни узлы противоречат другим, из-за чего устройство разваливается на куски при первой же попытке влить в него каплю духовной силы.

Нацепив маску умудренного опытом наставника, Чэнь Ча снисходительно кивнул:

— Что ж, показывай свое творение.

Нин Чжо полез в пространственный мешок и аккуратно извлек оттуда механическую обезьяну. Старик слегка опешил, и в его душе невольно пронеслось удивление. Искусственная шерсть Огненной взрывной обезьяны отливала благородным, ровным багрянцем. Одно лишь это изящное исполнение мгновенно приковало к себе профессиональный взгляд Чэнь Ча. Будучи практиком стадии Возведения Фундамента, старик обладал развитым божественным чутьем. Он не удержался и тут же выпустил невидимые ментальные щупальца, принимаясь за доскональный осмотр артефакта. В следующее мгновение его брови едва не взлетели на лоб от изумления, и лишь колоссальное усилие воли помогло ему сохранить невозмутимое выражение лица.

«А обезьянка-то непростая!» — восхитился он про себя. Его собственные конструкторские навыки могли хромать, но опыта и наметанного глаза было не занимать. Чэнь Ча протянул руку, погладив мех игрушки: шерсть оказалась шелковистой и мягкой. «Сшито идеально, стежок к стежку, словно единое целое, — поражался старик в глубине души. — С изнаночной стороны шкуры выткано множество защитных талисманов, придающих меху невероятную прочность. Какая аккуратность, какая выверенная планировка узлов... Словно работал старый, умудренный годами портной». Ему до смерти хотелось за что-нибудь зацепиться, выдать разгромную критику, но придраться было буквально не к чему.

С трудом выдавив из себя равнодушный тон, старик изрек:

— Ну, базовые навыки кройки и шитья шкур еще куда ни шло. Сгодится.

— Вы абсолютно правы, уважаемый мастер, — смиренно кивнул Нин Чжо, полностью соглашаясь с критикой. — Я использовал традиционную технику вышивания духовной нитью. Мех взят от огненных ворсовых мышей, шкурки у них крошечные, сырье получилось слишком раздробленным, поэтому пришлось сделать слишком много швов. Это действительно серьезный изъян — в местах соединений огнеупорность материала сильно падает.

— Вот как? Так это твоя работа? — Чэнь Ча удивленно вскинул глаза на собеседника. Спроектировать механизм — это одно, но собрать его своими руками — совсем другое. Неужели этот зеленый юнец обладает столь выдающимся прикладным мастерством?

«Возможно, ручной труд — его единственная сильная сторона», — подумал старик и направил божественное чутье глубже, изучая внутренний каркас. Стоило его ментальному взору коснуться костей механизма, как его сердце пропустило удар. «Это небесное золото? Оно невероятно легкое, прочное и обладает латентными пространственными свойствами. Использовать его для скелета... Неужели он хотел наделить марионетку функцией хранения вещей?» Всмотревшись пристальнее, Чэнь Ча убедился в своей догадке: на костях были вырезаны контуры пространственного массива.

«Это же накопительная формация! И вырезана она потрясающе гармонично, контуры идеально повторяют изгибы костей, что позволило сжать площадь массива до абсолютного минимума. Обладать способностью так ужимать магические контуры... Это выдающийся уровень мастера формаций! И что самое главное — при такой компоновке у этой Огненной взрывной обезьяны остается колоссальный потенциал для дальнейших модификаций. Создатель этого чуда обладает поистине стратегическим видением».

Старик внутренне содрогнулся от восхищения. Он снова бросил взгляд на скромно сидящего юношу, а затем поспешно вернулся к созерцанию марионетки. По поводу скелета сказать было решительно нечего — работа была безупречной. На секунду задумавшись, Чэнь Ча сухо произнес:

— Выбор небесного золота для каркаса — банальное следование учебникам, никакой искры. Массив слегка подправлен, но подобные изменения лежат на поверхности и основываются на трудах предшественников. Ничего выдающегося.

Старик внутренне приготовился к тому, что ущемленное эго молодого мастера заставит того спорить и оправдываться. Однако Нин Чжо лишь согласно склонил голову:

— На самом деле, изначально я хотел использовать раковины пустотных улиток. Если растереть их в порошок, смешать с небольшим количеством очищенного железа и переплавить, получившийся костный каркас по своей вместимости превзошел бы небесное золото в несколько раз. К сожалению, в Городе Бессмертных Огненной Хурмы эти раковины — огромная редкость.

Чэнь Ча окончательно опешил. «Надо же, он и об этом знает?» Связка пустотных улиток и очищенного железа действительно показала бы себя куда лучше в синергии со шкурами огненных мышей. Подавив кашель, старик внимательно посмотрел на юношу и процедил:

— Главное, что ты сам понимаешь свои упущения.

Опустив голову, он продолжил сканировать внутренности куклы. Дойдя до искусственных мышц, он мысленно прикинул: «Для мышечных волокон использована копотяная глина, чтобы максимизировать защиту от огня? Нет, не совсем... Структура иная. Судя по всему, копотяная глина здесь лишь основа, переплавленная по секретным алхимическим рецептам в принципиально новый состав. Неужели... это уникальная авторская разработка? И это тоже дело рук этого паренька? Как, ты говоришь, тебя зовут? Нин Чжо?»

В душу мастера закрались серьезные сомнения. Нин Чжо слишком молод, откуда у него такие познания в алхимии? Создать новый рецепт, пускай даже не готовой пилюли, а сложного композитного материала — задача невероятного масштаба для любого ремесленника. Сдерживая нарастающее волнение, старик продолжить осмотр, попутно подмечая: «Даже если отбросить уникальность материала, анатомическая точность мышц обезьяны заслуживает наивысшей похвалы. Обладая подобными навыками формовки, создатель мог бы с легкостью занять место старшего подмастерья в любой крупной кузнице артефактов, а в небольших мастерских ему бы без колебаний доверили пост главного мастера».

Чэнь Ча начал не на шутку раздражаться. Марионетка была слишком идеальной, и сколько бы он ни искал скрытые дефекты, его усилия оставались тщетными. А если он не найдет изъянов, то как ему раскрутить этого богатого клиента на крупную сумму? Обычно люди уходили от него, оставив в разы больше камней, чем планировали, именно потому, что Чэнь Ча находил в их трудах десятки брешей, заставляя засыпать себя вопросами. И никто никогда не жаловался на дороговизну, ведь советы старого мастера всегда били точно в цель и приносили реальную пользу. Сжав зубы, Чэнь Ча перевернул ладони механической обезьяны, и в его глазах наконец-то блеснула искра. Он шумно втянул воздух через зубы, не в силах сдержать внутренний восторг: «Боги, как же гениально спроектированы кисти!»

«Несколько крошечных микро-массивов вложены друг в друга по принципу матрешки, благодаря чему пальцы обезьяны обрели невероятную подвижность и гибкость, позволяя выполнять тончайшие анатомические движения. Сама схема комбинации этих формаций настолько свежа и оригинальна, что ее не встретишь ни в одном классическом трактате. Тот, кто чертил этот массив, обладает поистине искрометным талантом!»

«И это тоже сотворил Нин Чжо? Да кто он такой, черт возьми? Юный гений клана Нин, о котором почему-то никто вокруг не слышал?»

Чэнь Ча из последних сил удерживал маску безразличия, пока его божественное чутье не скользнуло внутрь черепной коробки обезьяны. В этот момент маска окончательно треснула, и на лице старика проступил неподдельный ужас. Он обнаружил, что роль ядра в голове марионетки выполняли три блуждающие бомбардирские сферы!

«Блуждающие сферы — это чисто атакующие артефакты, которыми управляют на расстоянии, меняя траекторию полета. Но здесь они были полностью переосмыслены: сферы непрерывно вращались друг вокруг друга внутри черепа, выступая в роли идеального приемника для ментальных команд хозяина! Я вижу подобное впервые в жизни, это уму непостижимо! Да еще и скоординировано с множеством вспомогательных символов, вырезанных на внутренней стороне черепа... Какое блестящее, революционное изобретение!»

Проведя в уме быстрые расчеты, старик понял, что эта безумная схема действительно работает без сучка и задоринки. Зависть и досада обожгли сердце мастера, и он не выдержал, напрямую спросив Нин Чжо:

— Как... как тебе вообще пришла в голову подобная идея?

— Использовать блуждающие сферы вместо полноценного ментального диска приемника меня вынудила банальная нужда, — скромно улыбнулся Нин Чжо. — Моя Огненная взрывная обезьяна создается ради коммерческой выгоды, она должна приносить доход. Если комплектовать каждую марионетку дорогими пластинами массивов, себестоимость улетит в небеса. Вот мне и пришлось выкручиваться. Хотя, признаться, мне до сих пор кажется, что это далеко не лучшее решение. В этой схеме наверняка кроются неизученные дефекты и факторы нестабильности.

Глазы Чэнь Ча вспыхнули хищным огнем. «Себестоимость! Точно! Раз он обошелся без дорогостоящих пластин, цена этой обезьянки будет копеечной! Да ведь это именно то, что нужно для идеального коммерческого продукта! Она гарантированно станет абсолютным бестселлером на рынке! Постойте-ка...»

Старик уставился на Нин Чжо, и в его душе внезапно закипела глухая злость. Это устройство было безупречно. Зачем этот парень вообще пришел к нему просить совета? Неужели этот малолетний гений решил просто посмеяться над старым мастером и потешить свое самолюбие? Вслед за гневом пришла волна еще более глубоких сомнений: «Может ли столь совершенный механизм действительно принадлежать этому юнцу? Будь я на его месте, создай я такое чудо в столь нежном возрасте, я бы уже ходил с высоко задраным носом и трубил об этом на каждом углу! Ведь такое творение — неоспоримое доказательство гениальности, обычному человеку оно не под силу. А этот мальчишка ведет себя чересчур уж скромно... Словно ему не хватает уверенности, словно он выдает чужую работу за свою и боится разоблачения».