Глава 2 — Бой

По мраморному коридору эхом разносились тяжёлые шаги Клетуса. С каждым ударом сапога о камень звенели боевые награды на его груди — каждая из них была выкована из крови поверженных врагов, и от них всё ещё пахло железом и сухой, давней кровью. Стражи у входа в зал трофеев опустили взгляды, когда он проходил мимо, словно боялись, что он заметит их дыхание. Тяжёлые двери распахнулись перед ним без единого скрипа.

В просторном зале, залитом тусклым светом масляных ламп, вдоль стен стояли дорогие доспехи и регалии правителей павших государств. Зубчатые клинки самых причудливых форм покоились на бархатных подставках, но взгляд Клетуса приковали десять рогатых черепов, висевших на каменной стене. Они были отполированы до блеска, и в их пустых глазницах плясали отблески пламени.

— Племя злой богини… кровавые демоны, — произнёс он с едва уловимой ностальгией, проводя латной перчаткой по гладкой поверхности одного из черепов. — Как давно я на вас не охотился. На любого зверя найдётся управа. Алерис… скоро и твой череп украсит мою стену.

На рассвете двухтысячное войско Мариании застыло посреди западной равнины. Солнце только начинало подниматься из-за горизонта, окрашивая небо в багровые и золотые тона — так, будто сама земля предчувствовала кровь. В двухстах метрах от армии, одинокая, стояла Алерис с зубчатым серпом на плече. Её алые глаза горели в предрассветных сумерках, а хвост медленно покачивался из стороны в сторону, как маятник перед ударом.

Как только первый солнечный луч коснулся земли, Алерис рванула вперёд — быстрее, чем человеческий глаз мог уследить. Ветер ударил в лицо, но в тот миг, когда её нога должна была коснуться травы, опора исчезла. Почва разверзлась, открывая пасть трёхметровой ямы, на дне которой, как зубы голодной твари, сверкали стальные пики. Время для неё растянулось. Она видела каждую зазубрину на наконечниках, когда её пальцы с когтями вцепились в них, чтобы оттолкнуться вверх. Но воздух вокруг вдруг похолодел.

Сотни стрел взвились в небо, закрывая собой солнце. Алерис, изогнувшись в немыслимом пируэте, рухнула обратно в яму, едва успев уйти от смертоносного дождя. Одна стрела всё же вошла в ладонь насквозь, застыв в считанных сантиметрах от левого глаза. Алерис почувствовала, как сталь хрустнула о кость, и от рывка мышцы на руке вздулись вены. Другие стрелы лишь чиркнули по коже, оставляя после себя не кровь, а тонкие линии жгучей, звенящей боли. Яд с мясом выедал дорожки к сердцу.

Она упала на дно ямы, едва увернувшись от пик. Сверху, со свистом, продолжали лететь стрелы, вонзаясь в землю вокруг. Алерис поднялась из грязи, в горле закипела горечь. Желудок свело судорогой — организм уже начал проигрывать отравлению. С рыком она сломала древко стрелы, торчащей из ладони, и одним движением вырвала наконечник. Раны жгли нестерпимо, и кровь не сворачивалась — она просто сочилась, смешиваясь с грязью.

— Они что, отравили свои стрелы? — прошипела она сквозь зубы, чувствуя, как огонь разливается по венам. Главное — не останавливаться. Если остановлюсь — умру.

Она отбросила мысли о яде и снова выпрыгнула из ямы, рванув вперёд.

— Залп! — скомандовал Клетус, наблюдая за её бешеным рывком. Его голос звучал спокойно, с оттенком хищного торжества. — Эти стрелы смочены ядом, с которым даже её регенерация не справится. Ещё несколько ранений — и она моя.

Стрелы снова взметнулись в воздух, но Алерис уже не было на том месте. Она пригнулась к самой земле, почти касаясь грудью травы, и её силуэт размылся в бешеном спринте. Стрелы пронеслись над её головой, вонзаясь в землю там, где она была секунду назад.

— Сомкнуть щиты! — заорал Клетус, поняв, что быстрая дикарка слишком близко.

Из-за спин лучников опустился лес длинных копий. Чёрт, как же они раздражают этой организованностью… — мелькнуло в голове у Алерис, но она не сбавила скорости. Она швырнула свой серп — тот пролетел над головами первого ряда, свалил лучника и открыл брешь в частоколе пик. Она влетела в стену из стали, схватила два копья обеими руками и с дикой силой рванула их в стороны. Два пикинёра в тяжёлой броне, не ожидавшие такой мощи, столкнулись друг с другом, и строй дрогнул. Алерис нырнула в образовавшуюся щель.

Клетус больше не слышал её крика — только хруст костей, звон металла и крики его солдат. Алерис скользила между ног пехотинцев, не тратя сил на пробивание тяжёлых доспехов. Её когти находили уязвимые места: горло, подмышки, заднюю сторону колен. Тяжёлая пехота валилась,десятками за секунды,как подкошенная, падая и опутывая ноги собственных товарищей, создавая хаос.

— Отходите! Дайте дорогу кавалерии! — приказал Клетус, видя, как его строй тает на глазах.

Когда пехота расступилась, Алерис оказалась лицом к лицу с десятком всадников. Один из них выстрелил из арбалета с дистанции в пятнадцать метров. Болт летел слишком быстро. Алерис успела лишь чуть сместиться, и стальной наконечник вошёл в её левое бедро по самое оперение.

Она зарычала, сжав клыки так, что хрустнула челюсть, но не остановилась. Хромая, она рванула навстречу коню. Клетус впервые увидел ужас в глазах своего ветерана кавалерии, когда девушка, не обращая внимания на боль, вырвала болт из ноги и, развернувшись, метнула его обратно. Болт попал в незащищённую шею коня под уздечкой. Животное с диким ржанием рухнуло, ломая строй, и всадник полетел в пыль.

Алерис пригнулась,отпрыгивая от тяжёлых тел в доспехах,опережая выстрелы арбалетчиков,чьи болты пролетали мимо.

Каждый прыжок отдавался острой болью в бедре, яд жёг раны, но она продолжала двигаться.Алые глаза Алерис видели движения арбалетчиков сокрашение их мышц,готовность в глазах,а еë тело обгоняло движение их пальцев,за доли секунды перед выстрелом.

Она вырвала свой серп из тела убитого лучника и, не глядя, метнула его, как бумеранг, в Клетуса. Оружие с чудовищной скоростью обогнуло его голову со спины и пробило шлем остриём, выбив капитана из седла. Клетус рухнул на землю, но был жив — шлем спас его от смерти.

Окровавленная, истекающая ядовитой кровью Алерис вытерла губы тыльной стороной ладони, тяжело дыша. Каждый вздох отдавался жжением в лёгких, но она заставила себя выпрямиться.

— Кто испугался — бегите! — крикнула она, и голос её, пропитанный болью и яростью, прозвучал как гром среди равнины. — Я вас не трону!

Клетус, поднимаясь с земли, видел, как дрогнули новобранцы, как они начали пятиться, загораживая проход кавалерии. Его армия разваливалась на глазах. Пехотинцы, охваченные паникой, мешали кавалерии развернуться, создавая невообразимую давку. Алерис, хромая и истекая кровью, шагала вперёд, прожигая кавалерию своим демоническим взглядом. Командиры, зажатые в толпе и оказавшиеся в нескольких метрах от неё, дрожали, не в силах пошевелиться, чувствуя, что смерть может настигнуть их в любой миг.

— Все отступаем! — раздался панический крик командующих.

И армия побежала.

Алерис смотрела им вслед, а затем, когда последние всадники скрылись за холмом, выдохнула. Боль в бедре, в плече, в ладони — всё тело горело огнём. Яд разъедал вены, лишая сил. Она присела на одно колено, тяжело опираясь на серп.

— Эх, хорошая была битва… — прошептала она, глядя на убегающих. — Жалко, убежали…

Она перевела дыхание, и в этот миг услышала едва уловимый щелчок спускового крючка. Боковым зрением она заметила движение: Клетус, прятавшийся за трупом коня, нацелил в неё арбалет.

Выстрел.

Алерис дёрнулась в сторону, но болт вошёл ей в плечо — глубоко, до кости, прибивая её к земле. Она вскрикнула, и сознание на миг померкло.

Клетус поднялся, тяжело дыша, и перезарядил арбалет. С болта капал шипящий яд, прожигая траву. Он подошёл почти вплотную, наставил оружие ей в лицо.

Щелчок. Второй болт вонзился во второе плечо, пробивая насквозь и пригвождая её к мокрой от крови траве. Алерис чуть не потеряла сознание от невыносимой боли — мир поплыл багровыми кругами.

— Грязная дикарка, — прохрипел Клетус, выхватывая узорчатый кинжал. — Ты испортила мне день.

Он замахнулся, целя в шею, но в тот миг Алерис была зверем. Тело среагировало быстрее мысли — она не стала перехватывать удар, а нырнула в него, принимая лезвие плашмя (оно скользнуло по ключице, оставляя длинную царапину), и вцепилась зубами в его запястье. Клетус взвыл от неожиданности, а её хвост, словно удав, обвил его лодыжку, дёрнув на себя. Он потерял равновесие, и в тот же миг когти Алерис, пронзили его горло.

— Охота окончена, Клетус, — выдохнула она, глядя, как жизнь уходит из его серых глаз.

Она убрала окровавленную руку оттолкнув тело Клетуса и,с усилием всех мышц поднялась с земли,вырвав из плеч шипящие от яда арбалетные болты,чуть не потеряв сознание от боли.Яд жёг вены, перед глазами всё плыло, мир превратился в пятна багрового и чёрного. Каждый шаг давался с нечеловеческим усилием. Она сделала шаг, второй — и замерла.

На горизонте появился новый отряд. Чёрные знамёна. Её знамёна.

Она усмехнулась сквозь боль, чувствуя, как немеют пальцы, и в глазах её блеснула последняя искра сознания.

— Вовремя, черти…

И рухнула в траву.Проваливаясь в пустоту.