Глава 152 — Не делай добра — не получишь зла (1)

— Ну…

— Пока не расскажешь, спать не дам.

— Просто… просто…

Он долго мялся, словно собирался выдать государственную тайну, и с трудом сдерживал клокотавшее внутри возмущение. Когда Сону наконец признался, причина оказалась на удивление несерьёзной.

Кёнхва старался его поддерживать, но освоиться среди незнакомых людей в вокальном юните из шести человек всё равно было нелегко.

Остальные быстро запоминали материал и почти сразу могли показать процентов семьдесят от своих возможностей. Сону же требовалось больше времени, чтобы подготовиться и выйти на приемлемый уровень, из-за чего между участниками возникло некоторое напряжение.

К тому же они решили, будто он полагается только на лицо и недостаточно усердно репетирует. А потом Сону случайно услышал, как несколько участников насмехаются над ним: мол, строит из себя вижуала, а даже сольную рекламу получить не смог.

За всю жизнь никто ещё не пытался принизить Сону из-за внешности. Поэтому первые же язвительные замечания, продиктованные завистью, задели его сильнее, чем следовало.

«Этот ребёнок… похоже, втайне очень гордится своим лицом?»

Я одновременно опешил и невольно усмехнулся.

— Тебя настолько расстроило, что они за спиной обсуждали твою внешность?

Я спросил с дразнящей улыбкой, будто разговаривал с ребёнком. Сону наконец повысил голос и надулся.

— Не смейся!.. Я серьёзно…

С таким лицом жаловаться, что начал сомневаться в собственной привлекательности, — верный способ навлечь на себя проклятия всех окружающих.

— Не обращай внимания. Даже если собрать десятерых таких вместе, до тебя всё равно не дотянут.

Будь причина его подавленности хоть немного разумнее, Кёнхва наверняка бы его утешил. Теперь понятно, почему он просто отвернулся и даже не стал подкармливать Сону.

— Правда?

Сону моргнул влажными ресницами. Как сказали бы фанаты, за одни только такие гены ему полагалась государственная награда.

— Правда. Я тебе всегда говорил: если кто-то цепляется к твоей внешности, значит, завидует тому, какой ты красивый. Не забивай голову. И юнит-этап уже закончился. О чём ещё переживать? Дальше ты снова работаешь только с нами.

Лишь тогда Сону медленно кивнул, будто немного успокоился.

— Угу…

— Вот и всё. Хватит прокручивать это в голове.

К счастью, ситуация не требовала настолько серьёзного вмешательства, как я опасался. Я облегчённо вздохнул, потрепал Сону по голове и направился обратно к постели.

— Посуду вымой и тоже ложись. Утром опять переезжать. После еды хорошо уснёшь.

Собирать нам почти нечего: вещи так и лежали в сумках, с которыми мы приехали.

Нужно было лишь отложить то, что понадобится утром, а затем сразу отправляться на новую съёмку.

Из кухни донёсся грохот посуды, которую мыл Сону.

Бам! Грох-грох…

— М-м…

Там точно всё в порядке? От зловещих звуков сон как рукой сняло, но я заставил себя не вмешиваться.

Главное, что ничего серьёзного не случилось. Я коротко вздохнул и закрыл глаза.

На следующее утро мы не стали вызывать грузчиков — попросили прислать лишь ещё одного помощника менеджера. Поэтому вещи пришлось переносить самим.

— Да оставьте уже это и идите!

Среди нашего багажа обнаружились вещи, которыми пользовался прежний Чхон Исе, и разбирать всё оказалось дольше, чем мы рассчитывали.

Лишь после десяти удалось погрузить в фургон последние сумки и коробки.

— К которому часу нам нужно приехать на съёмку?

— Макияж и причёски сделают в гримёрке на канале, так что достаточно быть там к трём.

Снимать начинали вечером, времени ещё оставалось достаточно. Я велел себе не торопиться и направился в новое жильё, куда после подписания договора успел заглянуть лишь однажды.

«Хорошо всё-таки иметь деньги…»

Высотный жилой комплекс с отдельным входом для жильцов мог похвастаться серьёзной системой безопасности: по дороге внутрь карту требовалось приложить трижды.

— С сегодняшнего дня мы живём в квартире 1809.

Пока менеджер спешно отправился в службу охраны за дополнительными картами, мы осматривали центральный холл.

Учитывая арендную плату, даже странно, что жилую часть удалось настолько тщательно отделить от торговых помещений вокруг.

— Что такое?

Я спросил Сону, который уже некоторое время беспокойно вертел головой. Тот нерешительно ответил:

— Я просто… никогда не бывал в таких местах.

— В каких «таких»?

— Где карту нужно прикладывать уже у входа.

Я вспомнил селфи, которое он когда-то прислал из родного города: семья Сону жила в отдельном доме. Впрочем, для меня жильё с настолько строгой охраной тоже было в новинку.

— Не просто же так мы искали дом с хорошей безопасностью.

В этот раз мы списали случившееся на сталкера из числа одержимых фанатов. Нам ещё повезло, что пропали только вещи и в квартире никого не оказалось.

Было бы куда хуже, если бы кто-нибудь унёс Эонги — настоящую кошку, в отличие от плюшевого щенка Ппосили.

Я взглянул на Сонвона, который всем телом прижимал к себе переноску с Эонги, и кивнул.

— Карты зарегистрированы. Заходим.

Немного погодя менеджер вернулся из службы охраны с шестью карточками.

Каждому из нас досталось по одной, а последнюю он оставил себе на случай необходимости. Предупредив, чтобы мы их не теряли, менеджер помог закончить с багажом.

— Что бы съесть на обед…

Стоило мне машинально пробормотать это вслух, как на меня уставились шесть пар глаз.

Холодильник пуст, а приготовить что-нибудь на месте из воздуха я не мог.

— Закажем китайскую еду.

В последнее время мне не стоило произносить такие вещи. Кхм. Я кашлянул и открыл в приложении список китайских ресторанов.

— А что случилось? Я думал, ты терпеть не можешь чачжанмён — вредно же.

Разумеется, полезным его не назовёшь. Много калорий и углеводов, а соус готовят с большим количеством свиного жира.

«Удивительно, как китайцы едят столько жареного и жирного, но всё равно остаются стройными».

Говорят, они пьют много чая, который помогает расщеплять жир, но насколько это правда — понятия не имею.

В любом случае их организм с детства привык к такой кухне. Мы обычные корейцы: станем есть подобное каждый день — скоро от сосудов ничего не останется.

Но… в день переезда положено есть чачжанмён. Я улыбнулся и ответил:

— Сегодня можно. Какой же переезд без чачжанмёна?

Остальные, похоже, согласились. Кёнхва с непривычно светлым выражением лица первым сделал заказ:

— Тогда мне морской чамппон.

Сонвон огляделся и тоже добавил:

— Мне обычный чачжанмён.

Нужно было срочно уговорить кого-нибудь разделить со мной канчачжан. Я встревоженно спросил:

— Вы все будете брать отдельные блюда? Никто не хочет канчачжан?

Канчачжан обычно подавали минимум на двоих. Я, конечно, мог заставить себя съесть две порции, но вечером предстояла съёмка, а переедать перед камерой нельзя.

Не являться же туда с животом, раздутым от двойной порции лапши.

— Тогда я разделю канчачжан с тобой.

Что это с ним? Я рассчитывал уломать Сону или Еджуна, но неожиданно первым согласился Сонвон.

— Ты чего?

Я подозрительно прищурился. Сонвон отвернулся, вежливо улыбнулся и фыркнул.

— Чачжанмён и есть чачжанмён. Какая разница, обычный или канчачжан?

Кажется, собственные слова его немного смутили, но… нет, разница огромная. Обычный соус загущают крахмальной водой, а канчачжан жарят почти без дополнительной жидкости, используя только сок, который выпускает лук. Даже текстура совершенно другая.

Тому, кто хочет более сухой, отчётливый вкус обжарки, густой соус обычного чачжанмёна покажется совсем иным…

Я немного обеспокоился, но Сонвон редко шёл на компромиссы, поэтому предпочёл промолчать.

— Хорошо. Один канчачжан, один морской чамппон. А остальные?

Я собрал заказы участников и менеджеров. Помощник, неловко стоявший в стороне, растерянно переспросил:

— Эм… и мне тоже?

До поездки на канал их ещё предстояло отпустить обратно в офис, но после всей утренней работы стоило хотя бы нормально накормить людей.

— Конечно. Вы сегодня хорошо потрудились. Поешьте с нами, пусть угощение и скромное.

Я оформил заказ в приложении. Примерно через полчаса курьер прибыл к центральному входу.

Открыв обе входные двери и забрав еду, я наконец почувствовал настоящее облегчение.

Мы жили высоко: никто не заберётся по стене и не проникнет внутрь. Из подземной парковки лифт поднимался прямо на наш этаж, так что можно не бояться людей с камерами, поджидающих у входа в комплекс.

«До того как Climax стали популярными, мне и в голову не приходилось переживать о таком».

Мысль, что все эти неудобства появились благодаря нашей растущей известности, принесла совсем немного… самую малость утешения.

Я расстелил на полу гостиной газеты, и мы расселись вокруг еды. После обеда пора было собираться на канал.

Вчера я так и не понял, какими получились выступления, поэтому тревога никуда не делась.

Но хотя бы больше не придётся сидеть рядом с теми придурками. Сегодня нужно было выбрать аса, дать интервью и принять участие в оценивании.

Результаты собирались объявить сразу, поэтому просмотры на внешних платформах, судя по всему, не влияли на итог так же, как в первой миссии.

— Закончили — выдвигаемся.

Кёнхва, вымывший и сложивший одноразовую посуду, снял перчатки, перевёл дыхание и начал собираться.

— Да. Лучше приехать немного раньше, чем опоздать.

Все согласно кивнули и направились на парковку.

Однако всё редко идёт по плану. Пробки оказались сильнее, чем мы ожидали, и фургон въехал на парковку канала в 14:58 — всего за две минуты до назначенного времени.

Будь у нас хоть небольшой запас, можно было выйти, поприветствовать фанатов и устроить короткий фан-сервис. Но времени не осталось: мы едва успели поклониться на ходу и поспешили внутрь.

— Исе, удачи!

— Сонвон, жду сегодняшнего выпуска!

— Climax, вперёд!

— Кёнхва, держись!

Снаружи парковки до меня донеслись лишь особенно громкие выкрики. Они болезненно кольнули где-то в груди.

Надо постараться. Да.

Скоро я смогу отплатить фанатам хорошим выпуском. Но прежде всего мне нужно было с ясной головой довести до конца месть.